Мой парень не существует.

      Мгновение. Вся наша жизнь построена на мгновениях. Это может быть самый обычный ромашковый чай, который ты выпил, когда умерла твоя собака. Ты запомнил именно момент с чаем, лишь мы забыть о самом главном. Но иногда очень полезно забывать. Как хорошо, что боль со временем исчезает, оставляя после себя лишь вязкий осадок, который ты сам иногда тормошишь в своей памяти. Вся жизнь прекрасна, но порой она бывает однотонной, тогда и появляются важные отрывки в жизни. Что-то, что заставило улыбаться тебя ярче некуда. Особенно это становится прекрасным, когда ты можешь сжимать руку любимого человека. Ты чувствует, как вы разделяете эти прекрасные моменты, ты понимаешь, что он чувствует тоже самое, что и ты сейчас. Возможно, мысль о то, что ты здесь — это прекрасно, — придет не сразу, но ты почувствует, как это было важно. Сейчас ты просто наслаждаешься моментом, ощущая себя самым счастливым, и чувствуя, самый трепетные чувства, которые существует. Ты просто живешь — моментом.       Уилл прыгает вместе с толпой, поднимая руки высоко вверх, крепко держась за Майка. Различный свет, постоянно мельтешение, бесчисленные голоса, но это не важно, ведь все сосредоточены на сцене. Стоять под открытым небом, кричать слова любимой песни, так, что горло может болеть, но не важно, потому что просто хочется кричать и смеяться. Смеяться от счастья, от эмоций. Уилер рядом — очень близко, прижимается к нему, так что он может услышать его дыхание. Нет ничего лучше, чем чувствовать вибрацию под ногами из-за разбушевавшейся толпы.       Концерт закончился, толпа аплодирует, медленно расходится, но адреналин продолжает стучать в крови. Хочешь просто кричать о том, как ты счастлив. Эмоции — это действительно то, что делает нас людьми, дает нам много впечатлений, это и есть — настоящая жизнь. Уилл несдержанно целует Майка, но так быстро, что получается куда-то в щеку, потом в подбородок, на что парень смеется, сам уже целуя Байерса в губы. Уилл бьет Майка по спине, когда тот углубляет поцелуй, на что Уилер заливается смехом, тем самым прервав поцелуй. Уилл смотрит на него с прищуром, по доброму, и тянет чуть дальше от всех этой большой группы людей.       Этот город очень красивый. Не так, как Нью-Йорк, но видны отличия от Хоукинса. Здесь люди выглядят более смелыми и раскрепощенными, словно знаю, что могут делать все, что захотят. Можешь бродить по ночным улицам, думать о своем, а можешь гулять с громкими компаниями, и никто ничего не скажет, ведь здесь все чужие. Немного грустно, зато ты легко сможешь затеряться, легко сможешь почувствовать, что ты свободен от устоев, которые приняты обществом. Ты больше сможешь не стеснять своего тела и не думать о том, что неправильно любить того человека, который не вписывается в нужные рамки.       — Твой веснушки так похожи на созвездия. Я готов расцеловать всю твое лицо, — шепчет Уилл Майку, после чего оба замирают смотря друг другу глаза.       — Врешь. Я просто урод. — усмехается Уилер.       — Майк, ты не такой, как все! — возмущается Уилл.       — Не говори этого. Я просто очередной псих. Я не шучу… — насмешливо произносит Майк. — я просто больной ублюдок. Уилл, лучше тебе держаться подальше, а то я и тебя убью, — Байерс не отвечает на провокации. Подходит к своему другу, прижимая к себе, который безжизненно обнимает его ответ. Костяшки пальцев белеют от напряжения, когда Уилл держит Майка за толстовку.       — Помнишь, что я сказал тебе, когда сильно напился? — спросил Уилл, на что Майк отрицательно замычал, сильнее прижимая к источнику своего любимого тепла, — я сказал, что твои веснушки похожи на созвездия, но я не сказал кое-чего еще… я хочу зацеловать все эти созвездия…       Байерс резко дергается, смотря на Майка с широко распахнутыми глазами. Сердцебиение так резко учащается, а голову начинает ломить, словно он только что вынырнул на поверхность, после долго прибывания под водой. Уилер смотрит на него испуганно. У него трясется нижняя губа, и маленькая слегка стекает по щеке. Уилл сглатывает вязкую слюну, отступая от Уилла назад.       — Майк, ты что-то вспомнил? Все хорошо… я тоже, ничего же страшного… Ты нормально? — Уилл действительно старался говорить уверенно, но слова путались. Запах выхлопных газов оседал в легких, а шум машин отдавался эхом. Он пытался игнорировать тихий звон в ушах.        Уилер облокотился о стенку и прикрыл глаза, тяжело дышал. Уилл тут же схватил его за руку, но Уилер резко вырвался, посмотрев с ненавистью. Байерс так и застыл. Теперь они стояли в полной тишине. Уилл скользил по Майку беглым взглядом: маленькая капля пота текла по виску, футболка была помятая, скорей всего, потому что он слишком рассеянный и забыл её погладить, а руки у него сжимались в кулаки, отчего вины вздулись, как и вена на шее, отчего его лицо стало чуть грубей. Уилл продолжал бегать по нему взглядом, словно хотел что-то так найти, но резко остановился, встретившись с пронизывающим взглядом Майка. Таким, словно он ненавидел его, жаждал уничтожить, отчего у Байерс пробежал холодок по спине, но когда они продолжили так стоять, а нижняя губа Майка дрожала, словно он хотел что-то сказать; Уилл не сдержался и сильно вцепился в него, прижимаясь со всем силой, впечатывая их обоих в стену.       — Скажи, что ты вспомнил… — голос у Уилла продрогший. Майк смотрит расфокусированно, медленно кладет свою руку на плечи Байерса, отодвигая его от себя. Уилл смотрит так долго на пустой взгляд Майка, что не выдерживает. Слезы предательски скатываются по щекам. На Уилера это действует резко. Он быстро берет руки Уилла в свои, сжимая.       — Все хорошо… прости… — обеспокоенно говорит Майк, вытирая слезы с любимый щечек. Волосы приводит в порядок, и проходит бегло пальцами по губам, зависнув на них всего на пару секунд.       — Ты сам скал, что прошлое ничего не значит, но почему ты оттолкнул меня, если это так, — истерично спрашивает Уилл. Они оба сейчас в истерике, держаться до последнего, но оба уязвимы, отчего любое слово может ранить.       Майк истерически смеется, склонившись над трупом бедной девушки. Кровь стекает по лицу, вытекая из головы. Незнакомая девушка, квартира, его кровавые руки и труп. Безжизненное тело, которая он держит в руках, а в другой держит статуэтку. Награда за победу на фестивале поедании тортов — Эмили Уилсон. Каштановые волосы, которые потемнели от крови и темно-зеленые глаза, которые были распахнуты в немом испуге.       Все двигается так медленно. Уилер отползает от тела, и в туже секунду появляется Уилл. У того глаза красные от слез, от хватает девушку, трясет, а затем останавливается, резко поворачивая голову в сторону Майка. Смотрит с презрением, отлетает в противоположную сторону ванны, не переставая смотреть на труп.       — Зачем ты её убил?

