If Only Will Graham Knew / Если бы только Уилл Грэм знал

Терапия только что закончилась. Перед тем, как уйти, Уилл одарил его скромной улыбкой, после чего закрыл дверь за собой. Комната всё ещё была пропитана его запахом, который Ганнибал чётко ощущал. Ему хотелось, чтобы их обычная встреча длилась как можно дольше, но в компании Уилла время пролетало незаметно. Ганнибал смотрел на него и напитывался его словами, его взглядами и еле заметными улыбками на протяжении всего времени. Этого никогда не было достаточно. Он жаждал этого. В своей жизни он ни разу не хотел кого-то настолько, насколько желал Уилла. Уилл был способен разрушить все убеждения и обнажить его слабости. Он хотел показать ему, кто он на самом деле, но он боялся, что Уилл отвергнет его и не примет себя настоящего. Эта мысль постоянно преследует его. Ганнибал был истощён желанием обладать им и страхом потерять его навсегда. Даже сейчас, когда он продолжает смотреть на кресло, на котором сидел Уилл несколькими минутами ранее, он представляет возможность обладать им. Мысль о долгожданной возможности наконец целовать его губы, возможности ласкать его тело, вызывает истинное наслаждение. Это было чем-то неконтролируемым. Эта фантазия слишком огорчала его, потому что он не мог смириться с отсутствием контроля над всем, а особенно, его тела. Чем больше он думал о нём, его дыхание становилось всё больше и больше сбиваться. Ганнибал прикрыл глаза и наслаждался моментом, понимая, что не сможет сдержать своего волнения. Он не позволит себе отпустить самого себя вот так, но сейчас его тело молит о другом. Смотря на кресло, он не мог не чувствовать свою пульсирующую под тканью эрекцию. Он не может игнорировать это, он не мог сделать этого. Это случалось и раньше и единственное, что удавалось сделать - это мастурбировать, как только он возвращался домой. Не было причины откладывать это, не поможет. Ганнибал вздохнул и с почти сдающимся видом опустился на колени, располагаясь перед креслом, где сидел Уилл несколько минут ранее. Ганнибал поместил свою руку на ткань брюк и на мгновение медленно, круговыми движениями погладил свою эрекцию. Самодовольный, он облизнул свои губы, чувствуя облегчение. Он прикрывает глаза и вдыхает аромат Уилла всё ещё витающий в воздухе. Если бы он мог, он бы целовал каждый сантиметр его тела, медленно, так, чтобы растянуть это мгновение. Если бы это зависело от него, в ту ночь, когда они разговаривали, он бы наклонился к тому же месту, где был сейчас и встал бы на колени между ног Уилла. Он бы снял его штаны с бельём и наклонился, чтобы взять его член в свой рот. Эта мысль одноразово проскользнула в тот момент ночью, когда Уилл сидел с широко раздвинутыми ногами во время короткого промежутка их разговора. Ганнибал немедленно прогнал эту мысль, прежде чем его тело выдаст то, о чём он думал. Но сейчас он был один и мог думать обо всём, что вздумается. С полной уверенностью, он расстегнул ширинку и взял свой твёрдый член в руку. С медленными, но уверенными движениями, Ганнибал начал поглаживать себя, смотря на кресло перед собой. Движения рук становились все увлечённее и горячее. Он представлял Уилла, который сосал его член. Его мысль сейчас мчалась галопом и ничто не могло остановить его греховные мысли. В данный момент Ганнибал ныне не испытывал разочарования. Мысль о том, чтобы сделать Уилла, наслаждающего его ртом, вызвала у него опьяняющее ощущение. Его сердце быстро и тяжело билось в груди. Его воображение было таким ярким, что он мог слышать стоны Уилла у себя в голове. И если бы он мог воплотить это в реальность, он бы дал самое лучшее когда-либо представление. Он бы посасывал и целовал его