Часть 1
29 ноября 2019 г., 06:00
У моего отца дома был флаг во всю стену. Наша семья любила Америку круглосуточно. ©
— Да у всех есть список! Как правило, это всякие знаменитости: я, конечно, — Тони очаровательно улыбается, — президент, Мэрилин Монро… Даже у Пеп должен быть список, с кем она переспит, если выдастся случай, — говорит он, с сомнением оборачиваясь к самой замечательной на свете женщине. — Да, — отвечает та, и Тони подпрыгивает от неожиданности, потому что никак не ожидал от неё, такой… м-м-м… моногамной, подобной подлянки. — И с кем же ты собираешься мне изменять? — спрашивает он подозрительно. — Только не говори, что с моим японским филиалом, я не вынесу конкуренции с занудами, вооружёнными гигантскими розовыми хэллоу-китти. — Хэллоу-китти у китайцев, — поправляет Пеппер и хитро улыбается. — С Капитаном Америкой, например. Знаешь, как трудно найти приятного во всех отношениях мужчину, когда состоишь в отношениях с тобой?! На мгновение Тони задумывается, не обидеться ли, потом пожимает плечами. — Да я бы и сам… — начинает он почти одновременно с «Капитан Америка в моём би-списке…» Роуди. — Вот-вот! — подхватывает Тони. — Да даже мой отец, придерживавшийся крайне гетеросексуальных взглядов, стал бы геем ради Капитана Америки. Если задуматься, это как раз одна из причин, почему меня воспитали работы Теслы и прочая научная фантастика. Пеппер смеётся, и Тони ничего не может с собой поделать — он извиняется перед Роуди и утаскивает её в спальню, и первые две минуты даже торжественно надувает щёки и распевает гимн, чтобы смешить её ещё сильнее.***
Этот разговор он вспоминает годом позже, стоя перед капсулой, где очень медленно размораживается слегка объеденный рыбами светловолосый гигант, с которого совсем недавно аккуратно срезали остатки знакомой каждому гражданину США формы. В лаборатории нет ни одного человека, не являющегося тайным или явным фанатом. Агент Агент — один из самых-самых, и он даже не пытается скрыть близкое к вожделению возбуждение, с которым смотрит сквозь прозрачную крышку. Тони решает, что стесняться нечего — все свои, ощупывает взглядом уже оцифрованное и изученное до мельчайших подробностей тело, проверяет, что каждый датчик на своём месте, уделяет внимание шкалам состояния. — Красавчик, а? — спрашивает он ни у кого конкретно, и в ответ доносятся смущённые кхмыканья, угуканья и даже одно «я-бы-вдул» женским голосом. «Обновления системы мониторинга установлены», — рапортует ДЖАРВИС в гарнитуре, и Тони вроде как незачем больше оставаться в лаборатории. Но он всё равно задерживается.***
Точно так же Тони задерживается пару месяцев спустя, когда почти все Мстители разбредаются из забегаловки, в которую он затащил их отметить победу. — Ну что, вот мы и остались оба без костюмов, — говорит он Кэпу, и это даже почти не флирт, ну нет у Тони сейчас сил флиртовать. — Неужели? — приподнимает бровь тот. — Даже у меня есть запасная форма на базе, неужели себе ты не припас ничего? — Твоя форма входит в массовые поставки, которые Старк Индастриз отгружает для ЩИТа, а моя броня — штучная работа. — Ещё скажи «ручная». — Первую я на коленке собрал из дерьма и палок, — пожимает плечами Тони. Кэп некоторое время молча разглядывает его лицо, и это одновременно смущает и бесит — наверняка же ищет либо сходство с Говардом, либо какую-то патриотическую херню. — Тушь потекла? — озабоченно спрашивает Тони и делает вид, что ищет в карманах зеркальце. Потом смотрится в ложку. Кэп не выдерживает, хмыкает, и при виде его усмешки Тони хочется заставить его улыбнуться по-настоящему.***
