Не в деньгах счастье

*** Из кухни доносились звуки кулинарной возни и звон тарелок, по всему дому распространялся преприятнейший аромат. Спускаясь из мансарды, которая служила парням спальней, Эрик одной рукой сонно потирал глаза, а другой почёсывал бедро. — Боже, я так однажды помру, захлебнувшись собственной слюной. Что ты со мной делаешь, птица моя ранняя? Ян в домашних шортах и майке с большим вырезом стоял у плиты и что-то ловко мешал на сковороде, лихо подбрасывая и переворачивая. Длинный фартук с рисунком обнаженного по пояс мачо защищал его от коварного горячего масла. Фортепианная музыка лилась из встроенных колонок, в открытое окно струился солнечный свет, лёгкий ветерок играл с белоснежными гардинами. — Мы, жаворонки, такие. Ты, кстати, зачем так рано встал? У меня ещё не всё готово, — не отрываясь от процесса прощебетал Чистяков. Эрик обеими руками обнял любимое тело, провел пальчиками сверху вниз от груди до самого паха, на секунду задержался и сомкнул пальцы в замок немного ниже пупка. — Эй-эй… Я сейчас уроню сковороду, и это будет фигня по сравнению с тем, что мы можем обжечься и попасть в больницу, вместо вступительных экзаменов. — Ладно-ладно. Только один поцелуйчик. Вот здесь, — Эрик коснулся губами шеи, чуть ниже ушка. — Нет, лучше здесь, — провёл языком по голубоватой венке до самой ключицы, слегка её прикусив. — А ещё лучше… — и парень аккуратно взял руку Яна со сковородой и поставил потенциально опасную кухонную утварь на подставку. — Лучше всего так, — и, развернув своего малыша, впился ему в губы. — Мммм… Отпусти, похотливый самец! — наигранно обиженно сказал «поварёнок», надув губы, после того, как сам пустил язык самца в свой рот и выделывал с ним всевозможные трюки. — Я так никогда не закончу готовить завтрак. Мне осталось совсем чуть-чуть. — Лучше я съем тебя, мой любимый котёнок. Ну хотя бы кусочек, — жалобно протянул Эрик. — А что будет есть котёнок? — поставил руки в боки Ян. — А котёнку я могу предложить… — Так, не нужен мне с утра пораньше спецпаёк. Я хочу нормально начать свой обычный день. — Радость моя! Кто сказал, что сегодня обычный день? В нашей с тобой жизни все дни чудесные и неповторимые. До сих пор, стоявший в объятиях парня Ян, резко вырвался и припустил в сторону ванной. Заметив погоню, стал кружить вокруг стола. Визги и крики «стой, не уйдёшь» прервал звонок телефона. — Я не понял! Вы чем там занимаетесь с утра пораньше? Я уже десять минут звоню, никто трубку не берёт! Бро, я и обидеться могу. — Привет, Саня. Прости, мы тут завтракать собираемся. — Да, по твоему запыхавшемуся голосу можно подумать, что к тарелке ты три километра бежал, причем на время. Ну что, когда вы уже приедете? Ян уже сдал вступительные? Есть результаты? Поступил? — Да куда он денется?! С его-то светлой головушкой и не поступить? Лучше расскажи, как ты там? Как Англия? Как Джейки? Не заездил тебя, милого русского парня? — Это ещё кто кого заездил! Ты знаешь, он предложил, перед тем как ты восстановишься, а Ян начнёт учебу, съездить вчетвером в круиз по Средиземноморью. Как тебе такая идея? Половину платит он, половину ты. Я лично за! — Ах ты жук! Конечно, я согласен. Я давно подумываю, куда бы своего малого свозить на отдых. Ну всё! Решайте там куда и когда, а мы через месяц подтянемся и можно будет отчаливать. Тут Ян висит у меня на шее, передаёт тебе пламенный привет и братский поцелуй, — глядя на Яна: — И тебе! И тебя! Ладно, пока, Саня. Янчик, счастье моё, пошли завтракать, хочу попробовать, что так пахнет на весь дом. Но ты будешь моим десертом! — пообещал, хитро прищурившись. Снова захватив своего любимку в плен сильных рук, Эрик посмотрел в ясные, за последний год не видевшие слёз глаза, притянул к себе поближе, коснулся алых губ лёгким поцелуем. — Ты моё счастье! Другого не надо.