Демон ночи

Она ошиблась. Думала, что попала в сказку, но оказалась в ужасном и несправедливом мире. Она обречена. Слёзы душили и пеленой перекрывали глаза. В голове рождались сценарии один другого плачевнее, но исход у них всегда был похож — она не доживала до смысловой развязки. Всхлип вырвался из горла, и она, не различая куда бежит, лишь продолжала отмахиваться руками от мохнатых, но колючих веток елей, которые то и дело норовили больно ударить по лицу. Было страшно — просто до дрожи в руках и коленях. Наверное, такой парализующий страх сковывал её впервые. Внутренности просто сводило от ужаса, что она не успеет. Она споткнулась о собственную ногу и с тихим полувсхлипом врезалась в дерево. Безымянный палец на правой руке прострельнуло болью — она сломала ноготь. Слёзы всё-таки побежали по щекам. Она закусила губу и с силой сжала веки, стремясь убрать лишнюю влагу. Она заставила себя оторваться от коры дерева и оглядеться. Горло сжало новым спазмом. Куда не посмотри — её везде окружали высокие, но неровные хвойные деревья, корни которых изнизывали землю словно страшные скрюченные пальцы. Между деревьями то и дело тянулась пугающая своими размерами паутина. Но самым ужасным было то, что за каждым скоплением деревьев ничего не было видно. Лишь чернота. И не известно, есть в ней кто-то или нет. А если ей показалось, и в этом лесу помимо пугающих деревьев ничего нет? Если ей всё это померещилось? И кровавая улыбка на красивом лице, и налитые красным глаза, и нестерпимая боль где-то чуть выше плеча — всё это ей лишь показалось? Или она сошла с ума. Как те люди, которые рассказывают о демонах в ночи, одурманивающих жертву своей красотой, а затем завладевающих её телом и, как говорили, что самое страшное, душой. Хотя, девушка не могла понять, как можно бояться страдания того, что возможно вообще не существует. Да, она каждое воскресение ходила в церковь, молилась и делала вид, что верит, но в её разуме это не затрагивало ни единой струны. Рядом оглушительно хрустнула ветка, и над головой будто из ниоткуда взвилась стая ворон. Девушка закричала, но тут же крепко зажала рот руками. Пульс бил по ушам. Из глаз бежали слёзы. А вдруг он где-то близко? — вспышкой появилось в голове, и она сорвалась с места. Ноги путались в длинном платье, мешая бежать, а распущенные волосы лезли в лицо. Она постоянно цеплялась руками за деревья, то ли пытаясь не упасть, то ли пытаясь уверить себя, что она всё же в лесу и это не страшный сон. Рядом в кустах испуганно и пронзительно вскрикнул какой-то зверь. Девушка в страхе дёрнулась от этого звука. Её некогда светло-синяя туфелька, а сейчас вся облепленная землёй и травой, полностью провалилась в углубление между корней. Девушка упала. Испортила платье, разодрала в кровь ладони и колени. Но не закричала, хотя очень хотела. Нет. Сейчас нельзя. Она встала на ноги, стараясь не обращать внимание на то, что они дрожат, зачем-то отряхиваясь от веточек и листьев. Подняла голову и… сердце в груди на миг остановилось, но тут же начало свою бешеную пляску. Он стоял рядом. Из-под плотного капюшона виднелась пара ярких глаз-рубинов.  — Привет, малышка, — голос этот был завораживающе хриплый и бархатный, его хотелось слушать всегда, но в то же время по спине бежал табун сумасшедших холодных мурашек. Это и отрезвило девушку, её зелёные глаза расширились от ужаса и она закричала. Но из горла не вырвалось ничего более тихого хрипа. Глаза напротив насмешливо сузились, превращаясь в две красные щелочки.  — Я думаю, твой звонкий голос потревожит обитателей этого места, а они любят тишину. Ты не находишь? Он открыто наслаждался ситуацией и своим превосходством, смотря на девушку с лёгкой ухмылкой. Она же только обхватила руками шею, не понимая, почему собственный голос её предал. Он не мог просто так исчезнуть. Не мог. И как же ей сейчас было страшно. Внутри всё просто холодело от мысли, что она может не выжить. Умирать не хотелось — это была единственная чёткая мысль в голове. Она словно подсвечивалась на фоне других, которые лишь туманом застилали здравый смысл. И теперь она была готова сделать хоть что. Когда человек (а человек ли?) сделал шаг вперёд, продолжая кривить губы в усмешке, девушка со всей возможной силой оттолкнула его. И развернувшись, побежала. Широко раскрытыми глазами она пыталась