Забудь про меня - ты не мой.

      Открывая коробку с холодным соком, Со делает пару больших глотков. Холодные пальцы зарываются в матово-черные, сальные волосы. Пытаясь хоть как-то освежиться после бурного праздника в свою честь, мужчина пробует проморгаться. Жажда не прекращается, а коробка из-под сока уже пустеет. Чанбин с досадой ставит ее на край кухонного гарнитура, сонно осматриваясь. В глазах все размыто, но черный силуэт мелькает слишком ярко. За окном уже вечер, а значит спали они долго. Мощная фигура приближается, разрешая увидеть будущего собеседника. -Доброе утро? -Хрипит Чанбин, пытаясь ещё пьяной улыбкой осмотреть лицо лучшего друга. Кристофер сам того не понимая чувствует внезапную ярость, мгновенно хватая друга за помятую футболку. От неожиданности вчерашний именинник впечатывается в рядом стоящий стол, что-то прохрипев. Осознание приходит не сразу, но он успевает кое-как ответить на грубость фразами. Вот только разъяренный альфа не слышит и не хочет, потому что четко ощущает знакомый запах. -Какого хрена, Крис? -Со вырывается через пару серьезный попыток, отталкивая старшего в холодильник. Стоящая наверху микроволновка врезается в стену, пронося по дому неприятный звук. Блондин кажется «просыпается» и смотрит уже более спокойно, будто и забыл, с чего всё это началось. Чанбин хмурится, потирая спросонья бок, что уже явно награжден гематомой. Не зря они с подросткового возраста вместе в спортзал ходят, удар тяжелый, мощный. -Ты сказал, что отвезешь его домой? -Кристофер пытается взглядом передать свое недовольство, но Со лишь начинает смеяться. «Что на тебя нашло? Вчера ты кажется был занят своей девушкой.» Старший и не знает, что ответить и к чему вся эта разборка, но пожар внутри него пылает ярко. -Я дал ему деньги на такси, он ушел уже час назад. -Младший даже не удивляется этому, и поэтому не обижается. -В ливень? -Кристофер начинает сгорать внутри, пока его лучший друг спокойно начинает рыться по столу, пытаясь найти хоть одну бутылку для похмелья. -Брат, его было не остановить. -Со пожимает плечами, флешбеками вспоминая как ещё ночью ушел, чтобы все-таки затащить австралийца в постель.

***

Сынмин хмуро рассматривает надвигающиеся тучи, стоя на автобусной остановке. За спиной у него гитара, а в кармане любимый телефон с тысячью и одной игрой. Он завороженно наблюдает за погодой уже минут десять, а серая олимпийка на тонкой белой футболке нежно колыхается от теплого слабого ветра. «Я опаздываю…» проскальзывает в его мыслях, «Почему он не берет трубку?» Ким на пару минут стоит без каких-либо раздумий, наблюдая за приближающимся автобусом, которого ждал не одну минуту. «Наверное он с этим придурком» громко выдыхая из себя всю злость, он уже видит как дверь автобуса открылась перед ним. «Нет…» хмурясь на себя как и это небо, он резко разворачивается к дому. Только не к своему, а соседнему. Если он не узнает что случилось, то никогда не перестанет волноваться. Ещё тогда, когда они впервые встретились в детском садике он поклялся, что всегда будет защищать его. И почему вспомнил только сейчас? Чем ближе он оказывается, тем сильнее моросит дождь. Капли его подозрительно холодные, а ветер начинает набирать свою силу. Потому кофта уже поднимается по краям от легкой гитары, что спрятана в черном чехле. Волосы врезаются в глаза, и погода становится схожа с переживаниями. Сердце начинает биться от волнения, хотя он всегда приходил, когда такое случалось. Двухэтажный, банальный на вид дом оказался почти по соседству от Кима. Их отделяло пару таких же бюджетных домов и маленький магазин. Поднимаясь по бетонным ступеням, что уже украшены каплями, дверь перед ним открывается почти сразу. Кулак так и остается в кармане, не совершив ни одного стука по деревянной двери. -Минни! -Женщина с полупустым бокалом красного вина открыла дверь прямо перед лицом. На ней было слишком знакомое облегающее золотистое платье, а волосы были завиты в легкие кудри. По запаху понятно, что это не первый, но и не последний её бокал! -А я думала это курьер! -Миссис Хван звонко захохотала, прикрывая рот слишком худой рукой с кривым маникюром. -Здравствуйте, миссис Хван. -Сынмин попытался мило улыбнулся, но получилось это как-то