Напиши статью!

      Обмахивая себя ладошкой, Изанами под ручку с Итачи вышла из полицейского участка и облегченно выдохнула; самое страшное позади.       – Ты ему в следующий раз...       Учиха замолчал, наткнувшись на иронично вздернутую бровь своей будущей женушки.       – Ты сейчас про Пейна говоришь? Если да, то можешь не продолжать - этот человек не исправим, - и со вздохом покачала головой. Вот подарила же судьбинушка такое “счастье” на ее головушку.       Как она и ожидала, дефиле Лидера по утренней столице славного города Токио не осталось незамеченным. У нескольких бабушек случился инфаркт, когда они увидели жуткого зэка с ружьем в руках. Женщины помладше начали строить глазки и облизываться на такого горячего жеребца, демонстрирующего всем свои стальные... нервы, конечно же нервы. А мужчины спешили закрывать своим дамам глаза, дабы те не предъявили им потом претензии по поводу... ну не важно.       Пройти в таком виде Пейну удалось аж целых двести метров. А потом его просто повязала патрульная машина, ехавшая с ночного дежурства. У бравых полицейских аж глаза на лоб полезли, когда они узрели такое чудо-чудное. Но каково же было их удивление, когда в этом рыжем явлении они узнали своего завсегдатая.       В общем, в тот день ржал весь полицейский участок, не веря в то, что устроил приближенный босса мафии. И вот кто бы мог подумать, что Пейн не только убийца и конченный психопат, но скрытый в душе нудист.       И вот этого самого нудиста ей и Учиха пришлось вытаскивать из полиции, ибо все остальные, укатившись под стол от жуткого гогота, отказались идти за своим многоуважаемым Лидером. А то еще ненароком засмеются в его присутствии - точно пуля в лоб получат.       – Может тебе действительно переехать к нему? - и поспешил продолжить, когда шок в глазах девушки начал расти в геометрической прогрессии. - Ну хоть таких эксцессов не будет.       Изанами даже остановилась, когда не смогла осмыслить услышанное. Лицо вытянулось от неебического шока, и с языка сорвалось только два слова:       – Ты сдурел?       Нет, она бы и по-другому сказала, но проходящие мимо пожилые дамочки не позволили ей быть такой хамкой. Все-таки Сенджу - это интеллигентная семья. И матом они при посторонних не ругаются!       Ну это она брешит, конечно. Просто маменька один раз услышала, как Изанами матюкнулась при взрослых... Потом бедный ребенок еще неделю мылом плевался и задницу свою опухшую потирал. Ибо Цунаде - женщина с большой буквы!       – А нет, подожди-подожди. Я поняла, - подозрительно прищурила глаза и вплотную приблизилась к замолчавшему Итачи, заглядывая в его честные-пречестные бусинки. - Ты просто хочешь отмазаться от меня, так? Ну правильно, ребенка заделал, а теперь свалить решил?!       Невольные свидетели тут же обернулись в их сторону, дабы понять, на кого там кричит молодая девушка. И когда они узрели Изанами и Итачи, то лагерь прохожих сразу разделился на две стороны. Вся мужская половина встала на защиту парня, в мыслях держа за него кулачки и подбадривая перед скорым пиздецом. А вот прекрасная половина этой планеты посочувствовала девушке и злостно посмотрела на Итачи. Как всегда - все проблемы из-за мужиков!       – Ты че несешь, Сенджу?! - Учиха ошалело округлил глаза, даже не зная, как и реагировать на такое заявление. - Я тебе хоть раз сказал, что отказываюсь от ребенка?       – Нет, - буркнула она и, нахмурив свою моську, демонстративно скрестила руки на груди; мол, я обижена.       