***
Вернувшаяся из библиотеки Маргарет зашла в свою комнату со стопкой книг по ониксовой магии и собиралась уже спокойно приступить к чтению, однако её привлекло странное поведение Невермора. Сидящая на своей жёрдочке демоническая птица встопорщила перья и подняла крылья, издавая несвойственное обычному ворону шипение. — Невермор, ты чего? — Маргарет попыталась погладить его пальцем по голове, но он резко клюнул её. — Ай! Ты чего творишь, ненормальный?! Я твоя хозяйка, между прочим! — Ты не моя хозяйка, карр!! Не подходи! — В смысле?.. Как это не твоя хозяйка? Не узнаёшь меня что ли? Это же я — Маргарита. — Нет, ты не Маргарита! Я не чувствую её ауры. Ты убила мою хозяйку, карр! — Что?.. — Опешила Маргарет. — Я улетаю, карр. С тобой у меня никаких дел нет. Прощай, карр. — Прежде чем Маргарет успела среагировать, Невермор взмахнул крыльями и быстро улетел наружу через раскрытое окно. — НЕВЕРМОР! СТОЙ! — В отчаянии закричала она ему вдогонку, но было уже поздно. Его уже и след простыл. — Ну и что это за херня была только что?.. С фига ли он улетел?! Раздался неуверенный стук в дверь, от которого Маргарет аж вздрогнула. — Маргарет, можно зайду? — Оливия?.. Да. В комнату зашла гостья, почему-то держа правую ладонь на уровне сердца. — Я слышала, как ты кричала «Невермор!» Что случилось? — Он… улетел. Заявил, что я не его хозяйка и улетел. — Маргарет решила умолчать о том, что она кого-то «убила». — Улетел? — Оливия тут же встревожилась. — Может, он того?.. Сошёл с ума? — Эээ… Не уверена, что демон может сойти с ума. Ладно, зачем пришла-то? Несколько покраснев, Оливия скромно потупилась и вздохнула, нервно теребя рукав своей толстовки (интересно, откуда вообще могла взяться толстовка в мире средневекового сеттинга, мимолётно подумала Маргарет). Заговорить она решилась лишь спустя полминуты. — Ну как сказать… В общем, это самое… Кажется, у меня течка. — Ооооо… — Вкрадчиво протянула хозяйка комнаты, с ироничным прищуром разглядывая свою гостью. — Что, ебаться хочешь? Я правильно поняла? — М-Маргарет!! — Возмущённо завопила Оливия, но снова вздохнула и робко признала: — Н-ну да, получается… Слушай, а как насчёт, ну… мы с тобой? — Нет, Оливия, прости. Я не хочу. — Соврала та. — Но ты прекрасно знаешь того, кто всегда не против переспать с тобой. — Ты про?.. НЕТ! Нет! Я не собираюсь спать с мужиками, я лесбиянка! — Ох… — Маргарет сделала фейспалм и жестом велела Оливии сесть рядом на табурет у стола, сама села напротив. — Давай разложим по полочкам всё тобой сказанное… Разберём, из-за чего весь этот сыр-бор возник. Почему ты любишь Карэн? В смысле, не меня а… Ну, ты поняла. — Потому что она заботливая, нежная, энергичная и жизнерадостная! Потому что мы понимаем друг друга с полуслова. Потому что с ней мне хорошо и спокойно! Потому что она дарит мне счастье! А я хочу дарить счастье ей. — Уверенно выпалила Оливия, ни на секунду не задумавшись. — Вооооот, видишь! Ты ни слова не сказала про её красоту, сексуальность и прочие вещи, которые касаются физических данных. Что тебе мешает любить за это же Максима? — М-маргарет, ты всё пе-переиначиваешь!!! Я не… — Оливия, пожалуйста, успокойся и отвечай по существу. — Я… — Оливия замолчала и отвела взгляд уставившись в пол. Тишина длилась долго. — Он мне изменил. И тебе тоже. А ты продолжаешь делать вид, будто ничего не было. Я не могу относиться к этому также легкомысленно как ты. — Хорошо. Я поняла тебя. Попробуй посмотреть на это по-другому. Вот пока к тебе не вернулась память, ты была в курсе того, что у тебя в Глаидор-альфа были отношения с