Встретимся в Аду

      Руки терлись о железные прутья изножья кровати, что их ржавым запахом пропитались пальцы. Приторный сладкий запах духов, пота и спермы было тошно втягивать через нос, ибо, казалось, он царапает глотку и заставляет задыхаться.       Опустив голову, утопая в спавших на лицо волосах, Вегги сцепила зубы, пока её неуклюже трахал какой-то среднестатистический, порабощающийся системой, живой зомби. Тот, который всю неделю батрачил где-то на какую-то фирму, и остатки зарплаты, что не ушла на алкоголь, потратил на дешёвый секс. Настолько жалок, что за бесплатно никто не соглашается стелиться под него.       «Ещё бы» - тихо фыркнула Вегги, отмечая, что эта хрень, которая с силой вбивается в неё больше похожа на гнилой банан, чем на член.       Девушка думала, как она опять скатилась в это дерьмо.

***

      Вегги редко видела маму. Её практически не было в том месте, что стоило бы назвать «домом», но на деле, что было маленькой квартиркой в грязном районе с минимум мебели в ней. А когда мать всё-таки являлась домой, то всё, что Вегги могла получить от неё, - это звонкие оплеухи вместо поцелуев на ночь.       Она нежеланная, ненужная, результат одноразовой связи.       «Этот сукин сын кончил в меня» - вот и всё, что говорит о своей дочери её мать, когда собирается со своими псевдоподружками на ступенях подъезда дома и пьёт дешёвый спирт.       А ещё у них совершенно не было денег. Те мамины «одноразовые связи» иногда заканчивались гематомами на теле вместо платы. Поэтом Вегги чувствовала себя больше, чем просто уничижено. Ей просто не хотелось жить. Поэтому единственная забава, которую девушка могла себе позволить это закрыть глаза и представить себя мертвой. - Эй, спящая красавица! – В окно девушки на первом этаже заглянула её не то, чтобы подруга, но единственная отрада, делающая жизнь терпимее. - Тэс? – До этого скомкавшаяся у стены, Вегги оживленно посмотрела на Тэсию. - Сколько? – Карие глаза девушки возраста Вегги в полумраке весело блестят. - Пять. - У меня восемь, значит сегодня платишь ты. – И Тэсия по очереди демонстрирует на теле восемь синих пятен – синяков, оставленных родителями.       Вегги слабо улыбается и подымается с места.       Платить здесь означает предварительно украсть. Украсть означает заговорить какого-то обдолбавшегося придурка и вытащить у него из кармана деньги. - Тот. – Тэс указывает пальцем вглубь клуба, где в углу сидит на диване очень бледный парень, откинувшись на спинку и прикрыв глаза. - Он живой то хоть вообще? – Вегги с сомнением смотрит на него и неуверенно мнется на месте. - Живее всех живых, Вег, вперёд – Наседала Тэс. – Он, тем более, не самый худший вариант. Я бы даже сама пошла, но уговор есть уговор. – Та улыбнулась, поправляя на себе мамину мини-юбку.       Вегги тяжело вздохнула и снова посмотрела на того парня. Тонкие черты лица и взъерошенные пепельного цвета волосы действительно выглядели привлекательно, но «убитое состояние» не могло не заставить немного напрячься.       Не выдержав настойчивого взгляда Тэс, девушка всё-таки сделала решительный шаг в толпу и на какое-то время музыка оглушила её в консистенции с чужими голосами, что-то выкрикивающими, что-то требующими, смеющиеся, возмущенные, пустые такие - создают туман перед глазами, в котором тонет пространство клуба, размывая пятнами огни светодиодов, и оставляя только образ цели – «обдолбанный придурок», ну или симпатичный «обдолбанный придурок». Немного, но другая формулировка меняла суть проблемы.       Вегги села рядом, но тот никак не отреагировал, продолжая лежать с закрытыми глазами. Растерянная девушка посмотрела на свою подругу, которая должна была быть в совершенно другом конце зала. Но, не видя её больше, дезориентировавшись из-за постоянного движения толпы, Вегги не нашла поддержки или помощи. Она снова полностью обратила своё внимание на парня и чуть ближе пододвинулась к нему. - Хэй? – Она, как это следовало по классике, мягко положила руку ему на бедро, приблизившись губами к его щеке.       Он приятно пах одеколоном или шампунем, или и тем и тем сразу, и был опрятно одет в оверсайзное худи и черные скинни джинсы (которые основа дрэсс кода наркоманов таких как он, ибо другие брюки пришлось бы ушивать из-за резкой потери веса при употреблении веществ) поэтому Вегги, наверное, впервые было не так противно как обычно, когда приходилось «платить». Парень, прежде, чем открыть глаза, скривился, поморщившись и сведя брови на переносице. А потом, словно через пелену, затянувшую радужки, посмотрел на девушку из-под полуоткрытых глаз. Почувствовав на своей ноге её руку, парень ухмыльнулся, а потом его стошнило.