Итачи тут же выдохнул; и это только начало их веселой жизни.       – Тогда не неси ерунды. Я просто имел в виду, что пора бы тебе съехать от матери, - спокойно проговорил и сразу продолжил, когда лицо девушки опять начало багроветь. - Ты хочешь ко мне переехать?       – Нет, - фыркнула и отвела неловкий взгляд в сторону. - Сдался ты мне, Учиха. Мне проще квартиру снять...       – Тогда чего не снимешь?       Потому что меня мама не отпускает мысленно буркнула двадцатитрехлетняя дама и бесстрастным взглядом вперилась в мужчину, вышедшего из полицейского участка.       – Спасибо, Орочимару-сама. Вы нас очень выручили, - и сделала низкий поклон перед человеком, который помог им вызволить Пейна из лап злостных полицейских. А то эти ироды окаянные отказывались отпускать ее конченного парня, объясняя это тем, что за ним должен прийти начальник. И ведь знают, сволочи, что Данзо никогда не спустится до таких смертных, как Пейн. Поэтому уже ей пришлось напрягать свои связи, в числе которых и был Орочимару. Мамин знакомый и... самый крупный наркоторговец на всем северном побережье Японии. И самое интересное, что маменька была в курсе.       В общем, лицемерие в самом чистом виде. Орочимару у нас хороший. А Пейн - ублюдок. Ага.       – Ты думаешь, я за обычное спасибо работаю? - мужчина презрительно фыркнул и кивком головы показал, чтобы пара следовала за ним.       Миновав несколько кварталов, Орочимару забрел в ничем не примечательную кафешку и, дождавшись, когда их оставит наедине, пытливо посмотрел на Изанами.       – Сколько? - хмуро вопросила, на что мужская бровь сразу вздернулась в безмерной иронии; у него своих денег хватает.       – Нужно кое-что «забрать» так, чтобы человек этого не заметил, - туманно протянул, заставив девушку понятливо кивнуть - украсть.       А вот Итачи после этих слов не смог не сдержался; обреченно вздохнул и отвел взгляд к окну - видимо, они никогда не смогут сбросить себя эти личины преступников.       – Что, где и какой человек?       Услышав Изанами, Орочимару достал свой телефон и, что-то быстро набрав на нем, показал девушке. Мадара Учиха       Как только Сенджу узрела разумного хомо сапиенса, у которого она должна будет что-то своровать, то мгновенно пришла в сильнейшее состояние шока.       Влезть в базу Учиха?! Да там защита стоит круче, чем в Пентагоне. Хоть последнее она и не пыталась взломать, но отчего ей думается, что так оно и есть. Ведь Учиха - это не абы кто. А семья, которая держит в своих руках ключевые стороны жизни страны. И основной доход они получают от... оборонных заказов!       Поэтому что-то она сильно сомневается, что из этого дела что-то да выйдет.       – Я самоубийца, что ли? Да у него там защита будет круче, чем в Белом доме.       – Я заплачу.       – Нам не нужны деньги, - Итачи грубо осадил мужчину и, поднявшись со стула, с нажимом посмотрел на девушку. - Иза, пошли.       Однако та сразу отмахнулась от его руки, ибо теперь ей было жутко интересно узнать, чего там хотят от самого Мадары.       – Да подожди. А чего свистнуть-то надо? - горящими глазами посмотрела на Орыча, который тут же осклабился в довольной улыбке.       – Один документик.       Осознав, что они никуда не уходят, Учиха вернулся обратно на свое место и сразу достал телефон. Раз он не может остановить Изанами на начальном этапе - значит вмешаемся в его окончание.              

