Потерянный в бою

      Ветра в эту ночь были особенно сильными в Нью-Йорке, заставляя его промерзать до самых костей, не имея защиты от них. В настоящий момент он парил на краю крыши с видом на темный переулок, пока холодные порывы ветра продолжали дуть сквозь него, вызывая дрожь. Порой быть хладнокровным было настоящим проклятьем, особенно в это время года. С недавних пор ночная температура стала резко понижаться. Конечно, она не была рекордно низкой, но вчера было заметно холоднее, чем обычно. Это было нежелательным напоминанием о том, что похолодание наступило слишком рано. Было ощущение, что вот-вот выпадет снег, к которому он не был готов.       Он опустился на корточки, пытаясь сохранить часть тепла своего тела, осматривая крыши, которые простирались перед ним. Ничего необычного или примечательного он не наблюдал. Они находились в патрулировании уже больше часа, но никаких следов футклановцев не было, что стало огромным облегчением.       Клан Фут, лакеи Шредера, их заклятого врага, последние несколько месяцев был крайне активен, и он с братьями отчаянно нуждались в ночи без сражений. Конечно, его несгибаемые братья никогда бы открыто не признались в этом… всегда готовые к открытой битве. С другой стороны, он был более чем готов признать, что им нужен перерыв. Он не мог вспомнить, когда они возвращались из патруля домой, чтобы кто-то из них не нуждался в какой-либо медицинской помощи.       Одно лишь воспоминание о первой помощи внезапно напомнило ему, что в лазарете им не хватает лейкопластырей. Он сделал мысленную заметку, что после патрулирования нужно остановиться и пополнить запасы некоторых медикаментов. По его мнению, пары из них было уже недостаточно.       Будто по команде, его голова снова начала раскалываться, сообщая ему, что аспирин тоже должен быть в списке покупок.       Он осторожно потер свой левый висок, в котором происходила наибольшая пульсация. Он все еще имел дело с последствиями неприятного сотрясения мозга на прошлой неделе, когда пара врагов обрушились на него, когда он пытался взломать мэйнфрейм. В результате удара по голове, его мысли стали немного рассеяннее, чем обычно. Это и было причиной, почему сейчас он думал о лейкопластырях, а не о патрулировании.       Сосредоточься. Враг – это футклановцы, - пошутил он про себя, тихо хихикая над своей неудачной шуткой.       Прищурив глаза, он снова осмотрел соседние здания на предмет чего-либо необычного. Там ничего не было. Хотя это было именно тем, как он думал, на что он надеялся, в глубине души ему было не по себе. Часть его сознания не могла не беспокоиться об отсутствии суматохи. На самом деле, здесь было слишком тихо для его комфорта, и это только разжигало его паранойю.       Все они знали, что футы что-то замышляют. Их число неуклонно росло, и они становились все более и более смелыми в своей деятельности, нападая гораздо чаще, чем обычно. Буквально на прошлой неделе некоторые из них были замечены скрывавшимися днем в канализации.       Он тяжело выдохнул и крепче взял оружие – в качестве меры предосторожности. Он всегда говорил, что лучше перестраховаться, чем потом жалеть.       В то время, как отсутствие активности перед ним было довольно тревожным, оно не было настолько тревожным, как всплеск активности, который теперь происходил всего в нескольких футах позади него.       Он повернул голову через плечо и закатил глаза на сцену, которая развернулась позади него. Он изо всех сил пытался блокировать это в течении нескольких минут, делая вид, что ничего не происходит. По сути, это было аналогично зарыванию головы в песок.       К сожалению, не обращать внимание на его братьев становилось все сложнее и сложнее. Он слышал, как их голоса становятся громче, а в воздухе нарастает напряжение.       Он действительно предпочитал не вмешиваться в это дело, надеясь, что если он проигнорирует это, оно сможет затихнуть. Надеясь, что ничего из этого не выйдет, он все же выдавал желаемое за действительное. Он был умнее всего этого. Намного умнее…       Он все прекрасно понимал.       Из этого всегда что-нибудь выходит.       Драка была неизбежна.       Вот и закончился спокойный вечер…       Недавнее увеличение столкновений с их врагами заставило их всех нервничать. Не то, что обычно они не приглядывали за своими панцирями. В конце концов, они были говорящими черепахами-мутантами ниндзя. Они не могли прогуляться по улицам Нью-Йорка, не вызвав панику по всему городу или стать вирусным видео. Их довольно специфическое рептильное состояние вынуждало их всегда быть начеку и находиться в тени, максимально скрытой от общества. Конечно же, они решили жить в глубине городской канализации не потому, что здесь располагалась первоклассная недвижимость или было приятное место для создания семьи. И это, определенно, не из-за запаха. Они сделали это по необходимости. Само их выживание зависело от того, насколько хорошо они будут держаться в тени из-за того, что они не воспринимались человечеством. Из-за этого, и потому, что на них постоянно охотились их враги, которые не хотели ничего, кроме как видеть их мертвыми.       