***

      Вэгги резко вскрикивает из-за того, как грубо схватил её за волосы тот самый отброс человечества, купивший на час её тело. Тянет её на себя, заставляя выгнуться в спине и, казалось бы, скоро пронзает насквозь. Так, что вся грязь вытечет из девушки вместе с её внутренностями, если только они ними и не были. - Я хочу слышать твой похотливый стон, шлюшка. – Гортанным, до ужаса прокуренным голосом, явно надрывающимся дёгтем в лёгких, растягивает мужчина, пока Вегги пытается нащупать точку опоры для себя психологически, чтобы не заплакать или закричать. - Я сказал, что хочу услышать твой голос! –Хватает за плечо и заставляет развернуться на спину. Вегги видит как мутнеют яростью и тупой похотью его глаза. Как это некрасивое лицо приближается и чужие руки замыкаются пальцами на шее девушки. Он душит её и она пытается это прекратить, цепляется за его локти, пытаясь оттолкнуть. - Что за лицо, шлюшка? – Ехидно искривляет губы мужчина, отвешивая Вегги пощёчину и оставляя на коже красный след.       От силы удара даже отвернув лицо, Вегги будто выбили весь воздух из лёгких и внутрь вместо потоков кислорода теперь попадали потоки ярости, активирующие каждый нерв раздражения и заставляя тело воспылать.       «Я не могу больше»       Половой акт становился актом полной бессмысленности.       «Лучше в Аду гореть, чем терпеть это» - мысль проносится в голове Вегги вместе с тем как девушка успевает укусить её насильника и отпрыгнуть от него в угол комнаты, вооружившись торшером. - Не совершай того, после чего можешь пожалеть. - Со стороны, этот придурок выглядел ещё ничтожнее, ещё жальче, стоя на четвереньках на матрасе и вытягивая вперёд руку, как бы приказывая Вегги успокоиться, как бы совершая над ней акт милосердия аля «Я позволяю тебе успокоиться и может быть прощу». - Пошёл к чёрту.       Лампа разбилась о чужую голову, после чего трость от торшера долго ещё полосовала тело мужчины в попытках сломать там не одну кость.