разглядеть, куда бежит. Паника нарастала, и сердце набатом стучало в груди. Эти жуткие деревья мешали бежать — она запиналась об корни, путалась в ветках, липла в паутине… Лес словно помогал её преследователю и никак не хотел отпускать. Казалось, отовсюду раздавался тихий, но не предвещающий ничего хорошего, смех. Лёгкие уже разрывало от нехватки воздуха, обжигая изнутри, а ноги предательски заплетались. Ладони, колени и ушибленная лодыжка противно ныли. Сил почти не оставалось, но в какую-то секунду, когда девушка уже собиралась сдаться, она увидела блёклый свет между деревьями. Её заполнило облегчение и она воодушевлённо сделала рывок вперёд. Внезапно она почувствовала спиной и затылком шершавую поверхность коры твёрдого дерева. Руки чуть выше локтя сжали словно тисками. Сердце замерло, — что происходит? — и снова помчалось вперёд. Внутри всё опустилось. Она всхлипнула и зажмурилась. Не успела. Попалась. Вдруг шею обдало на удивление тёплым дыханием:  — А ты бойкая, — пропел на ухо, — не ожидал. Мне даже понравилось. Он отстранился. Полностью лица не было видно до сих пор, и девушка могла разглядеть лишь силуэт, но глаза красным уже не сверкали. Это немного успокаивало.  — Чего Вы хотите? — просипела девушка и насколько это возможно вжалась спиной в дерево.  — Чего я хочу? — хмыкнул он и протянул руку, медленно заправляя прядь волос ей за ухо. Ещё утром она бы наслаждалась этим действием, но сейчас лишь испуганно вздрогнула, — у меня всё есть. Он приподнял голову, и девушка увидела, как его губы расплылись в нежной улыбке.  — А зачем В…вам я? — она заикалась, продолжая пялиться на эти, совсем недавно казавшимися соблазнительными и желанными, губы. Мысли лихорадочно носились в голове. Она догадывалась, что эта словесная игра ничего не принесёт. Она обречена.  — Зачем? — переспросил он и скользнул ладонью на её затылок, зарываясь в чёрных волосах, — может, потому что я голоден? — он чуть приоткрыл рот, демонстрируя два длинных клыка, и играючи пробежался по ним языком.  — Вы…?!  — Тс-с-с, — он опустил указательный палец на её разомкнутые в восклике губы, — не произноси вслух. Я этого не люблю. И это было последнее, что девушка слышала в своей жизни. Он с силой дёрнул её за волосы, заставляя отклониться, и впился в нежную шею укусом. Из её горла наконец-то вырвался крик ужаса, а после этого её сердце прекратило свой трепещущий танец. *** Копыта лошадей мерно стучали по дороге. Карету то и дело подкидывало. Пейзаж за окном был далеко не самый вдохновляющий — скрюченные деревья, ветки которых сплетались между собой, тянулись к небу, перекрывая и так тусклое солнце. Да и сама по себе длинная и кажется бесконечная дорога по лесу ни капельки не поднимала настроение. Гарри сидел, привалившись головой к подрагивающей стенке кареты, прикрыв глаза. Ехал он уже долго. От Лондона его отделяли уже почти сутки изнурительного пути. Хотелось уже наконец-то добраться до места назначения и нормально отдохнуть. Какими бы дела не были неотложными, они всё равно никуда не убегут — это он знал на личном опыте, поэтому намеревался хотя бы чуть-чуть отдохнуть. На дело нельзя идти ослабленным, это может грозить поражением или, что намного хуже, смертью. А жизнь Гарри была дорога, хоть он и с маниакальным упорством подвергал её опасности. В этот раз он направлялся в графство Глостершир, район Форест-оф-Дин, город Колефорд. Если честно, Гарри уже давно собирался направиться в это место, просто наполненное тайнами и легендами.Чего только стоил лес Пазлвуд — по рассказам и преданиям, которые Гарри уже успел в некоторой степени изучить, в нём кто только не обитал — и это подогревало его охотничий интерес. Он привык прислушиваться к легендам и вычленять из них нужную информацию. С его работой это было просто жизненно необходимо. Например, недавно он побывал в замке Чиллингеме, расположенный на севере Англии в графстве Нортумберленд недалеко от южных границ Шотландии, куда отправлялся с чисто научным и даже туристическим интересом, а не с целью охоты. Но и там ему к собственному удивлению пришлось убить — правда всего одного из трёх призраков — леди Мэри. Но с ней пришлось повозиться. По рассказам, от бедняжки ушёл муж к её родной сестре. И женщина так переживала, что вскоре умерла от отчаяния. Несколько веков она была вполне миролюбивой — пугала искателей приключений и начинающих охотников, с кем-то даже заигрывала, ночами путая ему дорогу к выходу из замка. Но какое-то время назад кто-то из туристов украл обручальное кольцо этой Мэри — как он его нашёл, оставалось загадкой. И она словно взбесилась, начав зверски убивать неверных мужчин — трупы она художественно выставляла на всеобщее обозрение. Как же Гарри пришлось постараться, убивая её во второй раз. И, если бы не легенда, которую он случайно услышал от старичка-сторожа, что леди Мэри ждёт своего горячо любимого мужа назад, Поттер бы ни за что не справился с этим делом. А так, буквально за несколько дней он отыскал могилу её муженька, откопал его кости и с чистой совестью отвёз в замок. Призрак был доволен и сразу же исчез. Трогать двух других, — Голубого мальчика, умершего от голода в стенах замка, и мучителя Сейджа, убившего свою любовницу, — Гарри не стал. Они просто развлекали народ, время от времени пугая слишком любопытных. Но, можно было с уверенностью сказать, что путешествие удалось. Карета внезапно остановилась, и Гарри по инерции дёрнулся вперёд, лишь чудом потом не ударившись о стенку кареты. Неужели уже прибыли?  — Что там, Генри? — крикнул он своему кучеру и отодвинул шторку на окошке кареты, стараясь понять, где они. К его сожалению, он увидел всё тот же мрачный лес.  — Не беспокойтесь, мистер Поттер, — послышалось в ответ, — просто лошади что-то запротивились. Гарри насторожился. Параноиком он не был, но был довольно осмотрительным человеком. Бережёного Бог бережёт, как говорится. Поттер выскочил из кареты и подошёл к лошадям. Они стояли и нервно отбивали копытами по земле, то и дело громко фыркая. Зрачки у них были чуть расширены.  — Да всё нормально, — продолжал увещать его Генри, который тоже подошёл ближе. Это был высокий, худой мужчина лет пятидесяти. Его волосы тронула седина, но борода всё ещё оставалася насыщенного чёрного цвета. Хотя было видно, что жизнь потрепала его довольно значительно. Ведь сейчас он был абсолютно спокоен и лишь мечтательно говорил о своей животине, — они просто устали. Бедняги. Столько уже идут, — он положил ладонь на морду гнёдой кобыле, — хотя, помнится пару лет назад, мои девочки спокойно могли провезти от самого Лондона до, только представьте, Манчестера. Но, уверен, они способны и на большее, просто сейчас… Внезапно по лесу пронёсся оглушительный крик. С деревьев сорвались стаи ворон и с диким карканьем закружили над головой. Лошади встали на дыбы. Они были в ужасе, который их на мгновение ослепил. Генри схватился за поводья и начал тянуть их на себя.  — Господи, Боже мой! — удивлённо воскликнул он, — ужас-то какой творится в здешних местах. Тише, мои хорошие! — он наконец-то заставил лошадей перестать брыкаться, — наш лес печально известен по всей Англии, но Вы, наверное, это и без меня знаете. Гарри, который до этого лишь настороженно оглядывался, готовый в любую секунду встретиться с обитателями этого леса, заинтересованно обернулся к кучеру.  — Нет, ещё не пришлось ознакомиться, — Гарри подошёл ближе и начал гладить лошадь по гриве.  — Нелли, — сказал Генри, кивая на лошадь, — она поспокойней. Если хотите, я могу рассказать обо всём, что Вас интересует. Я здесь живу всю мою уже довольно продолжительную жизнь. Так что… Генри замолчал. Было видно, что он всего-лишь хотел поговорить и зацепился за первую попавшуюся тему. Но Поттеру это было даже на руку. Гарри провёл ладонью по мягкому уху животного, задумчиво вглядываясь в мрак между деревьями.  — Что ж… я очень даже не против, — он заинтересованно посмотрел на кучера, — но можно тогда я поеду с Вами, Генри?  — На облучке?  — Если позволите, — кивнул Гарри. Генри лишь улыбнулся. Путь их продолжался потом недолго. Ещё даже не успело стемнеть, как карета проехала деревянный знак, гласивший «Добро пожаловать в Колефорд!». Гарри несказанно обрадовался, когда лес окончательно кончился и их встретил провинциальный городок. Теперь навязчивое ощущение будто за ними кто-то следил наконец-то исчезло. Он спокойно выдохнул. Пока они ехали мимо маленьких деревянных домов, а потом таких же деревянных бараков, снующих туда-сюда людей, спешивших по своим делам или просто прогуливающихся, Гарри всё думал о том, чей это мог быть крик в лесу. Эта мысль не давала ему покоя, смешиваясь с поступившей к нему