Прокуратор Пантеона

      Космические Волки и Тысяча Сынов никогда не любили друг друга, но им пришёл сигнал от самого Воителя и оспорить его они не решились. Два таких разных и в тоже время столь похожих брата взяли свои легионы, выбрались за пределы своих систем и полетели на задание. Последнее десятилетие выдалось весьма скверным. Тут тебе и Никейский Собор, и Хорус пытается что-то доказать, но только отпугивает от себя остальных братьев. С ним даже вечный задавака Фулгрим избегает контакта. Ещё и в довершение ко всему пропал Лоргар со своим легионом, а неизвестный враг уничтожил его родной мир и все завоёванные им системы. Пертурабо и Рогал Дорн теперь лучшие друзья и в свой закрытый клуб никого не пускают. Дошло до того, что Рогал набил морду Робауту, когда тот попробовал возмутиться тем, что седьмой покрывает лень четвёртого. — Я ещё никогда не видел спокойного как скала Рогала таким злым. Если бы не вмешался Ангрон, то этот отморозок забил бы Жиллимана на смерть своими трёхпудовыми кулаками.       Волчий Король Леман Русс за кружкой мёда рассказывал сейчас чувствующему себя неуютно в его покоях Магнусу Красному подробности встречи. — Чего? В первый раз слышу, чтобы Ангрон стал прекращать драку, а не ввязался в самую её гущу. — Я тоже удивился. Может это от того, что Рогал так ему засветил прямо в пачу, что у двенадцатого случилось сотрясение кости и он решил проявить оригинальность?       Магнус презрительно поморщился, выдавая этим самым всю подноготную своих мыслей по поводу берсеркерства Ангрона и внезапных припадков ярости у идеальных Рогала и Робаута. Леман как-то странно прищурился, заставляя Магнуса буквально внутренне кипеть от ярости. Этим жестом этот тупой варвар всегда его выбешивал. — Ты пригласил меня переговорить по поводу предстоящей военной кампании или делиться своими пьяными наблюдениями? — Магнус, ты конечно умный, и знаешь такие тайны, которые мне неведомы. Но когда ты включаешь своё вот это высокомерие мага, то хочется тебе по морде дать, чтобы не зазнавался, циклоп библиотечный.       Внезапно Магнус вздрогнул, ощутив, как вечная маска варвара отрывается от образа Волчьего Короля, являя ему истинное лицо Лемана Русса. Вот теперь стало явно видно, что он истинный сын Императора. Алый Король почувствовал укол ревности по уязвлённому самолюбию. Однако выражать своё возмущение не спешил, уж больно не вязался в его сознании образ правителя варваров и этот новый облик брата. Похоже он видит уникальное явление, и причины у этого откровения могут быть самые плохие, какие только можно представить. — Кто ты такой и куда дел моего блохастого брата-дикаря?       Магнус показательно активировал вокруг себя парочку колдовских печатей. — Попытка зачётная, Магнус, но погаси свою магию и давай наконец-то поговорим, как взрослые мужчины. Я понимаю, что тебе не за что меня любить, но ситуация слишком серьёзная, чтобы я мог и дальше играть роль недалёкого конунга варваров.       Магнус сомневался довольно долго, но решил выслушать брата, потому что если разобраться, то Леман Русс никогда не делал то или иное действие без причины. Магнусу были чужды все эти интриги и прочие дела, так как на первом месте у него был легион. Он догадывался, что Леман Русс носит маску, но списывал всё это на его лицемерие. — Допустим я тебя выслушаю. Только постарайся не занимать моё время какими-нибудь сагами и прочим пафосным эпосом. — А что ты скажешь на то, что приказ пришёл не от Воителя? — Как не от Воителя?       Магнус натурально так и сел мимо кресла, но его брат был серьёзен, как столкновение с орками. — Ты уверен? — Более чем. Глуп тот волк, который не знает осторожности. Приказы Хоруса подделка.       Магнус не глядя набулькал в ближайшую пустую кружку фенресийского мёда и опрокинул в себя, занюхал волчьей шкурой со стены, закусил козьим сыром и только после этого осмысленным взором посмотрел на короля волков. Леман Русс никуда не делся и даже смотрел с пониманием на брата. — Вот ознакомься.       Волчий король протянул Алому небольшую шкатулку. В шкатулке оказался тот самый приказ Хоруса, оформленный как полагается. — Вам, как ты сказал, такая штука не пришла, а вот мне доставили приказ на физическом носителе. И не герольд, а обычный серв, что примечательно. Мне это показалось подозрительным и я приказал своим рунным жрецам взять след. Да ты не стесняйся, если нужно применить колдовство, то действуй.       Растерянный Магнус посмотрел с удивлением на злобно скалящегося на бумажку Лемана. Русс чуть ли не рычал, смотря на этот документ. Магнус, впрочем, тоже почувствовал кое-что, на чём следовало сосредоточиться. Любопытство толкнуло его провести магическую диагностику. Спустя пару десятков минут ошарашенный Магнус пришёл в себя от результатов. Братья снова деловито принялись поглощать мёд и закусывать его сыром. — Эту бумагу держал лично Лоргар. Ничего не понимаю. — Зато я понимаю. Лоргар третий после тебя по магической силе. Сильнее него был только…       Леман Русс сделал паузу, чтобы Магнус назвал то самое имя, которое отец запретил произносить. И Магнус назвал. Ибо был близко знаком с Одиннадцатым. — Мурленкин Белый Клык. Но причём здесь наш пропавший брат?       В этот момент в двери покоев зашли Сангвиний, Мортарион и Корвус Коракс, подозрительно переглядываясь. — О, я смотрю вы решили ответить на моё приглашение. Хотя ещё не всё в сборе. Эй, двое из ларца, одинаковых с лица, с одной душой, ну-ка появитесь, я вас всё равно чувствую.       Двое Альфариев появилось словно из воздуха за спиной у волчьего короля, внося момент каламбура. — Русс… — А мы нашли… — Твой контейнер с вином… — Отличный букет…       Раздалось два подзатыльника, а потом на глазах изумлённых братьев Леман Русс взял маркер и написал у одного на лбу букву альфа, а другому соответственно омега. — Знакомьтесь, это наш двадцатый двухядерный братец Альфарий Омегон. Я его по запаху всегда узнаю. Присаживайтесь. В ногах правды нет. Нас ждёт долгий разговор, о пропавших братьях, о природе варпа и о текущей ситуации с приказами якобы от Хоруса.       И примархи расположились, пользуясь гостеприимством хозяина, благо Леман Русс не стал жадничать и действительно выставил контейнер вина. Даже мрачный и нелюдимый Мортарион приготовился слушать, активировав пищеприёмник на своём респираторе.