Да, они всегда жили на грани, но в последнее время это действовало на нервы сильнее обычного. Количество приспешников Шредера росло с геометрической прогрессией, а навыки и вооружение его элиты постоянно развивались, вынуждая небольшую команду братьев предполагать, когда их соперник нанесет следующий удар. С их врагами, потенциально скрывающимися за каждым углом, и вероятностью угрозы обнаружения их тайного жилища, напряженность между братьями достигла новых высот. В результате, в их рядах возникли разногласия.       Ни для кого не было секретом, что между его двумя старшими братьями всегда было много трений, но зачастую их бурные отношения доходили до крайности из-за дополнительной напряженности. Эти двое все чаще были готовы перегрызть друг другу глотки, и это начинало сказываться на поведении каждого.       - Мне так надоело слышать твое самодовольное дерьмо, Бесстрашный!       - Вот оно как? Что ж, а я устал тратить свое время и силы, пытаясь заставить тебя перестать быть таким безрассудным! Твое иррациональное поведение продолжает всех нас подвергать опасности, Раф!       - О, как будто ты так чертовски совершенен, Сплинтер-младший! Ты возлагаешь на меня все наши проблемы только потому, что я не выполняю твои команды, словно послушный солдатик. Перестань давить на меня, Лео!       - Или что, Раф? Сделаешь мне больно? Хочу посмотреть на твою попытку.       - Не искушай меня. Или я заставлю тебя сожалеть об этом.       - Единственное, о чем я сожалею, это то, что позволил тебе так долго делать это с нашей семьей.       Хамато Донателло вздохнул, снова наблюдая за вспышками гнева братьев. У них обоих был этот сдержанный блеск в глазах. Был только вопрос времени, когда один набросится на другого, и начнется драка. Эта будет уже третьей за неделю.       Навскидку, Донателло мог придумать, по крайней мере, сто двадцать семь полезных дел, которые он мог бы делать прямо сейчас вместо того, чтобы быть свидетелем такого варварского поведения. У него были десятки незавершенных проектов, ожидающих его в лаборатории, которые сами себя не закончат в его отсутствие. Список его дел вышел из-под контроля и продолжал расти.       Перед тем, как отправиться на вечернее патрулирование, он только начал работать над обновлением функции GPS на их че-фонах, как просил его Лео. Кроме того, он пытался найти способ увеличить время автономной работы телефонов, поскольку они не могли позволить себе такой роскоши, как заряжать свои мобильные устройства, находясь на задании. Помимо улучшения их телефонов, ему нужно было всерьез заняться заменой масла в Шеллрейзере. О, и он был совершенно уверен, что поликлиновый ремень тоже нужно будет в скором времени заменить. Последнее, что им было нужно – порвать приводной ремень во время погони или побега. Его братья не дадут ему житья, если случится нечто подобное.       Ну, только если нам удастся выжить, - Донни мысленно застонал, когда в его голове всплыло еще несколько дел, которые нужно сделать. Его сверхактивный мозг производил эффективную работу, временно отвлекая его мозг от препирательства двух старших братьев.       К ним относились усовершенствование системы видеонаблюдения логова. У него не было возможности установить новые датчики безопасности, которые он приобрел. Затем ему нужно будет кое-что отремонтировать в байке Рафа. Хотя он не считал это обязательной задачей, его опасение, что его вспыльчивый брат причинит ему боль, если он не сделает это своевременно, ставило эту задачу в ранг приоритетных. Ему не хотелось получать подзатыльники слишком долго. Хотя он еще страдал от последствий сотрясения головного мозга, он не был так уверен, что это остановит его вспыльчивого брата от ударов по голове.       Как только он вздрогнул от мысли, что Раф ударит его, его мозг продолжил выдавать то, над чем он должен был работать. Он вспомнил, что обещал своему младшему брату Майки исправить игровую систему, которую тот сломал во время победного танца, когда он победил Раф в какой-то глупой видеоигре. Опять же, не особо критичная вещь, но Майки уже несколько дней скулил об этом, что начало действовать на уже потрепанные Доннины нервы.       Уровень громкости позади Донателло, казалось, повышался на несколько децибел с каждой последующей секундой, что внезапно не позволило сосредоточиться на чем-то, кроме двух его старших братьев. Его мозг больше не мог заглушить шум.       Уф. Насколько я знаю, мы должны были быть высококвалифицированными ниндзя…       Донни извлек из многих учений своего отца, который оказался великолепным мастером ниндзюцу, что истинные ниндзя должны быть спокойны перед лицом опасности, способны контролировать свои эмоции во время кризиса. Они должны быть бесшумными и хитрыми, способными адаптироваться к любой ситуации. Они должны были быть практически не обнаруживаемыми, как тени в ночи.       