Десять лет любви к тебе.

Город жил в предвкушении Рождества. Казалось, воздух пропитался запахом хвои, имбирной выпечки и цитрусовых. Кристиан приостановился и втянул холодный морозный воздух, наслаждаясь вкусными запахами, которые будоражили его душу воспоминанием о человеке, которого так и не удавалось забыть в течение этих долгих трех месяцев. Бодрящая свежесть сосны, теплая кислосладость апельсина, горьковатая пряность корицы. Он словно перенесся в ту ночь, полностью окруженный этим запахом, как коконом. И тут же одернул себя, он не смеет больше думать о Крейге. Первые недели ему было очень тяжело, он разрывался между желанием снова оказаться рядом с любимым, быть с ним одним целым, потерявшись в наслаждении и с другой стороны – осознанием своего греха. Он стал падшим омегой, поддавшись нечестивым влечениям своего тела, полностью отдавшись на волю альфе. Парень не мог забыть, как нежно брал его Крейг в последний раз, без слепящей взор похоти, ласково оглаживая кончиками пальцев контур его лица, будто целомудренно прикасаясь своими сухими жаркими губами к его. Тихий шепот: не закрывай глаза, смотри на меня, маленький. И Кристиан смотрел, теряясь в темноте его синих, давно ставших для него особенными, глаз. Значило ли это для Крейга то же, что для него? Наверное, так занимаются любовью… Память, против его воли, окружила юношу смешением полустонов и всхлипов, теплотой кожи и острого наслаждения, которое насквозь пронизывало его тело, и ускоренного стука чужого сердца. Не чужого - сердца его альфы. Но теперь оно будет биться для мужа. Нити начавшей устанавливаться связи выматывали тело и разум омеги, но он противостоял зову, как мог, и тонкие нити рвались, причиняя мальчику глубокую душевную боль. Кристиан обходил стороной продавцов газет, чтоб не услышать последние новости о помолвке и свадьбе Крейга Купера. Он сменил место работы, которое было менее прибыльное, но далеко от Даунтауна. И Кристиан больше не мог увидеть альфу даже издали, выходящего из здания Купер Лайт Тауер. Так было нужно. Внимание Кристиана привлекла красочная витрина Schwarz. Он подошел, и с улыбкой начал рассматривать маленькую елочку, украшенную ангелами и конфетами в ярких упаковках, большие искусстно вырезаные из дерева машинки и макеты кораблей, и великолепных больших плюшевых мишек. Продолжая улыбаться, он просунул руку под полы пальто и пиджака, нежно оглаживая еще толком не успевший округлиться живот.

***

Это Рождество выдалось снежным, снег начался еще утром и медленно покрывал землю белым одеялом. Половина Нью Йорка высыпала на улицы, играя в снежки, лепя снеговиков и катая орущих от восторга детей на санках. Крейг стоял у окна в своем кабинете и смотрел на Центральный парк. Он поднес к губам стакан с виски и сделал большой глоток. Три дня назад приходил детектив, поиски снова ничего не дали, было нереально найти омегу в огромном, почти десятимиллионном городе, не зная даже его имени. Альфа видел, как вдалеке на катке резвились счастливые горожане, но ему было не до радостей. Он утратил покой в то злополучное утро, когда понял, как поступил со своим истинным. Ослепленный похотью, мужчина овладевал им много раз грубо и несдержанно. До альфы запоздало пришло понимание, как сжимался мальчик, когда он входил в него и хватался пальцами за простыни, царапал до крови его спину, как узко и горячо было в нем, что он едва не кончил от одного проникновения - его пара была невинна, а он отымел его, как последнюю шлюху. Омега был нежным, отзывчивым, открытым. Крейгу нужно было сразу догадаться, что так отдаются только любя, ведь секс с его любовниками был всегда страстным, но механическим, для удовлетворения потребностей, он не мог сейчас вспомнить большинство из них. Помолвка с Лео Рокфеллером так и не состоялась, альфа категорически отказался и это вылилось в череду ссор с родителями и разрывом отношений с Рокфеллерами. Газеты еще долго смаковали новость, очерняя имя альфы, а потом еще месяц все только и говорили о падении стоимости акций компаний Куперов через разразившийся скандал. Сейчас все уже стабилизировалось, но Крейг выглядел уставшим, с темными кругами под глазами через недосып - три месяца работа занимала все его время. Крейг вышел из кабинета и спустился по лестнице вниз. Дворецкий подал ему теплое пальто и шляпу, и альфа отправился в парк, Рождество все-таки! Бесцельно бродя по прочищенным от снега дорожкам, он очнулся только тогда, когда очутился на своем любимом укромном месте у маленького озера, где он любил почитать, пока был молодым и не работал в компании отца. Озеро замерзло и было покрыто тонким шаром снега, вокруг него сгрудились камни, с белыми шапочками сверху. А внизу необычно темно-серые, как глаза его пары. Альфа долго смотрел на камни, а потом вздрогнул и спешно пошел обратно. Он пробрался сквозь толпу возле цирка шапито, с безумной улыбкой смотря на зазывающих зрителей клоунов и продавцов сладкой ваты и маршмеллоу, вышел из парка и на такси добрался до собора Святого Патрика. Высокие шпили были скрыты туманной дымкой. Альфа поднял лицо и прошептал небесам: - Пожалуйста !... Слизнув с губ снежинки, Крейг побежал в сторону приюта святого Марка. Он словно наяву видел серые глаза своего омеги, а потом – худенького угловатого подростка, который задорно смеялся, смотря цирковое представление. Альфа отчетливо вспомнил мальчика в тонкой рубашке и коротких ветхих штанишках, смотрящего на него широко открытыми, полными благодарности глазами возле собора Святого Патрика. И в конце память вывела ему образ светловолосого ангелоподобного малыша c побитыми ручками и ободранными коленками. Судьба сводила их уже много раз, подталкивая друг к другу, но альфа не узнал в повзрослевшем омеге того ребенка и подростка, которого встречал раньше. Запыхавшись, мужчина остановился у ворот приюта, переводя дыхание. Двор был пустынным и тихим. Возле невысокой двери он увидел хрупкую фигуру в темном пальто. Омега стоял к Крейгу спиной и передавал молодому парню плетеную корзину, накрытую белым платком. Парни обнялись, попрощались и дверь закрылась.Он застыл, услышав шаги, не оборачивался. По мере приближения, легкие Крейга все плотнее заполнял манящий аромат, туманя рассудок внезапной радостью. - Никогда не отпущу тебя. – Его руки крепко прижали истинного к груди. Альфа с наслаждением вдыхал запах ярких летних цветов и любимой сладости детства - маршмеллоу. Запах его счастья.