***

      Вегги стояла опёршись бедрами о ванную, пока стиральная машинка снова и снова крутила в барабане её платье. - Ты так смотришь на меня, будто бы я в этом виноват. – Подметил стоящий напротив Энджел Даст, опёршись рукой в ту самую машинку и скрестив ноги. - А что, разве не так?! – Возмутилась, вспыхнув Вегги, совсем отличаясь от темперамента девушки, что с таким трепетным флиртом клала руку на бедро парня несколькими часами назад. - Я тебя не заказывал. – Заметив, как возмутилась после его слов девушка, парень усмехнулся. - Что?! – Возмущения в девушке было так много, что вместо того, чтобы взять нотку голоса вверх, она произнесла это практически на одном дыхании и почти шепотом. - Ну а что? – Энджел лишь беззаботно пожал плечами. – Не пульс же ты на моём бедре искала, правда? - Ты придурок? – Хоть и залившись краской, не переставала выходить из себя Вегги, к слову, стоя в одном худи парня, который он ей отдал на временное пользование, пока платье в стирке, а сам остался в белой футболке с рукавами три четверти. - Ну, - протянул тот, явно потешаясь издеваясь над девушкой. – Разве что только потому, что пустил в свой дом малознакомую мне сомнительную личность, а так вполне себе не придурок. - Мог бы и не пускать. Хоть сейчас могу уйти! – Та выровнялась и быстро прошла мимо парня к выходу в коридор. - В моём худи? – Переспросил тот, обернувшись к ней через плечо, со своей усмешкой на губах, но не двинувшись с места. - Моральная компенсация. – Буркнула в ответ Вегги, уже скрывшись за дверью. - Отлично, заберу себе твоё платье тогда, пожалуй. – Чуть прикрикнул Энджел, чтобы девушка могла услышать его в коридоре. - Что? – Её голова внезапно снова появилась из-за дверного косяка.       Даст стоял к ней спиной, всё также опершись на машинку, только ногу поменяв, как точку опоры, а потом приставил к ней другую, скрещивая их, опираясь второй на носок. - Оно хоть и не совсем в моём вкусе, но чуть-чуть доработать и сойдёт. – Тот продолжил в своей саркастической манере, которую Вегги мало понимала. - Подожди, ты серьёзно? – Она встала рядом с ним, скрестив руки на груди. - Ну да. – Энджел Даст усмехнулся шире и развернулся так, чтобы стоять к Вегги лицом. – Будем с тобой коллегами.       Щеки Вегги вспыхнули. - Я не прос… - Она запнулась, резко почувствовав неловкость за слово, которое собиралась произнести. - Очень жаль. Я бы непременно тебя заказал. – Он ухмыльнулся, посмотрев на Вегги взглядом, в котором вместо бликов играли бесы. Девушка замерла, не до конца осознавая сказанное парнем, когда он мягко взял её за подбородок, проведя по нему большим пальцем. - Мне нужны были деньги на дурь. – Прямо выложила Вегги, замечая интересную особенность глаз Даста. Когда они смотрели на неё так, как сейчас и при таких обстоятельствах как сейчас – врать им было практически невозможно. - Дурь значит. – Усмехается Даст и отстраняется. Так внезапно, что Вегги даже сначала рефлекторно тянется за ним, но вовремя отдергивает себя. Она трёт рукой подбородок, на котором ещё теплело прикасание пальцев парня, будто пытаясь стереть их, и снова смотрит на Энджела с раздражением.       До тех самых пор, пока он не достает из переднего кармана джинсов маленький пакетик с белым веществом. - Что это? – Несмело спрашивает Вегги, чьё раздражение резко сменила слабость и ломка в костях перед видом того, что ассоциировалось у неё с чем-то очень приятным и невозможно нужным сейчас.       Девушка вступила на тропу наркотиков как только её поманила туда Тэс. Однажды она просто привела её в тот клуб, где, в особенности, только наркоупотребляющие и ошиваются. А потом показала, что существует другой мир – внутри её головы. Мир, в котором представления собственной смерти настолько реалистичны, что частичны и являются правдой.       Интуитивно рука девушки потянулась к пакетику, но Даст сразу же отвёл свою, сжимающую пальцами наркоту, и лишь лукаво усмехнулся, коротко рассмеявшись. - Это плата. – Сказал он всё с теми же бесиками глядя на Вегги. - Плата? – Переспросила она одними губами, отрывая взгляд от желанного вещества и переводя его на лицо парня. - Я по-прежнему хочу тебя заказать. – Он ухмыльнулся.       Вегги уже думала возмутиться, но не могла вымолвить не слова. Сразу же вдаться в отрицания было очень и очень трудно. - Почему? - спросила она, вопросительно посмотрев на Даста. - Кто знает. – Тот пожал плечами, пристальнее вглядываясь в лицо девушки, а потом чуть склоняясь к нему. – Наверное, мне просто очень и очень скучно.       Вегги рыскает глазами в его глазах, будто пытаясь прочесть что-то с них, но кроме её собственного отражения в них ничего не было. И этой маленькой насмешки. Она всегда там, в его радужках - неотъемлемая часть их конструкции. Наверное, поэтому Вегги раздражается, обвивает руками шею Даста и впивается губами в его губы. Он усмехается сквозь поцелуй и скользит руками под его собственное худи на тонком женском теле. Заставляет Вегги чуть опрокинуть голову и приоткрыть ротик, чтобы проникнуть внутрь языком. Её коленки начинают подгибаться от воспылавшей истомы внизу живота, но признать своё возбуждение было равно признанию в поражении. Вегги уперлась ладонями в плечи Энджела, будто резко передумав, но он уже расстегнул её лифчик и горячо целовал шею девушки, заставляя её чувствовать плавящейся в его руках.       Они меняются местами, Даст сажает Вегги на стиральную машинку, которая продолжает стирать её платье. Вибрация бытового предмета заставляет девушку легонько, тихо застонать. Парня хоть это и забавляет, но раздражает гудение со стороны электрического прибора, и он резко выдергивает его из розетки. - Оно ещё не… - Запротестовала, но слабо, Вегги. - Плевать… - Быстро бросил Даст, прежде чем снова поцеловать девушку в губы.       Пакетик с порошком давно выпал из его рук. Интересно, заметили ли они как не единожды втоптали его в пол?

