Поцелуй на удачу

Дух захватывает. Питер легко скользит между небоскребами, бегает взглядом по зажигающимся огням и не может вдохнуть из-за набранной скорости. Завораживает. Плавным движением поворачивает налево, когда Карен выводит карту перед его глазами. Тихим жужжанием на заднем плане играет Тейлор Свифт, и Питер, чувствуя ритм музыки, делает кульбит в воздухе. Невероятно. Потрясающе. И еще тысячи-тысячи определений, которые Паук не мог подобрать сейчас. Возможно, он займется этим на досуге. Стоило подумать. Так же, как стоило еще раз подумать перед тем, как надевать костюм, чтобы успеть на занятие, которое Питер так некстати проспал. Знал же, что что-то пойдет не так. Скорее всего, именно поэтому он сейчас летит в учебный корпус, весь покрытый каким-то белым порошком, которым в него сыпанул неизвестный преступник. Питер, как хороший герой, пригвоздил его к стене за это. Вниз головой. И его друга тоже. Паук выверенным вращением сворачивает в переулок, чтобы скинуть с себя костюм, попутно сверяясь со временем. Семь минут. Окей, он успел, а это значит, что он кто? Чертов Флэш. «Не забудьте взять и оплатить штраф за превышение скорости» — звучит у Питера в голове, пока он вылетает на главную улицу, пытаясь надеть кроссовок на ходу. Он искренне радуется, что его никто не видит в таком положении. Две минуты, и он успевает залететь вихрем в класс. Чуть не сносит Миссис Нельсон, за что получает возмущенный и недовольно нахмуренный взгляд в свою сторону, однако это не кажется чем-то ужасным. Ужасно было бы, если он опоздал, и Мишель пришлось бы защищать их общий проект одной. «Она тебя четвертует и отдаст все части в класс биологии, как отлично сделанный муляж. Или в качестве удобрений» — написал ему Нед, в утреннем потоке сообщений, из-за которого Паркер и проснулся. — Спасибо, — тихо шепчет Питер, слегка наклоняясь в сторону друга, когда Миссис Нельсон начинает вести урок. Нед искренне улыбается и кивает. Сердце все еще колотиться, ручка слегка трясется в дрожащих от адреналина руках, но Питер продолжает оставлять пометки неровным, скачущим почерком в тетради, пока слушает доклады одноклассников. Примерно с такой же скоростью на краях тетради появляются мелкие ничего не значащие рисунки. Его начинает знобить, когда наступает их очередь выходить к доске, что кажется довольно странным. Питер списывает все это на волнение перед представляем своей работы. Однако, ему не становится легче ни после того, как он садиться обратно с отметкой «Отлично», ни на следующем уроке, ни после обеда, даже не после того, как учебный день уже почти подходит к концу. — Эй, чувак, — неуверенно тянет Лидс, пока они сидят в школьной столовой, — У тебя что-то… , — он машет рукой у воображаемого воротника, словно пытается что-то стряхнуть. Питер повторяет его движение, замечая на пальцах остатки того же белого порошка, что был на костюме. Он искренне надеется, что это не какой-то наркотик, хотя его ускоренный метаболизм должен быть в состоянии справится с этим. Должен же? — Ты же не…? — подозрительно спрашивает Нед, за что получает удивленно-возмущенный взгляд в свою сторону (Питер почти в точности копирует Мисс Нельсон), — Ладно, ладно, я понял, что нет. Но если это не то, что я думаю… — Понятия не имею. С утра пришлось остановиться, чтобы предотвратить ограбление, а один из «этих» осыпал меня чем-то, — поясняет Питер, пока еще несколько раз смахивает невидимую пыль с воротника, — Скорее всего, пока я снимал костюм, то какая-то часть попала на одежду. — Круть, — отвечает Нед, чуть ли не с восхищением вскидывая руки, — Ты мог бы всегда геройствовать еще и с утра, пока добираешься до корпуса! — Ага. А потом бы люди точно поняли, что я школьник, — смеется Питер, стараясь хотя бы так заглушить слишком быстро бьющееся сердце. Не достаточно быстро для того, чтобы поднимать панику, как считает Паркер. Они заканчивают обед почти перед самым звонком. Надо было лишь продержаться до конца дня, а потом — желательно дома — попросить Карен проанализировать порошок и заодно его состояние. Последняя часть казалась особенно опасной, в частности, потому что у Мистера Старка точно должен быть протокол на этот случай. Питер еле сдерживает себя, чтобы на закатить глаза, пока находится на уроке, утонувший в собственных мыслях. Это кажется вполне эффективным методом, помогающим не чувствовать ускоряющееся сердцебиение и сбивающееся дыхание. Под конце урока даже он перестает работать. Как только в кабинете проносится голос, оповещающий, что на сегодня они закончили, Паркер скользящим движением хватает Неда и тащит его за собой на улицу, слушая от друга что-то о том, как хреново он выглядит. Ледяной