Тупые мужики

— Тупые мужики… Вэгги всегда была ворчливой. Даже при жизни. То солнце светит не так, то дождь идет, то тупые мужики, которые обласкивают похотливым взглядом, трогают грязными руками и… — Тупые! Мерзкие. Гадкие. Отвратительные. Они никогда ей не нравились. А уж когда она начала работать — подавно. «Профессия мечты! Быстрый заработок! Карьерный рост! Мы ждем только тебя!» Кричало объявление, быстро налепленное на обоссаную стену старых апартаментов, в которых ей приходилось ютиться с матерью-алкоголичкой, маленькой сестрой и… в общем-то все. Отца она никогда не видела, а мать плотно вдолбила в ее юную голову, что он был мерзким, гадким и отвратительным. — Они все такие, дорогая! — шептала мама, обдавая ее стойким перегаром. — Все. Так что… ей было просто некуда деться. Объявление было заманчивым, мать — пьяной, а сестренка вечно голодной. А Вэгги была попросту глупой. Поэтому тем же вечером она отправилась по указанному адресу за мечтой и «легкими деньгами», как гласила корявая приписка красной краской. А вернуться удалось только под утро: сломанной, немного избитой из-за того, что слишком долго сопротивлялась и уже не маминой хорошей девочкой. Согревало лишь одно — деньги, которые вспучивали карманы старого ситцевого платья, которое перешло к ней с маминого плеча и то лишь потому, что та в какой-то момент слишком сильно располнела. Легкие деньги оказались не такими и легкими, как гласило объявление, но с этим можно было справиться, ведь возвращаться обратно она не собиралась. По крайней мере, она всерьез об этом думала, пока не пришла домой. Грязная и в кровоподтеках она устало опустилась на узкую кровать, тут же засыпая. А потом так же резко проснулась, когда получила удар по лицу. — Что?! — тут же вскинулась она, шало обводя взглядом убогую комнату, в которой они ютились втроем. — Шалава! — кричала мать, хватая ее за слипшиеся волосы, стягивая с кровати. — Вот, значит, какая моя девочка хорошая! Она была не в себе: пьяная и разъяренная, она гоняла ее по всей комнате, а сестренка, сжавшись в комочек, забилась в угол и тихо сидела, смотря на все огромными, словно золотые монетки, глазами. Сидела совсем рядом с пауками, которых так сильно боялась. Мама выгребла из кармана все деньги, собралась и, отвесив последний, но самый больнючий из всех, удар по голове, закрыла их с сестренкой в комнате и ушла, грузно топая по ступенькам. А на следующий день, отоспавшись, сказала, что даже хорошо, что Вэгги, ее любимая дочурка, нашла себе занятие по душе. Тем более, что оно такое прибыльное. — Благодаря тебе мы сможем выбраться со дна, — сказала мама, поглаживая ее по плечу. — Съедем из этих трущоб, купим себе хорошее жилье и заживем! Там, глядишь, и Мэгги подрастет… Мерзкие. Гадкие. Отвратительные. Люди. Мужики. Потому что мама не может врать. Потому что они живут так из-за того, что «твой папашка, пусть черти его на сковороде жарят, нас предал». Потому что если бы не он, Вэгги не повелась на заманчивое объявление с корявой красной припиской. Потому что… — Тупые мужики! Аластор выписывал вокруг Чарли круги, сладко улыбаясь клыкастым ртом. А она — ее хорошая светлая девочка, — велась на его воодушевленные речи, невинно хлопая большими, словно золотые монетки, глазами. — Детка, что не так? — протянул Анджел, вызывающе посасывая подкрашенный лед на палочке. — Отъебись от меня, потаскуха! — взревела Вэгги, вскакивая на ноги, стремительно направляясь в сторону тепло улыбающейся Чарли. — Ой, больно надо, дорогуша! — ничуть не обидевшись, крикнул вдогонку, полностью запихивая себе в рот лед на палочке. Схватив Чарли за руку и напоследок злобно глянув на все еще улыбающегося Аластора, Вэгги утянула ее за собой в другую комнату. — Что случилось, Вэгс? Чарли выглядела обеспокоенной. Аккуратно коснувшись сероватой щеки подруги, она мягко огладила ее, заглядывая в глаза. Вэгги казалась напуганной и нервной. Ее рука, все еще сжимавшая запястье Чарли, сомкнулась сильнее, принося ощутимый дискомфорт, но это были пустяки. — Вэгги, — мягко произнесла она, приобнимая подругу за плечи. — Я не хочу, чтобы ты связывалась с ним! — горячо прошептала Вэгги, подходя вплотную к Чарли. — Я ему не доверяю. А что если он что-то сделает тебе? Уткнувшись горячим лбом в плечо девушки, она сильно зажмурилась, глубоко дыша. — Он мерзкий, отвратительный, гадкий… — шептала Вэгги, чувствуя на своих плечах крепкое объятие Чарли. Она всегда умела ее успокаивать. Смотрела так нежно и уверенно, мысленно говоря, что все не так ужасно. Касалась мягко и аккуратно, буквально заставляя своими прикосновениями вновь дышать. Говорила твердо и решительно, выметая из головы все лишние сомнения. Обнимала крепко и горячо, а уж как целовала… — Я ни за что не позволю разрушить кому бы то ни было наше детище, — тихо проговорила Чарли, прижимая Вэгги ближе к себе, мягко перебирая волосы у нее на затылке. — Никто и никогда не сможет навредить нам. Вэгги не удержалась и прижалась ближе. Чарли была так сильно похожа на… — Прости меня пожалуйста, за то, что я… — Вэгги с бульканьем втянула в себя воздух. — Я люблю тебя, — сказала Чарли, целуя ее в висок.