от Генри информацией, и теперь Гарри находился в тумане своих раздумий. Узнал он довольно не мало и теперь удивлялся, почему сюда до сих пор так и не заявлялись охотники — он ни разу не слышал, чтобы кто-то хвастался своими победами, совершёнными в графстве Глостершир. Хотя тут творились поистине странные и порой страшные вещи: весть о пропавших без вести людях тут никого не могла удивить — а случалось это довольно часто; умирающий без причины скот — это вообще обыкновенное дело; убийства, суициды, внезапные смерти — многие семьи прочувствовали это горе на себе. На городе буквально стояло клеймо Смерти — и Гарри что-то сомневался, что в этом виноваты только люди.  — Заходите в местный бар, мистер Поттер, если захотите ещё что-нибудь узнать, — Генри запрыгнул обратно, когда помог Гарри вытащить из заднего ящика кареты его немногочисленный багаж, — да и если просто захотите поговорить, тоже заходите. Народ у нас добрый и общительный, хоть немного и чудаковатый.  — Хорошо, — кивнул Гарри, закидывая два тряпочных рюкзака на плечо и беря в другую руку ещё одну сумку, — обязательно воспользуюсь советом.  — Что ж… — Генри улыбнулся, — тогда удачи Вам. Он ударил поводьями по спинам лошадей и карета двинулась с места. Гарри проводил взглядом удаляющееся средство передвижения и, развернувшись, направился к дверям гостиницы, к которой его и подвезли. За стойкой, чем-то напоминающая барную, стояла красивая девушка лет семнадцати с кудрявыми тёмными волосами и приятным лицом. Её хрупкие плечи были оголены вырезом белой блузки, которая держалась исключительно на груди. Она улыбнулась, когда Гарри подошёл ближе.  — Добро пожаловать в отель «Дин», — она нервно заправила длинную прядь волос за ухо, хотя это выглядело даже мило, — чем могу Вам помочь?  — Добрый день, — Гарри подарил ей ответную улыбку, — мне пожалуйста одноместный номер. Она кивнула и склонилась над ящичком с ключами.  — Я Ромильда, — представилась она, когда отдавала Гарри ключ от его номера и чуть задела его ладонь кончиками пальцев, — надолго Вы к нам, мистер…  — Гарри Поттер, — ответил Гарри и достал бумажник, чтобы расплатиться, — это уже как пойдёт… работа.  — И кто же Вы, позвольте узнать?  — Ну, — Гарри почувствовал, что смущается, — думаю Вы обо мне ещё услышите. Ромильда мечтательно вздохнула.  — Что ж, надеюсь, ещё увидимся. Гарри улыбнулся и поспешил к лестнице. Если честно, он, хоть и со стыдом, но немного удивился, что его имени не слышал ни кучер, ни эта милая девушка. В Лондоне он слыл многообещающим учеником Сириуса Блэка — потомственного охотника на нечисть в узких кругах, и наследником богатого состояния в широких. И хоть сначала имя «Гарри Поттер» было тесно связано с известностью Блэков и печальной трагедией о смерти четы Поттеров, Гарри довольно быстро это исправил, добиваясь признания в охотничьих кругах самостоятельно. Да и люди о нём слышали, особенно те, кому не посчастливилось узнать на себе влияния сверхъестественных тварей. Гарри отомкнул номер и кинул сумку на пол. Она отозвалась металлическим побрякиванием. К ней же он кинул и два рюкзака с одеждой. Поттер не признавал сундуки — они были слишком громоздкими и занимали много места. В его жизни — удобство, одно из главных составляющих. Гарри огляделся — его номер был вполне приемлемым. Кровать, шкаф, стол, два стула, тумбочка. Вполне оптимально. Гарри задёрнул плотные, коричневые, но потрёпанные временем занавески на окне, и комната погрузилась в полумрак. В номере пахло пылью и ещё чем-то странным, напоминающее какой-то цветочный аромат. Быстро стянув с себя лишнюю одежду, Гарри остался лишь в сорочке и завалился на кровать. До вечера он планировал поспать, а уже с приходом сумерек отправится на «охоту» за ценной для него информацией. И пойдёт он, конечно же, в бар. *** В дверь постучали, и Малфой лениво поднял голову от книжного листа, сбрасывая с себя расслабленность очередного средневекового романа. Прислушался и захлопнул книгу.  — Блейз, входи. Щёлкнул замок и в комнату скользнул мулат. Он был чем-то чрезвычайно доволен, и его губы растягивались в улыбке, обнажая белоснежные зубы.  — Ну и что такого случилось? — поинтересовался Драко, невольно чувствуя прилив интереса и свешивая ноги с кровати. Забини театрально одёрнул свой и так идеально сидящий пиджак, и причмокнул губами:  — Он в городе. Приехал буквально десять минут назад. Малфой на секунду замер, а потом его губы против воли сами растянулись в довольной улыбке. Он поднялся на ноги.  — Это прекрасно! Хотя, признать, я не ожидал, что он прибудет так быстро, — Малфой отвернулся и подошёл к окну, прикрывая глаза и подставляя лицо солнцу, которое уже клонилось к западу, но всё ещё довольно ярко сверкало, — думаю, можно позволить ему немного порезвиться. А потом… устроить бал! Малфой проследил цепким взглядом за скрывающейся каретой на дороге. Она направлялась к жилому участку, где преимущественно жили бедняки, зарабатывавшие себе на жизнь тяжким трудом. Карета была не самой худшей, которую можно увидеть на улицах — но что прискорбно, не так часто там появляющуюся.  — Как думаешь, — Драко облизнул губы, — он придёт?  — Думаю, да, — отозвался Блейз, который в свою очередь внимательно следил за другом, — он не сможет упустить такой шанс. Драко обернулся и посмотрел прямо в синие глаза Забини — он был уверен в своих словах. Драко чуть расслабился, хотя сладкое предвкушение уже скручивалось внутри.  — Скажи, чтобы слуги готовились к приёму… в эту субботу, — Блейз кивнул и тут же вышел из комнаты, тихо затворяя за собой дверь, — к маскараду! — вдруг воскликнул Драко, поражённый интересной мыслью, и был уверен, что его услышали. Малфой глубоко вздохнул. Пальцы приятно покалывало от предвкушения, а внутри всё сжималось. Он буквально чувствовал, что скоро в этом небольшом городишке начнётся веселье. Как же давно он ждал чего-то подобного! Уже хотелось сорваться с места и встретиться с этим охотником, о котором говорила по крайней мере четверть Лондона. Драко узнал о Гарри Поттере случайно — встречался у Темзы с одним своим знакомым, и он ему поведал о родственнике Сириуса Блэка. Неком многообещающем охотнике, что уже в свои неполные двадцать четыре заработал неплохую репутацию — его стоило опасаться. И вендиго он убивал, и призраков отправлял на покой, и оборотней с вампирами он тоже умело истреблял. И ещё ни разу! от него не уходила его цель. Походив и пошептавшись с людьми в Лондоне, Драко также узнал, что Поттер не обделён нравственными качествами, которыми охотники часто принебрегали. Этот же даже не просил платы, если ему не предлагали, был вежлив, не курил, а пил ужасно редко. Чтобы кто-то слышал об связывающих его близких отношениях, Малфой вообще не нашёл ничего дельного. Говорили о какой-то девушке, что вроде являлась подругой детства охотника, но её почти никто и не видел. В общем — ангел сущий, а не охотник. Божий Истребитель, так сказать. Драко усмехнулся. Он тут же захотел познакомиться с этим индивидом. Правда его тогда не оказалось в Лондоне, но разве не проще привести его в собственный город? Особенно когда о нём ходят такие легенды, не без причины там пущенные. И вот, вуаля — Гарри Поттер примчался в течение недели после того, как получил письмо о просьбе помочь с расшалившейся нечестью, что убивает местных жителей. Он был предсказуем и, в какой-то степени, явно невинен. Малфой собирался поиграть на этих чертах его личности, словно на раритетном инструменте — аккуратно, но не прерывая звучания музыки. Это обещало быть интересным. Но это чуть позже — слишком долго думать о том, что хочешь, не очень хорошо. Можно запросто перегореть. А сейчас ему нужно было поговорить с одной очень привлекательной особой. Выйдя из комнаты, Драко направился к подвалу дома, который встретил его темнотой и сжатым воздухом. Благо видел он прекрасно. В одной из темниц на кушетке лежала мёртвая девушка. Её длинные чёрные волосы разметались в разные стороны, платье было живописно измазано кровью, землёй и травой. Части подола в принципе не было. Драко с тихим скрипом отворил дверь и зашёл в помещение. Очнуться она должна была в ближайшее время. Малфой сел на деревянный стул и начал вглядываться в лицо девушки — спокойное и не искажённое эмоциями или мыслями — оно выглядело прекрасно. Любое не скрытое проявление интеллекта портило её красоту, и поэтому сейчас девушка казалась поистине завораживающей. И даже размазанная кровь, напоминающая о рваной ране на шее, которая уже затянулась, не изменяла этого. Девушка была бесспорно красива — но Драко всё же кое-что в ней не нравилось. Она была слишком… приторной. Как мёд, который был сладок и