воздух отрезвляет, приводит вновь в сознание, позволяя несколько секунд дышать полной грудью, а не судорожными, спасающими вдохами. Питер искренне поблагодарит ненавистный декабрь за его погоду, но как-нибудь в следующий раз. Когда не будет чувствовать, что сердце сейчас выскочит из груди, не будет слышать его в ушах, ощущать биение в каждой части тела (его руки точно трясутся в такт) и при этом задыхаться из-за нехватки кислорода, будто собственное тело пытается задушить. — Пит, — дрожащий голос Лидса кажется слишком приглушенным. Особенно для человека, который буквально удерживает его, предотвращая окончательное падение. Он усаживает Паркера на одну из скамеек за школой, наблюдая за тем, как с каждой минутой его друг все лихорадочнее выдыхает, иногда неосознанно (о боже, лучше бы это было осознанно) хватается рукой слева от груди, скорее всего пытаясь почувствовать и заглушить стук сердца. Неда трясет не меньше: от ужаса, паники и не знания, что за чертовщина творится. «По крайней мере, никто не видит нас здесь. Это был бы Кошмар», — красной строкой проносится в голове. Взгляд Паркера, не цепляясь, скачет, словно он о чем-то быстро думает. Нед иногда замечал за ним подобное, когда его друг слишком сильно погружался в работу. — Порошок, — хрипит Питер, хватая за руку и пытаясь встать. Лидс согласно мычит, на несколько секунд возвращаясь к их разговору в столовой. Это более чем логично. — Эй, эй, куда ты собрался? — панически трезвонит Нед, но все же хватает Паука под руку, помогая. Сейчас он выглядит более потерянным, чем до этого. Питер прижимает руку к груди, продолжая судорожно хватать воздух ртом. — Тони, — бормочет он, вытаскивая дрожащими руками мобильник из заднего кармана. Нед быстро выхватывает его, набирая пароль и открывая список контактов. Его пальцы двигаются на удивление быстро и уверенно, хотя тело прошибает настоящий озноб, граничащий с параличом. Питер продолжает тянуть вперед, двигаясь в сторону выхода из школы. Его походка становится более уверенной, когда на пути попадается несколько учеников. Чертов геройский комплекс — тихо ругается про себя Нед. Они выглядят почти нормально, когда оказываются на улице. Не считая того, что ни на одном из них нет куртки. — Куда ты идешь? — уже серьёзнее спрашивает Лидс, нажимая на один из контактов — «Мистер Старк» — продолжая крепко удерживать друга. — Морозильник, — глухо отвечает тот, поднимая взгляд, явно стараясь сосредоточиться на чем-то. В телефоне слышаться недовольные гудки, оповещающие о том, что телефон абонента сейчас недоступен. Нед упорно жмет на трубку еще раз, снова прикладывая телефон к уху. — Ты с ума сошел? Какой морозильник? — шипит Лидс, когда они сворачивают на другую улицу. Питер идет уже уверенней, словно его начинает отпускать. Из-за холодного воздуха - скачет мысль на периферии. Нед убежден, что Паркер думает о том же. Если вообще думает, — Нам бы лучше взять такси и до Старк Индастриз прямым ходом, не? Ты сейчас откинешься. А я, поверь, не хочу этого, и вообще ты хоть представляешь… Абонент недоступен. Приходится нажать на кнопку еще раз. — Не успеем, — отвечает Питер, спокойнее выдыхая, но продолжая дрожать, — Анабиоз. Попробуем так. — Ты точно с катушек слетел, — тревожно кивает Нед, — Кто нас вообще, — абонент недоступен. Еще раз, — пустит в морозильник? Или ты представляешь, что мы зайдем такие, а они вместо скорой позволят поторчать тебе в их холодильнике, пока ты почти не откинешься? — Тони устроил, — Питер хватается за горло, заходясь в приступе кашля, стараясь ухватить хоть каплю кислорода, однако вместо этого из его горла вырывается лишь судорожный и надрывный хрип, — слежку, — заканчивает он на вдохе, — На случай, если со школой что-то случится. — Охренеть, — вырывается у Неда. Абонент недо… Еще один гребаный раз. И еще сто, если потребуется. Питер толкает дверь одного из кафе с табличкой «Закрыто». Их встречает только оглушающая тишина, (не считая хрипящего дыхания Паркера) и слой пыли, который Нед видит даже в комнатной темноте. Они двигаются за стойку, к морозилке. Такая себе слежка, как считает Нед. Питер садится рядом с железной дверью, пока Лидс включает холодильник и открывает дверь. В трубке спустя еще два нажатия, слышаться гудки, которые Нед расценивает как свое спасение. Ему приходится выкрутить температуру на самый минимум, после чего он собственноручно поднимает задыхающегося Паука, заставляя своего друга, остаться в гребаном морозильнике, чтобы тот не задохнулся, и в тот же момент мог получить обморожение. Просто чудесно. Отлично. — Питер, какого… — Мистер Старк! — звучит не менее задыхающийся (чем Питер пару минут назад) голос Лидса.

