Дичь

Самый страшный зверь – человек.

Роберт Грейсон докуривал вторую сигарету. Перед глазами стояло лицо Рея – злое и яростное, стройное тело, согнутое и прикрытое руками с длинными пальцами, дрожащими от боли, а потом память заменила эти неприглядные образы на другие: Рей смеется на лужайке возле центрального корпуса Гарварда, сосредоточенный идеальный профиль на нудной лекции профессора Хиддитона, равнодушный взгляд, когда Роб смотрел на него. Пока он не мог до конца понять, что чувствовал. Сам не помнил, когда он стал им так болезненно одержим. Все началось в конце осени, когда лучший друг Роба Томас Брайтон поделился, что хочет подкатить к омеге-первокурснику с чистым невинным запахом, которого не удалось уломать на свидание их общему знакомому. Альфа удивился, Мейсон был одним из самых популярных старшекурсников, ему не отказывали, омеги сами буквально висли на нем, привлеченные его внешностью, статусом и славой отличного любовника. Роберт и сам был таким – за четыре года перетрахал половину омег Гарварда, и у него сыграл обычный альфий азарт – увидеть и насадить на свой член чуть ли не последнего девственника университета. В начале ноября он вошел под удивленные возгласы и заискивающие взгляды омежек в лекционную аудиторию первокурсников и сел на последний ряд. Когда в помещении появился довольно высокий и стройный парень, он интуитивно понял, что именно этот омега и есть Рей Винчестер. Рей начал двигаться в его сторону, поднял голову и их глаза встретились. Щелчок затвора, нажатие на курок – выстрел. Омега был другим. Первое, на что обратил внимание Роберт, – совсем не омежья прическа. Выбритый с правой стороны висок и копна густых темных волос, которые волной падали на левое ухо. Полное отсутствие косметики, гладкая, словно сияющая изнутри, кожа, высокие изящные скулы. Рей сидел перед ним, и он рассматривал его ровную спину и тонкую мальчишечью шею. Время от времени омега оборачивался к своему другу и Роб пялился на его лицо, залипая на пухлых чувственных губах и дрожащих черных ресницах. Омега был очень красив, естественной, совершенной красотой. Роберт его хотел. В штанах стало тесно, и воздух вокруг начал пропитываться его усилившимися феромонами, заставив омег разворачиваться и привлекать внимание парня. Рей не обернулся. Он внезапно собрал свои вещи в простой черный рюкзак и быстро направился на выход, не обращая внимания на сердитые замечания и окрики профессора. Через минуту Роберт выбежал за ним, но омеги уже не было в коридоре, и он не смог его отыскать. С того дня казалось, что Рей стал почти невидимым и неуловимым. Чувствовалось, что он намеренно избегал альфу. Роберт все чаще ловил себя на том, что думает о нем и, как малолетний придурок, которому не дают омеги, дрочит в душе на его «светлый образ». Он ощущал, как неизвестное ранее, раздирающие внутренности, желание скручивает его тело, требуя немедленно сделать этого омегу своим. Это была какая-то извращенная, необузданная, дикая влюбленность. Альфа становился все более раздражительным, его выбешивало равнодушное поведение омеги, и он уже думал выследить и тихонько зажать его в уголке, беря желаемое. Он никогда еще раньше не применял к омегам силу, но его терпение кончалось. Молодой альфа надеялся, что его вожделение со временем иссякнет. Но ища разрядки, вколачиваясь в очередное омежье тело, он видел под собой Рея, тянущего к нему руки и просящего поцелуя. Он понемногу сходил с ума. И когда альфа наконец-то увидел Рея, спокойно сидевшего на пледе на лужайке, улыбчивого, яростно жестикулирующего в разговоре с однокурсниками, быстро подошел к нему, рывком поднимая на ноги, и начал шептать какие-то гнусные пошлости. Предложив провести