По какой-то причине, ему не казалось, что все эти крики во всю глотку на кого-либо было похоже на поведение ниндзя. Его братья вели себя, скорее, как два неандертальца, нежели ниндзя. И если они продолжат в том же духе, вместе с футами вскоре сюда стечется все население Нью-Йорка. С таким же успехом они могли поставить гигантский рекламный щит с надписью «Мы здесь».       Раздраженный до предела, Донателло обернулся на своих братьев как раз вовремя, чтобы увидеть, как Лео угрожающе ткнул пальцем в пластрон Рафа.       Ох, это плохо закончится, - подумал Донни, опуская ладонь на лицо. Ткнуть темпераментного Рафа в грудь, все равно, что сорвать чеку с гранаты. Какой-нибудь взрыв обязательно последует.       Поток матерных слов, извергшихся из Рафаэля, заставил бы покраснеть даже закоренелого матроса. Рафу просто повезло, что Мастера Сплинтера не было рядом для чтения нотации. Их строгий отец не был бы в восторге от использования нецензурной лексики, а мерзкие слова, которые только что произнес Раф, наверняка привели бы к дисциплинарным мерам со стороны человека, который воспитывал их никогда не говорить неуважительно.       Даже уравновешенный и бесстрашный Леонардо, казалось, на мгновение был ошеломлен напором ругательства. Либо это, либо он все еще пытался перевести некоторые слова, которые произнес Раф. Черепаха в красном использовал даже несколько японских ругательств во время своей тирады.       После некоторого колебания Лео принял оборонительную позицию с оружием наготове. Раф сделал то же самое, кинув на Лео свой классический взгляд «Слабо атаковать меня, братец?».       Пять, четыре, три, два, один…       Донни отсчитывал в голове, и этот момент не мог быть более точнее. Как только он мысленно произнес слово «один», схватка началась.       Удивительно, но впервые тем, кто сделал первый шаг, был Лео. Затем была серия злобных ворчаний и звон оружия. Майки старался изо всех сил судить матч неприязни, не преследуя ни одной реальной цели, но все еще пытаясь убедить себя, что он был полезен.       Донателло только покачал головой, не видя смысла вмешиваться в перепалку. Он устало заглянул за край здания. Тогда он краем глаза мельком заметил, что что-то или кто-то двигается внизу. Он посмотрел за край жилого комплекса, на котором сидел, прищурив красно-коричневые глаза, ожидая каких-нибудь повторных движений.       - Эй, парни… я думаю.., - начал Донателло, но Лео резко его прервал.       - Не сейчас, Донни, - прорычал Лео, ненадолго отступая от Рафа. Самая старшая черепаха отдышался, крепко держа свои катаны и готовясь к следующему раунду. Все это время он пристально смотрел на своего брата в красной повязке.       - Да, может, ты поищешь сломанный кондиционер или еще что-то в этом роде, ботаник, - прорычал Раф, ни разу не отрывая взгляда от своего противника. Но его лице было выражение крайней злобы, когда он надменно прокрутил саи в своих руках.       Вопреки здравому смыслу, Донателло встал и сделал несколько осторожных шагов по направлению к своим братьям. Он не хотел приближаться к ним слишком близко, пока они были в таком состоянии. У него не было намерений разгребать последствия.       - Не могли бы вы прекратить? Кое-что.., - начал Донни, но был снова прерван на середине предложения.       - Не лезь, Донателло! Это не твое дело! - приказал Лео, ни капельки не интересуясь тем, что сказал его второй младший брат. Самая старшая черепаха мог сосредоточиться только на Рафе. Так сильно Лео хотел стереть самодовольную улыбку с лица его младшего брата.       - Заткнись, Умник! Никому не хочется это слушать! – холодно взревел Раф, не обращая внимания на своего гениального брата. Он предположил, что Донни просто пытается выступить в роли посредника, как обычно. Пытался заставить всех ладить и мирно играть в одной песочнице. Рафу сейчас наплевать на неудачную миротворческую деятельность его младшего брата. Он был слишком ослеплен своей неконтролируемой яростью.       Затем два старших брата возобновили свою битву за эго, полностью игнорируя присутствие Донни, как будто его там даже не было.       Как будто я невидимка… до тех пор, пока им что-нибудь не понадобится или я облажаюсь.       Донни вздохнул и снова подошел к карнизу здания. Кто-то, определенно, был там, но теперь он потерял его из виду. Были ли это футы, он не был уверен. Насколько он мог судить, там было только одно существо, поэтому, даже если это был клан Фут, это не было похоже на то, чтобы он не мог справиться с этим самостоятельно. В конце концов, он был ниндзя.       Он решил проверить.       В то время он не понимал, что это одно плохое решение окажется самой большой ошибкой в его жизни…