Слуга всех классов

      В одном из пригородных домов Фуюки было тихо. Не потому что никого не было дома, или все легли спать. Нет. Напротив, в данный момент в этом доме находилось двое людей.       Первый был рыжеволосый парень в фиолетовой рубашке с азиатскими чертами лица и беззаботной улыбкой, изредка подпевавший самому себе. Звали его Урю Рюноске. Он был серийным убийцей и социопатом, искавшим способ избавиться от своей скучной жизни… и он нашёл его в зверских убийствах.       И сейчас, в мрачной тишине, Урю чертил с помощью крови пентаграмму странного вида, иногда заглядывая в небольшой журнал, который он держал у себя в руке, и сверяясь с некоторыми данными, чтобы не ошибиться в очередной раз. Из железных вёдер, стоявших неподалеку, Рюноске брал кровь, которую заранее сцедил из убитых им владельцев этого дома.       Второй человек — маленький мальчик восьми лет с короткими растрёпанными волосами и в синей толстовке. Он лежал в углу связанный, с ужасом наблюдая за действиями убийцы его родителей. Мальчик плакал, но ничего не мог с этим поделать, он был обычным ребёнком неспособным даже ударить кого-то, что уж говорить о таких серьёзных вещах, как убийство. Поэтому ему оставалось лишь рыдать от бессилия. — Так пять раз сказать… Наполнись, наполнись, наполнись, наполнись и наполнись! — смотря в журнал продолжал говорить Урю.       Закончив начертание пентаграммы, он вытер пот со лба и осмотрел испачканное кровью помещение, остановив свой взгляд на небольшом телевизоре, по которому вещали новости о серийных убийствах и жестоких расправах над семьями в их собственных домах.       Естественно, Рюноске знал, что говорили как раз о его похождениях. Но ему едва ли это было интересно. Он улыбнувшись выключил телевизор и, подойдя к мальчику, сел на взятый по близости деревянный стул. Ребёнок задрожал. — Слушай, пацан, скажи, ты веришь в демонов? — ответом ему было неразборчивое мычание — Видишь ли, недавно я обнаружил, что мои предки баловались оккультизмом — он протянул тот самый журнал, показывая его мальчику — И мне жутко захотелось узнать правда существуют ли эти демоны, так что если добрый демон здесь объявится, ты же не будешь против побыть для него в качестве еды? — сделав жест просьбы, сказал Урю.       Эти слова вызвали у бедного мальчика истерику.       Урю же, тяжело вздохнув, громко засмеялся, но его хохот прервала неожиданно засветившаяся пентаграмма. Он повернувшись, встал со стула и заворожённо начал смотреть на светопреставление, после которого в центре кровавой пентаграммы появилась фигура белокожего эльфа в рваных одеждах, золотистые глаза которого оглядывали помещение .

***

      В данный момент я находился в просторной комнате, на меня пялился юноша с безумным блеском в глазах, рядом валялся связанный ребёнок едва достигший восьми лет.       В нос мне сразу ударил сладковатый приторный запах крови. Осмотревшись, я понял в чём причина зловония: в крови, даже сама пентаграмма, из которой меня, по всей видимости вызывали, тоже состояла из крови. Мне стало не по себе, но дабы отвлечься, я предался размышлениям о происходящем.       Непонятная Эра, в которой я прибывал, была похожа по концепции своей на времена Двемеров с их строениями, что вызывало у меня некоторую естественную неприязнь. Но больше взволновало другое, а именно моя смерть и цель, которую я так и не смог достичь.       А ведь действительно какова была моя цель?       Едва ли я смогу вспомнить начало своего пути. Помнится, я желал отмщения за свой народ, который, по рассказам моей матери, проклятые Норды в великой войне за Скайрим обрекли на вечные страдания. Отобрав исконно наши территории себе и разрушив всю нашу культуру, не оставили ни следа от цивилизации снежных эльфов. Даже все наши храмы и алтари они разрушили во время конца Эры Рассвета. Да, то были прекрасные времена… моих величайших заблуждений.       