Фелиция
17 января 2024 г., 21:24
Она долго плутала одна, в кромешной темноте. Иногда ей казалось, что виден тот самый свет в конце тоннеля… Но это лишь иллюзия. Никакого света на самом деле не было. Как и выхода отсюда.
Но она всё плутала и плутала в своих бессмысленных поисках, не желая мириться с тщетностью бытия. Неизвестно, сколько продолжались эти поиски — всего секунду, месяц или столетие.
И всё же, свет она действительно нашла. Правда не тот свет, которого ожидала. Это был свет костра. Вокруг него водят хоровод бесконечного танца сотни, нет — тысячи теней. Кружат и кружат вокруг него, смеются и поют не ведая усталости.
Она решила сесть у костра — погреться и отдохнуть, наблюдая за этим вечным праздником жизни. А жизни ли? Не очень-то похоже на жизнь, на самом деле.
— Наконец-то, ты пришла. — Раздался женский голос. — Не каждому дано побывать на этом празднике.
— А что за праздник?
— Танец теней. Истинный, вечный.
— Так и что они празднуют? Почему танцуют?
С ней говорила сидящая на царском троне женщина в шикарном чёрном платье, практически сливающимся со всем остальным. Почти — потому что её платье было ещё чернее.
— Этот бесконечный хоровод начался, когда первые лучи солнца разогнали тьму, длившуюся миллиарды циклов. Появился свет — появились и они. Сей танец есть восхваление всего сущего, торжественная ода Бытию.
— Именно. — Раздался совсем рядом другой голос, на этот раз мужской. — Понимаешь ли ты, почему здесь оказалась?
Она не знала. Вернее, смутно чувствовала некую связь с этим местом. Чувствовала, что когда-то была частью этого хоровода и наконец-то вернулась в родную обитель. Но полной уверенности не было.
— Ты умерла. Увы, твой путь оканчивается здесь. Но вместе с этим начинается новый.
— Я… умерла? А разве я когда-то жила?
— Ты — нет. Азраил обращался не к тебе, а к той бесконечно малой искорке, той части тебя, что ещё хватается за жизнь. И она вот-вот погаснет. Навсегда.
Та малая искорка, цепляющаяся за жизнь… Она поняла. Действительно поняла. Вспомнила смутные образы своей земной жизни, вспомнила людей которые были рядом. Теперь всё это уже не имеет значения.
— Помни, ты — не она. Она — человек. Ты — тень. Одна из бесчисленного множества теней, ведущих бесконечный хоровод с начала сотворения мира, — спокойна объясняла женщина на троне.
— Вот как… Скажите, а вы можете оставить мне эти воспоминания? Они такие тёплые и приятные. Правда, среди них есть и те, что полны холода и горечи. Но и их тоже я хочу сохранить. Я хочу узнать, каково это — быть смертной. Хотя бы частично.
— Именно это я и хотела сделать. Воспоминания предыдущей тебе пригодятся. — Женщина встала с трона, возле неё появился и говоривший мужчина — длинноволосый статный блондин в пластинчатом доспехе. Где-то она их обоих уже видела… Или это была прежняя она? — Мы призвали тебя из бесконечного хоровода не просто так. Мы дадим тебе предназначение. Дадим цель. Итак… Встань, Маргарет. Твой час ещё не настал. Встань и танцуй с тенями ради меня. Танцуй ради всех, кого ты хочешь защитить и тех, кто тебя любит. Отныне я нарекаю тебя именем Фелиция. Теперь ты моя слуга. Встань и танцуй!
