Психанул...

      Гарри Поттеру все надоело. Ему надоело, что друзья его не понимают, что его обвиняют во лжи и в обмане. Чтоб их Волан-де-Морт всех покусал, и чтоб того стошнило от отравления и убился окончательно.       Но последней каплей стало высказывание Малфоя. Даже не то, что вся школа считает Поттера обманщиком. Даже не после того, как Рон на него разобиделся, так как Кубок Огня выплюнул имя Поттера. Гарри прорвало после того, как высказался Малфой. Хотя чему же было удивляться? Ведь этот змей всегда цеплялся к Поттеру, издевался и не давал прохода. Гарри вроде как должен был уже привыкнуть за три года. Но…       Гарри вспылил и послал всех в пятую точку Волан-де-Морта, чтоб те смогли согреть последние отмороженные извилины в мозгах, так как то, что они были заморожены — были слишком очевидны. Если это не так, то почему все верят в ложь и терпеть не могут Поттера? Что он им такого сделал? Почему Поттер должен страдать из-за каких-то принципов и почему всегда крайний только Гарри?       Началось все после окончания монолога Малфоя, где во время такого «блестящего» повествования, выражения лица четвёртого участника турнира медленно холодело. Становилось каменным, лишаясь эмоции и превращаясь в безжизненную маску.       — Очень рад за вас, мистер Малфой, — ответил Поттер и, развернувшись, ушёл неспешным шагом. Малфой же застыл на месте от не типичности ситуации. На его памяти, такое с ним случается впервые.       На следующий день избранный магической Британии ушел завтракать раньше всех. За весь день не проронил ни слова и ни с кем не общался. Да и, в принципе, он и до этого мало с кем общался, ведь все ополчились против него. И на уроках отвечал сносно, получая баллы. Все остальное время Гарри просто сидел в библиотеке в скрытых местах, никем не замеченным. Некоторые слегка удивились, но значения не придали вовсе. Зачем? Поттер — обманщик.       Неделю Поттера никто не мог уловить. Он неожиданно появлялся в аудитории и так же быстро исчезал после занятий. Гриффиндорцы хлопали глазами и не могли понять, что происходит с избранным золотым мальчиком. Пуффендуйцы еще сильнее начали наседать на молодого волшебника. Даже Малфой понял, что что-то не так. Его жизнь резко поменяла краски на серые цвета. Он вдруг осознал, что без Поттера, Хогвартс — вовсе не Хогвартс.       Спустя еще неделю, Малфой застает разговор гриффиндорской троицы. Точнее только двоих, Поттер как обычно бесследно исчез. А ведь скоро первое испытание. Совсем скоро…       — Рональд! Как ты можешь такое говорить? Гарри — твой друг! — возмущалась гриффиндорская заучка.       — Ага, и поэтому он бросил свое имя в кубок? — со скепсисом спросил Уизли, с разочарованием смотря на Грейнджер.       — Ты совершено не прав. Гарри этого не делал. Да что вообще с тобой такое? Поговори и помирись с ним сегодня же! Он должен знать, что первое задание, — тут Гермиона слега приглушила свой голос, и Драко пришлось напрячься сильнее, чтоб услышать, — он должен знать, что его первое задание — драконы. Рон, пойми это. Ты же его лучший друг!       Малфой пораженно застыл, когда до него дошло, что Турнир трех Волшебников — это не развлекательный аттракцион. С этим не шутят. Если Поттер не подготовится, он может погибнуть!       — Гермиона, если ты не заметила, Гарри практически постоянно ходит под мантией невидимкой. И карту мародёров при себе таскает. Даже если я захочу его найти — он просто… Неужели сама не понимаешь? Он не хочет с кем-то общаться!       — Это всего лишь жалкие оправдания, Рональд Уизли, — Грейнджер начинала злиться; — от него отвернулась ВСЯ ШКОЛА, ВОЛАНДЕМОРТА ТЕБЕ В ЗАДНИЦУ!       Больше ничего не сказав, Гермиона развернулась и ушла. А Малфой, наконец, задумался над тем, каково сейчас Поттеру? Его все ненавидят. Очевидно, кроме Гермионы. Малфой подумал, что Грейнджер действительно надежный друг. И то, что она сейчас устроила — достойно восхищения. Даже от самого Драко Малфоя.       Каждый раз, когда Малфою надо было над чем-то задуматься, он забирался на астрономическую башню. Здесь думалось легче.       Каждый раз, когда Поттеру было тяжело, Гарри поднимался в башню и сидел там до посинения. Даже зимой, в морозные ночи. Но только сегодня Поттер увидел там гостя. И уже хотел было уйти, как услышал зовущий его голос.       — Поттер? Это ведь ты? Покажись, — нервно спросил Малфой, когда услышал мягкие шаги и чей-то выдох. Хотя обернувшись, он никого и не увидел, но помнил, о чем говорил Уизли, что у Поттера есть мантия-невидимка.       Гарри же, не веря тому, что происходит, уже почти бросился бежать, но два слова его извечного врага заставили Поттер остановиться       — Прости меня. Первое задание — дракон. Надеюсь, ты правда здесь…       С того дня прошел месяц. Первый турнир уже завтра и Малфой не находил себе места. Там же был Поттер в тот раз? Он же все слышал? Он же все предпринял? А если все показалось, а его тогда там не было? Малфой не находил себе место.       