Да, именно так. Будучи обычным снежным эльфом, я мечтал стать Паладином Ордена Ауриэля и охранять его храм. Хех, забавная была мечта…которая ей же и осталась.       Мои предки являлись одними из немногих спасённых не поддавшимися на искушения Двемеров и выжившими после жестокой войны с Нордами. Я рос без отца вместе с матерью в одном из анклавов — Забытой долине. Мать же моя была жрицей, ни дня не проходило, чтобы я не слышал от неё о величии нашего Верховного Бога — Ауриэля. И я всегда верил её словам, не было поводов не верить.       Как оказалось, это была моя первая ошибка. Но обо всём по порядку. Всё началось с того, что предатель Виртур обрёк на смерть собственный народ, впустив в наш дом наших изменившихся сородичей. Мне удалось сбежать, но какой ценой… Я своими глазами видел как моя семья была похоронена под грудой камней.       Именно тогда я впервые усомнился в своём Боге. "Почему наш бог уже третий раз обрекает нас на смерть? Неужели мы ему так безразличны", — думал я. Но тот мой гнев быстро утих, однако я больше не мог поклоняться Ауриэлю, как раньше.       Позже я бежал из Скайрима в Солтсхейм. Ведь мне претила сама мысль остаться в этой провинции. Ибо у меня в душе пылала ненависть к этим землям и их правителям. Забытая долина была разрушена, народ мой мёртв, со Скайримом меня больше ничего не связывало, кроме жажды мести Виртуру и северянам. Как позже выяснилось — это была моя вторая ошибка.       Судьба снова преподнесла мне издевательски большой пинок под зад.       Имперцы поймали меня при пересечении границы и посадили вместе с теми кого я ненавидел больше всех… Это были норды. Более того, меня посадили с их предводителем — Ульфриком Буривестником. Ох, какое же я тогда испытывал желание вцепиться ему в глотку и загрызть насмерть, словами не передать. И как бы это забавно не звучало, именно норды спасли меня в тот день от Пожирателя Миров. Я никогда прежде не испытывал такого унижения…       Позже мне удалось узнать, что я благословен даром Ауриэля. Ох, тот день надолго отпечатался в моей памяти, ведь именно тогда я по настоящему поверил в богов, в последний раз в своей жизни.       После началось всё это абсурдное приключение.       Убийства драконов. Каждый из которых был способен сжечь целые поселения, не говоря уже об их высокородных сородичах, силу коих можно было приравнять к стихийному бедствию. Орден клинков, Талмор, Гражданская Война и, конечно же, Коллегия Винтерхолда. Да, именно там мне было суждено найти свою отдушину в круговороте всего этого парада безумия.       Я сильно увлёкся магическими науками, мне стал интересен Этериус, окружающая меня магия, её принципы работы и природа. В первую очередь, я посвящал себя пяти первичным школам.       Колдовство, Разрушение, Иллюзия, Изменение и Восстановление. Надо сказать честно, почти во всех школах я был посредственным магом. Да, мне были известны все принципы работы и теории, но на практике я был полным ничтожеством… пока не узнал о Мистицизме. Ох, сколько же месяцев потрачено только на изучение основ этой "школы древних".       Но Шеогората мне в жёны, как же я был доволен результатом. Потоки времени и пространства — силы природы или тайны души? Я открыл у себя в тот день поистине невероятный потенциал. Впоследствии именно школа Мистицизма и заложила фундамент одного сильнейших магов Тамриэля.       Позже я осознал, что моя жажда знаний всего касаемо магии непомерна.       Да что уж там, Даэдра, Аэдра, Манге-Ге — почти всех их я видел, с многими удалось пообщаться. Каждый заявлял о своей правоте и абсолютно каждый хотел и манипулировал мной. Все они предлагали свои сделки, артефакты, возможности, что могли бы соблазнить многих смертных и даже бессмертных. Было много причин, но в частности именно из-за непомерной жадности обладать их возможностями, я окончательно потерял свой моральный кодекс, который был у меня с падения Забытой долины. Но ещё оставалась моя цель отмщения Виртуру и народу нордов, и я к ней стремился.       