Глава 2. Все включено
21 декабря 2019 г., 01:13
— Ничего не бойся, Дамблдор мудрый волшебник, он примет правильное решение.
Николас и Люциус находились в Хогвартсе, они стояли перед дубовой дверью, ведущей в кабинет директора.
Три года назад Нарцисса собралась с духом и всё-таки рассказала мужу правду об их приемном сыне. На удивление, Люциус почти не разозлился, хотя и не скрывал своего недовольства от того, что Нарцисса сразу ему не призналась.
После этого Николас с Люциусом стали еще ближе: последний стал заниматься с Ником боевой магией, чтобы тот мог в случае чего постоять за себя. Надо сказать, что Драко это не особо нравилось. Хотя бы потому что с ним отец заниматься не хотел, аргументируя тем, что тот ещё слишком мал, а ведь он был всего-то на полтора года младше Ника.
Сейчас Николасу исполнилось одиннадцать лет, и вскоре он должен был поступить на обучение в Хогвартс. Но была одна проблема: несмотря на то, что многие преподаватели после войны сменились, а остальные были слишком молоды, чтобы знать, как выглядел молодой Волондеморт, директор школы Альбус Дамблдор помнил внешность темного волшебника. Поэтому сегодня, за месяц до начала учебного года, Люциус привел Ника для разговора с директором. По правде говоря, сначала он не хотел брать с собой ребенка, но Николасу удалось его убедить.
Люциус постучал в дверь и, дождавшись разрешения, величественно вплыл в кабинет. Ник проскользнул за ним.
Директор оказался добрым на вид стариком, сидевшим в большом кресле за столом с огромной кучей бумаг. Впрочем, вся его доброта испарилась стоило ему посмотреть на Малфоя: его взгляд тут же стал внимательным и, придирчиво подмечая все детали, заскользил по посетителю.
Дамблдор был очень удивлен, когда филин Малфоя принес ему письмо с просьбой встретиться. У него сразу появилось мелочное желание отказать, сославшись на сильную занятость в связи с началом учебного года, но великий волшебник сделал над собой усилие и пригласил Люциуса вечером посетить его кабинет. Визит Малфоя не сулил ничего хорошего, скорее всего попечительский совет прознал, что в Хогвартсе до сих пор не было преподавателя по ЗОТИ, последний исчез незадолго до конца учебного года, его конечно искали, но так и не нашли. Дамблдор уже сам начинал верить в проклятье Волан-де-Морта: с каждым годом находить преподавателей становилось все труднее.
Однако сейчас, смотря на Люциуса, волшебник засомневался в цели его визита: мужчина выглядел непривычно нервным.
— Здравствуйте, профессор, — напряжённо поздоровался аристократ.
— Присаживайтесь…
Дамблдор был слишком занят Малфоем, поэтому он не сразу заметил, что тот пришел не один. Когда волшебник увидел мальчика, прячущегося за Люциусом, он уронил бумаги, которые в тот момент держал в руках. Все потому, что на него испуганно смотрел не кто иной, как Том Реддл. Первой мыслью было, что Малфой смог оживить крестраж, и Дамблдор уже готов был выхватить палочку, но смог взять себя в руки. На самом деле, было очевидно, что это не Том. У того никогда не было такого открытого взгляда, да и цвет глаз был не карим, а синим.
— Думаю нам предстоит серьезный разговор, мистер Малфой, — в конце концов проговорил Дамблдор и, посмотрев на мальчика, сказал: — Садитесь. Не желаете лимонную дольку?
Малфой, который казалось не дышал все это время, наконец сел напротив директора. Дамблдор подумал, что, судя по всему, тому был очень дорог этот ребенок. Мальчик несмело присел рядом с Люциусом и нерешительно потянулся за конфетой.
— И как же вас зовут, молодой человек?
— Николас Томасан Блэк, — несмотря на страх, Ник гордо посмотрел на директора, сразу стало очевидно, что он воспитывался аристократами.
— И как же так вышло, — Дамблдор перевел взгляд на Малфоя, — Что мистер Блэк так похож на одного нашего знакомого?
— Николас знает, кто его отец.
— Даже так, — директор задумчиво потёр бороду и сложил руки на коленях, показывая предельную внимательность, — Что ж, я внимательно вас слушаю, мистер Малфой.
Люциус поморщился: его всегда раздражала манера Дамблдора разговаривать с собеседником таким покровительным тоном, словно тот его ученик, но тем не менее он начал рассказ. Люциус рассказал почти всю правду, умолчав лишь о том, что Нарцисса с самого начала знала о родителях Николаса. По его версии, они узнали, что отец мальчика Темный Лорд, только после похода к Олливандеру.