***

К тому времени, как Питер оказывается в медотсеке Stark Industries, под присмотром Хелен, Тони успевает пережить как минимум три остановки сердца, две панические атаки и обморок. По крайней мере, он так думает. Пока Беннер, пытается проанализировать состав порошка, собранного с костюма Питера (по прекрасной наводке Неда), Тони меряет шагами лабораторию, ожидая, когда Чо даст разрешение на посещение. - Успокойся, Тони. Тебе же сказали, что его жизни ничего не угрожает, - выдыхает Брюс, поворачиваясь к нему. Старк мысленно отмахивается от его слов, продолжая заниматься тем же. Теперь только хмурится сильнее. - Хорошо, что он догадался, погрузить себя в анабиоз, - довольно кивает доктор. О, конечно, Тони с ним согласен. Он тоже им гордился. Но его поступок наравне с этим пугал и раздражал. - Ты хочешь сказать, что он молодец, что чуть не убил себя сам, чтобы не дать убить себя чему-то другому? - едко говорит Старк, опираясь на свой стол и подавляя желание разнести все, что на нем стояло, - Мы не проводили подобных экспериментов, он, блядь, не знал, что может впасть в чертов анабиоз. Это мог быть путь в один конец... - Я хочу сказать, что он молодец, потому что дал нам время добраться до него, чтобы помочь, - поясняет Брюс, внимательно просматривая результаты, выведенные на экран. - Обязательно скажу ему, что горжусь им, потому что он отложил собственную смерть, - выплевывает Тони, обессилено опускаясь на стул, который ему подкатил Дубина. - Он воспримет это как комплимент, ты же знаешь. Старк фыркает, откидываясь на спинку. Он прикрывает глаза, стараясь себя успокоить. Питер бы справился с этим лучше, чем он. Тони до сих пор не может поверить, что не выйди он с совещания, чтобы налить себе кофе, то не увидел бы с десяток пропущенных. Он еще раз судорожно выдыхает, чувствуя себя виноватым за то, что не смог ответить раньше. - Я бы сказал, что это какой-то наркотик, сделанный на основе... Гептамила, может, - говорит Брюс, поднимаясь со своего места. Он хмурится, удерживая в руках пробирку. Тони устало смотрит на него, призывая продолжить свое объяснение, хотя ему откровенно наплевать на все это. Питер сейчас лежал в больничном крыле, и это единственное, что было важно. Кроме того, что его жизнь была вне угрозы. И то, что позже Тони заставит Брюса провести сотни экспериментов на собранной субстанции. Но это будет позже. - Скорей всего, это смесь гиптаминол гидрохлорида, с каким-то веществом. При передозировке может вызвать тахикардию, но думаю, что сейчас это неважно - Беннер с мягкой улыбкой похлопывает Старка по плечу, оказывая молчаливую поддержку. - Босс, Мисс Чо просила передать, что Вы можете навестить Питера, - раздается легкий, ободряющий голос Пятницы. Тони кивает в пустоту, поднимаясь со своего места. Позже. Он займется всем остальным позже.