***

      Домой они возвращаются молча. На часах шесть утра, когда они возвращаются в родной город. Майк устало прикрывает глаза, откидываясь на сиденье машины. Байерс лежит, смотря на него полузакрытыми глазами. Он так и не смог уснуть за всю ночь. Они припарковались у дома Уилера, и теперь сидели в машине. На дорогах можно было уже заметить людей, в основном, это очень ранние пташки, которые занимаются своим телом и собакой. Байерс тянет свою руку, аккуратно поглаживая Майка по волосам, тот расслабляется, и открывает глаза, смотрит.       — Майк, ты кого-то убил? — спрашивает совсем тихо Уилл. Майк лишь грустно улыбается. — можешь не отвечать… я не знаю точно, что случилось, но по моим воспоминаниям… ты сказал, чтобы я не приближался к тебе, а то тоже убьешь… — Уилер смотрит на него стеклянно.       — Думаю, что это я тебя столкнул с обрыва, — Уилл замирает, рука дрогает, но он тут же берет себя в руки.       — Ну и… — начинает Байерс, но его резко прерывает.       — Не говори, что это не имеет значение. Имеет и достаточно большое, учитывая, что ты мой лучший друг и парень. Мы ничего не помним друг о друге… Ты узнал, что я убил, а потом я тебя тоже убил. По твоему это смешно? Думаешь, что будешь в безопасности? Как только мне предоставится возможность — я убью тебя. — оба замирают. Майк раздувает ноздри, — взгляд бешеный. Байерс моргает пару раз, а затем кивает.       — Хорошо. Сделай это, если действительно хочешь, если нет, то мы поговорим чуть позже. Майк, запомни, — ты не один. — Уилл смешно целует его куда-то в кончик губ, и выходит из машины.

***

      Байерс заходит в дом, где тут же смолкают голоса. Он сразу же их узнает. Стоит пару секунд, а потом слегка улыбается, проходя на кухню. Мама сидит на стуле, нервно покуривая, а Джонатан держал Нэнси за руку. Уилл слегка им улыбнулся и подмигивает. На кухне продолжила стоять угнетающая тишина.       — Прекратите так на меня смотреть, — спокойно сказал Уилл, — мам, я же написал, что утром приеду. Не вижу проблемы. Никто никогда не переживал, если Джонатан отдыхал или работал ночью.       — Ты не я. — ответил Байерс-старший.       — А что со мной? — Уилл не понравилась подобная формулировка. Он очень близок с братом и не хочет ссориться, — Я какой-то не такой? Я ненормальный, что вы не можете мне довериться? — Джонатан отрицательно качает головой, вставая, и подходя к Уиллу.       — Нет, Уилл, ты в полном порядке. Но ты же знаешь, что можешь быть не в порядке.       — Знаю. Знаю, что плохие воспоминания могут потревожить мою психику, хотя сейчас уже маловероятно, ведь я готов вспомнить. Я хочу вспомнить, чтобы это не было… — Уилл немного молчит, а затем спрашивает, — вы ведь не знаете, что случилось.       — Нет, мы не знаем, кто тебя столкнул. И мы не знаем, что двигало этим человеком, и что между вами произошло до того, как ты упал… Хотя я думаю, что проблемы начались раньше, чем ты оказался у обрыва… — ответил Джо. Уилл кивнул, боковым зрением смотря на Нэнси, которая поджала губы.       — Спасибо за честность. Не переживайте за меня. Вряд ли меня попытаются убить еще раз… Я пойду, очень устал, — никто не стал ему возражать.