— Даже так, — повторил Дамблдор, по его виду нельзя было сказать поверил он или нет, — Мистер Малфой, вы не будете против, если я переговорю с Николаем с глазу на глаз?
Мужчина застыл, но подумав, что директор точно не станет вредить ребенку, ободряюще улыбнулся Нику, сжав его руку под столом, и неохотно вышел из кабинета. Николас и Дамблдор остались наедине.
На самом деле Ник и сам хотел поговорить с директором, он боялся задавать вопросы при приемном отце.
— Ты ничего не хочешь сказать мне? — волшебник поправил очки и посмотрел на Ника так, что тому показалось, будто бы Дамблдор читает его мысли.
— Я хотел спросить, — неуверенно начал мальчик, но собравшись с духом продолжил более твёрдо: — Вы ведь учили моего отца?
— Да. Ты хочешь что-то узнать?
— Я, — Ник запнулся, а потом еле слышно спросил: — Каким он был?
Дамблдор не то чтобы не ожидал этот вопрос, но все равно растерялся, он не был уверен, что хочет обсуждать Тома с его сыном. Но Николас посмотрел на него с такой надеждой, что директор не мог не подумать, какого это жить зная, что твой отец абсолютное зло. Дамблдор не сомневался, что в семье Малфоев к прошлому господину относились не очень хорошо. Неожиданно для себя он сказал:
— Когда Том учился в Хогвартсе его обожали почти все учителя. Он на самом деле был очень способным мальчиком. И его поведение до некоторого времени было достаточно примерным.
Ник смотрел на директора горящим взглядом, было видно, что он хотел узнать больше. И помедлив Дамблдор не стал разочаровать мальчика, он тщательно подбирая слова рассказывал Николасу про своего бывшего ученика. Он говорил не только хорошее, но Ник завороженно слушал директора и, кажется, для него это было очень важно.
Рассказывая, Дамблдор ощущал горечь и сожаление, в конце концов Том и правда был неплохим ребенком, возможно если бы он в свое время уделил ему больше внимания, тот не стал бы Тем-Кого-Нельзя-Называть. Но сейчас сын Тома сидел перед ним, и у директора был выбор: он ведь прямо сейчас мог вызвать авроров и сдать им мальчика, они бы не убили его, возможно просто лишили бы магии. Но кажется Альбус совсем не учиться на своих ошибках.
— Директор Дамблдор, спасибо вам огромное, — Ник смотрел на волшебника с такой благодарностью, что у Дамблдора просто не оставалось шанса.
— Иди, и не забудь приобрести все необходимое для учебного года, думаю письмо ты уже получил.
— Спасибо, директор, — Ник улыбнулся, — До свидания.
Мальчик поспешил покинуть кабинет, чтобы быстрее поделиться с Люциусом хорошими новостями. Дамблдор тяжело вздохнул, но тут же приободрился. Он не допустит повторения истории и уделит Николасу особое внимание.
— К сожалению, я ничего не смог сделать для тебя, Том, но я уж точно позабочусь о твоём сыне, — ни к кому не обращаясь, прошептал директор.
