Они повсюду! Мне некуда бежать!

Знаете... я люблю вспоминать свою "прошлую" жизнь, хотя скорее правильнее говорить, когда я ещё не был погребён в чернила, но это слишком долго. И не смотря на то, что я стал духом, когда мой Лорд спит и ему снятся кошмары, от которых у него уже начинают выступать слёзы на глазах и он начинает шептать что-то по типу "нет! Не трогай меня! Отстань! Я никогда не буду под твоим контролем!", то я отгоняю его кошмар, давая ему окунуться сначала во мрак, но не гнетущий, нет, скорее... заботливый. После, я его могу переместить в любое место, как сейчас. Я его переместил на холмик в русском крае, как бы то странно не звучало, я из России, точнее я тут прожил большую часть "прошлой" жизни, но это моя родина. Все эти леса. – ну же, мой Лорд, чего вы стоите, садитель рядом. Не бойтесь, не укушу– я сидел на обрывистом краю холма, хотя скорее это можно назвать маленькой горой ростом в 300 метров ( холм- может достиграть до 200 метров, после этой отметки- это уже гора), хлопая ладонью по месту, которое было рядом. Мой возлюбленный решился таки сесть.– удивлены, что в этот раз мы тут, на моей родине? – д-да, есть такое... почему ты ко мне приходишь?– я усмехнулся на этот вопрос и легко улыбнулся любимому, хотя я понимал, что достаточно странно посреди кошмара его прирывание и видеть потом дух своего любимого, но уже мёртвого человека. – ну... я делаю это, потому, что считаю правильным и нужным иногда нам видеться, вы же сами сказали, что любите меня, прежде чем я окончательно умер, поэтому мне кажется хорошим решением нам иногда видеться, не правда ли? Да и тем более– я накрыл его своим чёрным крылом (автор: немного поясняю, я решила немного отредактировать дух Сэмми, но немного, буквально изменить крылья, они у него как у ангела хранителя, но чёрного или тёмно серого цвета, так же хотелось бы уточнить, что он в той же кофте, в которой умер, а на руке остались порезы)– вас могут одолеть голоса, а я не хочу, чтоб вы погибли, понимаете? Да и мне самому хочется с вами видеться. – ясно...– мы посидели некоторое время в тишине, Лорд рассматривал завораживающие русские виды– расскажешь что-нибудь о своей "прошлой" жизни? – конечно, как обычно.– он поплотнее прижался ко мне, я невольно вспомнил, что он так делал, когда я ему что-то интересное рассказывал, когда он был ещё мультяшкой, он просто прижимался ко мне своим тельцем, ложился на колени, я его накрывал своим пледом и рассказывал, а он слушал– это-моя родина, Россия. Я тут родился, жил и учился. Русская музыка неописуемо красива, я знаю это, и так говорили мои друзья, когда я уже переехал в США. Я изучал английский, так как хотел переехать и знал, что это будет лучше для моего образования и работы. Но почему бы не поговорить о более завораживающем? Природа русского края.– сейчас были уже сумерки, хотя когда я "телепортировал" сюда Лорда, только смеркалось, бардово-розовый цвет на небе нежно переливался в цвет индиго, а сырный диск луны был еле виден, но сейчас этот диск во всей красе стоял перед нами– Сумерки. Грань между светом и тенью, что-то невообразимое и мистическое. В сумерках небо окрашивалось в багрянец, а тень за твоей спиной вырастала трёхкратно. Я любил смотреть на свои родные поля, полные гнущейся пшеницы, на тихие берёзовые рощи, которые скромно в смущении шуршали серьгами, на яркие подсолнухи, что всегда старались повернуться к солнцу и на ромашки. Такие невинные и нежные цветы. Я любил всё это. Любил и ценил. Нередко я на летних каникулах с смьёй приезжал к Байкалу и любовался его просторами или в Алтайский край, что поражал красотой своих долин и гор. Я любил людей, живущих на моей родной земле, а люди любили меня, любили просторы и красоты природы нашего родного края. Я тоже это дико любил. Я, будучт меленьким мальчиком приходил в истинный восторг от того, что смог заметить на кусте паутину, а на ней россыпь капелек воды, что переливались, словно алмазы в лучах восходящего солнца. Я и вправду любил всё это. Любил наблюдать за рыбой, плещущейся в неспокойном потоке реки, несущемся непонятно куда. А зима...