И так же сильно я в ней разочаровался, когда вернулся в Забытую долину вместе с той вампиршей… кажется её звали Серана.       Эх, тот день моего рокового возвращения «домой». Виртур мне многое поведал тогда. Можно сказать он открыл мне глаза, рассказав о Ночи слёз.       Всю свою жизнь во всех бедах я винил именно Нордов, но оказалось, что Фалмеры сами спровоцировали войну с Нордами, уничтожив их город и вырезав семьи. В итоге началась эта кровопролитная война. Всё повернулось так, что у меня с самого начала не было причин ненавидеть северян.       Но в тот день больше всего меня изумили мотивы Виртура, почему он предал нашу расу и желал исполнить это проклятое пророчество.       Виртур был проклят вампиризмом и когда он молил Акатоша, в час нужды мольбы его были проигнорированы. Я понимал его чувства, его горечь, его гнев. Но он был причиной падения анклава. В тот день я не дал Серане прикончить его, это сделал я. Но признаюсь, мне хотелось послать всё к Даэдра.       А после я впал в отчаяние, в один день все мои идеалы полностью разрушились, подобно моему дому. Я был раздавлен. Моя жизнь превратилась в обычное существование. Я ни верил не в своего бога, не в свои цели, не в свои идеалы. Дар же Акатоша стал для меня выглядеть как издевательство с его стороны.       Именно в те дни я проводил в тавернах целыми днями и откровенно плевал в сторону богов и их последователей. Причём не важно Даэдропоклоники те были или же фанатики Талоса, все попадали под горячую руку. А магия для меня стала забываться. Даже сейчас я произношу имя Ауриэля только чтобы насмехаться над ним и его культом.       И так продлилось ровно до того, пока я в один из Месяцев мороза, идя в одну из таверн Виндхельма, не встретил по пути, в переулке девочку-нордку, торговавшую паслёнами. Меня что-то сподвигло спросить у неё тогда, не сошла ли она с ума, стоять в этот холод, занимаясь таким бессмысленным делом, почему просто не уйдёт к родителям?       Девочка же отказалась мне отвечать, если я не куплю у неё хотя бы один цветок, по довольно грабительской цене аж один Септим. Мне, если честно, было плевать на эти цветы, но очень сильно хотелось получить ответ на свой вопрос. Поэтому, обозвав эту северянку воровкой и посетовав на невоспитанных детей, я достал из своего кошеля Септим и всё же отдал его этой нордке. А она же улыбаясь дала мне свой ответ.       Он меня шокировал, ни столько своей честностью, а сколько своей радостью, которая была в её голосе.       Как выяснилось, её родители были мертвы из-за гражданской войны Империи и Братьев Бури, а сама она жила в заброшенном доме, торгуя цветами уже два года. Каждый Несмотря на мороз, болезни и жизнь за счёт подачек других, она не сдавалась. И всё для того, чтобы сделать свою жизнь немножко лучше.       Признаться честно, после её рассказа я впервые за множество лет испытал чувство стыда. Нет, не за неё, а за самого себя и за свою никчемность.       Да, ведь эта девочка показалось мне той, кто даже несмотря на полное отчаяние продолжал идти вперёд. Я, грубо говоря, вдохновился её силой воли. В итоге я продолжил свои исследования в области магии и других наук, попутно не забывая каждый день заглядывать к ней и скупать у неё все цветы. Эта юная особа подарила мне смысл существования, сама того не ведая. Как позже выяснилось, звали её Гельда. Я хотел усыновить её. Хотел помочь ей. В конце концов, отплатить ей. Ведь до неё я не жил достойной жизнью.       Но я отправился на Солтсхейм, где впоследствии и расстался с жизнью в Апокрифе. Это и была моя последняя роковая ошибка — высокомерие. Так иронично получить надежду от тех, кого ненавидел, и умереть там, куда ты хотел в начале сбежать…