***

      Это безумно неловко. Уилл совершенно не знал, как так получилось. Правда понимал, что сам все устроил. На улице сегодня ночью достаточно тепло, но Байерс все равно мерзнет, хотя может это из-за того, что ест мороженое. Это единственное, что пришло ему в голову, когда он звал Майка. Конечно, оба понимали, что пришли сюда поговорить. Майк доедает мороженное и скрещивает руки, пристально смотря на парня. Уилл не спешит доедать и оттягивает момент, правда Уилер не колеблется и начинает разговор.       — Я догадываюсь, что ты хочешь мне сказать. Нет, Майк, это не ты. Это просто не можешь быть. Я уверен, что ты просто оказался на месте убийства, а я не все так понял тогда, — говорит Майк, пытаясь пародировать его голос. Байерс недовольно смотрит, тоже доедая лакомство. Уилл не сдерживается и со всей дури бьет Майка по спине, отчего тот гнется прямо на скамейке. Шипит, но ему не дают ничего сказать.       — Молодец. Я рад, что ты так хорошо меня знаешь. Я почти ничего не знаю. В моей голове всплывают различные обрывки, — наши и не наши разговоры, и из всего, тот Майк никак не отличается от нынешнего, кроме того, что тот не может сдерживать гнев.       — Так ты знаешь, — говорит Уилер, недовольно хмыкнув. — да, я не могу сдерживать свои отрицательные эмоции. Первое время родители думали, как и я сам, что это из-за подросткового возраста, но всю ухудшилось. Я уверен, что никто не знает, что ты и я были там, когда умерла эта Эмили. Сейчас я вспоминая, что мой психиатр сказал мне, что у меня были резкие порывы гнева. Он так четко сказал, что такой же порыв случился, когда я тебя столкнул. Ты все еще сомневаешься, что это я… убийца?       — Отлично, ты не мог сдержать порывы гнева, почему сейчас можешь?       — Как я вспомнил, то моя психика дала сбой, а мозг сделал так, чтобы я забыл о очень яркий негативных воспоминаниях. После этого моя злоба пропала, — отвечает Майк, и между парнями повисает молчание.       — Значит, у тебя был порыв неконтролируемого гнева, после чего ты убил девушку. Звучит нормально? Что там делал я? Что вообще это за девушка, да и как мы попали к ней в квартиру? Тебе не кажется, что когда она умерла, мы бы оба находились в ней ванной, а значит, я видел убийство. Я уверен, что тогда проблем с памятью у меня не было. Ничего не выходит.       — Тогда что ты предлагаешь? — раздраженно спросил Уилер.       — Мы должны узнать все подробности об этой девушки. Если это ты, то мне нужны объяснения. — Уилл встал напротив Майк. Уилер стер слезы, улыбнувшись самому красивому парню. Байерс немного нервно сел ему на колени, лицом вперед. Уилер смотрит на него большими глаза, но тут же расслабился, поглаживая Уилла по спине.       Уилл дрожит, чувствуя, как спина покрывается мурашками из-за холодный рук. Во рту появляется привкус малины, — мороженого, которое ел Майк. Байерс жмется сильнее, краснея от того, что сидит в подобной позе. Он старается не двигаться на чужих коленях, но в итоге постоянно дергается, словно трется. Уилер отстраняется, искренне улыбаясь.       — Ты знаешь, что до жути мило краснеешь? — с издевкой интересуется Майк. Уилл недовольно шипит, целуя чужую шею. Майк смотрит на него с прикрытыми глазами, пока Байерс оставляет легкие поцелуи. — Думаю, что я начинаю догадываться чего ты захочешь, когда мы будем трахаться, — говорит Майк, тоже дотрагиваясь губами до чужой шеи. Байерс замирает, слушая эти дурацкий речи. — кажется, моя детка, любит экстрим, даже убийств не боится, но когда дело доходит до постели, то здесь нужны самые нежные ласки. — Уилер хищно улыбается, лижет место на шее, а затем слегка кусает. Байерс напрягается, как по команде. Уилл не дышит, когда Майк ставит на нем засос.       — Моя детка? — спрашивает Уилл, когда они слегка отстраняются друг от друга. Майк чмокает Байерс в губы и усаживает рядом с собой на скамейке. Уилл смущенно дотрагивается до засоса на шее.       — Только моя детка и только, когда полностью открыта. — Байерс встает и тянет за собой Майка. Они начинают идти вниз по дороге.       — Только ты мог додуматься называть меня в женском роде. — фыркает Уилл.       — Ты не сказал, что против. — Майк смотрит хитро, беря своего парня за руку.       — Только когда мы наедине, — Уилл краснеет от собственных слов. Господи, он только что прописал себе приговор.       — Ты же понимаешь, что в нашем случае, наедине — это всегда. — Майк так гаденько улыбается, что Уилл бьет его в плечо. Байерс недовольно смотрит, а потом начинает бежать, от чего Уилер стонет, потому что у него начинают болеть ноги из-за дурацкой привычки Уилл, которые всегда бегает, когда его переполняют эмоции. Майк устал, но ничто не придают так сил, как теплая рука Уилла и его смущенная улыбка.

