ahegao

— Нет, мистер Старк! Вы не пойдете в этом на наше первое свидание. Питер, взвинченный и крайне возмущенный, стоял посреди мастерской со скрещенными на груди руками и прожигал своим очаровательным сладким взглядом. Нет, серьезно, Тони готов был поклясться, что видел пару искр, которые вылетели прямо из-под ресниц. Все началось с того, что Старк решил следовать «молодежным трендам», чувствуя, что ему нужно стать как-то ближе к своей… своему… пассии? Он до сих пор не определился, как это правильно называть. Говоря кратко: Тони Старк впервые в жизни почувствовал себя стариком. Что-то пошло не так еще в тот самый момент, когда Питер назвал бессмертный шедевр Оззи «старьем». Тони был возмущен, готовый кидать в Паркера самые тяжелые предметы. И тогда они подрались. А потом жестко потрахались. Старк искренне поражался тому, как его прекрасный и во всех смыслах наивный мальчик умел превращать в секс любое происходящее с ними событие. И, тем не менее, они еще ни разу не были на свидании в самом обычном понимании этого слова: прогулка, поход в кино (возможно) или большая конспирационная посиделка в БК (что более вероятно). После продолжительного нытья Питера о том, что ему хотелось бы «все как у людей», Тони все-таки выделил немного времени в своем невероятно плотном графике. А потом нашел пару забавных футболок в интернете. Одну из них он решил опробовать на этом самом «свидании». Футболка представляла собой (почти) безобидный черно-белый коллаж из самых сочных вырезок японских порнокомиксов. С самими «комиксами» Тони был знаком лишь отдаленно, предпочитая теории куда более приятную практику.  — Что не так, тыковка? Я нахожу это забавным, — Старк абсолютно невозмутимо оглядел себя, поправляя несомненно дорогой пиджак. …который смотрелся на этой футболке, как балетная пачка на тяжелоатлете.  — Мне просто стыдно, — Питер все еще не остывал, и его щеки полыхали, казалось, уж точно поярче его прелестной задницы. А потом он подошел и нагло задрал эту футболку с явным намерением сорвать ее с чужого тела. Как он собирался это сделать, не снимая пиджака, Тони не знал; однако Паркера не трогал, искренне интересуясь дальнейшими его действиями. И тонкие пальцы полезли к вороту пиджака, разводя его так аккуратно, словно Питер подбирал с полки осыпающуюся прахом реликвию.  — Ты еще пылинки сдуй, — подначивал Тони, даже разводя руки в стороны для удобства. Паркер взял пиджак в обе руки и сложил его настолько аккуратно, что сдержаться от смеха было ну просто невозможно. И Старк прыснул, моментально прикрывая рот ладонью. Впрочем, его состояние не осталось незамеченным:  — Смешно вам? Мне вот — ни капельки. Господи, если нас увидят мои знакомые, они же просто… — Пит тяжело выдохнул.  — Они что? Напишут очередной занимательный твит про Тони Старка? — парировал он. — Или снимут это в сторис? Уверен, твое горящее лицо будет выглядеть замеча- Паркер нашел единственный верный способ заткнуть Тони, избавляя себя от дальнейшего изобилия издевок: просто поцеловал. Точнее, целовал он не просто, а неумело пропихивая язык в рот, параллельно занимаясь своей первоначальной задачей; и Старк позволял это ему. В очередной раз поражаясь похоти этого засранца. Боже, они так похожи друг на друга.  — Доволен? — поцелуй прервался, но между их губами потянулась тонкая липкая нить слюны. Питер триумфально размахивал черно-белой футболкой, словно только что выиграл бой. Правда была в том, что Тони позволил ему выиграть. Жаль, наивный паучок этого не знал.  — Ты уверен, что нам теперь необходимо свидание? — он подобрался вплотную, положив ладонь поверх ширинки Питера. В теплую руку предсказуемо упирался такой же теплый член. Еще и твердый. Тони прекрасно знал, как на мальчишку действуют все их поцелуи, играя на этом, как крысолов на флейте. Паркер широко раскрыл рот, собираясь зайтись в очередной волне возмущения о том, что «Ну как же, мы что, только ради траха встречаемся?» или о том, что «Мистер Старк, должно же все у нас быть по-человечески?!» Да у них этим «по-человечески» и не пахло с самого начала. Безумным отношениям — безумные условия. Тело Старка без майки действовало на бушующие гормоны Питера как целая баночка виагры, и тот, скорее всего, сейчас просто вымрет от возбуждения, если ему не…  — Помочь? — Тони смотрел на своего подопечного сверху вниз, ожидая капитуляции, собственного выигрыша в этой маленькой, но крайне занимательной войне.  — Вы вот всегда такой? — в своей беспомощности Питер едва не хныкал. Ладонь Старка дрогнула, и Паркер тут же дернул бедрами навстречу. За этим последовал очередной прерывистый вздох и досадный стон, когда рука ушла насовсем. Старк выискивающе заглядывал в глаза Питера, цепляя пальцами его подбородок.  — Да, мистер Старк, — в Паркере проснулась уверенность, решительность и, возможно, вожделение, — мне нужна ваша помощь. Черт возьми. Любое ругательство из уст Человека-Паука выглядело нелепой шуткой, над которой хотелось звонко хохотнуть в крепко сжатый кулачок. Но Тони научился терпеть это чувство. Он даже не улыбнулся: просто подался вперед и сгреб своего Питера в охапку. С рабочего стола резко полетело все, что там находилось: мастерская наполнилась звуками бряцанья инструментов и шороха чертежей. Пятница — благослови боже ИскИны — среагировала моментально: все двери со свойственным щелчком были заблокированы, а окна — зашторены. Ну или, по крайней мере, затонированы. Старк не имел ничего против секса в публичных местах, но Питер смущался, и они решили отложить эту практику на «попозже».  — Прежде, чем обвинять меня в дерьмовом вкусе в одежде, посмотрел бы на себя, — Тони в буквальном смысле вытряхивал Питера из его воистину огромного пуловера, пока тот, словно гусеница, пытался вылезти из собственной одежды, выворачиваясь в самых немыслимых позах.  — Вы меня бесите, мистер Старк, — шептал Паркер в приоткрытые губы.  — Это взаимно, шкет, — перепалка оборвалась очередным развязным поцелуем, который не оставлял ни малейшего шанса на иное продолжение вечера. Питер ерзал на столе, скидывая с щиколоток джинсы, пока Тони исследовал его тело влажными от пота ладонями. Когда один из пальцев совершенно случайно и точно непреднамеренно коснулся головки сквозь боксеры, Паркер всхлипнул, позволив выпустить из себя тихий стон. Старк внимал каждому звуку, кусаясь и царапаясь. Одно из преимуществ Человека-паука — увечья, заживающие в мгновение ока. Впрочем, особо глубокие укусы затягиваются целые сутки. И тогда Паркер надевает свитера с высоким горлом, трепетно гордясь своей маленькой тайной. Тони знал это более чем прекрасно, позволяя себе всасывать нежную бархатистую кожу и до побеления костяшек сжимать пальцы на плотных бедрах. Он шел ва-банк, упиваясь воистину удивленным взглядом Питера, пока садился на колени. Где-то там помимо недоумения плескалось смутное представление о происходящем. Именно последнее заставило паучка запрокинуть голову назад, как только голова Старка оказалась меж шире разведенных ног. А он ведь даже не коснулся его, мучая сладостным предвкушением. Старк бережно провел от колена до бедра, медленно (слишком медленно) оттягивая вниз резинку милых боксеров с рисунком. По воцарившейся после устроенного бардака тишине пронесся очень тихий вздох. Предвкушающий вздох, знаменующий что-то, что сейчас произойдет. И что-то происходит: Старк, перебарывая в себе легкое отвращение, вбирает в рот головку, втягивая в себя член до основания, увлеченно посасывая. Он делал минет далеко не в первый раз (хотя гораздо реже, чем Питер), но все еще не мог привыкнуть к тому, что это абсолютно нормальное сексуальное поведение двух взрослых людей. Точнее, одного взрослого человека и его упрямого карапуза. Дрожащая рука легла на затылок Тони и тот, оторвавшись, ухмыльнулся. Он кинул вверх короткий, но очень красноречивый взгляд, после которого уже не останавливался, наращивая скорость, утыкаясь носом в короткую поросль лобковых волос и, пожалуй, слишком шумно и активно сопя носом. Воздуха стало не хватать, но член Паркера подрагивал прямо во рту, подначивая Старка работать дальше. Собственная эрекция сильно теснилась под брюками, молния буквально сдавливала ее, причиняя немалую боль. Все поправимо. Тони отлип за несколько мгновений до чужого оргазма, с извращенным наслаждением улавливая очень разочарованный стон. Питер смотрел обиженно, обделенно и даже умоляюще.  — П-папочка? Обычно Тони поддался бы на провокацию, но сегодня был явно не тот день; по губам пробежал почти звериный оскал, пока одна ладонь массировала яйца, а вторая рука рассеянно нащупывала предусмотрительно спрятанные в тумбочке презервативы. Где-то рядом с ними лежал тюбик смазки.  — Н-не надо, — совсем тихо, стесняясь, отозвался Питер, а затем зажмурился и выпалил, словно каясь за грехи, — я уже готов, растянут и все такое прочее. Пожалуйста, давай обойдемся без вопросов «зачем» и «почему». Просто трахни уже меня, — он распахнул глаза и поджал губы, тут же отворачивая голову.  — А волшебное слово?  — Пожалуйста.  — А если подумать? Питер закатил глаза, подмахнув бедрами и до последнего не решаясь сказать:  — Папочка.  — Так-то лучше, — разбираясь с брюками, Тони одаривал чувствительную шею Питера невообразимыми ласками, с высоты всего своего опыта смешивая противоречащие друг другу грубость и нежность. Питер нетерпеливо хватался за обнаженные плечи, почти залезая на Старка. Он обхватил его и ногами, успокоившись, только когда убедился, что облепил всего Тони, и тот точно не сбежит. Собственно, он и не собирался.  — А-ах, — Паркер жался теснее, и Старк чувствовал, как у мальчишки напрягся пресс, — О Господи, чуть пониже, Господи, да Гос- ах! — Может, начнешь звать меня, кх, — Старк старался сдержать себя, дабы не дать слабину перед Питером. Не сейчас: слишком рано, — по имени? — сквозь тихое рычание и вдохи он все еще умудрялся язвить.  — Как скажешь, Тони, — шипел Паркер, неопределенно то отстраняясь, то придвигаясь ближе.  — «мистер Старк» звучало бы горячее.  — Иди ты, «мистер Старк». Только погрузившись внутрь полностью, Тони утробно протяжно простонал, тут же чувствуя, как Питера пробила легкая дрожь. Что Паркер точно обожал — так это стоны Старка, добиться которых еще нужно суметь. Им потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть: Питеру — к растянутости, Тони — к обхватывающей со всех сторон узости, доводящей до безумия.  — П-пожалуйста, не мог бы ты начать, — аккуратно попросил Питер, и тут же его рот занял бесстыдно раздвигающий губы и трахающий язык. Парень прогнулся назад под натиском тела Тони, тут же глубже насаживаясь и буквально с первых толчков ощущая головку около простаты. Они слишком много занимались этим, и теперь Старк выучил «правильный» угол как чертову молитву. Обе руки Тони опирались на стол, позволяя Питеру держать равновесие за счет чужого, несомненно сексуального, тела, о котором мечтает если не половина Америки, то Нью-Йорка точно. Питер мог гордиться тем, что спит с этим мужчиной столько, сколько ему самому захочется.  — Я… Ах! Сейчас, прямо, — Паркер закатывал глаза, не в силах собрать в кучу мысли. — Сейчас… Я… Господи, прямо сейчас…  — Я понял, детка, заткнись, — рыкнул Тони, после чего склонил голову и уткнулся лбом в плечо. Он неловко хлюпнул слюной; пара капель все же упала на грудь Питера, смешиваясь со стекавшим по ребрам потом и юркая в пупок. Старк любил яркий и быстрый секс, руководствуясь принципом «быстро, но часто»; и, стоило ему просто прикоснуться к члену Питера, тот ярко кончил, содрогаясь всем телом и беспомощно повисая на плечах. Тони не хватало буквально совсем чуть-чуть.  — Потерпи, малыш, — Старк выгнулся в спине, приоткрывая рот и чувствуя, как воздух неприятно сушит рот и глотку. На кого можно было положиться перед оргазмом, так это на Питера: он, увлеченно качаясь в темпе, провел кончиком прохладного носа вдоль шеи и впился губами в оливково-смуглую кожу с явной целью оставить о себе небольшую недельную память. Впрочем, никто не гарантирует, что за эту неделю они не переспят снова, пока Паркер будет примерять костюм с очередными модификациями. Тони кончил с яростным рычанием, и Питер буквально поймал обессиленное тело, подключая свою волшебную паучью силу, дабы его мужчина не упал прямо лицом и прямо на этот прекрасный железный стол. Старк, сделав несколько жадных вдохов и шумных выдохов, поднялся, ласково касаясь губами над правой бровью Питера:  — Прости, малыш. Видимо, нашего первого свидания придется ждать еще…  — Месяц. Даю тебе месяц на подбор нормальной одежды. Иначе наше «первое свидание» я проведу с Мишель.