***

      И сейчас, размышляя над всей этой новой информацией… о Святом Граале исполняющим любое желание, семи рыцарских классах, слугах, их мастерах и прочем… Я осознавал, что мне в первую очередь нужно расставить приоритеты, а иначе попросту не смогу организованно действовать в этой реальности.       Ох, яйца Скампа…Постойте! Это получается, что парень передо мной мой мастер? Так оно и есть. Я буквально чувствовал, как зависел от него, ибо моё тело состояло теперь не из плоти и крови, а из материализованной духовной энергии, которая напрямую должна подпитываться от мастера, в данном случае от этого парня. Видимо, я умер, вот только какого Даэдра я нахожусь не в том же Апокрифе, а в совершенно ином Мире? Каким вообще образом я умудрился появиться здесь именно при таких обстоятельствах?       Сколько вопросов, да и ещё мастер, судя по всему, попался маньяком, хот мне не привыкать служить экстраординарным личностям. — Ух ты! Так ты демон? Круууть! Меня кстати Урю Рюноске звать, приятно познакомиться! — тем временем парнишка решил первым со мной заговорить, прерывав мои мысли.       В ответ на него бросили довольно скептический взгляд, делая при этом небольшой приветственный поклон. — Можешь звать меня Даникфалил — сказал я этому психопату. Значит всё же я могу понимать его речь? Интересно. — Дакинкфл…ай ладно, я кстати тебе жертву приготовил, вооот угощайся! — Урю указал рукой в сторону связанного маленького мальчика, в панике наблюдавшего всё это время за нами. "Хм, а это вариант" - придя к кое-каким своим выводам, я со спокойным лицом подошёл к ребёнку который в это время в ужасе, закричал принявшись от меня отползать. Присев на колено рядом с ним я развязал ему рот.       У Урю эти действия вызвали непонимание, но он пока стоял в стороне и наблюдал. — Ответь на один вопрос чётко и ясно без раздумий. Чего ты хочешь? — думаю я определился. Если это дитя ответит верно, то с первой частью формирования в новом мире будет покончено. — Эй ты что делаешь? — начал возмущаться Рюноске. Я его проигнорировал.       Мальчик же с долей сомнения взглянул на меня. Было ясно как день, что он боится, и этот страх оправдан. Я мог его понять. Но сейчас нужно решать. — Я хочу вернуть маму и папу… — едва сдерживая слёзы сказал он.       Его слова вызвали у меня снисходительную улыбку. — Хорошо, тогда я помогу исполнить твоё желание — казалось, мой ответ шокировал обоих находившихся здесь слушателей. У Рюноске так вообще отвисла челюсть. А я в то время, пока малец находился в прострации, использовал на нём заклятье из раздела школы «Иллюзии» — Сновидение, после которого он сразу отключился. — Ох, надеюсь хоть в этом мире, я смогу поступить правильно.       Встав и отряхнув свою "потрёпанную" мантию. Я стал шествовать в сторону Урю, который, подозрительно на меня косясь, в панике начал отступать к задней двери. Но кто ему позволит уйти? Конечно, я лишил его возможности отхода одним из самых радикально возможных путей.       Использовав вампирскую хватку, взяв под контроль его потоки крови, которые циркулировали в его жилах.       Мгновение, и Рюноске останавливается с неестественно выпученными от боли, глазами.       Хм в таком состоянии ему даже дышать должно быть поистине затруднительной задачей. Может стоило просто испепелить? Впрочем сойдёт. — Тыы… — на удивление этот рыжеволосый парнишка, смог всё же начать говорить. Хрипя и стоня от боли, но всё же смог. Занимательный человек. Однако мне была не интересна его речь, поэтому я тут же закрыл ему рот ладонью. — Тсс, Мой дорогой, ммм… Урю неужто тебе неведомы манеры поведения за столом? — а вот теперь было видно, что до Рюноске дошло. Жертвой стал отнюдь не малец, а он сам. Но ему обдумать ничего не дали. Вмиг, я, вцепившись в его шею, начал трапезу, буквально разрывая его на куски, под дикие стоны и хрипы своего теперь уже бывшего мастера. Ах, кто же мог знать, что я окажусь именно в таком подходящем месте.