Похоть и Жажда

Цикады пели свою трель, и были единственным, что разрезало ночную тишину. Кларк шагала бок о бок с Рейвен, молча разглядывая круглую, прямо как блины её мамы, луну. Если бы она сейчас была рядом, всё могло быть по другому. Возможно, они бы вместе сидели на кухне и пытались решить эту проблему. Возможно, отец пришёл бы с работы, поцеловал в лоб, сразу заподозрил что-то неладное, а потом бы присоединился к ним с матерью, шепча ей на ухо, что всё будет хорошо. Чёрт, да если бы не тот случай, она бы не закрылась в себе, Финн бы ей не изменил, она бы не прошла по тому проклятому переулку не различая ничего за пеленой слёз, её бы, блять, не укусили! Хотя, хрен знает сколько этот подонок Коллинз ей изменял. Может, наоборот, из-за того злосчастного дня, Финн стал к ней более внимательным, может даже собирался разорвать отношения с Ромой, чтобы поддержать Кларк. Но эти «может» могли продолжаться бесконечно, а её жизнь — нет. Возможно, её не станет уже завтра. И всё. Никаких переживаний и волнений. Только холодная пустота, окутывающая тело и разум. Когда этим вечером Октавия проводила Кларк до комнаты, Гриффин просто свалилась на кровать. Правда, спать она не собиралась, ведь если её посчитают избранной, ей тут жить ещё как минимум три месяца, а это значит, что придётся переходить на ночной образ жизни. Начать блондинка решила сразу же, не откладывая в долгий ящик. Ну, а если ей не повезёт, то и думать о смене режима будет некогда. Её либо разорвут на части, либо… ну, другой вариант событий не особо давал надежды. Обычно Кларк не сильно задумывалась о ближайшем будущем. У неё всегда были глобальные планы на всю оставшуюся жизнь, но в основном жить она предпочитала настоящим. Это помогало сосредоточиться на целях, а ещё не бояться этого такого страшного «завтра». В то же время, такие взгляды не дали ей нормально попрощаться с родителями. Всегда есть две или больше стороны, ситуация не может иметь только одну. Так устроена вселенная, и это девушка поменять не могла. — Ты не жалеешь, что попала сюда? — внезапно спросила Гриффин, продолжая смотреть в ночное небо и делая небольшие шаги. — Знаешь, я… я не знаю, — пожала плечами Рейвен. Видно было, что она уже не раз думала об этом, но блондинке просто необходимо было узнать правду. Она сама не знала почему и зачем, но это было так. — В смысле? — прошептала Гриффин, всматриваясь в звезды. Возможно, это была последняя ночь в её жизни. — Это сложно, понимаешь? — вздохнула шатенка, переводя взгляд на Кларк. — Вчера я была человеком, а сегодня — бессмертное существо. С одной стороны, здесь я встретила Кайла, но у нас не всё так гладко. У него есть свои взгляды на жизнь, и, несмотря на то, что у нас они очень похожи, мы нередко ссоримся. Он меня понимает, поддерживает, но… я не знаю. Это просто очень трудно пережить и принять. — Эй, взгляни на это по другому! — улыбнулась блондинка, касаясь рукой ветки дерева. — У тебя есть любимый человек, ой, то есть вампир, которому ты дорога. Ты, возможно, и не так, как раньше, но счастлива. Это просто другое счастье, и ты к нему ещё не привыкла. Если ты любишь — люби. Жертва ради любви — самая благородная жертва. Кларк замолкла, переводя взгляд на подругу. Та явно её выслушала, но отвечать не спешила. Возможно, тоже понимала, что блондинку она в обоих вариантах развития событий никогда больше не увидит. Всё было слишком непонятно, как будто бы кто-то нарочно взял их жизни и запутал, сбивая с нужного пути. — Возможно, ты и права, — медленно произнесла Рейес, останавливаясь прямо у стены особняка. — Ну, а у тебя какие планы? Твёрдо решила уйти в мир людей? Кларк лишь усмехнулась, стараясь не обращать внимания на грустные нотки в голосе