***
Пятый отряд мы нашли к западу от разгромленной базы бандитов. Да, они действительно напоролись на засаду и их сильно помотало. Очень сильно. Куоси истекала кровью из-за множественных мелких порезов, Куларион получил сильные ожоги тела. Уго, оказывается, даже не успел добраться до воды — ему исподтишка перерезали горло. Он едва выжил, в полумёртвом состоянии поддерживая свою жизнь магией. Фанг отделался легче всех — всего лишь потерял два пальца правой руки. Он и смог оказать своим товарищам первую помощь, спася их от летального исхода. Благодаря ему жить будут… Но восстанавливаться придётся долго. Если вообще смогут. Оливия провела все необходимые мероприятия по оказанию медицинской помощи, благо у пятого отряда сохранилось много всего полезного — от простых бинтов до целебных мазей и элексиров. Домой на поезде мы ехали почти в полном молчании. Простая, вроде бы, операция чуть не кончилась полной катастрофой. Если мы «победим» так ещё раз, у Даниэлы больше не останется людей. Я всю дорогу смотрел в окно и пытался смириться с мыслью, что Маргарет больше нет. Но как бы ни старался убедить себя в этом, никак не получалось. Всё казалось, что она сейчас зайдёт в купе, расскажет какой-нибудь неприличный анекдот от которого всем станет немного неловко, поцелует, накормит своей вкуснейшей стряпнёй… А этого так и не происходило. Значит, нужно сделать так, чтобы произошло. Я должен найти способ. В лепёшку расшибиться, но найти. Даже не помню, как мы вернулись обратно в Хартлэнд. Я делал всё чисто на автомате, не осознавая что делаю. Вроде бы, на вокзале нас встретила сама Даниэла и изумлённо охнула, увидев, в каком состоянии мы вернулись. Вроде бы, потом ещё залечила некоторые раны Белым Огнём, вызвала СТОшников и приказала им доставить всех раненых в госпиталь. Каким бы чудодейственным ни был огонь Всеблагих, отдых и постельный режим всё равно нужен. Помня об уговоре с Садриэль, я пошёл во дворец, сказав остальным что пошёл прогуляться. Никто ничего не ответил. Где-то в глубине души ещё ютилась надежда, что всё обойдётся. Что Маргарет просто станет полночницей или всеблагой, никак в остальном не изменившись. Если и эта надежда умрёт… То у меня больше не останется выбора. Перед аудиенцией пришлось пройти через стандартные процедуры — помыться, причесаться, одеться в чистую одежду. Я еле вынес их — не терпелось поскорее всё выяснить. И либо выдохнуть с облегчением, либо смириться с жестокой реальностью. Итак, я медленно открыл дверь тронного зала… — Здравствуй. Проходи. — Сразу пригласила Садриэль. Азраил стоял справа от неё, сложив руки на груди. — Скажи мне, как прошло ваше задание? Вот ведь стерва, подумал я. Наверняка же Даниэла ей уже всё доложила. Хочет помучить меня ещё немного? — Хреново, простите за мой французский. Саму задачу выполнили, но… Много «трёхсотых», одна «двухсотая». Пятый отряд нарвался на засаду и их всех чуть не перебили. Фанг в одиночку еле отбился и оказал первую помощь. А мы… Эх. Мы наткнулись на Йонетта Амброзеуса. Он убил Маргарет. Затем на помощь пришла… Кхем… Химеджима Аки и попыталась убить его. Почти получилось, но он в последний момент сбежал с помощью свитка телепортации. Вроде ничего не забыл. — Химеджима Аки, говоришь?.. — Садриэль опасно сверкнула глазами, но этим дело и ограничилось. Она не станет сильно ругаться, если сказать правду. — Ладно, допустим. Всё равно вы едва ли были в состоянии задержать или ликвидировать её. Хорошо, принято. Максим, ты же помнишь о нашем уговоре? За силу нужно платить. — Помню. И я не отказываюсь от своих слов. Пока что… — добавил я тихо. — Не поняла. Что значит «пока что»? Впрочем, неважно. Ты просто ещё не отошел от шока. Ну, хочешь увидеть её? — Маргарет — да. Богиня усмехнулась и молча повернулась к Азраилу. Тот кивнул и щёлкнул пальцами. Все тени в тронном зале резко удлиннились, собираясь в одной точке. Закружились в хороводе, запели песни… До тех пор, пока не стали одной женской фигурой. Сердце сжала чья-то невидимая ледяная рука. По виду — чисто она, ничем не отличается. Но взгляд… Равнодушный, безучастный. Так смотрят на незнакомца с улицы, которого видят в первый и последний раз в жизни. — Ты одно из её воспоминаний? Я — Фелиция, слуга Императрицы Тени Садриэль. Будем знакомы. Понятно. Мне больше ничего не остаётся. — Фелиция, хочешь вступить в его отряд? Это будет полезно для твоей социализации, — заботливо