Поедая себя

      — Старк, ты не хочешь что-нибудь объяснить? — вылавливает Тони Стив Роджерс, едва миллиардер покидает комнату Паркера.       — Нет, — пренебрежительно фыркает Энтони, игнорируя капитана. Он не обязан отчитываться перед ним. Это его база и он волен делать здесь всё, что считает нужным, в том числе и держать психически больного подростка-супергероя, которого меньше часа назад прооперировали и Стиву пришлось тащить его в спальню из медицинского кабинета, так как для Тони Питер был тяжёлым и поднять парня он просто не смог бы. А вот Роджерс подхватил спящего от препаратов Паркера так, словно он был пушинкой и перенёс в кровать.       — Питер, что с его руками? — ну да, Стива не посвятили в особенности операции, так как в этом не было никакой нужды, — он ребёнок, Тони… и если…       — Просто заткнись, Эльза, — цедит Тони через зубы, — я не намерен тебе что-либо объяснять. Я тебе не справочная.       — Его ранили на патруле или куда он там ходит? — Роджерс умел пользоваться интернетом и успел посмотреть на то, чем обычно занимался ребёнок, натянув свой костюм.       — Даже если это так, то это всё равно не твоё дело, Сосулька, — огрызается Старк, сжав руки в калаки и надувшись, а затем резко выдохнув через нос, — и у меня есть куда более важные дела, чем откровенничать с тобой.       Не дав Стиву ответить, Тони покидает жилой корпус базы. Ему ещё ехать до Ист-Виллидж, где располагался офис доктора Томаса Магуайра. Он был очень хорошим психиатром и Старк советовался с ним ещё тогда, когда увидел на руках Питера первые порезы. И хотя доктор настаивал на том, чтобы Тони привёз мальчика, Старк не был готов к этому, боясь потерять и без того хрупкое доверие со стороны Питера. Но сейчас вмешательство специалиста было просто необходимо, так как Питер зашёл слишком далеко.       Роджерс не был бы Роджерсом, если не докопался бы до истины и поняв, что от Тони он не узнает ровно ничего, он решился на отчаянный шаг — поговорить с самим Питером. А если учесть, что за то время, что ребёнок был тут, их общение сводилась к ряду служебных и повседневных фраз, то разговор обещал быть весьма сложным.       — Привет, Питер, — говорить Стив, заглянув в спальню мальчика. Он всё так же лежит на кровати, под капельницей и смотрит куда-то в стену, — у тебя лекарство в пакете кончалось, я поменяю, — он находит небольшой, но предлог пройти в комнату и Питер спокойно реагирует на это.       — Здрасти, мистер Роджерс, — бормочет Паркер, наблюдая, как ловко Роджерс перекрывает капельницу, затем отсоединяет пакет и кинув его в мусорное ведро, подсоединяет новый и снова пускает лекарство по трубочке, — спасибо…       — Всё в порядке, Питер, — натянуто улыбается Кэп, — может ты хочешь… ну, чтобы я побыл тут с тобой? Не леко, наверное, после операции?       — Я не знаю, — пожимает плечами Питер, который всё ещё думает о том, что намерен делать Старк и правда ли он отправит его к психиатру принудительно? Ведь жо этого Тони выполнял все свои угрозы: забирал костюм, как пример, что смог вспомнить Питер, — но если вы хотите… то можете побыть тут…       — Хорошо, — Стив садится на край кровати, — тебе не больно? Может позвать Хелен или Джона? — интересуется он, так как повязки на руках Питера беспокоят его. они довольно плотные и занимают много места, что не может не пугать.       — Нет, всё в порядке, — спокойно отвечает Человек-Паук, — в капельнице… там ну анальгетики… так что всё в порядке…       — Отлично, боль терпеть нельзя, поверь. И если будет нужно, то тебе поставят ещё анальгетики, — сообщает Роджерс, — может быть ты хочешь поговорить о чём-то? Ну о том, что не мог бы сказать Тони, к примеру… я бы мог тебя просто выслушать… И может быть что-то посоветовать…       — Я…я не уверен, ну что могу говорить об этом с кем-то, — решает Питер, поморщившись, при попытке поднять руку.       — Что-то не так? — обеспокоенно спрашивает его Стив, привстав. Ему нужно понять, что с Питером не так. Может ему нужна срочная медицинская помощь, или не дай Бог, разошлись швы. Мало ли, что могло произойти после операции, тем более, что в Питера влита двойная доза препаратов, если не тройная.       — Нет, просто неудобно положил руку, — отмазывается Паркер, — со мной всё нормально… ну просто неприятно… меня никогда не оперировали и м… я не знаю… как оно должно быть…       — Давление? Жжение? Чесать охота? — предполагает Капитан, так как его зашивали пару раз и он отлично понимает, что это такое.       — Мм… скорее просто, дискомфорт от повязок, — решает Паркер. Он не смог бы более точно описать это состояние, но это точно не боль.       — Да, такое иногда бывает, — Стив снова садится рядом, — был неудачный патруль? — он снова смотрит на бинты, которые окутывают руки парня. Когда Стив забирал Питера из медицинского кабинета, то руки уже были забинтованы и он не знал, что именно под ними. Один сплошной шов, или череда мелких.       — Нет, — он хмурится, — это я… с…сам… сам сделал это…       Стив вопросительно смотрит на мальчика, явно надеясь на то, что тот сам всё расскажет, но больше Питер ничего не говорит, а Роджерс решает не настаивать. Меньше всего он хочет довести до истерики любимчика Энтони Старка. Не хватало ещё проблем с Железным Человеком, словно их и без того не было.

