Kiss me.

***

Солнечные лучи мягко пробирались в маленькую комнатку, будто боясь разбудить её хозяйку. Обладательница комнаты тихо посапывала в мягкой розовой постели. Ничего не предвещало беды. Пока не зазвонил надоедливый будильник. Дженни с трудом разлепляя глаза пытается рукой найти это адское создание и выключить его, что получается с трудом. Ещё минут пять Джен пытается его выключить, но смирившись, встаёт с кровати и осматривает такую привычную и уже давно надоевшую ей комнату в розово-пастельных тонах. На стене, рядом с кроватью висят плакаты Шона Мендеса, Арианы Гранде, Эда Ширана, Twice и Twenty One Pilots. Ким привыкла просыпаться каждый день и видеть это. Она видит это уже на протяжении шестнадцати лет. Ей надоело это всё, но кто станет её слушать, все считают её маленькой, миленькой пай-девочкой. И она не против, она даже рада этому. Она привыкла каждый день просыпаться ровно в 6.30, завтракать блинчиками с клубничным джемом, которые она приготовит сама. Она привыкла, что в понедельник она надевает белую блузку и чёрную юбку. Она привыкла к тому, что идёт в школу одна. Привыкла слушать музыку по пути в школу. Она привыкла, что каждый урок сидит одна. Она привыкла к вечным вопросам от учителей. Она привыкла ко всему этому. Сегодня всё тоже самое, Ким не планирует изменять своим принципам. Она как всегда первым делом идёт в ванную комнату, после неё идёт готовить себе завтрак и дальше по списку. И вот уже через 45 минут она выходит из дома с нежно-розовым рюкзаком на спине, с наушниками в ушах и с предвкушением чего-то нового. Так она и доходит до школы в полном одиночестве, с очередной грустной песней, поставленной на повтор. Заходя в школу, Джен сразу замечает боковым зрением около расписания знакомую светлую макушку в как всегда чёрном капюшоне. Ну и что же ей ещё делать? Конечно она подойдёт. — С каких пор ты посещаешь это «никому нахрен не нужное, наполненное одними долбоебами место»? — с долей издёвки спрашивает Ким. — И тебе доброе утро, Джендыки, — отвечает Лиса и поворачиваясь одаривает Джен едва заметной тёплой улыбкой, — и с чего ты взяла, что это " никому нахрен не нужное, наполненное одними долбоёбами место? — строит из себя дурочку Лалиса. — Ты так на прошлой неделе директору сказала, когда он в очередной раз отчитывал тебя за регулярные прогулы и курение за школой, — ухмыляется Ким, когда видит виноватый взгляд Манобан, — ты обещала мне, что бросишь, — уже серьёзнее говорит Джен. — Прости. — Лиса опускает глаза в пол. Со стороны она выглядит, как маленький ребёнок, которого только что отругали. — Нет, я уже говорила тебе, что за этим последуют санкции, но ты меня не послушала, так что всё, — но видя, как ЕЁ Лисёнок уже чуть ли не плачет Джен смягчается, — Тише, Лисёнок, успокойся, не буду я тебя бросать. Пошли, нужно привести тебя в порядок, — говорит мягко Ким и беря Лису за руку ведёт её в туалет. Лиса молчит, по пути в туалет и по приходу туда тоже. Лисы рядом как будто совсем нет. Манобан обычно нельзя рот закрыть, но сегодня что-то определённо не так. — Хей, Лисёнок, ты чего? — Прости. — Я прощу тебя, но только за кое-что особенное. — Что мне сделать? — Kiss me. — Что? — Ты знаешь английский лучше чем я, так что не делай вид, будто не понимаешь. — Д-Джен, но. — Без «но». В глазах Лисы читается страх, она вжимается в угол, судорожно кусает губы и глазами бегает по грязной комнате. Когда на тебя идёт такая Дженни, это опасно. Манобан знала её лучше, чем кто-либо. Она знает какой настойчивой может быть Джен. Она знает какой стервой она может быть. «Пай-девочка», так думают все о Джен. Это маска, чтобы к Ким не лезли лишний раз. На самом деле Дженни далеко не пай-девочка. А Лиса, она точно такая же, только совсем наоборот. Все видят Манобан бунтаркой, на самом деле же она милый маленький котёнок. Она многого боится, но всегда прячет это. Да, она курит, но на то есть свои причины, о которых никто не знает и не узнает. А Джен все ближе и ближе, Лиса уже плачет. Уже захлебывается в своих слезах. Это сигнал. Сигнал для того, чтобы Ким остановилась. Слёзы Лисы — это огроменный знак СТОП. Джен выходит из туалета и только через несколько уроков, на которых Лиса не появилась, до неё наконец доходит. Она сорвалась. Выпустила чувства, хотя поклялась, что закроет их в сердце и не откроет никогда. Но не вышло. Джен отпрашивается в туалет, слава богу учитель добрый и выходит из кабинета. Она минут 30 обыскивает всю школу, пытаясь найти такую знакомую и любимую макушку, но всё бессмысленно. Уже отчаившись, она решает зайти в тот самый туалет. Просто так, она не думает, что Лиса там, она просто идёт туда. Она открывает дверь и видит — Лиса сидит в том же положении и в том же самом месте, в котором ее оставила Джен. Её крошечное тельце содрогается, то ли от холода, то ли от того, что та рыдает уже несколько часов. Рядом с ней на полу лежат две пустые пачки любимых сигарет Лисы. А в руке ещё сигарета. На руках порезы, много, очень. Любому было бы видно, что они глубокие. Она хотела вскрыться, но не решилась, испугалась, она хочет жить не смотря ни на что. Джен стоит не в силах сказать хоть что-то. — Чего тебе? — охрипшим голосом спрашивает Лиса, поднимая красные от слёз глаза на Дженни. — Лиса. Зачем? — Тебе какое дело, съебись пожалуйста, — Ким сразу понимает всё, это защитная реакция. У Лисы она всегда такая. — Нет. Сколько ты выкурила? — Пачку, может больше. — Покажи руки, — Дженни старается говорить как можно спокойнее, хоть ей хочется расплакаться и начать просить прощения у Лалисы, стоя перед той на коленях. Лиса протягивает ей руки и тогда все становится ещё хуже. На руках Лисы места живого нет. — Ходить можешь? — в ответ кивок. Лиса встаёт, конечно не без помощи Ким, но встаёт. — Залезай ко мне на спину, понесу тебя домой, — Лиса мотает головой, мол, сама может. Но по ней видно, что ничего она сама не может. — Залезай говорю, — Лалиса повинуется сразу, потому что знает, что Джен в гневе, это страшно. Так они уходят школы, под предлогом того, что Лисе стало плохо, а Джен отведет её домой. Ким тяжело, но она любит Лису, поэтому она несёт её до своего дома, так как не знает адреса Манобан. Джен сразу почувствовала, что младшая заснула, так как стало тяжелее.