предложила Садриэль. Та пожала плечами. — Мне всё равно, но почему нет? — Прекрасно. Что ж, если больше нечего сказать, то вы оба свободны. Я ничего говорить и не стал и последовал совету богини — вышел наружу. Мар… то есть, Фелиция последовала за мной. Она пыталась что-то говорить, но я не отвечал. Не до того. Лишь полностью покинув дворец, я зашёл в узкую безлюдную улочку. А затем резко выхватил нож и приставил его к горлу Фелиции. — Я не знаю, что ты за тварь и откуда взялась. Предупреждаю в первый и последний раз — держись от меня подальше! Полночница тонко улыбнулась и слегка отодвинула пальчиком нож от своего горла. — Зря ты так, Максим. Я не враг тебе, а как раз наоборот. Понимаю, я никогда не заменю тебе Маргарет, но я и не собираюсь даже пытаться. Уж прости, но меня никто не спрашивал, хочу ли я быть похожей на твою возлюбленную. А теперь убери, пожалуйста, нож. — Да, не враг. Я знаю. Но и не друг. Хватит с меня этих «врагов» и «друзей»… Посмотрим на деле, — мрачно произнёс я, убирая нож. — Мудрое решение. Я ещё принесу тебе и остальным много пользы, вот увидишь. Нам незачем ругаться, мы на одной стороне. Я пытливо вгляделся в Фелицию, по-новому открывая для себя до боли знакомые черты. Лицо практически не поменялось, разве что стало чуть тоньше. Фигура в целом тоже стала слегка стройнее. Одета она в чёрный халат, украшенный узорами из красных роз. И зачем только Садриэль с Азраилом решили сохранить тело Маргарет?.. Лучше бы Фелиция была совсем не похожей — проще было бы привыкнуть. Осматриваю её и думаю: если у Фелиции сохранились воспоминания Маргарет, может осталось и что-то ещё? Какая-нибудь частичка души или вроде того? Пока что не похоже. Поведение и характер Фелиции разительно отличаются от Маргарет. — Чего ты так пристально меня рассматриваешь? В первый раз видишь? — И да, и нет… Просто пытаюсь понять, осталось ли в тебе хоть что-то от Маргарет кроме памяти. — Я сама не знаю, правда. Даже если и осталось, ты всё равно должен принять, что я — не она. Мы разные люди… Вернее, личности. Наверное, я всё-таки перебарщиваю. Фелиция действительно не виновата, что появилась в мире смертных такой. Как и любой человек не выбирает каким стать при рождении. — Ладно, я слишком погорячился. Извини. Хочу сходить к знакомому ликвидатору, поговорить. Хочешь со мной? — Элас, что ли? Ну пошли. Будь проклята эта Садриэль… Нет, я не сомневаюсь, у неё наверняка найдётся рациональное объяснение почему Фелиции оставили тело Маргарет. Что-нибудь в духе «так нужно для элемента неожиданности, чтобы задумавший напасть на неё враг недооценил опасность и думал, что перед ним обычный маг тени, а на самом деле — полночница». И всё равно, это просто-напросто подло! Постоянно видеть рядом с собой человека который почти как две капли воды — Маргарет, но при этом ей не является… Издевательство. По пути к дому Эласа мы молчали. Добравшись до него, я аккуратно постучал дверным молотком. Долго ждать не пришлось — на пороге нас встретил уже знакомый эльф. — О, вернулись! Давно не виделись, проходите. — Элас, где ты пропадал? — спросил я, осматриваясь. С моего прошлого визита ничего не изменилось. — У меня было отдельное задание — отправили закрывать несколько крупных разрывов Завесы на юге страны. Пришлось немного попотеть, но в целом ничего особо выдающегося. А у вас как успехи? Выполнили задание? — щебетал эльф, ставя чайник на плиту. — Посмотри на неё внимательнее. Ничего не замечаешь? Элас отвлёкся от своего занятия и уставился на молчащую Фелицию. — Ммм… Ты как-то изменилась, Маргарет. Похудела? Нет, подожди. Ты — не Маргарет. Очень похожа, но не она. Что случилось? Кто это? — Маргарет погибла. Это Фелиция, полночница, созданная из её тела и воспоминаний. Фелиция помахала ручкой, всё так же не издавая ни слова. Элас от неожиданности аж выронил коробочку с чаем. — О, боги… Прими мои искренние соболезнования, Максим. Смерть — печальное, но неизбежное событие. Надеюсь, её душа обрела покой. Я промолчал. Ничего другого ожидать и не приходилось. Конечно, он, как мортуанец и ликвидатор, не станет посыпать голову пеплом, завывать от горя и всё такое. В их философии смерть — самое обычное дело, которого не стоит бояться. Пока пили чай, я рассказывал Эласу, как прошло наше задание. Фелиция от напитка отказалась. Она скромно сидела рядом, лишь изредка вставляя свои реплики. — Амброзеус ушёл. Эта