подруги. Они в любом случае должны будут расстаться. — Ну, со мной всё просто. У меня такой большой любви, как у тебя, не случилось. Для меня лучшее — вернуться в Полис, или может уехать куда-то ещё, начать жизнь с чистого листа. — Кто знает, кто знает, — лишь прошептала в ответ Рейес, смотря на подругу и улыбаясь ей мягкой полуулыбкой. Внезапно, прямо из темноты, сверху, на землю, приземлилась тень. Сначала Кларк казалось, что её сердце действительно выпрыгнуло из груди, а потом упало обратно в пятки, но потом всё только ухудшилось. Оно сделало несколько тройных сальто, потом попыталось сделать ещё одно, но вместо этого замерло. Ведь прямо перед ней стоял Беллами Блейк, человек (или вампир?), который должен будет завтра решить её судьбу. В той же полностью расстёгнутой рубашке, с теми же глазами цвета шоколада, кудрявыми волосами и умопомрачительными веснушками. Господи, кто сделал его таким идеальным? Миссир взглянул на блондинку, а потом повернулся к шатенке, делая ей знак глазами. Та вздохнула, а потом развернулась в сторону дорожки в залитый лунным светом сад. — Стой, Рейвен! — вырвалось у Гриффин, у которой внезапно возникло ужасно сильное желание убежать в свою комнату и зарыться в подушку. Больше всего на свете ей не хотелось оставаться наедине с этим прекрасным существом, не хотелось смотреть ему в глаза и говорить с ним. Рейес повернула голову в её сторону и одними губами произнесла «прости». Разумеется, вампиры ведь не могут противиться воле своего Миссира. — Итак, Кларк, верно? — ухмыльнулся Блейк, когда Рейвен скрылась за могучей туей, которая отделяла задний двор от сада. — Почему же ты не хочешь оставаться со мной одна? Боишься меня? А? Во время этих слов он медленно шёл в её сторону. Листья под его ногами хрустели, создавая ощущение того, что вампир идёт по раздолбанным костям. У блондинки перехватило дыхание, она сделала пару шагов назад, но упёрлась в дерево. Нет, она не даст случиться… чему бы-то ни было. Она должна была показать храбрость, доказать, что достойна. И она это сделает. Чего бы это не стоило. — Что вы, нет, — как можно нейтральнее ответила Кларк, прилагая огромные силы, чтобы смотреть прямо ему в глаза. Беллами припечатал её к дереву, поместив правую руку прямо рядом с её головой на ствол тонкой сосны. Его дыхание обдало её шею, и Гриффин буквально молилась, чтобы он сейчас не поддался искушению и не вцепился в неё зубами. Но, в то же время, ей этого хотелось. Ощутить его тёплые губы, его руки. Боже, что с ней не так?! — Храбрая принцесса не боится большого и страшного вампира? — ухмыльнулся брюнет, вдыхая приятный запах свеже-скошенной травы и корицы. Видимо, её запах. — Знаете, мне кажется мне пора, — прошептала Кларк, борясь с искушением. Она не могла позволить ему проломить свою воли и барьеры, которыми она себя обставила. Только не ему. — Да, принцесса? Или ты просто хочешь поскорее избавиться от меня и моего общества? — внезапно стал серьезным Блейк, заглядывая блондинке прямо в глаза. — Докажи, что ты особенная, Кларк. Докажи, что ты достойна. Гриффин не отвела взгляд. Внезапно, всё пропало: и ночь, и страх, и боль, и шелест листьев, и пение цикад, и холодный лунный свет. Были только они вдвоём, только океан, столкнувшийся с шоколадом. И, что бы не собиралось случиться, Гриффин не собиралась сдать назад и дать ему получить над собой власть. Она — это она, и никому, даже такому сексуальному вампиру, она не даст контроль. — Простите, но мне и правда пора, — выдавила из себя Кларк, легко отодвигая от себя брюнета, и, мягко и неслышно ступая, направилась прямиком к дверям. Она начала войну, которую ей не суждено было выиграть. Уходя, она чувствовала на себе взгляд шоколадных глаз.