ночь в отеле, он демонстративно вжался в него пахом, сжимая до синяков плечи. Рей ужом вывернулся из его хватки, его рука дернулась в попытке залепить пощечину, но остановилась в пару сантиметрах от щеки альфы. Омега холодно отчитал его перед сотней глаз и ушей и ушел. И в сердце Роба закипела ярость и ядовитая жажда мести. Месть – блюдо, которое подают холодным. Он оставил омегу в покое, ухватившись за идею, которую подбросил ему Томас, – охота на омег. Рей заплатит за его унижение, и он не будет с ним церемониться. Возьмет его грубо и жестко. А страх сломает его гордый норов. Потрогав лопнувшую губу, Роб хмыкнул – импульсивный и страстный. Он его еще больше завел, и альфа найдет Рея первым, осуществит задуманное и попросит отца вмешаться, чтобы вернуть Рея обратно. Они не посмеют пойти против него и даже слова сказать. Кроме него, омегу никто не тронет. Роб подошел к большому монитору, наблюдая, как на нем движется пять крупных красных точек. И пять статичных зеленых – места высадки омег. Куда именно везут Рея? На месте у них не будет данных с датчиков, встроенных в браслеты, это против правил. *** Авто медленно двигалось по грунтовой дороге. Роб наслаждался охлаждающим движением воздуха. Жара и влажность стали ему порядком надоедать. Пот пропитал футболку на спине и каплями стекал по ложбинке позвоночника. В одной машине с ним ехал генерал Паттерсон, сосредоточено смотря на дорогу. На заднем сидении лежал блочный арбалет винтовочного типа, спортивные рюкзаки с вещами, водой и небольшим запасом провизии. Дополнительный запас провизии и всего необходимого для передвижения по джунглях находился у провожатых. Роб не любил оружия, но выбрал из общего арсенала модифицированный пистолет-пулемет Калико. Он не забыл об угрозах Блэка. И если от него будет исходить опасность, то он сам пустит тому пулю в лоб. Рука альфы скользила по прохладному дулу, наслаждаясь силой и властью, которые дает ощущение обладания оружием. – Еще не поздно повернуть обратно и забыть все, что ты здесь видел, – Роберт вздрогнул от неожиданного громкого голоса Паттерсона. – А мой омега? – Омега уже в джунглях и назад дороги ему нет. – Тогда я остаюсь. На этот момент Робу уже ничего не изменить, и поэтому не о чем думать. Он попытался отвлечься на виды, но вокруг была всепоглощающая, сливающаяся в одно пятно, зелень. – Приехали, ребятки, – из черного открытого джипа выпрыгнул немолодой, но все еще с сильной накачанной фигурой, альфа, – его звали Дерек. Роберту было двадцать два, и его тело по сравнению с другими альфами было мельче, он еще не успел заматереть, да и никогда не стремился превращаться в груду мышц. В их группе было трое охотников: генерал Паттерсон, шкафообразный Дерек и, собственно, Роберт. Два проводника и три сопровождающих, которые несли вещи альф. Альфы передвигались почти налегке, имея при себе только небольшой рюкзак с самым необходимым и оружие. Они углубились в джунгли, придерживаясь звериных троп, иногда каждый шаг давался впереди идущим проводникам и Паттерсону с трудом, и в ход шли кукри с искривленными лезвиями, им нередко приходилось прорубать себе путь. Иногда они погружались почти в полную темноту из-за густой листвы и обилия лиан. Несмотря на первую половину дня, везде царил полумрак. Сквозь темный полог деревьев начал проскальзывать свет, и группа вышла на берег реки. Паттерсон резко остановился и поднял руку, призывая всех остановиться и замереть. На берегу реки на коленях стоял омега, он жадно пил мутную воду, втягивая ее ртом, как животное на водопое. – Глупый, – прошептал генерал, – прямой путь к дизентерии. Он не спускал с мальчишки голодного предвкушающего взгляда, и тот, словно почувствовав