Ears
15 ноября 2019 г., 01:16
Ты сидишь на коленях у Аластора, его длинные худые руки обхватывают твое тело. Ты улыбаешься ему, ярко, невинно, глаза все ясные, и он отвечает на эту улыбку своей собственной улыбкой. Ну конечно же, он никогда не одевается без улыбки.
— У тебя что-то на уме, дорогая? — Естественно, Аластор читает тебя как книгу. Ты знаешь, что он всегда так делает, независимо от того, дает ли он какие-либо знаки.
— Ну давай же! Говори громче. Ты же знаешь, что я не кусаюсь.
«А мог бы с такими зубами», — думаете вы.
Хотя, ты и не возражаешь.
— Мне просто любопытно, какие у тебя уши. Они такие пушистые! — ты вырываешь руки из хватки Аластора, чтобы вместо этого дотянуться до красно-черных ушей на его голове своими руками. Это высокие уши и ,действительно, они очень пушистые. Когда ваши руки находят их, вы чувствуете, как мурашки покалывают вашу кожу от мягкости. Ты широко улыбаешься от радости, когда начинаешь растирать их.
Но Аластор реагирует странно.
Он напрягается под твоими прикосновениями, что никогда не делал. Вы чувствуете, как его мышцы напрягаются под вашими бедрами. Твои руки все еще прижаты к этим большим, мягким ушам, твой взгляд скользит по его лицу.
Вы видите, что у Аластора легкий румянец на лице, и его улыбка немного… смущенная?
— Аластор? Что случилось? — спрашиваете вы.
— Ничего, дорогая, просто мои уши невероятно чувствительны, понимаешь, — говорит Аластор, и его голос… дрожит?
— Так что не будешь ли ты так любезна убрать свои руки от них?
Аластор - это демон. Он не только демон, но и один из самых страшных демонов, которых может проживать в аду. Страшный Радио Демон, который передает свою резню по радио для всего ада, чтобы свидетельствовать, запугивать как гражданских лиц, так и более сильных врагов… и его слабость это уши.
Это слишком мило. Ты не можешь остановиться.
Ты задумчиво смотришь на него из-под опущенных ресниц, возможно, в твоих глазах мелькает немного озорства. Это может навлечь на тебя большие неприятности — и даже может убить. Аластор действительно силен… но у вас есть ощущение, что ваши руки еще более сильны, в этом случае. С ними на ушах, вы начинаете тереть и разминать их пальцами.
Лицо Аластора краснеет еще сильнее.
— Дорогая, — беспомощно выдыхает он, в то время как ты продолжаешь гладить эти очень пушистые уши. Вы проводите большим пальцем по их внутренней стороне, уделяя им особое внимание, когда Аластор скулит (он скулит!) под вашими прикосновениями.
Разве он не может сбросить тебя с себя? Или он не может, когда у тебя есть его слабое, эрогенное место, как это? Вы не уверены, но это действительно очень горячо, вы понимаете, и спустя мгновение вы также понимаете, что вы чрезвычайно возбуждены. Вы можете чувствовать, как тепло расцветает на вашем собственном лице, когда вы продолжаете дразнить Аластора под вашим прикосновениями. Вы втираете большие пальцы в основной пушок его ушей, прежде чем ваши руки скользят вверх к их кончикам.
Аластор стонет и прижимается своими бедрами к твоим, покачивая тебя на коленях. Именно тогда вы чувствуете, что он твердый. На его штанах появляется бугорок, который трется о твое бедро, и твои глаза слегка расширяются.
— Это так приятно, правда, Аластор? — Ты что-то шепчешь ему, и твой голос срывается на взволнованные вздохи. Твои большие пальцы скользят вниз по пушку и втираются в основание его ушей.
— Не могу поверить, что я раньше не поняла, что Радио Демону нравится, когда ему вот так треплют уши. Они всегда были такими очаровательными, я должна была сделать это раньше, — шепчешь ты довольно смело. Обычно ты никогда не бываешь такой смелой, но ты не можешь удержаться, чтобы не поддразнить его, когда он так уязвим, весь красный, задыхается, когда ты гладишь его глупые уши. Когда ты видишь его таким покорным, это приводит тебя в восторг.
Язык Аластора высовывается изо рта, и он напрягается, как будто пытаясь контролировать свои очень милые реакции.
— Любопытство убило кошку, моя дорогая — предупреждает он своим усталым отфильтрованным голосом по радио, но ты все равно не останавливаешься.
— Тогда хорошо, что у кошек девять жизней — отвечаешь ты, потому что знаешь, что Аластор и пальцем не пошевелит, чтобы причинить тебе боль… или, по крайней мере, не убьет тебя.
Это становится слишком для Аластора, когда вы продолжаете свои трения на минуту больше. Он мило дышит; слишком мило для вас, чтобы даже понять, что это Аластор, а затем он встает на колени, заставляя вас толкаться когда он кончает, все еще полностью одетый и в штанах. И все из-за того, что ему почесали уши.
Ваши глаза широко раскрыты, а лицо полностью красное от возбуждения, когда всемогущий демон под вами находит свое освобождение от вашего спонтанного служения. Вы гладите его уши, ни разу не отпуская, даже когда он беззащитно кончает.
Наконец, это заканчивается, и вы обнаруживаете, что ваши руки дрожат от возбуждающей стимуляции, когда Вы, наконец, снимаете их с ушей Аластора, которые все взерошены от того, как сильно вы их гладили. Тело Аластора тоже дрожит, и слюна стекает по его подбородку из острых рядов зубов от того, как хорошо он чувствовал себя от вашего особого отношения к тому, что было самой чувствительной частью его тела… что заставляет вас задуматься о его пушистом хвосте.
Брови Аластора сошлись на переносице, а его ухмылка-почти злобная. Сердитый. Вы, естественно, рассердили его.
— Даже не думай об этом, милая, — говорит он голосом, сочащимся одновременно ядом и медом, а затем снова обнимает тебя, сбивая с ног.
Ты взвизгиваешь, когда он смотрит на тебя сверху, прижимая твои руки над собой. Он толкает тебя коленом в бедра.
Вид над вами почти заставляет вас кончить на месте.
У Аластора слюни стекают по подбородку, а лицо все еще красное. Его яркие глаза безумны, как будто ты пробудила в нем что-то животное. И ты не возражаешь. Ты невероятно мокрая в этот момент, и чтобы Аластор не припас для тебя… ты возьмешь.
— Ты начала это, моя дорогая, а теперь закончишь, потому что не хотела пожинать плоды моего предупреждения, — говорит Аластор, и если это и есть твое наказание, то ты должна почаще тереть ему уши.