Карэн? — Маргарет, это никак не… — Отвечай на вопрос. — Безжалостно оборвала её Маргарет, несмотря на то, что из глаз Оливии уже потекли слёзы. Ей самой не хотелось так давить на свою подругу, но она понимала, что иначе никак. Если говорить с Оливией мягко, она лишь продолжит жаловаться и сваливать всю вину на Максима. Тогда она так ничего и не поймёт. — Нет. — Наконец выдавила Оливия и всхлипнула. — Пока память ко мне не вернулась, я и не подозревала, что состою в отношениях. — Пока к тебе не вернулась память, рассматривала ли ты возможность начать с кем-то отношения? — Маргарет, ты… Я ни с кем ему не изменяла! — Я не о том тебя спросила. Я спросила… — Да знаю, знаю!!! Была там одна девушка, которая мне нравилась! — Чуть не плача, выкрикнула Оливия. — Но я с ней ничего не… — А это не важно. Если тебе самой кто-то нравился и ты не считаешь себя виноватой по причине потери памяти, как ты тогда можешь обвинять в этом Максима? — Максим постоянно врал мне! Он выдавал себя за девушку, являясь на самом деле парнем! Он использовал меня, чтобы я помогла ему ужиться в Глаидоре! — Отчаянно воскликнула загнанная в угол Оливия, как бы хватаясь за последний спасательный круг. — Ты сама себе противоречишь. То говоришь, что Карэн заботливая и добрая, то теперь заявляешь, что тебя использовали. Опять же, поставь себя на его место. Представь, что ты сама очутилась в совершенно незнакомом для тебя мире, да ещё и в мужском теле. Тебя по доброте душевной приютил парень, в которого ты быстро влюбилась, но потом узнала, что он гей. Рассказала бы ты ему, что являешься на самом деле девушкой? «Ха-ха, влюбиться в гея… Этот образ я явно взяла из своего личного опыта». На этот раз Оливия не нашла что возразить и, расплакавшись от обиды, пулей вылетела из комнаты Маргарет. Последняя же тяжело вздохнула, пару минут о чём-то подумала, отрешённо уставившись в стену. Затем достала из-под кровати заныканную бутылку коньяка и сделала один крупный глоток.***
После того, как помог Агате перетащить оборудование, я развёл её на ещё одну философскую дискуссию. Точнее, на философский монолог… В основном говорила она, а я просто слушал и согласно мычал. Нет, я действительно её слушал. Вообще, мне нравится как она говорит, сразу видно образованного человека. Просто я мало что понимал, хотя и звучало красиво. Однако озвученная ей в самом начале мысль прочно и надолго засела в моей голове. Агата сказала: «Есть такое понятие — теория хаоса. Если простыми словами, это математический аппарат, описывающий поведение некоторых систем, которые внешне кажутся хаотично меняющимися. Но это не так. Теория хаоса гласит, что даже совсем крошечные изменения в сложных системах могут привести к непредсказуемым последствиям. Подобное явление известно как эффект бабочки. Например, если путешественник во времени, переместившись на сто лет назад, случайно наступит на бабочку, это событие может привести к гибели всего мира в будущем.» Но если судьба существует… Значит ли это, что её можно как-то изменить? А если да, то можно ли тогда это вообще считать судьбой? Ааааа, сложнааа… Ну не для моих куриных мозгов такие сложные размышления!***