этот тяжелый взгляд на себе, повернул голову и заметил охотников. Омега поднялся и рванул, словно испуганная лань. Паттерсон сбросил со спины арбалет, стрела была уже заряжена, и еще пару секунд смотрел в спину убегающему мальчику. Нажатие на курок – и стрела впивается в левую половину его грудной клетки, поражая сердце. Хрупкий юноша завалился на землю, лицом вниз, хрипя и содрогаясь. Альфа уверенно приблизился к нему, втягивая воздух, его глаза были прикрыты, а на губах – обезображивающий лицо оскал. Он наслаждался лежащей перед ним беззащитной жертвой и ее беспомощностью. – Какого хрена, Паттерсон! Если ты будешь с одного маха отстреливать нашу дичь, то не останется с кем играть! – Дерек раздраженно махнул рукой и равнодушно прошел мимо раненого, направляясь в гущу джунглей. Генерал зачерпнул пальцем кровь, которая толчками вырывалась из раны, поднес ее к лицу, прикрыв глаза, и начал размазывать липкую жидкость по губам, пробуя ее на вкус. Мальчик ничего не соображал от болевого шока, его губы тряслись и побелели, тело начали сотрясать мелкие конвульсии. Альфа наклонился над ним, положив руки на тонкую шею, медленно сжимая пальцы. Он максимально приблизил свое лицо к лицу омеги, лоб в лоб, и его вдох принял последний хриплый выдох жертвы. Бездыханное обмякшее тело опустилось на землю. А Паттерсон встал и нанес вдоль лба и нижней части лица кровавые полосы, имитируя раскраску индейцев, победно улыбаясь. Роберт, не мигая, наблюдал за Паттерсоном. Он оцепенел и, казалось, не дышал вечность. Альфа чувствовал, как воздух наполняется терпким металлическим запахом – запахом крови. Это был первый раз, когда он увидел смерть. Так близко и безрассудно. Он надеялся, что пленка отмотается назад и еще теплый труп перед ним исчезнет. Но омежка лежал на том же месте, испачканный грязью, с ободранными руками и выпученными глазами, уставленными вверх, словно взывая к невидимому богу. – Эй, Роберт, отстаешь, – голос звучал уже достаточно далеко, – догоняй. И парень тяжелой поступью пошел за своими спутниками, глубоко дыша, успокаивая бешеное сердцебиение. *** Роберт переваривал услышанное. Дерек был охотником за скальпами. От его рассказов о предыдущих охотах уши скручивало в трубочку, а к горлу подступал неприятный горький ком. Они уже прошли несколько километров и не увидели следы пребывания человека: сломанных веток, поврежденных растений, следов на земле. Роберту надоело продираться сквозь заросли, еще появились мошки, которые досаждали парню, и он был бы не прочь поскорее оказаться в теплой постели. – У меня встал. – Чего? – глаза Роба округлились, и он вопросительно поднял бровь. – Трахаться хочу, – Дерек плотоядно лыбился. – Придурок, – засмеялся Паттерсон, – мы тебе в этом не помощники. Правда, Роб? – он подмигнул младшему альфе. – Ладно, разберусь. – Дерек вытащил со своей поклажи тепловизор и скрылся в джунглях. Они нашли более-менее свободную от деревьев площадку и остановились на привал. Роберт прислонился к дереву спиной и, расслабившись, задремал. Его вырвали из сна громкие крики. Еще до конца не проснувшись, парень вскочил на ноги и замотал головой из стороны в сторону. На мини-поляне появился Дерек, таща на плече брыкающегося и вопящего омегу. Он сбросил его у поклажи, ударив наотмашь по лицу. – Не ори, сука. Альфа расстегнул и приспустил штаны вместе с бельем, обнажая крупный, полностью возбужденный, изнывающий от желания, член. – Соси, а то зубы выбью. Омега, всхлипывая, подполз к альфе на коленях и послушно открыл рот. Послышались хлюпающие и чавкающие звуки. Дерек схватил омежку за волосы и насильно затолкал свой орган в горло. Парень упирался в его бедра, стараясь оттолкнуть мощного альфу, задыхаясь