***

Лиса просыпается уже в квартире Джен. Она хочет подняться и быстрее уйти отсюда, но в комнату входит старшая. Почему бы не притвориться спящей? А почему бы и да. Джен тихо и как можно осторожнее, проходит в комнату и садится рядом Лалисой на кровать. Аккуратно прикасается сначала ладонью, а затем губами ко лбу Манобан, чтобы ещё больше убедиться, в том, что Лисы температура. — Можешь уже прекратить притворяться, — по голосу Ким можно понять, что она улыбается. — Как? — еле слышно спрашивает Лиса, открывая глаза — Ты когда спишь, рот приоткрываешь, — поясняет старшая. — Откуда? — снова очень тихо. — Наблюдала за тобой, когда ты на уроках спала, мы сидим вместе, не забывай. — Ясно. — Как себя чувствуешь, ничего не болит? — начинает Джен то, зачем пришла вообще, попутно вставая и подходя к шкафу. — Голова раскалывается и. — Лиса опускает взгляд на руки, что были аккуратно забинтованы. Сразу было понятно кто это сделал, — Спасибо. — говорит младшая отводя взгляд от такой домашней и уютной Дженни. — Не за что, — говорит Ким и подходит к кровати на которой Манобан с трудом пытается подняться, — Стой, лежи, не напрягайся. — Нет, Джен, мне пора. — Ты останешься у меня до твоего полного выздоровления, поняла? — Но. — Я звонила Джису и предупредила её, она просила тебе передать кое-что. — Что? — Она сказала «Слушайся Джен и не перечь ей» — Ты врёшь — Да нет же! Это правда! — начинает возмущаться старшая, на что Лиса лишь смеётся, — Прекрати смеяться! — Манобан же наоборот, начинает смеяться пуще прежнего, — Ну всё, беги, — Джен прыгает на кровать к младшей, начиная щекотать ту. Смех Лалисы становится всё громче и сопровождается просьбами о пощаде, но Джен не слушает, даже не собирается. Так проходит 10 минут. Ким наконец-то останавливается, а Лиса блондинка устало разваливается на кровати. Старшая поднимается с кровати победно улыбаясь и кидает в младшую шорты и футболку, которая ей явно не подходит по размеру. И выходит из комнаты, крикнув что-то по типу «Переоденься и спускайся вниз, тебе надо поесть». Услышав, что-то о еде — живот решает напомнить Манобан о том, что та ела в последний раз неделю назад. Блондинка в свою очередь быстро снимает с себя джинсы, а следом и её любимую чёрную толстовку, оставаясь в одном нижнем белье. И как всегда в САМЫЙ подходящий момент открывается дверь и в комнату входит. Кто? Что за глупый вопрос, конечно же Ким Дженни. — Я тут теле. — прерывается Дженни и открывает рот от шока, сейчас перед ней стоит практически голая Лалиса Манобан. Джен стоит и тупо пялится на худое тело девушки. А та в свою очередь быстро надевает то, что первое под руку попалось. Это была футболка Джен, в очень большом размере, которая вроде все прикрыла, но в тоже время нет. — П-прости, — быстро тараторит Ким и выбегает из комнаты. Лиса же ещё минут пять стоит в полном шоке. Но живот решил вновь напомнить ей о том, что он хочет есть, поэтому Лиса быстро надевает слишком большие для неё шорты и спускается вниз. Где её ждёт до сих пор красная как рак Дженни. — П-прости ещё раз.- говорит старшая и взглядом приглашает Лису к столу на котором уже стоят блинчики и банка клубничного джема.