— Бабушка, бабушка, расскажи мне сказку! Пожааааалуйста! — Ох-ох-ох, внученька, ты же ведь уже большая девочка. Неужели не можешь без сказки заснуть? — Ба, ну расскажи! — Захныкала Хлоя, недовольно барабаня кулачками по своей постели. — Ладно, ладно. Но давай договоримся так: это будет последняя сказка на ночь, которую я тебе расскажу. Тебе 9 лет, пора уже отучаться засыпать под сказки. Хорошо? — Да! Спасибо, ба! — Укрывшись одеялком под самый подбородок, девочка закрыла глаза и приготовилась слушать с улыбкой на лице. И бабушка начала рассказывать своей внучке сказку. Однажды молодая девушка по имени Глория очутилась в лесу. Она сама не понимала, как сюда попала, не помнила кто она такая. Знала она лишь своё имя. Ей хотелось плакать, но слезами горю не поможешь, рассудила Глория и стала думать, что же ей делать. Думала, думала да так и не придумала ничего лучше, как идти куда глаза глядят, чтобы выбраться из леса, пока светло. Шла она, шла, да из леса так и не вышла. А наоборот — только залезла в самую чащу. Устала Глория, проголодалась. По пути нарвала немного ягод, да ими ж разве наешься. И вот, когда уже совсем силушки её покинули, вышла она на большую опушку, а на опушке той стояла одинокая деревянная избушка. Старая, покосившаяся, заросшая мхом. Избушка та вполне могла быть убежищем злой ведьмы, но Глория решила рискнуть — всё равно уж терять нечего, авось да повезёт. Из последних сил Глория подошла и постучалась в дверь. Никто ей не ответил, однако дверь открылась внутрь сама по себе, да со страшным душераздирающим скрипом. За порогом несмотря на ярко светящее солнышко не было видно ничего кроме непроглядной тьмы. Не успела бабушка рассказать и десятой части сказки, а её внучка уже заснула крепким детским сном. Поцеловав её в лоб напоследок, бабушка сама пошла спать.***
Кто я такая?.. И что это за место? Либо же это всего лишь мой сон? Ничего не помню. Ничего не понимаю. Всё как-то размыто и если попытаться разглядеть что-то конкретное, взгляд будто бы соскальзывает, словно мыло по гладкой поверхности ванны. Как странно… Всё, что я могу различить — какие-то разноцветные пятна со смутными очертаниями, маячащие перед глазами. — Кто ты такая? — Раздался вдруг отовсюду высокий мужской, немного визгливый голос. — Хотела бы я и сама знать… Молчание длилось очень долго. Казалось, мой загадочный собеседник уже больше не станет со мной говорить, но я ошиблась. — Ты… Ты особенная. Как интересно! А почему ты такая? — Какая?.. Да не знаю я! А ты сам-то хоть кто? — Не важно. Тебе незачем знать. — Наконец я смогла среди всех этих непонятных пятен разглядеть хоть что-то осмысленное. Передо мной стоит молодой мужчина. Вернее, некий силуэт, напоминающий мужской. Кажется, у него длинные ярко-красные волосы, которые будто бы парят в воздухе сами по себе… Это всё, что я могу различить. — Да… Определённо, ты несёшь в себе хаос. Это может помешать моим планам. — Какой ещё хаос?! Что ты несёшь? И вообще, верни меня в нормальный мир! — Повезло тебе, что я ещё не стабилизировал свою форму и не могу избавиться от тебя прямо сейчас. Я верну тебя обратно, но знай: твои дни сочтены. Однажды ты сама принесёшь себе погибель — и не только себе, но и всему Глаидору. Все твои поступки предопределены… Я отчётливо вижу это. Всё, что ты сделаешь, все люди, которых встретишь — всё это вместе приведёт к одному единственному исходу. Ибо никто не может избежать предначертанной судьбы. — Я ничего не понимаю… — Все люди мира — как умершие души. Скованы общими цепями. Никогда не знаешь, чья цепь зазвонит в ответ, если потянешь за свою… — Изрёк напоследок нечто туманное красноволосый мужчина и всё резко пропало. Пропало, чтобы появился нормальный, привычный мне мир — тот самый лес, в котором… В котором мы что? Поднявшись на ноги, я первым делом осмотрела себя. Мантия синего и чёрного цветов, на голове — шляпа мага, на земле валяется посох… Вспомнила! Это же тот самый лес, где мы сражались с химерой. А меня зовут Кэтлин.