Дорамная солянка

[Soulmate!AU, в котором Макс и ЧонВон видят сны друг о друге, но не видят в этих снах лиц. И только личная встреча расставит все точки над i. Тотальный ООС обоих персонажей] ЧонВон выглядел измученным уже которую неделю. Ребята из группы уже даже не пытались тормошить его расспросами — ЧонВон раздражался из-за бесконечных вопросов о том, хорошо ли он спит, достаточно ли ест и не подавляет ли его кто-то морально. ЧонВон прекрасно ел, вдоволь спал и ничуть не страдал от чьего-то давления, но было все же кое-что, что его беспокоило. Сны. Не кошмары, нет, совсем наоборот — сны эти начались не так давно и были наполнены грезами о будущей любви, обещанием полного единства и безграничного счастья и доверия. ЧонВон чувствовал и знал: его суженая где-то рядом, порой он даже мог поймать ее за руку и услышать эхо ее голоса, но увидеть — никогда. И это угнетало юношу больше всего на свете — то, что он не может разглядеть свою любимую, а это значит, что и узнать ее в реальности он не сможет. В том, что он непременно ее скоро встретит, ЧонВон не сомневался — он был не первым и не последним, кому Вселенная благосклонно давала шанс на уникальную историю любви. Терять этот шанс ему совсем не хотелось. Так что да, ЧонВон терзался и нервничал, у него портилось настроение и он стал подолгу бывать один, когда у него это получалось. Впрочем, во время гастролей особо не насладишься одиночеством — выступления сменяли друг друга снова и снова, и ЧонВон старался не думать о том, что он упускает нечто очень важное и необходимое ему… И у него почти получалось вытеснить мысли о любви из своей головы — до тех самых пор, как посреди концерта в городке под названием Хоукинс он внезапно встретился взглядом с рыжеволосой девушкой. У него по венам будто электрический ток запустили — ЧонВон замер на месте прямо посреди танца, словно громом пораженный. Он не мог больше ни двигаться, ни петь — взгляд прекрасной незнакомки поймал его в плен и изменил все в одночасье. ЧонВон не помнил толком, как спрыгнул со сцены и бросился к рыжеволосой девушке. Не помнил толком, как секьюрити вытаскивала его из толпы разом всколыхнувшихся фанатов. Но прекрасно помнил, как кричал, что без рыжей он никуда не уйдет, и пусть лучше его раздерут на части, чем он потеряет ее из виду хоть на секунду. Ее привели к нему в гримерку — рыжую девушку с зелеными глазами, которая превратила его кровь в электрический ток. — Макс, — смеясь, назвала она себя. — Максин Мэйфилд. И я так долго видела тебя во сне, но не понимала, что ты — это ты. Я уж думала, что с ума сойду… — Никто из нас теперь точно не сойдет с ума, — авторитетно заявил ЧонВон, сплетая пальцы девушки со своими. — Отныне и навсегда мы будем счастливы. — Думаешь, я стану возражать? — лукаво усмехнулась Макс. Возражать она не собиралась, такие дела.