***
Люциус ждал приемного сына около статуи горгульи, охранявшей покой директора. Он был не один, с ним беседовал его старый друг, по совместительству являющийся преподавателем в Хогвартсе, — Северус Снейп. Впрочем, это отнюдь не было похоже на расслабленный разговор школьных приятелей: Снейп стоял ни жив не мертв, периодически сжимая кулаки, и явно с трудом переваривал полученную информацию, а Люциус то и дело смотрел на дверь, ожидая выхода сына. Аристократ уговаривал себя не нервничать, но тем не менее с каждой секундой его тревожность увеличивалась. Наверное из-за нервов он совершил большую глупость. Когда из-за угла появился Северус, Люциус решил отвлечься и поговорить со старым другом, к тому же директор, к которому собственно и пришел профессор, был занят. Снейп очень быстро заметил, что Малфой непривычно обеспокоен и поспешил вызнать причину. А так как шпионом он был не от дурости Лорда, то быстро узнал некоторые детали. Это было легко, учитывая, как на самом деле сейчас был не собран Малфой. Ну, а раз Люциус сказал А, пришлось выложить и Б, в конце концов он давно собирался рассказать Северусу эту историю и попросить присмотреть за Ником в школе. Только вот волнующейся за приемного сына Малфой не учел, что такие новости стоит рассказывать у себя в кабинете за бутылкой дорогого коньяка, так что теперь профессор стоял открывая и закрывая рот, находясь в глубочайшем шоке. — Николас сейчас у директора? — в конце концов хрипло переспросил он и, не дожидаясь ответа, развернулся, взметнув мантию, и быстрым шагом направился к горгулье. Люциус не медля поспешил за ним, он уже весь извелся: ну что же можно так долго обсуждать? Впрочем до директора они не дошли, на лестнице Северуса чуть не сбил с ног спешащий к Люциусу Ник. Мальчик в последний момент увернулся от столкновения, но не удержав равновесия полетел вниз. От позорного падения его спас Снейп, вовремя схватив за воротник мантии. — Спасибо, профессор, — Николас улыбнулся Северусу, но замер, заметив, что тот смотрит на него непривычно внимательно. Вообще-то, впервые Ник увидел Снейпа в поместье у Малфоев, тогда Драко совсем замучил отца, прося с ним позаниматься. Люциусу это надоело и он пригласил Северуса, чтобы тот научил Драко зельеварению, а так как это было летом Снейп согласился. Люциус надеялся, что непоседливому сыну быстро наскучит такая тонкая и требующая сосредоточенности наука, и тот от него отстанет, но ошибся. Драко искренне заинтересовался зельями и с удовольствием занимался с профессором. Снейп, надо сказать, тоже был доволен учеником. Николас зельеварением не занимался, так как кроме общей с Драко латыни и математики, не говоря уже о базовых предметах, таких как этика, английский и французский языки, теоретические основы магии и так далее, он учил кодекс Блэков, одновременно обучаясь управлять родом, и занимался боевой магией с Люциусом. Желания заниматься ещё и зельями у мальчика не было, а Люциус не стал настаивать, решив, что этот предмет Ник освоит уже в школе. Из-за этого со Снейпом Николас почти не пересекался, однако они иногда разговаривали во время нередких обедов, на которые Люциус звал Северуса, да и Драко много рассказывал о профессоре. Таким образом у Ника сложилось впечатление, что тот хороший человек, но строгий преподаватель. — Все в порядке? — обеспокоенно спросил Ник. — Да, все хорошо, — наконец улыбнулся Снейп, — Вам стоит быть аккуратнее на лестницах. Мне совсем не хочется снимать баллы со своего факультета. — Может быть он попадет в Рейвенкло, — усмехнулся Люциус, который шел за Северусом. — Не с его воспитанием, — незамедлительно вернул шпильку профессор. Ник и Люциус рассмеялись. — Мне надо посетить директора, — посерьезнев, сказал Снейп и спросил у Малфоя: — Я заскочу к тебе вечером? — Буду ждать с бутылкой «Hennessy», — подмигнул Люциус и, когда Северус скрылся за дверью, обратился к Нику, — Как все прошло? Мальчик снова улыбнулся и быстро заговорил: — Все хорошо, директор Дамблдор очень добрый, он сохранит этот секрет, — Ник решил не рассказывать о том, что они с директором обсуждали его отца. — Это замечательно, — Малфой был не в восторге, что его ребенок так восторженно отзывается о Дамблдоре, к тому же ему казалось, что Николас что-то не договаривает, но он все равно улыбнулся, решив не нагружать Николаса своими подозрениями. Это, однако, не помешало Люциусу задавать наводящие вопросы пока они шли на выход из замка, чтобы там трансгрессировать на Косую аллею.***