желанен, только, если ел его по чуть-чуть, но, как только злоупотребил его обманчиво привлекательным вкусом, то уже в ближайшее время на языке появлялся горький привкус разочарования. Вот так и с этой девочкой. Когда он её заприметил и начал ненавязчиво оказывать знаки внимания, она тут же, какой бы не казалась невнимательной со стороны, но на деле довольно цепкой особой, отказалась от всех ухажёров и начала буквально виться вокруг Драко. Малфой такого неприкрытого лицемерного интереса не любил — сразу пропадало желание что-либо делать, но он уже захотел её привлекательное тело и отказываться не собирался. Через три дня официальных разговоров в обществе её милых, но любопытных гувернанток, он позвал её на прогулку один на один. Он ожидал отказа, но девушка быстро согласилась, хотя её щёки залились румянцем смущения. Всю прогулку Драко старался быть услужливым и милым, аккуратно вёл её под локоток, улыбался и рассказывал романтичные небылицы, которые должны были усилить результат. То и дело поглаживал её руку и, когда она поднимала на него взгляд, будто испугано переставал это делать. А когда он поцеловал её, это больше было похоже на целомудренное касание губ к губам. Скука, в общем, смертная! Малфой иногда любил театральность, но сейчас она ему уже поднадоедала. Но Драко терпел и уже через пару прогулок и около десятка поцелуев, невинных в начале и более смелых после, к концу череды которых Малфой намекающе показал, чего он хочет, крепко прижав её точёную фигуру к себе и наконец-то понастоящему поцеловав, напористо раскрывая её нежные губы, девушка ему в тот же вечер легко отдалась. Конечно, он постарался, чтобы её первая ночь ей запомнилась — она даже чуть охрипла от громких стонов. В экстазе Драко испил её крови, хоть она об этом и забыла. Всё было прекрасно. До сегодняшнего дня. На вечерней прогулке, она сказала, что раз уж он с ней переспал, то обязан жениться. Наивная. Если бы он связывал себя слишком близкими отношениями с теми, кто побывал в его кровати, то совсем скоро сошёл бы с ума. И Драко высказал ей своё мнение по этому поводу, красочно описывая прелести свободной жизни без обязательств. Драко любил и уважал женщин. Но ненавидел, когда они истерили. Что, к своему несчастью, девушка и сделала. Её обычно спокойное лицо раскраснелось, но не той приятной краской возбуждения, которую он увидел несколько дней назад, а ярким цветом гнева и обиды. Ей это не шло. Драко был зол сегодня с утра на слуг, которые не успели убрать кровь от его предыдущего пирования с одной из комнат в многострадальном подвале, так теперь его ещё и доставала какая-то смертная девчонка. Но он держался. До того момента, пока она не ударила его ладонью по щеке, когда он грубо сказал ей, что они просто трахнулись. И вот тогда его глаза в прямом смысле слова наполнились кровью. Она завизжала как свинья, которую собирались зарезать. Драко накинулся на неё и всего лишь прикусил плечо, стремясь припугнуть. Он бы просто потом стёр это воспоминание, когда выплеснул эмоции. Но девушка начала от него отмахиваться и пронзительно кричать. Малфой, честно признаться, не ожидал от неё такой прыткости, поэтому выпустил её из рук. И ему даже стало интересно, что будет, если не остановить её сразу. Впрочем, это было познавательно, если не брать в расчёт то, что её труп сейчас лежал рядом. Малфой протянул руку и провёл ладонью по уже не такой холодной щеке девушки. Под кожей прослеживался слабый пульс. Она открыла свои зелёные глаза, внутри которых блеснул красный огонёк. *** Гарри проснулся неожиданно резко и сразу сел на жёсткой кровати, собирая одеяло на поясе. Сердце глухо ухало в груди, лоб вспотел. Осознание причины столь резкого пробуждения пришло сразу — ему снова что-то снилось. Что-то отвратительное и связанное с его повседневной жизнью. Кажется, его только что убили, вспоров брюхо острыми когтями. Оборотень или вендиго? А может и просто какая-нибудь дрянь, с которой он ещё даже и не встречался. Как-то неожиданно его подсознание решило выдать кошмар на дневной сон. Гарри привычным движением разлохматил волосы и глянул на задёрнутое занавесками окно. В комнате стало ещё темнее, чем было, когда он ложился — значит, пришло время отправится на поиски приключений на свой зад. Хотя не то, чтобы он был против. Быстро собравшись, Гарри вышел из