***

      Они сходили до магазина, где часто бывали ночью и ненавязчиво спросили продавца про убийство. Он сказал, что конечно знает о бедной девушке, которую убили статуэткой. Убийца не пойман, правда, говорят, что это был её парень. Немного страшно, что убийца живет в их маленьком городе, а значит они точно встречались. Тот парень, её парень, отрицал, да и мало кто верил в его виновность, когда узнали, что в тот день спал с другой девушкой. Немного неприятно, ведь это измена, но у него точно есть алиби. Убийство было больше года назад, сейчас она пока открыто, хотя родители убитой и не настаивали на расследовании, что очень было странно. Их семья не очень обычная. Они часто переезжали, а в их городе были не долго. Мать художница, а отец работает где угодно, так как без образования. Зацепок никаких нет. Она ни с кем не общалась, только в школе, да и только на уровне — знакомый. Некоторые утверждают, что она гуляет, что очень странно. Продавец недовольно посмотрел на Майка и Уилла, которые тоже заявлялись вместе, но потом подмигнул, сказав, что не собирается говорить про их отношениях. Больше они ничего не узнали, а Майку пришлось сильно краснеть, когда мужчина сунул ему в карман презервативы, шепнув на ухо, что у него классный парень. Уилл ничего не слышал, поэтому удивился, когда Майк схватил его, и они вылетели из магазина.       — В итоге мы ничего такого не узнали, — подытожил Майк.       — Мы узнали, что она часто гуляла ночью. Это сказал, кто видел её, но он мог не говорить, что она была с кем-то. Может, у неё был знакомый, которого никто не должен знать? — предположил Уилл. Майк задумался.       — Кажется, я слышал об этой семье. Они живут в паре кварталов от моего дома, а ближайший круглосуточное заведение — «Lusr».       — Это же стриптиз-бар. — Майк положительно кивнул.       — Думаю, что она могла туда заходить, хотя она была тихоней… — Уилер поиграл бровями для Уилла, — хотя все мы знаем, какие бывают тихони, да, детка? — Байерс только на это фыркнул и тут же пошел в сторону стриптиз-бара.       На удивление их туда пропустили без проблем. Правда охранник посмотрел на них, как на уродов каких-то, хотя это могла быть из-за того, как мужик видел, как они спешно чмокнулись, прежде чем подойти в зданию.       Внутри оказалось достаточно просторно. Это заведение работала не каждый день, да и в частности сюда приходили мужчины постарше, которые хотели переспать со стриптизершами. Уилл немного смущенно посмотрел на полуголых девушек, но тут же отвернулся, направляясь к бару, куда и Майк. Он бегло читает бейджик бармена — Стив Фортескью. Он не поднимает на них взгляд, продолжая протирать стаканы, но говорит:       — Алкоголь несовершеннолетним не продаем.       — Мы не за этим здесь, — отвечает Майк, и тогда мужчин смотрит на них. Он оказывается достаточно молодым, может чуть старше Джонатана. Его лицо остается спокойным, но взгляд кажется заинтересованным. — мы хотели спросить про Эмили Уилсон. — мужчина так же смотрит не проницательно, но надавливает на стекло чуть сильней.       — Думаю, что вы ничего не знаете, но я скажу — она работала здесь моей помощницей… Ужасная смерть… — говорит безэмоционально Стив.       — Может вы знаете чуть больше, чем вы только что сказали? — спрашивает Уилл, отчего мужчина тут же ему улыбается.       — Только то, что она шантажировала тебя, — отвечает Уилл Стив. Байерс распахивает глаза. Как это? Майк хмурится, заслоняя собой растерянного Уилла. Уилер тоже улыбается.       — А поподробней?       — Вы же не отстанете? — устало спрашивает Стив, правда больше для себя. — она угрожала Байерсу, что расскажет своему парню — Тому Хесли, что Байерс украл у него что-то. Я не знаю, что именно, но ты же должен знать? Это было что-то ценное для Тома, но ты взял это, а она видела. Было бы правильней тебя подозревать в её убийстве, чем Тома, но дело в том, что Том постоянно злился и часто бил Эмили… А незадолго до её смерти, я слышал, как они ссорятся и то, что Том узнал, что Эмилия знает, кто забрал это вещь, но она отрицала… Что было странно, раз она угрожала тебе, Уилл. — говорит Стив, смотря на Уилл, который показался из-за Майка.       — У Тома ведь есть алиби? Подтверждено, что он был с другой девушкой. — строго спросил Уилер, на что мужчина утвердительно кивнул.       — Это правда. С одной из наших стриптизёрш — Клариссой. Она недавно освободилась. Думаю, что вы сможете с ней поговорить, если она не откажет, — Стив указал на дверь, которая была для персонала, — она там, только будте любезны постучаться, ведь она переодевается. — парни положительно кивнули. Стив помолчал немного, а потом окликнул их.       — Не знаю, но может это важно… Когда после ссоры, я спросил, почему она ничего не сказала про Байерса, то она ответила, что Уилл хороший и правильно сделал, что украл, а Том должен гнить в тюрьме… Том порой вообще был странный. Постоянно называя Эмили — Сьюзи, оправдывая, что так звали его младшую сестру, а я знаю, что у него нет младшей сестры…       Уилл нахмурился, чувство тревоги не давало покоя. То, что он сейчас услышал — было важно? Или этот Том был просто странным? И что за вещь он сам украл, из-за чего Том должен гнить в тюрьме? Майк поблагодарил мужчину и они пошли к Клариссе. Та уже была одета, и стояла закрывала дверь в гримерку, собираясь уходить.       — Извините, вы Кларисса? — миловидная девушка кивнула. На ней был яркий макияж, который слишком сильно бросался в глаза, но одежда была повседневная. У неё были очень красивые светлые кудри, явно натуральные. — мы спросить про вас и Тома. Правда, что в тот день, когда умерла Эмилия, вы были действительно вместе? — девушка немного занервничала, поэтому тут же начала защищаться.       — А кто вы такие, чтобы спрашивать меня о таком? — с вызовом спросила она. Майк недовольно посмотрел на неё, но Уилл тут же влез, приветливо ей улыбаясь.       — Извините, что спрашиваем о подобном. Знаю, что неприятно говорить о смерти. Но я думаю, что вы бы могли нам помочь. Эмили была нашей знакомой, — сказал Уилл, намекая на себя и Майка, — просто, вы уверены, что Том был с вами? — Кларисса тяжело вздохнула.       — Знаете, после смерти Эми я долго думала. В тот день, когда я переспала с Томом, то сильно себя винила. Полиция допросила меня, и конечно, я ответила, что мы были вместе. Когда прошло время, то я вспомнила, что эксперты сказали, что Эми умерла часов в семь вечера… А потом я вспомнила, что с Томом мы должны были встретиться в семь, но он опоздал почти на два часа. Сейчас я упорно об этом думаю. Но я уверена, что это не Том, ведь он очень добрый, он даже собакам всегда сочувствует. Он точно не такой человек.       — Вы все еще общаетесь с ним? — спрашивает Байерс. Кларисса отрицательно качает головой.       — Мне нужно идти. — девушка прошла мимо них, а потом добавила, — и еще, он был просто помешан на имени — Сьюзи. Я не знаю почему, но он просто иногда бредил. И ладно, если это имя неразделенной любви или что-нибудь в этом роде, но раз я слышал, как он поедал курицу, говоря при этом — Сьюзи. Выглядело и звучало так, словно он представляет каждый кусочек, словно это Сьюзи. — больше ничего Кларисса не сказал. Молча ушла, оставив еще больше загадок.       