***

Тони быстро благодарит Хелен за её работу, выслушивая отчет о состоянии Паркера. Она повторяет почти все то же, что он уже слышал от Брюса, после чего уверенно кивает и выходит из медотсека, напоследок сообщая, что Паук очнется в течение часа и удовлетворенно хвалит его метаболизм. Мужчина садится рядом с кроватью, ощущая опустошенность за прошедший день. Лучше бы еще раз открылась Червоточина в другое измерение, чем он бы сидел, дожидаясь хоть какого-то оповещения о состоянии Питера. В бою он был Железным Человеком, здесь же он себя таковым не чувствовал. Тони выученным движением тянется к его руке, слегка касается запястья и наконец выдыхает, кажется только сейчас осознавая, что его волнение, бушующее последний час, было напрасным. Слава богу, слава богу, слава богу. Он привычно касается губами запястья, ладони, пальцев. Словно это то, что должно его успокаивать. Не должно. Но его отпускает, заставляя снова свободно дышать, возвращая его к понимаю, что все это ощущается слишком правильным и нужным. Даже то, что ему хочется касаться не только руки Питера, но эту мысль Тони сразу откидывает, оставляя заметку подумать об этом. Займется на досуге. В одном из экранов мелькает цифра - четыреста двадцать пять, которая быстро сменяется на - четыреста сорок семь. Их счетчик. Тони кажется, что они двигаются одновременно медленно и быстро: медленно, потому что с каждой встречей, Старк прикасается к Питеру все чаще и с каждым днем, все сильнее давит в себе желание видеть его чаще, и быстро, потому что они почти преодолели середину. Чертову середину в пять сотен. И они определенно заигрались. - Сотри последний счет к черту. - Да, Босс. Счетчик возвращается, цифры скачут обратно, останавливаясь на первоначальном значении, а Тони еле давит в себе улыбку, которая уж точно не должна сорваться с его губ. Он продолжает наблюдать за показателями, мягко удерживая руку Питера в своей, так же скользя по ней пальцами, стараясь успокоить и себя, и Паркера, на случай, если тот решит преждевременно запаниковать. Старк приходит к выводу, что ему необходимо выпить. Желательно сразу же, как Паркер откроет глаза.

***

Питера все еще морозит, когда он приходит в себя. Все тело отзывается ноющей болью и давящей тяжестью, оседающей на поверхности кровати. - Эй, малыш, - теплая рука касается кисти, легко поглаживая её. Это кажется успокаивающим. Питер несколько раз моргает, морщась от пронзительного света. Все те же руки мягко касаются его лба, и Питер удовлетворенно выдыхает. В горло словно песка насыпали, не иначе. Питер наконец открывает глаза, прищурено вглядываясь в лицо напротив. Запах хлорки и медикаментов ударяет по рецепторам. - Ты как? - Разве, - хрипит Питер, - меня не должны хранить в темном месте? Тони удивленно вскидывает брови, после чего тихо смеется, оставляя легкий поцелуй где-то на макушке. - Не драматизируй, ты не лекарственное средство. Старк помогает Питеру подняться, подает открытую бутылку и терпеливо ждет, пока парень чуть ли не махом осушает её. - Я почти уверен, что сейчас пахну не хуже любой таблетки, - усмехается Паркер. Тони ловит мини-обморок, когда Питер быстро и уверенно соскакивает с постели, - Я в порядке. Честно. Хотя было бы неплохо, знаете...Поехать домой. Мэй уже, наверное, с ума сходит. Тони закатывает глаза и выкидывает пустую бутылку в ближайшую мусорную корзину. В порядке он, конечно. - Ты остаешься здесь. Мэй уже в курсе, - Тони внимательно следит за тем, как Питер поднимает неуверенный взгляд, его брови вопросительно изгибаются, - обо всем, - заканчивает мужчина, скрещивая руки на груди. Питер удрученно стонет, прикрывая руками лицо. Его убьют. - Определенно, - соглашается Старк. Он что, сейчас это вслух сказал? - Ты сегодня всех заставил поволноваться. - Мне жаль. - Поэтому я наору на тебя чуть позже. Когда мы выспимся и отдохнем. И ты будешь в состоянии понять, что вытворил, - жестко заканчивает мужчина, ощущая, как теряется в одолевающих его эмоциях. - Все же сработало, - хмурится Паркер, недовольно склоняя голову. - Питер. - Потом. Я понял. - Пойдем, - Тони кивает в сторону выхода, на всякий случай пропуская парня вперед. - А можно...? - Нет. Ты идешь спать. Никаких фильмов. - Черт. - Следи за языком. - Кто бы говорил. - Я заставлю Пятницу отключить твой телефон, если ты продолжишь. - Молчу и качу в комнату.

