чёрно-золотое

у дэлайлы чёрное-чёрное сердце, прямо под стать её одеждам и коротким волосам. она ужасно бережна со своим угольным сердцем, которое практически не бьётся и сияет светлой дымкой только раз в пару лет. у дэлайлы руки тонкие, венозные и сухие, а кожа холодная, бледная; вены на ней чёрными кривыми линиями бегут, вырисовывая пугающие узоры. в её глазах не мелькают человеческие эмоции, навеки они остаются двумя грязными осколками льда. её волосы смольные, идеально гладкие и от них всегда веет гарью и лесными травами, которые она иногда собирает по ночам, кутаясь во мрак тёмного времени суток. у эмили же красное, интенсивно пульсирующее сердце, сияющее исключительно золотым маревом, прямо как и причудливые узоры на её императорском плаще. у неё руки сильные, тёплые и украшенные мелкими шрамами да мозолями, а кожа её бархатная, загорелая, прямо как у её отца. её глаза пытливо блуждают по всему, что вызывает её праздный интерес, заставляя некоторых неуютно съёживаться под императорским взглядом. её волосы такие же чёрные, идеально уложенные в строгую прическу: незамысловатую, но удобную и красивую. от неё веет морем, оружейным маслом и терпким запахом дорогого табака, который можно достать только на Серконосе. они обе ужасно разные, но по венах их течёт одна кровь: густая, проклятая и настолько тёмная, что иногда даже можно спутать с чёрным. у них одинаковая осанка, но вот только у одной — это следствие недоброй жизни и привычки смотреть на всё сущее свысока, а у другой — обычное следствие воспитания. у них двоих одно проклятье: метка зверя, что покоится на теле и стоит лишь немного пробудить её, как она моментально вспыхнет ярким светом и услужливо напомнит о том, кому обе из них служат. одна из них мечтает о власти, подчинении и признании всяким, кто хоть краем уха слышал о ней, а другая... а другая грезит свободой: холодным ветром в лицо, прогулкам по крышам и беседам за стаканом бренди. дэлайла любит ненавидеть, а эмили любит прощать. императрица простит развал её империи, попытки очернить её семью и в конце истории, держа в руках хрупкое чёрное сердце, вернёт его в тощее, слабое ведьминское тело. и в тот день, когда императрица простит дэлайлу снова, заключит в горячие, крепкие объятия... чёрное сердце совершит свой первый золотой удар.