гнида в последний момент успела телепортироваться свитком! А ведь было так близко… Элас задумчиво отпил из своей кружки, смотря куда-то в окно. — Мда… Неудачно всё сложилось. Слушай, вот ты рассказывала про ту розововолосую полуэльфийку, как её там… Аделла? А как по фамилии, не знаешь? — Мне почём знать? — Я пожал плечами. — Я вообще только от Уго узнала, что она была одним из командиров яблочников. А что? — Просто я, кажется, знал её лично. Если это, конечно, и правда та о ком я подумал. Вроде бы циклов десять тому назад она нанимала меня для очистки руин от нежити. Помнится, я ещё тогда удивился, откуда у девочки-подростка такие деньги. — Хм, любопытно. Элас, вообще, я пришла в основном чтобы спросить кое-что. Знаешь ли ты механизм трансформации человека в полночника? Эльф нахмурился и отставил кружку в сторону. — Нет, не знаю. Никто точно не знает. Можно лишь строить предположения. А зачем тебе это? Что ты задумала? — Просто я… впервые столкнулась с этим лично. Хотелось бы знать, с чем, — или кем, — имею дело. Ну вот по твоему личному мнению, как человек после смерти становится полночником? Элас не спешил с ответом. Лишь допив чай, сполоснув кружку и убрав её на полку, он наконец соизволил поделиться своими мыслями. — Об этом процессе известно довольно мало из официальных источников. Сама Садриэль надиктовала автору первоисточника очень дозированную информацию. В общем, после смерти душа человека попадает в один из трёх миров: Край, Чистилище или Тень. Раньше была Бездна, но после Обновления она была уничтожена. По официальной общепринятой версии вернуть душу после физической смерти тела обратно в мир живых нельзя никак. Никто, ни одно существо не может этого сделать. Будь то смертный маг, какой-нибудь сильный лич или бог. — А действительно ли никто? — На что ты намекаешь? — Намекаю на того, кто эти правила создал. На того, кто обладает безграничной властью над своим творением. На Абсолюта. На кухне повисло тяжёлое молчание. Лицо Эласа вдруг стало непривычно суровым, а взгляд — тяжёлым. Зря я, наверное, с ним об этом говорю… Мортуанцы не приемлют идею, что можно вернуть кого-то с того света. Ликвидаторы — тем более. Вдруг Фелиция звонко рассмеялась, нарушив тишину. Да при чём так громко и вроде как искренне хохотала, что аж слёзы из глаз пошли. — Ха-ха, вы такие забавные. Ой, умора… Один наивно мечтает, что всесильное божество почему-то озаботится проблемами жалкой букашки под его ногами и вернёт мёртвую девушку. Второй настолько упоролся по своей вере, что отрицает всемогущество создателя, на фоне которого сам бог смерти — та же букашка под ногами. Ха-ха-ха… — Фелиция, заткнись. — Одновременно огрызнулись мы с Эласом и я продолжил, дождавшись тишины: — Давай сделаем одно допущение. Пусть Абсолюту каким-то чудом не наплевать на мои нужды и он действительно захочет сделать исключение и воскресить Маргарет. Но возможно ли это в принципе, даже для него? Уточню свой вопрос: когда душа смертного попадает на тот свет, сохраняются ли личность и характер? Что если они полностью стираются или меняются и даже Абсолют не может обратить это вспять? Элас тяжело вздохнул, но всё же ответил: — Ты задаёшь очень опасные вопросы, Максим. Причём совершенно не тому человеку. Даже если бы я знал, всё равно не сказал бы, будь мы хоть трижды лучшими друзьями. Прости, я не могу дать тебе ответы на эти вопросы. Да и не хочу, честно говоря. — Тогда, я так понимаю, наш разговор окончен, — произнёс я, вставая. — Полагаю, что так. Мы с Фелицией откланялись и вышли из дома Эласа. Уф… Тяжёлый разговор. И по сути бесполезный. Я так и не узнал ничего нового. Пожалуй, стоит лучше наведаться в Имперскую Библиотеку. Вряд ли я и там раскрою секреты Мироздания (по крайней мере, вне запретной зоны), однако с чего-то ведь надо начинать. …Но только не сейчас. Я чудовищно устал. И морально и физически. — Ну что, Фелиция… пошли домой, что ли. Только будь готова к тому, что ребята на твое появление могут отреагировать несколько... нервно. И ради бога — веди себя тихо и скромно! Да, придётся потерпеть какое-то время, я понимаю, приятного мало. Но они всё равно успокоятся и привыкнут. — Ага, — только и сказала она. Ладно. Как бы это чудовищно и цинично не прозвучало, нельзя впадать в уныние. Да, Маргарет со мной больше нет, но… Нужно пахать засучив рукава и делать всё от меня зависящее. И тогда я обязательно верну её.