гостиницы. Солнце лениво клонилось на запад, отбрасывая свои последние тёплые лучи. Гарри прищурился, разглядывая уходящую далеко вперёд улицу и разбитую колёсами карет и ногами лошадей дорогу. Казалось, людей меньше не стало — просто они словно обленились, замедляя своё движение. Все наслаждались тёплым вечером, который наступил после знойного дня. Гарри вдохнул полной грудью и буквально почувствовал, как на губах оседает вкус пыли. Но почему-то ему не казалось это противным — наоборот, он словно до конца ощутил себя частью этого города. Пускай и на время. Гарри зашагал вперёд, стараясь идти не сильно быстро, но всё же успевая подметить для себя небольшие детали. Например, сразу было видно, что город не самый ужасный в плане экономического развития. Везде встречались торговые и ремесленнические лавки, буфеты, магазины. Также, сами люди выглядели… приличными. Гарри бы назвал их так. Никто не буянил, не кричал, да и пьяниц он заметил два-три от силы. Город жил. В хорошем смысле жил. Интересно, чья это заслуга? Неужто мэр настолько печётся о своём городе? Жаль только, что он закрывает глаза на смерти в своём городе. Внезапно на глаза попалась деревянная вывеска с выжженным на поверхности лаконичным названием «Бар Трёх Братьев». Гарри зашёл во внутрь, и его сразу окутал привычный для таких мест шум и гам. Людей в баре было прилично. В большей степени, конечно, белые мужчины. Но изредка встречались чёрные и женщины. Уже радовало то, что они спокойно себя вели друг с другом, хотя это не отменяло какофонии звуков из голосов и бряканья стекла. Гарри двинулся к барной стойке, лавируя между столиками. Его удивило то, что она была относительно пуста. Обычно, люди стремились познакомиться с барменом или барменшей, чтобы поговорить или, может, даже позаигрывать. Но сейчас, там восседали только пожилой мужчина, что не торопясь пил что-то из своего стакана, и неоднозначного вида девушка, которая цепко скользила взглядом по толпе. Её нельзя было назвать проституткой, но она и не выглядела примерной. Гарри мысленно отнёс её к активным суфражисткам, которые знают, чего хотят. По её виду казалось, будто это она выбирает с кем проведёт сегодняшнюю ночь. И почему-то, было ощущение, что так и есть. Гарри сел на высокий деревянный стул, который как-то опасно покачнулся под его весом. Девушка заинтересованно на него глянула, чуть повернув голову. Её взгляд прошёлся по Гарри, оценивая и словно взвешивая все «за» и «против». Поттер поспешно от неё отвернулся, когда понял, что сам её разглядывает: длинные стройные ноги, выглядывающие из-под не слишком длинной юбки, которая только доставала до колен; красивая осанка и выпирающие косточки ключиц; и дополняло это всё белая кожа и блондинистые волосы. Гарри не мог сказать, что он был большим охотником на женщин, но не заметить красоту этой незнакомки он не мог. Внезапно буквально из-под барной стойки вынырнула ещё одна блондинка. Правда с первой девушкой их связывал только цвет волос. Эта была явно ниже ростом, с пышной причёской и большими голубыми глазами. Она поставила на столешницу круглую корзину, наполненную разными засушенными травами и цветами, и растеряно улыбнулась Гарри.  — Чего-нибудь желаешь? — голос у неё был тягучим и нежным, было ощущение словно что-то мягкое и приятное обволакивало слух. Гарри улыбнулся в ответ, даже не слишком задумываясь из-за того, что девушка так легко перешла на «ты».  — Не откажусь от чашки чая, — Гарри недоверчиво оглядел стеллаж с бутылками за спиной девушки, — конечно, если такое здесь есть. Она медленно качнула головой и сунула руку в корзину, выуживая оттуда пучок трав. Гарри отметил множество простых металлических колечек на её тонких пальцах.  — Но тебе придётся подождать, — она сунула корзину обратно вниз и поспешно скрылась, даже не дожидаясь ответа. Её пышная цветная юбка колыхалась при каждом её движении. Гарри хмыкнул и невольно посмотрел вправо, откуда тут же поймал смеющийся взгляд. Девушка плавно соскользнула со стула, ещё больше оголяя прекрасные ножки, и приблизилась к Гарри, облокачиваясь на столешницу.  — Не правда ли, она странная? — спросила девушка, устанавливая зрительный контакт с Гарри. Её глаза были ярко-зелёные — они явно притягивали взгляд. Гарри нахмурился.  — Мне так не…  — Хотя, это не мешает ей быть обаятельной, — прервала его девушка, всё так же не переводя взгляд, в котором читалось не прикрытое веселье, — я Дафна, — она протянула хрупкую ладонь.  — Гарри, — он пожал руку, внезапно удивляясь силе, которая была в ней скрыта. Это заставило его чуть насторожиться.  — Вы не местный, — констатировала Дафна, усаживаясь на стул рядом с ним, — к нам не так часто приезжают гости, но ещё реже это бывают друзья из Лондона. Она говорила легко, словно знала всё наперёд. Гарри удивлённо на неё посмотрел.  — Как Вы узнали, что я оттуда?  — Никак, — она мелодично рассмеялась, — но Вы только что это подтвердили. Гарри мысленно дал себе подзатыльник — так просто попасться. И хоть девушка и не казалась опасной, стоило быть осторожнее. Ведь не все монстры, выглядят как чудовища. Есть и те, что кажутся безобидными ангелочками, хотя и с этими лучше не встречаться. А он так легко поддавался на провокации.  — Как город?  — Мне нравится, — легко ответил Гарри. И тут же удивился — он не врал. Ему правда была приятная атмосфера спокойствия и отсутствия бедности. Казалось, город был словно современным идеалом. Может именно поэтому люди и не бежали отсюда из-за большой смертности?  — Приятно слышать, — она поставила локоток на стойку и облокотилась острым подбородком о тыльную сторону ладони, — но Вы не похожи на странствующего путешественника.  — Почему Вы так решили?  — Вы заказали чай.  — Не пью.  — Ни с кем не говорите.  — С Вами. Дафна хитро прищурилась:  — Путешественники более легкомысленны, — она вздохнула, — Вы не похожи на человека, который не знает для чего сюда приехал. По работе?  — Зачем столько вопросов? — Гарри внимательно посмотрел в её глаза. Их цвет был поразительного зелёного цвета. Встречал он такой довольно редко — если не учитывать отражения в зеркале.  — Вы слишком устали с пути? — вдруг поинтересовалась она, слегка улыбаясь, — а то могу предложить приятно провести время. Всё сразу стало понятно — и странные вопросы, и этот прямой взгляд. Гарри уже собрался отказаться, как Дафна приложила палец к его губам. Поттер замер.  — Не спеши отказываться, Гарри, — она убрала руку, вставая на ноги, — подумай. И она снова вернулась на свое предыдущее место ближе к стене бара. Тут же появилась барменша, неся на подносе кружку, от которой шёл лёгкий парок.  — Чай, — она улыбнулась, ставя кружку перед Гарри, — многие не ценят его поистине волшебных качеств. На мой взгляд, если правильно смешать травы, он бодрит даже больше, чем кофе. Гарри согласно кивнул и с удовольствием сделал глоток — чай и правда был прекрасен.  — Ты к нам надолго? — спросила девушка, беря в руки стакан и начиная его медленно натирать. Это был просто дежурный вопрос — но казалось, в нём скрывалось намного больше, нежели обычное человеческое любопытство.  — А в этом городе сразу видно приезжих? — Гарри усмехнулся, даже не удивляясь.  — Да, — она снова улыбнулась, — вы все немного другие. Хотя ты отличаешься от всех. Поттер задумчиво на неё посмотрел. Эта девушка сразу вызывала какое-то подсознательное доверие. Казалось, она знает что-то такое, о чём многие могут лишь догадываться. Но и это не отторгало, а скорее наоборот — хотелось узнать, что же это. Может, ему и стоило бы задуматься о причине — но Гарри не стал этого делать.  — Ты видишь больше остальных, — вдруг пояснила она, — может, это и покажется странным, но ты же говоришь с Полумной Лавгуд. И тебе любой скажет, что я сумасшедшая, — она вдруг замолчала, её взгляд стал каким-то непроницаемым, хотя это быстро исправилось, — может это и так. Для них всех я такой и являюсь. Поэтому они и сидят подальше от барной стойки. Но, согласись, я от этого ничего не теряю. Но мне грустно, что так мало людей видят истинную суть вещей.  — Значит я вижу? — Гарри чуть прищурился, отпивая чай, — как же ты это поняла?  — Ты не видишь, ты посвящен, — она поставила блестящий стакан на стойку и доверчиво чуть пригнулась ближе, — но это сразу понятно. В её глазах читалась загадка. Поэтому Гарри задал единственный вопрос:  — Как?  — Не знаю, — она легкомысленно пожала плечами, — я же сумасшедшая. Но её улыбка говорила об обратном. Она просто умело пользовалась слухами, так к стати ходившие вокруг неё.  — Но раз так, могу я у тебя кое-что поспрашивать? — Гарри также доверительно придвинулся ближе, — я ведь такой же нормальный, как и ты…