– я издал довольное мычание и телепортнул нас в зимний лес– я любил свои зимы. Трескучий мороз не был страшен русскому мне, но я любил одеться по теплее и играть в снегу до самого вечера, вымокая полностью, а после прийти домой, обтереться полотенцем и заварить себе горячего чая с лимоном и малиновым вареньем, наблюдая в окно за проснувшейся метелью. Я любил смотреть на деревья укутанные снеговой шубой. Когда я заходил в лес, мне казалось, что я будто бы попадал в другой мир или сказку, которую нередко читал своей младшей сестре и брату. Весело смотреть на маленького зайчишку петляющего меж деревьев или заметить глухаря, который важно расхаживал по ветке ели. Я любил замечать и видеть то, чего никто не хотел или не мог замечать. Я любил видеть…– я перенёс нас обратно на склон, но уже зимний– мне так нравилось наблюдать за блеском снега, как он переливается красивыми, нежными цветами, от нежно-розового до нежно-голубого или пурпурного. Как он хрустит под ногами, но этот хруст настолько приятен ушам, что не хочется его упускать и ловить его каждые нотки. Когда приходит весна-приятно наблюдать за тем, как цветут цветы, как природа просыпается от спячки, лёд на реке постепенно тает и большие льдины уплывают в свой долгоий путь, после чего тают и сливаются с рекой. Приятно смотреть на молодые почки на деревьях, на то, как зеленеет трава, не хочется упустить ни один такой момент. Осень- тоже прекрасное время. Природа медленно засыпает, идя по осеннему лесу, ты смотришь, как листья пёстрым маскарадом спускаются на землю и ты идёшь по этому пёстрому ковру листьев, которые не простунся на деревьях. Хотите расскажу, как я с моим отцом, имя которого и лицо я, к сожалению не помню, ходил зимой кататься на лыжах– Лорд тихонько кивнул– хорошо... хоть я из совей "прошлой" жизни помню якобы только последние 2 года, я помню всю ту неописуемую красоту русского края, я, в основном, не помню только людей, а точнее, их имена и лица, а голоса я прекрасно помню. Вот как сейчас, мне лет 8-10, я с папой собираюсь пройтись по зимнему лесу и речке, часа на 2-3. Проходили мы тогда километра 3 точно, наша мать тогда что-то с моими 2 младшими варганила на кухне, а мы с моим отцом выходили, и шли по рыбацкой тропе на речку, потом шли по речке, доходя до её поворота, мы свиливали на дорогу, и шли обратно, мы любили разглядывать животные следы: запутанные следы зайчишки, цепочка следов грациозной лисицы, следы воробушков, снегирей и синичек. Ах, как же я любил тех птиц с хохолками! И дятлов тоже, а кукушки! Хотя, мне больше нравилось их красивое пение, которое не сможет передать ни один опытный музыкант на любом инструменте, даже ритмичное стучание дятля, ку-куканье кукушки, грачи тоже прекрасны. Я любил наблюдать за природой, а природа любила наблюдать за мной... Когда же мы приходили, домой, нас ждало вкусное блюдо, к примеру, борщ. Иногда просто хотелось борща. Хорошего, наваристого борща, красного, как кровь. С сочным куском мяса, с ароматом сводящим с ума, от вида которого слюней уже полон рот. Хочется борща, чтобы положить туда сметанки и хорошенько размешать, закусывая чесночным хлебом.– поболтав так ещё и вернувшись на тот уже летний склон, вскоре Лорд начал клевать носом– мой Лорд, поспите– я похлопал себя по коленям, давая понять, что их можно использовать как подушку. Лорд робко кивнул и принял моё "приглашение". Он лёг ко мне на колени, а я укрыл его своими крыльями, он как можно крепче прижался ко мне, а я легонько водил по его торсу рукой. Он так и заснул (заснул внутри сна. Да, а что?),смотря на этот живописный русский вид. Знаете, кто бы там что про Россию не говорил, я люблю свою родину, пусть я и немного патриотом тогда буду.