Как быть

      Драко был зол. На всех. Опять. Но больше всего на себя, и на Поттера. На себя, за то, что так отчаянно надеялся на Поттера, который развеет его страхи о возвращении Темного Лорда. Он даже сам себе не признавался, как сильно его напугала ожившая метка. На Поттера, за то, что тот почти смог убедить Малфоя в безосновательности паники. Почти, пока не ляпнул «Но если она вновь тебя потревожит, скажи, хорошо?», а ведь Драко уже, с облегчением, выдохнул, обругав себя в душе слабаком и дураком. И вот, нате вам. Ну, что стоило очкарику заткнуться до этой фразы? Перескочить на другую тему до того, как Драко снова замрет от ужаса, понимая, что великий герой, только, что допустил возможность невозможного.       Кстати, перескочил на другую тему. Малфой скрипнув челюстями, кинул очередной взгляд, сквозь верхнюю щель библиотечной полки. Вот, она тема, на которую перескочил Поттер. Лохматая, собранная, вся в написанном. И рядом Блейз, смотрит на нее, не сводя восхищенного взгляда, иногда что-то тихо поддакивает, кидается за очередной книгой и довольно быстро находит нужный материал, а потом снова облокачивает голову на, согнутую в локте, руку. Драко злился и на них. И снова на себя, за то, что стоит тут и украдкой наблюдает. Ни черта Поттер не понимает. Сказал, держаться от Грейнджер подальше, сейчас она опасна даже для себя. Сказал, что ей никогда не удавалось построить отношения ни с кем, и результат этого разрушенная дружба, которая прошла через такие встряски и не сломалась, а тут пожалуйста, не выдержала и пары месяцев отношений. Драко попробовал отбрехаться, мол, это чушь и плевать на нее ему, но Поттер только усмехнулся, добавив, что и Малфоя Грейнджер сметет, что теперь Гарри переживает за Драко, это ж надо! Что все, что сейчас она творит, это назло Рону. И рассказал про шестой курс и Макллагена. Драко закусил нижнюю губу, может и вправду, назло рыжему, иначе она бы так равнодушно его не игнорировала. Похотливая сучка и все. Вот сейчас и Блейза завлекает своими кудрями, то и дело поправляет их. И улыбается. А вот Драко она не улыбалась, ни разу. Вот потеха, Блейз использует ее, пытаясь повысить свою значимость, Грейнждер использует Блейза, пытаясь насолить Уизли. Так какого лешего, здесь делает он, Драко Малфой, собственной персоной? Шпионит за этими двумя лицемерами, строит догадки, что сейчас делает вторая рука Блейза под столом? Стало противно. И как мантра «Да, пошли они все», после чего Драко уходит, стараясь не шуметь, и не обернуться. Гермиона быстро шла по темному коридору. Прошло больше двух месяцев с окончания войны, а она все равно боится темноты. Изо всех сил старается не оглядываться, и не сжимать так сильно палочку. И зачем отказалась от предложения Блейза, проводить ее. Показалось, что за полками, в библиотеке, мелькнула белобрысая макушка, и все она как на иголках, постаралась поскорее избавиться от Забини, сославшись на головную боль, пообещав доделать завтра. Хотя он так хорошо ориентировался, где и что можно прочесть, что невольно Гермиона заподозрила — помощь с эссе всего лишь предлог, это не понравилось девушке. Гермиона не любила, когда ее использовали, и когда ей врали. Зачем Блейзу это? Но сейчас это не главное. Хотелось поскорее вернуться в гостиную. Быть может, еще можно как-то исправить вчерашенее? Раз пришел в библиотеку, может ему и не так уж все равно? Гермиона легонько толкнула дверь и тихо вошла в гостиную старост. Никого. Сожаление волной окатило девушку, угрюмо потопала к лестнице. Может ей показалось, и это вовсе не был Малфой? Мало ли блондинов в школе? Таких мало, как ни крути. Его волосы имеют настолько нереальный светлый тон. Но и в библиотеке свет мог обмануть ее, сыграв шутку, показав, то, что она хотела. Дура, дура, Грейнджер. Из огня, да в полымя. Точнее в ледяную воду глаз слизеринца. Мало ей проблем с Роном, видимо.       Девушка уже протянула руку к двери, в свою комнату, когда глаз зацепил на площадке галстук, мирно лежащий возле двери Драко. А следом послышался протяжный стон, так напомнивший запретный туннель с Уизли и Патил. Галстук был канареечно-желтый. Утро началось рано. Гермиона хмуро сидела в гостиной, сложив руки на груди и ждала. Вчера она поставила полог тишины на свою комнату, и не слышала, что происходило в комнате Малфоя, не слышала ушла ли загадочная пуффендуйка, но отчаянно надеялась, что нет. Хотелось узнать, кто она. Зачем? Этого Гермиона не понимала. Как и не понимала, почему ее это так расстроило, как получилось, что она переключилась на Малфоя? Не заметила, хотела, только от Рона отвлечься. Сверху раздались шаги, одиночные, еле слышные. Так ходил только он. Значит ушла пуффендуйка. Гермиона подскочила с кресла, метнулась к двери, и нарочито громко ей хлопнула. Взлохматила волосы. Потянулась руками к галстуку, ослабляя его, чтобы в нужный момент снова затянуть. Драко, тихо насвистывая, спускался на завтрак, до уроков еще куча времени, хотелось увидеться с Ханной, проверить, не станет ли она снова избегать его. Вчера она ждала его у двери в башню старост. Лучезарно улыбнулась, протягивая книгу, по защите от темных искусств, попросила помочь с парализующим заклятием, которое никак не выходило. Драко едва не рассмеялся от такой примитивной лжи. Но, раз сама пришла… Тем более с парализующим можно так хорошо развлечься. Проверено на Грейнджер. Грейнджер… Он услышал, как хлопнула дверь, когда уже почти спустился в гостиную, а следом его глазам предстала взлохмаченная, больше обычного, Грейнджер, лихорадочно завязывающая галстук и поправляющая скрученную юбку. Драко застыл, глядя на бывшую примерную ученицу, не ночевавшую в своей спальне. И вот, злость тут как тут. Где эта дура ночевала?! С…Блейзом?  — Ой, — пискнула Гермиона поднимая взгляд на застывшего Малфоя.  — Где ты была? — он даже не пытался скрыть злость. Гермиона с удовольствием отметила гневные нотки в голосе. Может она и по-детски поступила, но зато пусть и ему будет не приятно. А ему неприятно, иначе с чего бы ему злиться. — А твое какое дело, дай пройти, мне нужно взять учебники. — вздернула нос и попыталась протиснуться мимо, с замиранием сердца ожидая его действий.  — С Блейзом? — Драко схватил ее за локоть, рывком разворачивая к себе лицом. — Что? — Я видел вас вчера, в библиотеке, — Драко презрительно скривил губы, — что грязнокровка, понравилось, как он шарил у тебя под юбкой, под столом? Что снова была чем-то расстроена и нужно было отвлечься? Я же говорил, обращайся. Он так выплюнул свою тираду, как будто она жгла ему язык, а в глазах только презрение к ней. — Ты, маленькая шлюшка, и знаешь, не стоит обращаться ко мне, такие как ты мне противны, я был о тебе лучшего мнения, — и он оттолкнул ее от себя, как что-то грязное, не нужное. Вот тебе и проучила, Гермиона. Слезы обиды за несправедливые слова, за вчерашнюю ночь, покатились по щекам, но Малфой уже отвернулся, не видя их. — Да пошел ты, придурок, — голос предательски дрогнул, — шлюха из нас ты, вечно таскаешь сюда, кого ни попадя. Гермиона взбежала в комнату, в которой сегодня провела не самую лучшую ночь в своей жизни, представляя, что сейчас делает Малфой с той, другой.  — Ненавижу тебя! — это было последнее. Что услышал Драко, перед тем как она хлопнула дверью. Хорошо, что ушла, еще бы чуть-чуть и он бы задушил ее. Размазал по стене, за то, что она такая шлюха, за то, что ее запах снова в его легких, зато, что спала с его лучшим другом. Прав, Поттер, держаться подальше от нее. Драко саданул кулаком по спинке дивана, но удар получился смазанный, его взгляд успел выхватить ярко –желтый галстук, аккуратно сложенный, и лежащий на журнальном столике перед диваном. Малфой нахмурился. Он лично провожал Эббот до двери, и галстук они найти утром не смогли, она ушла без него, попросив отдать, как найдет. И вчера они были слишком заняты, чтобы она так аккуратно сложила злосчастный галстук. — О, черт. — Драко запустил руки в волосы, пропуская их через слегка сжатые кулаки. Потребовалось пару секунд, прежде, чем, он сорвался с места и кинулся на поиски Блейза. Гермиона сидела спиной к слизеринскому столу, но все равно чувствовала, что он смотрит. Хорошо, что сегодня нет общих уроков. Она не знала, как бы себя вела, окажись они рядом. Конечно, она сама создала такое впечатление, что только что вернулась утром, но никто не давал ему права так с ней говорить. Гарри, видя, как расстроена подруга попробовал узнать, что и как. Тем более видя хмурый взгляд Малфоя, которым он ел Гермиону. Но Грейнджер отмахнулась. Даже Джинни потерпела фиаско, пытаясь узнать хоть, что — то. — Слушай, Герм, а пошли в хогсмит? Давно не сидели в трех метлах, развеемся? — Гарри решил зайти с другой стороны. — Что? — оторвалась от своих мыслей Гермиона, и озадаченно взглянула на друга, — А, да, давай сходим. Гарри не понравилось, как безразлично она произнесла это. Малфою придется объясниться. Драко не знал как исправить, то, что натворил. Блейз сразу сказал, что Грейнджер сбежала с библиотеки примерно в полдесятого и больше он ее не видел. Поттер обещал начистить ему рыло, как только придут в Хогсмит, подальше от все видящего ока Макгонагалл. Не забыл, сволочь, добавить «А я говорил».  — Слушай, сейчас с ней говорить бесполезно, дай ей время отойти, от твоих слов, — посоветовал мудрый Гарри. Драко только хмыкнул, идея встретиться с ней в трех метлах, куда Грейнджер и Джинни уже ушли, ему не нравилась. Но попытка поговорить наедине - совсем сумасшествие. Ну что бы он ей сказал? — Да, наверное, ты прав, — согласился с Поттером, бред конечно, но постараться вести себя как ни в чем не бывало сейчас, наверное, лучше всего. При свидетелях, может, она и не пошлет его. А он постарается взглядом показать раскаяние. Хотя, где все-таки она пропадала всю ночь, после того как нашла этот галстук… Так, потом, это подождет. Может она была у Полумны, например. И почему он сразу подумал, что с кем-то из парней? Идиот. Но, она расстроилась, явно, когда узнала, что он не один. Это подняло настроение. И Драко эгоистически улыбнулся, совсем не подумав, что же чувствовала Грейнджер.