Участники друг за другом выходили и сражались с драконом. Бои были сложными, но они выигрывали. Да, у каждого была своя стратегия и она работала. И, наконец, выход Поттера. Малфой никогда в жизни так сильно не переживал. Сейчас, словно, будто решалась его судьба. Вот полог медленно поднимается и Драко все видит как в замедленной сьемке… И да, первым делом Поттер нашел взглядом его, Малфоя, и кивнул. И конечно же Малфой наконец вздохнул спокойно, как и Гермиона, в это же время, покачала головой. Она все поняла.       Поттер как обычно всех игнорировал и ни с кем не пытался разговаривать. Гриффиндорцы уже с ног сбились, разыскивая победителя хвостороги. Да, Гарри одолел дракона и смог заполучить яйцо, но как только вошел в палатку — сразу же исчез. И никто не смог его с того момента увидеть. Поттер снова скрылся.       — Малфой!       — Не видел Поттера? — близнецы Уизли тоже заметили переглядывание до начала боя.       — Нет.       — Как жаль,       — А мы хотели отпраздновать.       — Но наш победитель…       — Скрылся с трофеем.       — Ладно, кошмарных снов тебе, принцесса, — и эти двое скрылись практически сразу.       Поттер, как только заполучил яйцо, решил скрыться. Никто ему не помог, никто не хотел его победы. Только Гермиона и Малфой. Единственный друг Гарри — Гермиона. Она никогда его не предавала, чтобы ни происходило, всегда оставалась рядом. Но Малфой удивил. Он почему-то перестал издеваться над ним. И не потому, что Гарри начал избегать от всех, появляться только на занятиях, Гарри понимал, что тут есть какая-то причина. И вот на таких мыслях он в коридоре в кого-то врезается.       — Что за? — знакомые интонация голоса и Поттер просто на первой космической пытается скрыться. Хотя он и был в мантии-невидимке.       — Поттер! Стой!       Малфой побежал по направлению, куда примерно смог убежать этот очкарик. Тихо хлопнула дверь в класс зельеварения, и Драко удивленно зашел внутрь. Профессора Снейпа здесь нет, а значит, тут совершенно точно есть Поттер.       — Поттер, я знаю, что ты тут, выходи, — неуверенно начал Малфой. Чертов Поттер с мантией. А если это был всего лишь призрак? Что-то тихо зашуршало в шкафу. Малфой медленно подошёл к нему, стараясь не издавать ни звука.       — Поттер, выходи, — тихо произнес Малфой, касаясь ручки шкафа, но та словно намертво закрыта.       — Оставь меня в покое, Малфой.       — Поттер…       — Оставь.       — Да выходи ты уже, Дамблдоровые подштанники тебя дери! — Стукнул Малфой шкаф, но тихонько взвыл.       — Да не ори ты, Волан-де-Морт тебя задери, — огрызнулся Поттер.       — Гарри Джеймс Поттер…       — Ты чего так официально? — сипло спросил Поттер.       — Ты мне нравишься.       После этих слов, что-то позади Малфоя упало. Повернувшись, он увидел золотое яйцо дракона с первого этапа турнира. И мутный силуэт, который пошел рябью и словно завеса, открывая лицо Поттера. Он был ошарашен на столько, что уронил яйцо и мантия начала сползать.       — Приятная на ощупь, — тихо сказал Драко, поправляя мантию на гриффиндорце. Ощущения были очень странными, когда перед тобой висит лишь голова шрамоголового в очках и видны его руки.       — Ты сейчас серьезно? — хрипло спросил Поттер.       — Да. Кстати, где купил мантию? Мне бы тоже не помешало приобрести такое.       — Наследие нашей семьи, — отрешенно произнес Гарри, смотря на смущенного Драко, который никак не мог стоять спокойно, все время смотря куда-то по сторонам. Да и еще и признание.       Вдруг послышался, как открывается дверь в класс зельеварения. Гарри подобрал яйцо с пола, впихнул его на руки Драко и прижал к стене, закрывая мантией и в это же время в класс врывается злой, как тысяча дьяволов, Северус Снейп.       — Непроходимый болван! Чтоб тебя Моргана без специй зажарила и съела.       Пока Снейп ругался на какого-то пропавшего в самый нужный момент блондина, Малфой чуть не уронил золотое яйцо, но не успел он обрадоваться этому факту, как яйцо заорало как даже не знаю кто. Снейп тут же кинул невербальным обездвиживающим заклятием туда, откуда шел противный визг и просто остолбенел, когда мантия сползла с рук Поттера.       — И чем же вы тут, позвольте спросить, заняты? Мистер Поттер? Мистер Малфой?       — Мы тут, эм…       — Вы потеряли дар речи, мистер Малфой?       — Мы пришли отрабатывать наказание, сер, — дрогнувшим голосом произнес Малфой. Они все так же стояли прижавшись друг к другу, так как профессор не снял чары.       — Идите уже отсюда, и выключи свою пищалку, мистер Поттер.       Не сговариваясь, Поттер и Малфой поднялись на астрономическую башню вместе. И так же не сговариваясь, каждый занял свое место. Малфой у балкона, Поттер за его спиной. Так они весь этот месяц и проводили время, когда их посещения совпадали по времени. Правда Поттер все время был под мантией невидимкой, с чарами сокрытия запахов и звука.       — Спасибо, Малфой. Без твоей помощи я бы вряд ли справился.       — Ты ведь был в тот день здесь? Когда я говорил про дракона?       — Да, — тихо ответил Поттер, — ты правду сказал о своих чувствах?       — Да, но я ничего не…       Гарри сократил расстояния между ними и обнял со спины, прижавшись всем телом к Малфою. Кто бы знал, сколько храбрости ему понадобилось сделать это сейчас.       — Ты мне тоже нравишься…