***

- Наземное управление для майора Тома! Примите свои белковые таблетки и наденьте шлем.*       Он определенно бредил. Даст сидел почему-то на полу у кровати, не предав ей предпочтения, одну ногу выпрямив, а вторую согнув в колене и вяло протягивал первые строки из песни Дэвида Боуи. На его губах играла глупая бессмысленная улыбка в то время как взгляд расфокусировано был направлен вниз. - Ты напугал Молли. – Опершись плечом о дверной косяк, произнесла Вегги.       Только она успела сбежать из борделя, как ей позвонила сестра Энджела и попросила образумить близкого к передозу придурка. - А вот и титры… - Подняв на неё взгляд, хоть и смотря сквозь, усмехнулся Даст. - Что ты несёшь? – Тяжело вздыхая, девушка отталкивается от своей точки опоры и приближается к парню, сев у его колен на пол. - Не ругайся, мамочка, я всего лишь смотрел мультики. – Продолжал саркастично Энджел, картинно изображая невинность, а потом сам себе коротко рассмеялся.       Но резко оборвал смех, когда девушка мягко взяла его за подбородок, заглядывая ему в глаза. - Зрачки как два блюдца. Канал, по которому ты мультики смотрел, случайно не ЛСД называется? –Больше как упрёк, чем шутку, произнесла Вегги, отводя руку от лица парня, но тот резко сжал её пальцами на своей щеке, не позволяя отстраниться. - Неужели переживаешь? - Его губы сами собой широко растянулись в усмешке, пока голос гиперболизированно передает ироничный якобы восторг. – Боже мой, это тот самый холоднокровный латинос, которого я знаю? - Да прекрати. – Всё таки вырвав свою руку под краткий гортанный смех Энджела закатила глаза девушка. - Ну а что, впихнула бы свою плоскую грудь в гавайскую рубашку и наставила бы на кого-то нож - и все тако мира твои. – Сыронизировал он, в то время, как Вегги, как бы обидевшись, скрещивает руки на груди, но кончики губ всё равно предательски дрогают вверх. - Это шутка расистская или сексистская? - Спрашивает она. - То, что бесит тебя больше. – Хмыкает он.       И между ними на какое-то время воцаряется тишина.       Вегги смотрит в его лицо и понимает, насколько оно бледное и измученное сейчас – как только с него сходит саркастичная тень и сползает улыбка. Как только дымка задумчивости лишает взгляд эмоций. А он даже не видите её, по крайней мере, не через призму «мультиков», но тепло ладони ещё теплится на щеке. - Нет шансов, что ты прекратишь это делать, да? – Она обращается к нему мягко, сама удивляясь этому новому звучанию её голоса, намекая на его способы уходить от реальности. - А ты, прекратишь? – Отвечает он, криво улыбнувшись, намекая на её профессию и способы в этой реальности выживать. Вегги промолчала. - Но так жить нельзя. – Говорит она на прямую, не отвечая на заданный вопрос, сама не зная ответ.       Зачем она это делает? Может ли поступать как-то по-другому? А какие у неё на это перспективы? Расовая дискриминация, ужасное положение в семье и отсутствие любых друзей кроме только на чуть-чуть менее несчастной Тэс и наркомана-несостоявшегося стэндапера. Определенно, Вегги одна из самых «счастливых» людей на земле. Но как перепрыгнуться через это всё? Как бороться? Как пытаться идти по земле, когда она рушится трещинами под ногами, расходиться в стороны. И не оставляет ничего, кроме желания наконец упасть. - Значит, встретимся в Аду, Вег.

***

Десять

      Она плакала, может быть, второй раз в своей жизни. Слёзы мешались с кровью текущей из левого глаза и пачкали руки и одежду.       «Не совершай того, после чего можешь пожалеть» - сказал он, а потом сделал так, чтобы она пожалела.       Он, сука, выжил. Вычислил, где живёт и пришёл сюда вместе со своими дружками. Избил какую-никакую, но всё-таки мать девушки, а ей самой выколол глаз.

Девять

      «Я предупреждал тебя. - Говорил он, держа нож над огоньком включенной зажигалки, пока его такие же безмозглые полудурки дружки держали Вегги под руки. – Требую вернуть свою плату за некачественную работу»

Восемь

      Весь мир теперь казался таким пустым, потому, что, несмотря на то, что в душе Вегги творилась целая трагедия, он равнодушно существовал. Земля продолжала вращаться, а время течь. Люди дышат, проходят мимо, о чем-то думают. И никому нет дела до неё. Хотелось разорваться на части. Когда эти трещины под ногами уже возьмут да поглотят, да сожрут без остатка..?

Семь

      Девушка лежала на полу собственного дома, где хоть и не видела счастья, но пережила много боли, чтобы сейчас она обрушилась на неё с потолка и, казалось бы, свела с ума. Лежала и вспоминала, что же это за песня Боуи тогда была.

Шесть

- Наземное управление.. – Строки смутно воспроизводились из памяти, услышанные, может быть, в каком-то клубе для сброда нечастных и глупых пытающихся сбежать от реальности.

Пять

- Для Майора Тома. – О чем эта песня вообще и зачем её тихо-тихо напевать сейчас, в помещении, где запах крови стал кислородом и единственным воздухом, который был доступен легким.

Четыре

- Начало обратного отсчета, двигатели включены. – Губы еле-еле роняют голос, костяшки пальцев уже не ощущают лежащий рядом нож, лишивший девушку глаза и оставленный ей на память и которым она распорола себе вены на запястье.

Три

- Проверьте зажигание. – Голос слабеет и последнии раз содрагается от всхлипа, пока глаза закрываются.

Два

- И Бог вам в помощь…- Тело сначала кажется таким холодным и чужим, но потом вовсе не ощущается.

Один

«Ты прав, встретимся в Аду».