быстро. -Хёнджин дома? -Да…он у себя. -А вот с её лица улыбка так и не сходила, и только после пару секунд она сообразила впустить гостя. Аккуратно обходя высокую даму, Ким неряшливо поставил гитару у выхода, чтобы не забыть. Мать лучшего друга уже с безразличием отдалилась к телефону, поэтому преград подняться наверх больше не было. По всему дому были разбросаны грязные вещи и пустые бутылки. Хорошо, что Хван дома редко. Или, это и есть его ошибка? Деревянные ступени скрипели под ним, а настенная лампа уже была включена. Хотя, она всегда работала, поэтому часто мигала. Мысли вдруг опустели, пока парень рассматривал уже желтые обои с оленями. Комната Хвана была самой дальней, и коридор до двери был украшен пыльными детскими фото. И одно, семейное, но и то с треснутым стеклом, потому что после ссоры его родителей, никто так и не убирался. Хёнджин как правило всегда был с друзьями, часто ночевал у Кима или у своего парня, но это было после. Мать часто приводила мужиков в дом, постоянно встречая гостей в том же платье. Белые короткие носки пытались подойти как можно тише, чтобы внимательнее прислушаться. И наступая по холодным деревянным полам скрип все равно прослушивался. Сердце мигом прекратило биться, падая в пятки. В комнате было слишком тихо, ни единого звука. Стучаться не хотелось, потому что от волнения Сынмин готов был снять дверь с петель. Но вдруг, раздался еле-заметный всхлип. Ким аккуратно и неожиданно для себя, спокойно заходит в комнату. Ничего необычного, окна всегда зашторены, белый пушистый ковер, что он дарил ещё на месте. Рыжий кот спит на компьютерном столе, а вот Хёнджин… Он сидит на кровати, уткнувшись лицом в подушку. Кажется он даже не заметил гостя. «Расстались?» думает Сынмин, пытаясь хоть как-то придумать этому оправдание. На друге все те же джинсы и футболка, в которой он был, когда альфа проводил его до дома. (Ed Carlsen — Rain) Омега плакал всю ночь? Тихо пройдя к нему, опустившись на корточки перед другом, Ким взял его руки в свои. По запаху младший сразу понял, кто это, но все равно вздрогнул. Поднимая заплаканные глаза на гостя, он передал весь свой страх. Руки вдруг начали дрожать, а ноги сомкнулись. Ким точно следил за его движениями, и боялся даже спросить. -Хёнджин? -Его голос сказал это очень мягко, боясь спугнуть. «Так и знал, что что-то случилось…» Хван вдруг снова горько заплакал, дуя уже мокрые от слез губы. Обычно, они были соблазнительно пухлыми и всегда улыбались. Что случилось? Грудь омеги поднималась так же быстро как и опускалась, он весь дрожал. Старший невыносимо хотел забрать эту неизвестную боль и дрожь, вот только как? «Не плачь…» Ким поднялся к нему, и сел рядом, уже десятый раз шептал одно и то же. Омега на мгновение успокоился, замедлив явно натянутую улыбку, но взглянув в любимые глаза снова заплакал. Он так сильно сжимал глаза, будто выдавливая из себя соленые слезы. Он не был виноват в этом. Младший отвернулся от Кима, скользя мутными глазами по матрасу на своей стороне. Заметив нужное, он аккуратно вытащил свою ладонь, потянувшись к причине слез. Он взял это быстро, но чтобы показать Сынмину сил не хватало. Он снова всхлипывал. -Покажи мне. -Тихо и мягко говорил Ким, хоть лицо его было серьезным и строгим. Он собрал свою волю в кулак, надеясь увидеть что угодно, только не это… Омега пальцами еле держал использованный тест на беременность, закрывая подушечкой полоски. Посмотрев на Хвана уже как-то грустно, альфа действовал аккуратно. Вытащив тест, он все равно заметил две полоски, только уже пустым взглядом. «Вот как…» проносится у него в голове, «Значит, все-таки не я… Твой альфа». Нужно было успокоить, но сначала он не мог успокоиться и сам. Понимая весь свой груз, Хван грустно смотрит в глаза, на настоящий источник слёз. -Я…Я не думал, что все так получится… -Омега говорил дрожащим голосом так, будто сейчас задохнется. -Мне жаль… На последнем он уже заревел как раньше, хотя заплаканные за всю ночь глаза этому уже не удивились. Он виноват, что ушел тогда. Виноват, что доверился тому, кого называл игрушкой. И плачет потому, что сам все испортил. Сынмин до сих пор молча смотрит на две ровные полосы, пытаясь собраться. -Ты говорил ему? -Ким говорит