***

      Сверившись с билетами, Изанами прошла к нужным местам и со вздохом плюхнулась в довольно жесткое сиденье. Поерзала своей тощей задницей; и сразу поняла, что дорога будет мучительно долгой - вон, уже кости начали болеть.       – А я тебе говорил, чтобы ты отказалась от этого дела.       Рядом с Сенджу присел Итачи, морда которого готова была треснуть от безумного самодовольства. А всё почему? Потому что ехать к Мадаре нужно аж в саму Осаку! И это целых три часа!       – Да я откуда знала, что твой дядя переехал в другой город. Давно уже его не видела, - буркнула и отвернулась к окну, за которым мельтешили пассажиры, спешащие на уже отходящий поезд. - Тебя вообще никто не звал. Я бы и без тебя справилась.       – Ага, чтобы тебя охрана скрутила и в какой-нибудь подвал бросила, - скептически ответил, открывая свой ноутбук; глаза девушки сразу блеснулиогоньком предвкушения. –Я просто побуду с тобой, чтобы убедиться…       Резко замолчал, когда к его компьютеру потянулись загребущие ручки. Ухмыльнувшись, Итачи демонстративно отвернулся от девушки в другую сторону, дабы та не смогла добраться до его ноутбука. Изанами на это сразу запыхтела и всем своим недовольным видом… беременной девушки показала, что так лучше не делать. Она ведь и треснуть может.       – Сенджу, ну ты и манипулятор, - Итачи вздохнул и за неимением иного выхода передал ей ноутбук.       Женское личико мгновенно прояснилось, губы растянулись в поистине детской улыбке, и в глазах цвета сирени заискрилась безмерная благодарность. Какой же он все-таки хороший. Ну вот залюбила бы прямо здесь…       – Ты чего?       Учиха даже слегка растерялся, когда девушка просто застыла, в упор смотря на него. Словно она внезапно что-то поняла, и это что-то стало для нее настоящим потрясением.       – Да так… - резко приняла серьезный вид, возвращая компьютер владельцу. – Просто вспомнила, что… что нужно матери позвонить.       И поспешила скрыться в тамбуре, сметая всех на своем пути. Как только дверцы за ней захлопнулись, а Учиха оказался вне досягаемости, девушка уперлась ладошками в стекло дверей и в глубокой растерянности уставилась куда-то в пустоту. Что это с ней? С чего вдруг возникла такая сильная тяга к этому Учиха? Почему ей хочется... нет, даже не так - почему она жаждет, чтобы он был рядом?       Гормоны начали шалить, или она, наконец, поняла, что Итачи для нее стал не просто парнем? А... любимым человеком?       И когда только успела? со вздохом уткнулась лбом в холодное стекло, пытаясь хоть как-то осмыслить это горькое открытие. Влюбиться в Учиха... в парня, для которого она, возможно, вообще ничего не значит. Просто девушка, что носит его ребенка. Не больше...       

***

      Adam Tensta - Like A Punk       Поезд въехал в туннель, и Сенджу вздохнула, уткнувшись взглядом в отражение Итачи. Отрешившись от всего мира, парень слушал музыку и что-то быстро печатал на своем ноутбуке. Его лицо сейчас было настолько сосредоточенным, даже серьезным, что девушка невольно залюбовалась им.       Учиха был красив, и этого у него не отнимешь. Если морда Пейна вызывала у Изанами довольно смешанные чувства, граничащие на стыке симпатии и отвращения, то с Итачи всё было совсем по-другому. Его большие глаза притягивали, а их бездонная чернота завораживала до такой степени, что ими хотелось любоваться без передыха. Черты лица были до безумия идеальными и какими-то нереальными - словно этого человека слепил сам бог, решив подарить человечеству настоящий идеал.       Да, она готова кричать на каждом углу, что Итачи - это ее идеал мужчины. Он не обделен умом, а порой даже превосходит ее в некоторых моментах. Он решительный и надежный; новость о беременности принял с удивительной стойкостью и... твердостью. Даже ни единого намека не подал, что оставит ее одну.       