— Я видела, у вас там был Капитан Америка, — как бы невзначай заявляет Пеппер, когда они с Брюсом поднимаются из гаража. — Это он? — Это Брюс, он будет с нами жить, пока в башне ремонт. — На лице Пеппер появляется выражение, которое ни в коем случае нельзя трактовать как вежливый интерес. — На Кэпа очередь расписана на сто лет вперёд. Спроектировать тебе анабиозную камеру? — О! Ты наконец-то решил вернуться к своим обязанностям в компании? — Чёрт! В поисках поддержки Тони оглядывается на Брюса и понимает, что тот не в курсе как минимум половины шутки. — Брюс, это Пеппер, самая лучшая женщина в мире, и я сейчас не только про эту планету. Пока они жмут друг другу руки, Тони некоторое время борется с собой. — Кстати, Брюс, а в твоём фри-би списке Кэп есть? — Победила, как обычно, дурь. — Вот у Пеп есть, у меня есть, и я лично знаю пару лесбиянок, которые ради него разлесбиянились бы. — Мы же говорим теоретически? — осторожно уточняет Брюс. — Конечно мы говорим теоретически, — очень убедительно врёт Пеп. За это Тони её и любит. В том числе. — Если честно, — Брюс почему-то смотрит в пол, — я как-то не задумывался над кандидатурой Стива Роджерса. Меня больше привлекает научный гений. Он косится на Тони, и до того доходит. — О. О-о-о! — Это настолько восхитительно, что даже слова куда-то разбежались. — А вот другому парню он, кажется, весьма по душе, — добавляет Брюс, довольно толсто намекая, что всё это и впрямь сплошная теория. Пеппер очень выразительно смотрит на Тони, и он понимает, что надо бы показать Брюсу его спальню, а потом наконец добраться до своей, потому что он очень хочет оказаться наконец в нормальной постели. И Пеппер, судя по всему, тоже очень этого хочет.***
Романтический интерес Кэпа составляет раздавленная Гидра, если верить показаниям, снятым его костюмами. Ещё ему нравятся драки в тесных пространствах и выражения привязанности в общественных местах — последнее уже из личных наблюдений. А Тони, соответственно, не нравится. Досадно, конечно, но что поделать. — Кэп, у тебя же есть фри-би список, да? Кто в нём? — Нет, — отрезает тот, и Тони думает, что это отлично разнообразит его арсенал шуток. — Ты стесняешься его составить? Кэп в наушнике охает, потом слышится звук удара и что-то ну очень похожее на мини-взрыв. — Нет, Железный Человек, я не стесняюсь. Я просто не хочу обсуждать его с тобой посреди боя. И вообще обсуждать его с тобой. Или с кем-либо. — Зануда. В моём, например, был Капитан Америка, пока мы с тобой не познакомились, — признаётся Тони, после чего ответная тишина на канале становится немного более жёсткой. Они возвращаются в башню, и Тони возвращается к этому вопросу. — Так кто у тебя в списке? Авраам Линкольн? Кэп передёргивается и чуть не проливает молоко. — Не шути так: он давно умер. — Я же не предлагаю его выкапывать. — И на том спасибо. — Итак, список. — Тони, нет. Это слишком личное. — То есть с Наташей можно на людях целоваться, а со мной поговорить о сексе — уже нельзя? — С тобой невозможно говорить о сексе, — заявляет Пеппер, пересекая кухню в направлении холодильника. — Ты слишком много хвастаешься. — То, что я бог секса, означает как раз то, что я — лучшая кандидатура, чтобы со мной о нём говорить, — парирует Тони, поймав её на полпути, и притягивает к себе. Пеппер вскидывает брови, улыбается и позволяет вовлечь себя в нежный и довольно страстный, если смотреть со стороны, поцелуй. Кэп шумно сглатывает. — Я, пожалуй, пойду к себе. Не буду вам мешать. Пеппер оборачивается к нему. — Ты не мешаешь, Стив, — говорит она, а потом почти слово в слово повторяет то, что Тони сказал на миссии: — В моём «конечно да» списке был Капитан Америка, пока мы с тобой не познакомились. Как и почти у каждого в этой стране, включая вот его. — Да, — кивает Кэп, — Тони уже сказал, что в его списке больше нет Капитана Америки. — Думаю, я не ошибусь, если скажу, что теперь там вместо него Стив Роджерс, — хихикает Пеппер. — Как и в моём. Щёки Кэпа наконец вспыхивают. — Спасибо, — говорит он, плюхаясь обратно на стул, с которого почти успел встать. — Так что ты не мешаешь, Кэп, — заканчивает логическую цепочку Тони. — И если хочешь, можешь даже присоединиться. Он не ждёт ответной реакции, снова притягивая Пеппер в поцелуй. Сквозь гул нарастающего от азарта и возбуждения пульса он слышит, как Кэп отодвигает стул, снова поднимаясь.