большой, тяжелый член. Он бы взял распухшие яички в свой рот и яростно втягивал бы их. Для Уилла он сделает всё, что угодно. Все, чтобы доставить ему максимум удовольствия. После, он бы снова отсасывал его влажный член, вбирая на всю длину. И когда Уилл кончал, он глотал всю сперму, глядя ему прямо в глаза, дабы увидеть его прекрасное лицо, когда он кончал и наслаждался оргазмом. Ганнибал увеличил темп и на мгновение взглянул на свой член. Его рука, конечно, помогала удовлетворить его потребность, но это было ничто по сравнению с возможностью проникнуть в теплые и гостеприимные мышцы ануса. Ганнибал издал сдерживаемый стон. Движения руки были неистовыми, и он чувствовал приближение оргазма. Непроизвольно, он толкнулся вперед всем телом, воображая, что может проникнуть в Уилла и трахать его в этом кресле. Что бы он делал, имея возможность заняться сексом с Уиллом? Ну, во-первых, он повернул бы Уилла к себе и уложил его поперек стула, чтобы вбивать его в кресло сзади. С медленными, но решительными движениями, он бы яростно вбивался в податливое тело Уилла, заставляя его задыхаться. Это давало ему время расслабить внутренние мышцы, тем временем повернуть лицо для того, чтобы страстно поцеловать. Ганнибал чувствовал трепет от идеи смаковать его губы и начать невероятный танец с языком Уилла. И когда Уилл будет готов, начать неистово вбиваться в его тело. Ганнибал прекрасно понимал, что не должен думать о подобных вещах, особенно, если они касаются одного из его пациентов. Но все равно это происходило, да еще и не в первый раз. Но сейчас он на грани и не будет ждать. Только бы он мог вырваться на свободу внутри разума Уилла Грэма. Одна только мысль об этом приводила его в полный экстаз. Он был уверен, что первый раз не будет длиться долго, ни с Уиллом, но всё ещё пытался сдерживать себя и наслаждаться моментом, когда они с Уиллом станут единым целым. Мысль о том, чтобы чувствовать друг против друга идеальные тела, была слишком возбуждающей. Их тела будут двигаться синхронно, гармонично. Уилл, тяжело дыша, произнес его имя, а их тела содрогались бы в судорогах удовольствия. Он погружал бы свой член полностью, ритмично и решительно двигая им вперед-назад, в то время как их губы время от времени встречались для поцелуя. Они бы разделили оргазм вместе. Ганнибал отдал бы всё, чтобы слышать, как Уилл, тяжело дыша, произносил его имя во время того, когда он обильно кончал на дорогую обивку кресла. От одной этой мысли его покрасневший и набухший член запульсировал ещё сильнее. Ганнибал продолжал отчаянно двигать рукой верх-вниз. На лбу у него выступил пот, а дыхание стало неровным. Он нежно прикусил нижнюю губу и застонал. Его возбуждение достигло своего пика. Он смотрел на пустое кресло. "Уилл...", - прошептал он и мгновенно кончил. Он испачкал горячей спермой кресло и частично ковер. Он расслабил мышцы и продолжал оглаживать член, чтобы насладиться последними отголосками оргазма. Его дыхание было неровным, но начало восстанавливаться. В этот момент в голове была пустота. Сожаление придет позже, но не сейчас. Сейчас Ганнибал берет шанс отдохнуть. Он ещё какое-то время стоял на колен, но в итоге, Ганнибал чувствовал себя на порядок лучше. Он выглядел запачканным, ну, или это ему так казалось. Ганнибал быстро окинул кресло взглядом: он обильно кончил и обязан был очистить всю сперму с кожи кресла и даже с ковра настолько скоро, насколько сможет, прежде чем это нельзя будет исправить. Он попытался заправить рубашку в брюки, чувствуя разочарование, приходящее каждый раз после самоудовлетворения. Он не знал, сможет ли когда-нибудь признаться Уиллу в своих чувствах. Если бы только Уилл Грэм знал.