Вместо Эпилога

Прошел один год

Крейг вез перед собой массивную черную коляску. Метель, которая бушевала несколько дней, улеглась, и стало совсем безветренно и тепло. Дорожки в парке расчистили, и они с Кристианом решили прогуляться, пока выглянуло солнце, и дать ребенку подышать свежим воздухом. В ворохе теплых пледов и платков виднелось только крошечное личико их шестимесячного сына в темно-голубой вязаной шапочке. Ребенок не спал, и Крейг опустил вниз капюшон, открывая сыну обзор на безоблачное небо, и тот заугукал, улыбаясь. Сердце щемило от нежности, когда он смотрел на маленького Аллана. Он был омегой, но из-за этого Крейг относился к нему еще с большим трепетом и заботой. Его любимые мальчики... Альфа перевел взгляд на мужа, который шел рядом, держа его под руку. Когда они встретились год назад, его омега выглядел истощенным, под глазами залегали темные тени. Теперь он расцвел и стал еще притягательнее. Кристиан почувствовал его взгляд, и вопросительно посмотрел на Крейга. Альфа, ничего не говоря, быстро наклонился, прикасаясь к его губам невинным поцелуем. Он верил, что Кристиана ему подарила судьба. Иначе он бы жил запланированной скучной жизнью, женился на подсунутом родителями омеге, тратил ничего не значащие для него капиталы направо и налево, и был бы таким же одиноким, как и раньше, ища мимолетное тепло у омег на одну ночь. Родители были категорически против их брака с Кристианом. Они устраивали скандалы, шантажировали угрозами лишения наследства, пытались уговорить Крейга взять залетевшего от него омегу на содержание и выплачивать ему отступные, довольно приличные, чтобы обеспечить и омегу, и ребенка. Для них Кристиан был охотником за состоятельными альфами, умело привязавшим к себе их сына беременностью, разрушая его будущее. Но для Крейга его истинный омега и ребенок, их будущие дети, стоили борьбы. Когда нападки родителей и журналистов участились, он увез Кристиана к дедушкам и ушел из отцовской компании, начав свое собственное дело, используя тот опыт, который получил, работая на отца. Его строительная компания развивалась, начав со строительства одноэтажных коттеджей и дешевых мотелей, а теперь вышла на новый уровень, получив заказы на крупные объекты. Пока Крейгу было далеко до той прибыли и образа жизни, который он вел раньше, но квартиру не так далеко от парка он наконец-то смог позволить. - Смотри! - Кристиан указал рукой вперед, где ярким пятном среди белизны снега выделялось шапито цирка. - Когда-то один молодой альфа спас здесь сироту-омегу от хулиганов и пригласил его на представление и подарил ему самый радостный и счастливый день в его жизни. - Подожди здесь, милый, - Крейг передал коляску омеге, замечая его расстроенный вид и отголоски разочарования во взгляде. Он подбежал к уличному торговцу, заказывая большую пушистую сладкую вату и маршмеллоу. В точности как в тот день, когда он защитил подростка от альф с нечистыми намерениями, не зная, что перед ним тот, кто был предначертан ему судьбой. - Ты помнишь? - Кристиан улыбался, забирая из его рук вату, вдыхая ее приторный запах. Его голос буквально звенел от счастья. И Крейг чувствовал, как внутри распространяется приятное тепло. Его сердце всегда начинало учащенно биться, когда его омега смотрел на него так открыто, с искренним детским восторгом, как умел только он. - Я ведь влюбился в тебя тогда. Окончательно. И никогда не забывал. Но ты был словно неисполнимая мечта, и даже сейчас мне иногда кажется, что это сон. - Хочешь, ущипну тебя? - Кристиан начал извиваться, стараясь избежать прикосновения альфы и едва не выронил из рук вату. Крейг поймал его, прижимая к себе, чувствуя сладкий запах на его губах. - Ты делаешь меня счастливым, научил видеть счастье в мелочах. И меня ущипни тогда. Но если это сон, я не хочу, чтобы он заканчивался. Заплакал Аллан, и они отпрянули друг от друга, обращая внимание на малыша. - Пора домой. Мы уже достаточно долго гуляем, маленький может замерзнуть. И мне еще нужно успеть запечь гуся и накрыть на стол. Сегодня родители Крейга впервые отозвались на приглашение поужинать вместе в их новое жилье. Рождение первенца-омеги стало еще одним камнем преткновения. Крейг не хотел верить, что его родные такие зашоренные и могут негативно относиться к ребенку только из-за его пола. Но альфа был уверен: как только они увидят внука, их сердце оттает и они не смогут противостоять его чарам. Хотелось надеяться, этот Сочельник подарит его шанс родителям узнать его мужа лучше, полюбить внука и все-таки стать частью их маленькой, но дружной и любящей семьи.