холодно, потому что уже знает ответ и вообще, исход этой дилеммы. -Нет. -Омега почти прохрипел. -Я не хочу. -Я убью его. -Ким резко вскакивает, но Хван успевает вовремя схватиться за футболку, что сам ему и покупал. «Пожалуйста» Хёнджин не сильно тянет на себя, но тело друга такое ватное от таких новостей, что он сразу усаживается на место. Ком в горле у альфы перекрывает дыхание, но он не будет плакать. У него есть один вариант, и это будет выходом для двоих. Пара минут в полной тишине расставляет сомнения в дальний угол, и альфа полностью готов. -Так будет правильно. -Старший тепло обнимает омегу за плечи, хотя внутри давно покрылся льдом, и оказавшись в любимых руках тот успокаивается. Ему сейчас совершенно некуда идти, и нечего делать. От него буквально отказались все, но один все время рядом. Сейчас самое время? Хёнджин ломано вдыхает, немного дрожа нижней губой. -Сынмин, я л… -Альфа перебивает его на самом важном, не подозревая продолжения. -Скажем, что ребенок от меня. Сильный удар тяжелых капель по старой крыше хоть как-то разбавлял тишину. Ветер усилился, колыхая деревья на окном слишком грубо. Как же так…

***

ASTRALE — heavy rain Смешно получается, решил домой по тихому уехать, но успел заблудиться. Пока искал сеть, чтобы вызвать такси и сам не понял, как зашел в тот самый еловый лес. Чонин уже час ходит по чаще, замечая как уже вечереет, а ливень усиливается. Новый телефон, что ему подарили к предстоящему дню рождения заранее, уже насквозь промок как и его легкое фиолетовое худи. Голова болела от выпитого и страха, что его никто здесь не найдет. Губы и всё тело дрожали от холода, и даже попытка обнять себя все равно ничем не помогала. Страх до того пронзил его, будто парализовывая. Огромные ели никак не прятали от сильного ливня, и даже в полной глубине не нашлось ни одного широкого дерева. «Хорошо, что без грозы» думает омега, и как по зову сердца по небу раздается устрашающий звук. Чонин замирает на середине тропы, рассматривая черные тучи. «Только не это!» яркая острая вспышка освещает небо. Вдруг, из кустов виднеется трасса, а значит есть возможность спастись от этого. От радости Ян бежит туда не оглядываясь! Мокрые кеды шлёпают прямо по грязной луже, и омега уже просто скользит. Трава сочная и мокрая, и за время тут все джинсы уже успели покраситься. Ладони дрожат, а с длинной челки капают холодные капли. Со стонами вырываясь из колючих кустов Чонин все-таки оказывается у трассы. -Пожалуйста… -Грубые капли разбиваются о худое мокрое тело, отлетая брызгами в сторону. Живот уже невыносимо ноет, потому что все это время внутри был только алкоголь. Дыхание сбивается, потому что он весь дрожит. Остается надежда на проезжающую машину, но она даже не замечает его, обрызгивая из грязной луже. Ян с грустью пытается хоть как-то успокоиться, надеясь на следующую, но дорога пуста. Осмотревшись по сторонам, все тот же лес. (Raffertie — Rain) Ещё несколько минут под ливнем пробивают только на слезы, и большую дрожь. Он как маленький котенок, что потерялся в городской суете под дождем. Чонин поворачивается на ту же тропинку, решаясь снова попытаться найти выход. Снова те кусты и те же лужи. Деньги в заднем кармане джинс уже насквозь мокрые, но сейчас правда было не до этого. Звук колес по дороге снова дает надежду и омега снова выбегает на трассу, но машина на огромной скорости проносится слишком быстро. Хныча и шмыгая носом Ян решается пойти дальше, чувствуя к этому лесу лишь отвращение и страх. Быстрые шаги по лужам и треск капель на асфальте, но в голове только один — Кристофер. «Почему он такой?» Неужели у этой сказке не будет счастливого конца. Или же он как принц, поцелуем спасет его… Быть подростком сложно, особенно влюбленным. Хотя, в любом возрасте быть влюбленным очень сложно и трогательно. Эти мечты, и мысли о нем, даже в самые критические моменты. -Чонин? -Знакомый голос зовет его, и омега поворачивается на звук. Кристофер подходит ближе, ускоряя шаг навстречу. Младший замирает как в какой-то драме, шмыгает носом и молча ждет действий. Он сейчас слишком одинок и боится, чтобы выдать из себя хоть какой-то звук. Альфа в своей кожаной куртке выглядит спокойным, хоть белые кудри уже выпрямились от