от резких и грубых вколачиваний. Роберт не хотел смотреть. Альфа вышел из рта юноши и оттолкнул кашляющего и хватающего воздух мальчика от себя. – А теперь сделай счастливей ту хмурую рожу, – он указал пальцем на Роберта. Омега пополз на карачках к нему, цепляясь за штанины, пытаясь подняться с земли. Все так же стоя на коленях, дрожащими руками он расстегнул ширинку, приспустил белье, выудив вялый член, не снимая широких удобных штанов в стиле милитари. Он опустил голову и провел языком по стволу, и Роберт машинально отреагировал на ласку. Малыш вылизывал его по всей длине, посасывая головку и скользя языком по дырочке уретры. Роберт закрыл глаза, полностью отстраняясь от ситуации и пытаясь получить удовольствие. – Возьми его полностью, – командовал властный голос Дерека. Роберт открыл глаза, наблюдая, как он полностью входит в покорное горло, накрывая ладонью горло омеги и ощущая под нежной кожей движение собственного члена. Он протянул вторую руку к щеке омеги, вытирая дорожку слез. – Нравится? – хмыкнул старший альфа. Роберт дернулся и покинул теплый рот парня. Дерек толкнул плечи парня вниз, заставляя его принять удобную для него позу, оголил ягодицы и без подготовки засадил в сухое, невозбужденное нутро. Омега заорал от острой боли, и старший альфа закрыл ему рот, глуша крик, быстро двигаясь, доводя себя до разрядки. Роберт в ужасе подался назад. – Он мог бы тебе член откусить, если бы мы пялили его с двух сторон, – ржал Дерек. Альфа быстро задышал и застонал, смакуя оргазм. Он придерживал ослабшее, бессознательное тело. – Паттерсон, давай его вдвоем, а? – У меня есть своя цель, эта мелкая шлюха не интересует. С расстеленного каремата встал один из проводников и потянул руки к омеге. Вместе с Дереком они зажали его между собой, вводя одновременно два члена в поврежденный анус, и начали двигаться во все еще не пришедшем в сознание мальчишке. Роберту хотелось очутиться на другом конце мира, заснуть и проснуться, вспоминая все как страшный сон. Он не причинял вреда своим любовникам и презирал групповуху. Парень хотел дать сам себе в морду, за то, что принимал участие в издевательствах над этим омегой. Он посмотрел на свой опавший член, происходящее выбило остатки с трудом вызванного желания. Альфа застегнул штаны и отошел на расстояние. Но и там ему были слышны похабные животные стоны и крики временами приходящего в сознание омеги. А потом – душераздирающий вопль, впивающийся ему в самую глубину души, – и тишина. Он потерялся во времени, казалось, что он уже стоит здесь вечность, когда он увидел приближающегося Дерека. На его поясе висел еще кровящий скальп. Роберта моментально вырвало под ноги. Он вытер рот и пошел в сторону привала, больно толкнув Дерека плечом. Они звери, настоящие звери, не знающие пощады. Хуже зверей, так как те убивают только ради пропитания. И он тоже стал зверем вместе с этими нелюдями. На глаза наворачивались слезы злости, он был разъярен на самого себя и свою глупость, благодаря которой он влип в это дерьмо. Он не тронет Рея. Надо побыстрее найти его и валить отсюда. Роберт не проронил ни слова уже в течении двух часов. На берегу реки проводник отыскал скрытую под лианами и ветками, припрятанную заранее, лодку, и дальше они продвигались вплавь по узкой реке. Их внимание привлекли разбросанные по берегу вещи, явно принадлежащие охотнику, которые лежали недалеко от кромки воды. Это было подозрительно. На зов никто не ответил. Альфы вышли из лодки и начали прочесывать джунгли. Вскоре Паттерсон окликнул их. Он стоял над крупным телом молодого мужчины. Его одежда была пропитана кровью на животе и груди. Под грудью сияли рвано-колотые раны. Альфа был мертв. Что-то пошло не так.