***

      Тони стоит перед дверью с табличкой «Доктор Томас Эндрюс Магуайр. Врач-психиатр». Он мнётся несколько минут, прежде чем занести руку и постучать.       — Мистер Старк, — мужчина лет пятидесяти пяти в сером свитере с белой окантовкой по рукавам и вороту и чёрных джинсах, немного удивлён тому, что миллиардер приехал без звонка, ведь до этого он всегда предупреждал о визите. Обычно в это время доктор уезжал в свою клинику, расположенную в пригороде Нью-Йорка, так что приедь Тони немного позже, то застал бы на месте только Веронику — помощницу доктора.       — Добрый день, доктор Магуайр, — тяжело вздыхает Тони, и они проходят в небольшой кабинет со стенами обшитыми тёмным деревом. Томас кивает на диван обтянутой серой кожей и Старк садится. В кабинете уютно, как и всегда. Здесь полумрак, так как тяжёлые плотные шторы бордового цвета задёрнуты и освещается помещение только двумя настенными светильниками и настольной лампой.       — Что-то не так с Питером? — предполагает доктор, присев в своё кресло с высокой спинкой. Он был специалистом в области детской психиатрии и его профилем были тяжёлые психические расстройства у подростков, поэтому ему было не сложно догадаться о целях визита Старка.       — Да, — напрягается мужчина, — его… м… самоповреждения, они дошли до крайней стадии, доктор, как мне кажется, — он достаёт из кармана смартфон и демонстрирует несколько фотографий увечий Питера, которые сделала Хелен во время операции, специально для психиатра.       — Он ел… свою плоть? — уточняет Томас, когда надев очки в тонской оправе из металла, рассматривает изображения.       — Да… думаю да, но куски, Магуайр, он откусывал от себя куски, — с ужасом бормочет Старк, зарываясь пальцами в волосы, — это как… что это? Почему это вообще… Питер, он такой хороший мальчик… и он всегда… ну улыбался там, шутил… почему это происходит именно с ним? — гений близок к истерике и встав с кресла, Том отходит к подоконнику, где у него стоит графин с водой и стопка одноразовых стаканчиков и налив Тони воды, приносит её. Старк кивает в знак благодарности и разом опустошает стакан, опустив его на поверхность небольшого квадратного столика, что стоит между диваном и креслом.       — Тони, — хмурится Томас, — я уже говорил тебе, что мне необходимо лично побеседовать с Питером, чтобы я мог понять его состояние и сделать какие-то выводы, относительно причин расстройства, — сообщает доктор, — ну судя по тому, что я уже имею, то ему необходима стационарная помощь. Причём не важно, хочет этого сам Питер или нет.       — Может… ну мы можем обойтись без стационара? — интересуется Старк, так как понимает, что тайна личности для Питера важнее всего и он устроит настоящий дебош если его повезут в психиатрическую лечебницу, — под мою… ответственность…       — Тони, это не тот случай, когда стоит выбирать, — констатирует Старк, — задам прямой вопрос: ты хочешь видеть Питера живым?       — Прости, что? — непонимающе спрашивает Энтони, вопросительно посмотрев на доктора. Тот был серьёзный, как никогда. Том возвращает ему телефон и сняв очки, потирает глаза, явно ожидая ответа на свой вопрос, — конечно хочу. В чём вопрос.       — Поэтому ты должен понимать, что в стационаре ему могут помочь более комплексно. Это моя клиника и я буду лично заниматься его лечением, — говорит Магуайр, — да, это будет очень трудно и где-то болезненно, но это нужно, чтобы спасти Питера. ты хочешь, чтобы он поправился?       — Конечно хочу, — отвечает Тони, крутя смартфон в руке, — но стационар…       — Я понимаю, всегда тяжело идти на такой шанс, но сейчас это необходимо для Питера. В первую очередь для Питера, — Томас пересаживается на диван и осторожно касается плеча Тони, — я позабочусь о нём. Назначу очень хорошие препараты, буду много беседовать с ним. Обещаю, я найду способ ему помочь, но сначала я должен побеседовать с ним.       — Да, хорошо, — соглашается Старк, — он на базе, я отвезу тебя.