***

Питер лежит в телефоне добрые двадцать минут. Еще двадцать пытается подавить бьющий его озноб, пока Пятница не добавляет несколько градусов, по его просьбе. И еще тридцать мучается от медленно одолевающего его голода. После чего наконец поднимается с кровати и идет на кухню, в надежде быстро перекусить и вернуться обратно под теплое одеяло. Его пробирает до мозга костей от воспоминания о холодильнике. Было так, черт возьми, холодно. Питер несколько раз сгибает и разгибает пальцы, будто пытаясь удостоверится, что он не окоченел окончательно. Конечно, Паук понимал, почему Тони злился. План с анабиозом изначально был провальным, но это единственное, что пришло ему в голову, когда он понял, что уже начинает задыхаться из-за недостатка кислорода и быстро скачущего сердца. Стоило искренне поблагодарить свой организм, который так долго удерживал его в сознании. И Наташу, которая на одной из их посиделок весело смеялась о чрезмерной заботе Старка, который, вот так кстати, выкупил какое-то кафе недалеко от школы. Похоже, его непомерное беспокойство никому не вышло боком. В этот раз уж точно. Еще до того, как Питер входит на кухню, он слышит знакомый запах ликера. Один из тех, которые Тони предпочитал открывать в экстремально сложных обстоятельствах. - Ты должен уже спать, - говорит Старк, поворачиваясь в сторону Питера на барном стуле. Свет в общей комнате слишком приглушен, чтобы Паркер мог разобрать какие-то эмоции, очевидно отразившиеся на лице мужчины. На заднем фоне совсем тихо играет музыка, и Питер ушам своим не верит, когда слышит не AC/DC, а что-то из классики. - Решил, что было бы неплохо перекусить, - пожимает плечами парень, уверенно обходя барную стойку, - Вы сегодня фанат Моцарта? - Я сегодня фанат чего-то спокойного и не валяющегося в полуобморочном состоянии на медицинской кровати, - Паркер успевает заметить выдавленную улыбку, когда поворачивается с фруктовым батончиком. Питер садится напротив Тони, медленно уплетая свой поздний перекус. - Это какая-то профилактика от Пятницы? - Типа того. Я попросил включить что-то успокаивающее, - Старк притворно раздраженно взмахивает рукой. - Прошу принять во внимание, - тут же подключился ИИ, - Что было проведено исследование, по результатам которого.... - Да, да, да - обрывает Старк, - Ты уже три раза зачитала мне эти выводы. Вполне хватило бы и одного. Питер быстро откусывает свой батончик, увлеченно слушая их перепалку. - Видимо, Вам не хватило, потому что Вы - Босс - продолжили возмущаться по тому же поводу, что и сейчас. - Потому что это - не успокаивает. - Прошу принять во внимание... - Да принял я, - выдыхает Тони, потирая пальцами виски. - Я думал, что вы предпочитаете скрипку, - весело улыбается Питер, шумно сворачивая фантик. - Даже. Не. Напоминай, - Старк несколько раз угрожающе указывает пальцами на парня, сверкая глазами, - Я до конца жизни наслушался. - Линдси Стирлинг Вам бы понравилась. - Ты прикалываешься сейчас? - Совсем нет! - возмущается Питер, - Мэй обожает её. Она заставила меня скачать все композиции, которые только есть. Я серьёзно. Это не смешно. - Попробуешь меня удивить? - смеется Тони, отпивая из стакана. - Carol of the Bells, - не задумываясь, говорит Питер. Главная партия тридцать шестой симфонии медленно заглушается. Они некоторое время сидят в уютной тишине, нарушаемой тихим началом партии скрипки и легким трезвоном колокольчиков, - Мы танцевали под неё на одном из рождественских выступлений, - зачем-то добавляет Питер. Тони несколько секунд задумчиво смотрит на него, после чего поднимается со стула и молча протягивает руку. Сердце пропускает удар (Питер на секунду пугается, что сейчас снова начнет задыхаться). - Смелее, малыш, - подталкивает Старк, - Я никому не расскажу, что ты не умеешь. - Я не настолько плох, - Паркер кладет свою слегка дрожащую руку поверх теплой ладони, позволяя утянуть себя в середину общей комнаты. Они встают напротив друг друга, и Питер еле давит в себе удушающий вздох. Боже, боже, боже. - Просто постарайся сделать так, чтобы я завтра смог встать, - усмехается Тони. - Эй, - возмущается парень, слегка ударяя Старка по плечу и позволяя тому вести. Они, постепенно ускоряясь, подстраиваются под ритм музыки. Конечно, это не те школьные вечера, где все неловко перебирают руками и ногами, не понимая, насколько близко можно притянуть своего партнера, и не какое-то выступление, где каждое движение идеально выверено и отточено до мельчайшей подробности и механики. Это намного-чертовски-намного лучше. Питер уверенно вглядывается в сияющие глаза напротив, следуя в танце за своим партнером, словно это все так и должно быть. Правильно, чувствительно, сильно, значимо. "Скрипка вводит в композицию основную мысль. Представляет её и открывает для других" - как-то сказала ему Мэй. Сентиментально, и потому единственно правильно. Питер чувствует, как Тони притягивает его ближе, когда основная партия звучит мягкими единичными трезвонами струн. После чего вздрагивает, когда горячие губы касаются его шеи. Четыреста двадцать шесть.