Майк и Уилл вышли на улицу. Говорить начали только, когда отошли на приличное расстояние от здания. Байерс кусал ногти, нервно ходя из стороны в сторону, при этом быстро говоря:       — Итак, мы знаем, что я что-то украл у Тома Хесли, а Эмили все знала и шантажировала меня. Эта вещь была очень важна для Тома, но Эмили не захотела, чтобы он забрал это. Может это было письмо, плохое письмо, из-за чего его могли посадить. У них были не самые хорошие отношения, поэтому понято, почему она хотела избавить от него, правда не в прямом смысле. Он же решил избавиться от неё по настоящему, чтобы она ничего не взболтнула. Тогда правильней было бы убить и меня? Может он и хотел это сделать, поэтому я был в квартире Эмилии? Мы могли встречаться, а Том нас подкараулил. Тогда снова вопрос: что ты там дела? Как ты вообще с этим связан? И мне не дает покоя — Сьюзи! — раздраженно говорил Байерс, при этом иногда останавливаясь, а иногда делал быстрые круги. Майк сидел на скамейке, внимательно смотря куда-то вдаль.       — Может никакая Сьюзи не имеет значение?       — Может! — Уилл продолжал злиться.       — Эмили училась в моем школе, Том тоже там учился, но перевелся. Может мы были знакомы с Томом? Но вопросов меньше не становится от этого… Думаю, я мог бы поинтересоваться у старшеклассников. Том ведь старше нас на год? Его могу помнить. Эта Сьюзи может просто девчонка, с которой он расстался и ненавидит. Нужно расспросить об этом поподробней…       — Нужно сходить в кафе. Она работала ночью, а значит могла захотеть поесть. Кафе на окраине города единственное, которое работает круглосуточно. — Уилл тяжело вздохнул, соглашаясь.       Приятный ветер скользил по коже, снимая напряжение, унося все заботы. Асфальт слегка блестел после дождя и от него шел некий запах, который оседал в легких чем-то обволакивающим, а одеколон Майка щекотал нос, но хотелось вдыхать его до обморока. Его был запах хвои, тот самый, что у деревьев в их лесу. Руки сами тянутся к теплу. Уилл обнимает Майка, вжимаясь в него. Тот мягко улыбается, прижимая маленького лисенка. Объятия дают множество чувств. Именно то чувство, где нет страсти, там где она не нужна, ведь ты может быть счастлив без огня между любимым. Лишь поглаживания по голове и чмоки, которые радуют больше, чем долгие поцелуи. Уилер быстро лизнул щеку Уилла, от чего тот поморщился, засмеялся, и тут же начал вытирать чужие слюни, говоря, как это отвратительно. Байерс вытер свою щеку рубашкой Майка, отчего тот закатил глаза, но спорить не стал.       — Ты ужасен, — сказал Уилл, но в голове проскользнуло счастье.       — Тебе придется потерпеть, потому что я не отстану.       — Конечно. Я закопаю тебя, если это сделаешь. Мы собираемся доказать твою невиновность. Мы сделаем все сами, раз родные не хотят нам помогать. — строго изрек Байерс.       — Согласен. Не хочу ни с кем делить тебя. Особенно с ребятами. Они сказали мне, что ты умер, а ведь знали, что это бред. — недовольно протянул Уилер.       — Ага. Я вспомнил их, правда, не чувствую, что мы близки. Чувство, словно они какие-то люди, моих знакомых, которых я знаю.       — Не переживай. Все будет хорошо. Мы сможет общаться нормально, когда разберемся со всем, — нежно произнес Майк, пригладив волосы Уилла. Байерс кивнул, утыкаясь в чужую грудь.