дождя. -Я заблудился. -Синие пухлые губы пытаются натянуть улыбку, но это так не работает. Старший притягивает его за локоть к себе, а после снимает куртку, что ещё сухая. Он накидывает ее на его плечи, и что странно — Чонин вроде одного с ним роста, но меньше раза в два. Кожаная куртка идеально закрывает его от дождя, но это лишнее, потому что он уже весь мокрый. Омега находит время на смущение, не отрывая пристальный взгляд. -Ты глупый. -Альфа остается в одной футболке, но его это сейчас мало волнует. На такое высказывание младший фыркает, отводя возмущенный взгляд в сторону. Руки уже не обнимают, пытаясь согреть. Они скрещены на груди, показывая обиду. Но Криса это мало волнует, поэтому он просто ведет Яна в противоположную сторону. Чонин бежит за ним, хлюпая тонкой подошвой по лужам. -Я был там, и трасса ещё не заканчивается… -Омега вдруг затыкается, замечая новый поворот, который тогда не заметил. Там виднеются коттеджи и дорогие машины, и если ему не изменяет память — третий по счету дом Чанбина. Ян чувствует вину и не понимает, как мог в слезах проходить по лесу час, не замечая откуда выворачивают машины. «Наверное я правда глупый…» Рука Криса сжимает его запястье, чтобы тот смотрел под ноги. Но младший сейчас видит только выступающие вены на подкаченных руках. Какое-то странное чувство проходит по телу огнем, и он спотыкается. -Черт. -Альфа психует от невнимательности и куче проблем, что этот мальчишка создает. Но с другой стороны, он такой милый и сексуальный, особенно когда мокрый и смущенный. -От тебя одни проблемы. -Так оставь меня здесь! Справлюсь без тебя. -Омега вырывается, оставаясь на одном месте. Кристофер просто смотрел на него как-то холодно, но на деле всматриваясь и наслаждаясь запахом. (Lana Del Rey — Blue Jeans или The Neighbourhood — Lurk) -Понравилось когда тебя левые мужики из угла в угол таскают? -Альфа специально говорил это, будто воспитывая. Чонин лишь снова фыркнул, замечая как ливень немного успокоился. -А быть пьяным в ноль, тоже понравилось? -Без тебя разберусь. -Омега готов развернуться и уйти, но ему страшно в лесу. -Вчера ты говорил и делал обратное. -Старший уже ухмылялся, смотря так будто ожидая психа. Омега промолчал чувствуя свое поражение. Как вдруг его притянули за талию, ударяя тело о чужое. Рука Кристофера плотно сжимала его, и на мгновение их губы отделяли лишь холодные капли. Чонин вопросительно смотрел на него, пока со временем взгляд становился томным. Потому что он точно таял от него. Запах, тело, прикосновение… Ухмыляясь, альфа прикоснулся к губам своими, нежно наслаждаясь. Омега удобно устроил свои руки на его плечах, немного вытягиваясь и прогибаясь. Он просто не может контролировать себя рядом с ним, и это огромный минус. Он самостоятельно делает себе больно, отвечает более свободно, не сковано. Кристофер радуется, ликует. Сейчас запах Чанбина не оставил и следа, и вообще, парнишка в его куртке. Даже этот дождь не сможет остановить их, или стереть память. Из-за туч потемнело быстрее, и как по щелчку пальцев дождь остановился. Вот только когда они моментами отстранялись друг от друга, одинокие капли стекали вниз слишком эстетично. Чонин смотрел ему прямо в глаза, оставляя рот немного приоткрытым. Он дышал слишком горячо, и уже давно согрелся. -Хён… -Младший отстранился от губ, немного приподнимая подбородок для поцелуев. Альфа оставлял еще более мокрые поцелуи, еще сжимая его талию. Но в мыслях проскочил вчерашний «концерт» под его окнами, когда Крис целовал другую. Омега заметно поменялся в лице, спуская руки с плеч на грудь, и отстраняясь. -Ты парень моей сестры, забыл? -А ты хочешь мне напомнить? -А надо? -Знаешь же, что нет. -Мне обидно. -Мне тоже. Недолгая тишина повисла между ними, но губы то у них по прежнему пухлые, розовые. Младший ещё раз шмыгает носом, снимая с себя его куртку «через не хочу». Он протянул ее, и альфа неожиданно быстро забрал свою вещь. «Это конец для нас» думал Ян. «Это только начало» — знал Крис. Альфа снова закинул ее на его плечи, притягивая к себе снова. Младший охнул, шлепком прислоняясь к старшему. -Замерзнешь. Пошли уже. Именно эгоисты, как ни странно, способны на большую любовь. Фрэнсис Скотт Фицджеральд "По эту сторону рая"