Конечно, в этом деле не последнюю роль сыграла маменька и тетушка Микото. Но кто сказал, что Итачи должен с ней постоянно носиться? Его никто не заставлял ехать в Осаку. Но он всё равно это сделал, бросив все свои дела. И как настоящий мужчина показал, что не бросит в беде.       Но из-за жалости? Чувства вины? Или причина его поведения кроется намного глубже?       В глаза ударил дневной свет, заставив Изанами зажмуриться; зрение ненадолго поплыло зайчиками. Как только резь прошла, девушка вновь посмотрела на парня. И сразу столкнулась с его ониксовыми глазами. Они даже свет поглощают невольно подумала она и сглотнула, ощущая, как по телу забегали мелкие мурашки.       – Что-то случилось? - невозмутимо поинтересовался, вкладывая в свой голос еле заметную нотку волнения; какая-то Сенджу стала странной после того звонка. Может Цунаде что-то наговорила?       – А? - рассеянно переспросила и тут же замотала головой. - Нет-нет, просто пытаюсь придумать, как вообще влезть в систему Учиха. Ты ж мне доступ отказался выдавать, - и презрительно фыркнула, скрывая за маской дерзости всю свою растерянность.       Итачи в ответ усмехнулся и поставил локоть на подлокотник, приближаясь к женскому личику; щеки неожиданно защипало - взгляд фиолетовых глаз резко опустился к ноутбуку.       – Пусть это для тебя будет маленьким испытанием... или наказанием, - и ухмыльнулся, окончательно выбив девушку из колеи.       Громко сглотнув, Изанами бегло осмотрелась по сторонам; перед ними сидит молодой парень - спит, прислонив голову к стеклу, сбоку - молодая пара и две старушки, позади - довольно шумная компания подростков. Много людей, очень много. Но ей... плевать. Сейчас нужно срочно отвлечь себя от мыслей об Итачи; она не хочет быть от него зависимой. Пейн - другое; он для нее стал учителем, первым мужчиной. А Итачи...       – Учиха?       – Чего?       Встретившись с его пытливым взглядом, Изанами поерзала на месте, всем своим видом излучая неловкость и неуверенность.       – Я это... хочу...       – В туалет? - тихим голосом предположил, на что девушка сразу покачала головой.       – Нет.       – Есть?       – Нет.       Итачи тяжело вздохнул; как же с этими женщинами сложно - особенно, когда они беременные. От тебя.       – Сенджу, скажи прямо, ч...       – Чего ты на меня сразу кричать начинаешь? - неожиданно вспылила и резко отвернулась к окну, скрещивая руки на груди; в глазах Учиха проскользнуло неебической степени изумление. - Всё, ничего мне от тебя не нужно. Можешь валить на все четыре стороны. Сама ребенка воспитаю!       Растерянно похлопав глазами, Итачи открыл было рот, но быстро его захлопнул. Чего-то он не понял - это что за сцены такие начались? Неужели токсикоз? Но ведь еще рано!       Сильно зажмурился; нужно вести себя с ней осторожно - а то ведь действительно уйдет, за что его по головушке никто не погладит. Мать ясно дала понять, чтобы он берег Изанами, как зеницу ока. А отец даже кулаком один раз пригрозил, сурово сказав, что за свои поступки нужно отвечать. Раз оплошал - будь добр позаботиться о девушке и своем ребенке.       В общем, пришла пора попрактиковаться в роли любящего и заботливого муженька...       – Ну, дорогая, успокойся, - тонюсеньким голосочком протянул, успокаивающе поглаживая по плечику. Изанами тут же покосилась на него; но маски обиженной женщины не сняла - еще не прощен.       – Продолжай...       Итачи мысленно рыкнул; издевается бестия.       – Чего ты хочешь, зайчонок? - и вот тут женские губы неожиданно расплылись в глупой улыбке, а сама девушка резко подалась к нему.       – Тебя, - томно прошептала прямо в губы, опуская ладошку на мужской пах.       Ощутив, как ее бесстыжие пальчики стали поглаживать его через штаны, Итачи громко сглотнул и настороженно покосился в сторону; все смотрят только на них - ну такое представление развернулось.       – Ты сейчас серьезно? Мы в поезде, Сенджу, - и спешно отодрал от себя наглую ручонку, когда мимо них прошел проводник.       Изанами тут же насупилась, в наигранной обиде надув свои губки.       – А где зайчонок?       – Мы в поезде, киса-пусик-зайчонок, - с ноткой безумия прошептал, после чего невольно опустил взгляд в разрез женского платья; во рту внезапно пересохло - в голове проскользнула совершенно безрассудная мысль согласиться. - Поэтому потерпи до отеля.       Уловив в его голосе легкую хрипотцу, Сенджу победно ухмыльнулась и прижалась щекой к лицу своего парня, горячим шепотом доводя его до каления.       – Не могу. Хочу сейчас.       – Людей много.       С нажимом прошептал, а сам прополз рукой под воздушную ткань платья, делавшее Изанами не просто красивой, но и желанной.       – А мы аккуратненько, - промурлыкала и убрала разделявший их подлокотник.       Итачи шумно втянул ее аромат и рыкнул; ну как тут устоять.       – Пойдем хотя бы в тамбур... - и тут же принял довольно кислый вид, узрев кучу людей в этой части поезда. - Не пойдем, - с какой-то досадой прошептал, заставив девушку загадочно улыбнуться.       – На мое место пересядь.       После этих слов мужская бровь резко вздернулась вверх, и в глазах цвета ночи застыло искреннее удивление.       – Ну вот ты вообще нормальная, Се... зайчонок? – быстро поправил себя, когда наткнулся на угрозу в ее глазах.       – Я беременная,- надменно фыркнула и показательно встала со своего кресла, вытягиваясь вверх. Парень, что сидел напротив них тут же проснулся и сразу посмотрел на стройные ножки, торчавшие из-под платья. - Поэтому помалкивай и выполняй, холоп. А то в свидетельстве в строчке отец будет прописан не Итачи Учиха, а Пейн... хер его знает как.       Услышав ее, Итачи чуть шоком от неожиданности не подавился. А затем и вовсе пришел в сильное замешательство, когда понял, что его женщину рассматривают всякие утырки.       – Манипулятор... - рыкнул себе под нос и, пересев на соседнее место, в осязаемой угрозе посмотрел на парня напротив. Тот сразу отвернулся к окну, показывая, что он ничего такого не имел - просто спросонья что-то нашло.       Как только Учиха выполнил ее приказ, Изанами довольно хмыкнула и присела к нему на коленочки; пассажиры сразу устремили к ним подозрительно прищуренные взгляды.       – Устала я на этом жестком кресле сидеть, - пояснила она, картинно вздыхая и потирая свой плоский живот. Люди удивительно, но приняли такой ответ, теряя к ним интерес.       Когда внимание к ним заметно снизилось, Итачи опустил руки на женские бедра и зарылся лицо в светлых волосах.       – И что дальше?       Изанами в ответ сняла с себя кофту и укрыла ею свои колени, пряча ото всех бесстыдство, которым они сейчас займутся. И только после этого Итачи подполз рукой к своему ремню и кое-как расстегнул его, запуская пальцы в штаны. И сделал это с такой ювелирной филигранностью, что даже девушка не уловила момента, когда в ее поясницу стал упирать эрегированный член.       Лицо исказилось удивлением, и Сенджу слегка приподнялась, дабы Учиха ввел в нее свою плоть. Озираясь по сторонам, парень отодвинул намокшую ткань трусиков и беспрепятственно проник в горячее влагалище. Вокруг плоти сомкнулись ее внутренние мышцы, и пара одновременно выдохнула.       Хорошо…       – Это глупо.       Итачи заключил девушку в кольцо рук и уткнулся носом ей в плечо, пытаясь понять, что же они теперь будут делать. Просто сидеть? Да он ведь помрет от такого напряжения! Одна мысль, что он даже двигаться не может, приводит его в настоящее безумие.       – Это хорошо... – Изанами прохрипела и, закусив нижнюю губу, обмякла в объятиях парня. Веки прикрылись, и каждую клеточку тела охватила приятная дрожь. Казалось, что весь мир в одно мгновение сузился до члена, растягивающего ее изнутри. Очень сладкая и мучительная пытка, которую она приняла с превеликим удовольствием.       – Извращенка, - и жалобно заскулил, когда тело начало требовать от него действий.       В уголках губ задрожала самодовольная улыбка, граничащая с невыносимым блаженством, рвущимся наружу. И девушка незаметно подвигалась на парне, принеся обоим толику внеземного наслаждения.       – Не больше вашего, - на выдохе прохрипела, до боли вцепившись пальчиками в свои бедра; губы обветрились – грудь стала вздымать часто и прерывисто. - Только не говори, что тебе не нравится.       Итачи усмехнулся и зарылся лицом в светлых волосах, пытаясь отыскать губами заветную часть этого тела.       – Это издевательство. Но… круто.       – Ты представь, если Пейна поставить в такую ситуацию…       – Да он… он бы даже париться не стал – поставил бы тебя раком и взял на глазах у всех.       Изанами уже хотела ответить на его комментарий, как вдруг из-под полуопущенных ресниц заметила того самого парня напротив. Точнее его руку, которую незнакомец самым бесстыжим образом опустил на свой пах.       Губы исказились в безумно пошлой улыбке, и девушка начала специально строить соседу глазки, дабы довести его до еще большего каления. И у нее это вышло, даже лучше, чем она рассчитывала. Ибо парень внезапно раскраснелся, начал безуспешно отводить взгляд в сторону. Но при этом руки от своего члена так и не убрал – а стал незаметно поглаживать его сквозь плотную ткань штанов. И в мыслях мечтать оказаться на месте брюнета.       А этот самый «счастливчик», наоборот, жаждал лишь о том, чтобы все в округе сдохли, и он смог, наконец, избавиться от этого безумного возбуждения. Сидеть и ничего не делать – было выше его сил. И как бы он не пытался отвлечься от горячих женских глубин, Итачи делал только хуже.       Каждое непроизвольное движение тазом заставляло его вжиматься в тело любовницы и подавлять все стоны и хрипы укусами в загривок. А осознание, что вокруг них полным-полно людей, приводило парня в настоящую истерику. Ему хотелось кричать. Хотелось поставить Сенджу раком и взять прямо на глазах у всех. И что-то ему подсказывает, что если такая пытка продолжится, то уже их придется вытаскивать из отделения полиции. За нарушение административного порядка.       – Это…       Внезапно поезд дернулся, отчего пара непроизвольно простонала; бабушки, что сидели параллельно ним, тут же устремили укоризненные взгляды к двум бесстыдникам.       Аморальность… бесстыдство… ничего святого – ворчали они, пока Учиха и Сенджу переводили дыхание после такой подставы.       – Побольше бы таких кочек…       Изанами опустила голову вниз и задышала настолько часто, что парень напротив стал массировать свой стояк еще быстрее. А Итачи, откинувшись назад, взмолился, чтобы это закончилось – он ведь сейчас сорвется.       Из влагалища ручьями стекала горячая смазка, пачкая черные брюки. А член практически невесомо скользил в таком опаляющем и дурманящем море, что тело стало непроизвольно содрогаться.       И двигаться в безумно влажном лоне…       Ощутив, как Итачи начал медленно входить в нее, наплевав на окружающих, Сенджу нырнула рукой под свою кофту и без зазрения совести коснулась пальцами набухшего клитора. С губ сорвался сдавленный стон; позвонки хрустнули, когда девушка выгнулась дугой. Окружающие люди тут же заохали и завозмущались.       А потом всё внезапно пропало – поезд въехал в длинный туннель.       Улучив возможность, Итачи вцепился в женские бедра и заставил Сенджу чутка приподняться со своих колен. А затем для обоих началось настоящее безумие, которое стало достоянием всего вагона. Изанами даже перестала дышать, когда этот Учиха стал входить в нее резкими и глубокими толчками. И каждое его рваное движение сопровождалось приглушенными стонами, рвущимися из ее груди.       Вначале она пыталась сдерживать себя. Но затем, когда эта пытка стала слишком мучительной и невыносимой, девушка просто сорвалась – прокричала, чем мгновенно привела парня в настоящее исступление.       