Когда Николас перестал трясти головой после трансгрессии, первым, что он увидел, стал затылок Драко. Младший Малфой, пока ещё не заметив прибывших, с восторгом смотрел на витрину магазина «Все для квиддича». Там, как на пьедестале, гордо расположилась новейшая модель гоночных метел — Нимбус-2000. — Драко, ты ещё слишком мал для такой метлы. — Люциус тихо подошёл к сыну. — Папа?! — Драко резко обернулся, — Ник! Как все прошло? Наследник Малфоев был в курсе, зачем отец и брат ходили к директору, и очень волновался. Вообще-то рассказывать эту историю ему никто не собирался, но во время совещания Нарциссы и Люциуса насчет похода к Альбусу Дамблдору маленький проказник спрятался под стол, надеясь, что его не словят на попытке позаимствовать дорогие шахматы отца. Заметили его ровно посередине разговора, когда после шокирующей новости Драко не удержал удивленный выдох. Ох, и влетело же ему тогда. Надо сказать, что на его отношения с Ником это никак не повлияло, Малфой любил своего брата и плевать хотел на его происхождение. — Хорошо. В сентябре Николас едет в Хогвартс. — Люциус, это замечательная новость! — Нарцисса радостно рассмеялась и обняла своего мужа. Драко тоже обрадовался и незамедлительно повис на Николосе, отчего тот, пошатнулся и отступил на шаг назад. Ему не повезло: под ноги попался неровный камень и дети дружно полетели на землю. — Да, что ж за день такой, второй раз оступаюсь?! — раздосадовано воскликнул Ник. Это породило волну смеха в лежащем на нем Драко, а следом засмеялись и родители. К счастью, до того, как на них стали оборачиваться, веселье прервали подошедшие поздороваться Нотты. Старший Нотт протянул руку, и мгновенно надевший маску холодного аристократа Люциус ответил на рукопожатие. Женщины тоже обменялись любезностями. Кроме лорда и леди Нотт присутствовали ещё их сын — Теодор Нотт — и взятый на воспитание по проекту Дамблдора Регулус Лестрейндж. Первый помог подняться Драко и Нику и тут же прилип к витрине с метлой, Драко поспешил присоединиться к другу, они громко обсуждали последнюю новинку. Нику метлы интересны не были, так что он предпочел пообщаться с Лестрейнджем, они были одногодками и, соответственно, вместе поедут в Хогвартс, так что им было что обсудить. Если подумать, Николас и Регулус вполне могли быть сводными братьями, правда Лестрейндж об этом и не догадывался. Его рождение, как и рождение Ника, было покрыто тайной. И Ник, и Драко были хорошо знакомы с младшим поколением Ноттов (у Теодора была младшая сестра, но ее сегодня не взяли с собой), так как, кроме многочисленных приемов принятых в высшем обществе, у Люциуса и Эрнеста Нотта были общие дела в Палате Лордов (Лорд Нотт был председателем, а Люциус его заместителем), которые они предпочитали обсуждать в собственных поместьях, и зачастую брали с собой детей. Теодор и Оливия с удовольствием играли вместе с Драко и Ником. Регулус же предпочитал проводить время в библиотеке, Николас иногда присоединялся к нему и они обсуждали какую-нибудь книгу, но это происходило редко: Нику и так учебы хватало. Лестрейндж был приятным собеседником, он много знал и охотно делился информацией, но в тоже время в тоне Регулуса проскальзывало некоторое высокомерие, почти не заметное, когда он общался с Ником и слишком очевидное при разговорах с младшими. Наверное поэтому его отношения с Теодором были слегка прохладными. Взрослые, заметив, что дети разговорились, предложили зайти в «Фортескью» поесть мороженое, и те радостно согласились. После они вместе пошли за покупками. Много времени это не заняло, в конце концов палочки, мантии и котлы давно уже были куплены. Остались только учебники и ингредиенты. Пока взрослые делали покупки, а Тео и Драко от разговора о метлах успели перейти к спору о лучшей команде по квиддичу, Николас неожиданно для себя увлёкся разговором с Регулусом. Неожиданно, потому что они тоже обсуждали квиддич, несмотря на то, что Регулус также, как и Ник, недолюбливал эту игру. Впрочем обсуждали они не метлы и даже не игроков, они спорили о самих правилах игры. А если точнее о безопасности молодых игроков: Ник считал, что присмотра преподавателя вполне достаточно и дети должны сами осознавать всю опасность, а Регулус в противовес предлагал запретить несовершеннолетним играть в квиддич. Конечно же Драко, услышав такую точку зрения не смог промолчать (он мечтал вступить в команду, когда будет учиться в Хогвартсе). Он принялся рьяно доказывать Лестрейнджу, что тот не прав, и, неожиданно, в первую очередь для Регулуса, Тео встал на сторону своего сводного брата. Из-за этих двоих, спокойный обмен аргументами превратился в жаркий спор. Даже Лестрейндж втянулся. Смотря на это, Ник не мог не удивляться: Регулус никогда раньше не был настолько увлечен чем-то. И хотя он оставался холодным и высокомерным, его глаза горели очевидным азартом. Впервые Ник подумал, что они могли бы стать не просто союзниками, а настоящими друзьями. В Хогвартсе у них будет много времени. Впрочем, он недолго предавался размышлениям: Драко собирался проиграть спор, задавленный двойным напором, и Ник поспешил ему на помощь.
