Как встречаться с Человеком-Пауком?

Прошла неделя с того момента, как они поговорили первый раз. Конечно, они и до этого видели друг друга в школе, но только сейчас она заметила его, только сейчас он заметил ее. Они стали друг для друга моральной поддержкой, что ли. С того момента они знали, что живут для чего-то или для кого-то, у них появился смысл просыпаться по утрам счастливыми. Все мы знаем, как это быть влюбленным в кого-то. Это вставать по утрам с мыслью о важном человеке, это слушать ту же саму ю музыку, но при этом наконец-то полностью понимать смысл, это читать стихи и чувствовать их каждой клеткой своего естества. Это засыпать и просыпаться с одним именем на устах, с одним человеком в голове. Каждый из них просто не мог спокойно спать, потому что головы были переполнены, как компьютеры информацией, мечтами и мыслями о том, кто в это же время тоже лежит, и не спит. Только сейчас они почувствовали себя нужными. Только сейчас они поняли насколько необходимы друг другу. У Мишель в голове просто не укладывалось: как она, гроза всей школы, может просто так идти по школьным коридором и смеяться с глупых шуток Питера; как она, та, с кем всегда боялись заговорить или даже посмотреть на нее, теперь влегкую рассказывала Паркеру о своем детстве, о любимых книгах и фильмах. Она когда-то не могла представить себя, сидящей на уроках с Питером, но это однако происходило постоянно. Им даже необязательно было разговаривать, они понимали друг друга без слов, им было хорошо просто молчать рядом. Она, наконец, нашла родственную душу. Того, ради кого стоит жить. И несмотря на то, что она в этот бред про вторую половинку никогда не верила, но ей все равно казалось, что скоро эта вера поселится в ее сердце. Она поняла, что она теперь никогда не будет одна. Питер просто был счастлив. Раньше он проводил время как последний задрот. Играл в видеоигры, учил формулы по физике и химии и собирал лего со своим другом Недом, таким же лузером. Но сейчас его лучший друг даже ревновал Паркера к Мишель. Вставая с утра с кровати, он был счастлив. Счастлив, что через какой-то час увидит Мишель, что проведет с ней рядом целых полдня, сможет все это время наслаждаться ее кудряшками, ее милыми веснушками и запахом ее духов. Ее смехом и колкими фразочками по поводу его нелепых, но таких забавных, ушей.А потом, придя со школы, он сможет написать ей, спросить, дошла ли она и что будет делать дальше, рассказать о своей тете и о том, как она достает его по поводу среднего балла, который упал, из-за того, что Питер иногда просто терялся в таких знакомых умопомрачающих глазах шоколадного цвета. И Мишель была счастлива. В скетчбуке все чаще начал появляться такой знакомый до боли образ. Он стал преследовать ее, она думала, что если будет переносить его на бумагу будет легче, но нет, это наоборот заставляло еще сильнее вспоминать и отчеканивать в памяти каждую клетку Питера, каждую его ямочку от по-детски милой улыбки, каждый оттенок его голубых глаз. Если ее тело постоянно нуждалось в кислороде для жизни, то теперь Питер стал кислородом для ее души-ее сердцу необходимо всегда дышать Питером. Она начала подниматься на крышу во время заката, чтобы просто поулыбаться, чтобы просто восстановить в памяти уже затертый до дыр образ и смотреть на него снова и снова, мечтая поцеловать эти мягкие губы и погладить эти каштановые кудряшки. Вот так прошла первая неделя после их разговора, но несмотря на все это ощущение эйфории, им хотелось большего, они хотели быть не просто друзьями, они хотели воплотить свои мечты в жизнь, а не видеть их во сне. Они хотели назвать друг друга своими, хотели принадлежать друг другу, ведь это означало, что ты нужен, что ты необходим кому-то, как еда, вода и воздух, что человек уже никогда не сможет прожить и минуты без тебя.

Именно этого хотела больше всего Мишель, именно этого больше всего хотел Питер: быть парнем и девушкой, быть друг для друга кислородом