Итачи вновь притянул Изанами к себе и, опутав ее руками вокруг талии, откинулся на спинку своего кресла. О тишине и предосторожностях они совершенно забыли. Да и какой думать, когда голову забивает одна единственная мысль – довести себя до финала.       Вокруг пульсирующего члена уже начали сокращаться внутренние мышцы Сенджу, а внутри каждого ширилось ощущение приближающегося оргазма. Они чувствовали приближение этой лавины. Кончики пальцев начало покалывать, тело сводить сладостными судорогами, а движения внутри горячего влагалища замедляться.       Итачи хрипел от невыносимого удовольствия. Изанами стонала, готовая в любой момент прокричать этому миру, как же ей хорошо. А парень напротив уже вовсю надрачивал свой каменный стояк.       И вот, когда до заветного финала остался один шаг, когда терпения осталось на самом донышке, поезд неожиданно выехал из туннеля. И охуев… охеревшие пассажиры узрели настоящую содомию и разврат: запыхавшуюся и раскрасневшуюся девушку, у которой до неприличия было задрано платье; и расстегнутые штаны брюнета, с жалобным мычанием вжимающийся в свою любовницу.       А еще несчастного парнишку с членом в руках…       – Это как понимать?       Итачи перевел затуманенный взгляд к проводнику, который внезапно вырос перед ними. Губы расплылись в блаженной улыбке, и на его штаны потекла белесая жидкость; кончил – доволен. Как и Сенджу, которая просто обмякла в его руках без возможности хоть что-то ответить. Лишь промычать, как же ей сейчас охуенно. У нее самый лучший ебы… мужчина в мире!       – Моей невесте приспичило.       И никто даже внимание не обратил на объяснение Учиха, ибо взгляды каждого устремились к жутко красному парнишке, который кончил на глазах у всего вагона; позор.       – Вот его ругайте, - Итачи флегматично отозвался и, с такой же филигранной скрытностью приведя себя в порядок, подхватил счастливую Сенджу на руки.       И красиво ушел с ней в закат.       Точнее на перрон, к которому как раз подъехал их поезд. А что там стало с незнакомцем, дрочившим на его девушку, Учиха совершенно не волновало. Ибо нехер разглядывать чужих дам!              

***

      – Держи.       Изанами растерянно похлопала глазами, когда Итачи, выйдя из офиса Мадары, передал ей нужные для Орочимару документы. И даже взламывать систему безопасности не пришлось!       – Как? – ошарашенно прохрипела, на что ответом ей стала до жути самодовольная ухмылка.       Подхватив опешившую девушку под локоть, Учиха неторопливо пошел с ней в сторону ближайшей кафешки, где можно было съесть парочку данго. А то нервы совсем ни к черту.       – Я его просто попросил, и он мне любезно передал все документы. А еще попросил вначале его предупреждать, если Орыч решить что-нибудь… цитирую: «Спиздить у меня».       И как ни в чем не бывало перешел на другую сторону улицы.       – Серьезно? - Изанами в небывалом изумлении уставилась на парня, который на это лишь кивнул. И незаметно ухмыльнулся над своей сообразительностью. - И он так просто отдал?!       Итачи подошел ко входу в кафе и, отворив дверь, жестом руки показал, чтобы Сенджу проходила внутрь. Но та даже с места не сдвинулась, хмурым видом показывая, что ей нужны объяснения.       – Я ему заранее позвонил. В обмен Мадара кое-что попросил. Но это неважно. Главное, что дело мы выполнили - теперь можно погулять по Осаке, - и мягко улыбнулся, отчего Изанами сразу ощутила себя неловко. Бледное лицо заплыло алой краской смущения, и девушка пулей залетела внутрь, на ходу пробурчав слова благодарности. А еще скрыв за своими волосами до жути глупую улыбку. Ведь он это сделал для нее. Какой же все-таки Учиха хороший.       Но насколько безгранична эта забота? Что станет тогда, когда она родит?       Станут они семьей? Или Итачи всю свою жизнь будет считать себя... обязанным?