Сёба-кун

Странно, я же вроде дома засыпала. Хахаха, это, наверное, сон. Да, точно, это сон, надо просто проснуться. Так, ущипну себя. Нет, надо попросить кого-нибудь еще, а то себя я слабо ущипну! Я стояла на улице… Как я поняла, это был Лондон, причём 18-19 век. Хах, мне и не такое снилось! Только сейчас я в одних шортах и майке. С этого дня сплю в носках, а то что-то холодно босиком стоять. Я оглянулась: все люди смотрели на меня очень удивлённо.  — Чё вылупился, людей, не видел что ли? И ваще, это мой сон! — огрызнулась я на человека, который подошел совсем близко и пялился на меня уже в открытую. На моё высказывание он лишь рассмеялся, причём довольно громко. После этого люди стали смотреть на нас с еще большим удивлением. Странный тип: у него длинные серые волосы, черная непонятная одежда, колпак, из-под которого торчала чёлка, закрывающая глаза. Но, несмотря на нее, я все равно разглядела огромный шрам у него на лице.  — Смешно. Ты правда думаешь, что тебе это всё снится? — он нагнулся, чтобы наши лица оказались на одном уровне. Тут он опять подверг меня в шок: он достал из кармана собачью косточку, ну такую специальную печеньку, и засунул её в рот. С каких пор люди едят «Педигри»? Я, конечно, видела, чтобы люди ели «Вискас», и то это был сухой корм. Но печеньки в виде косточек для собак — никогда. А кстати, чо он там говорил про сон?  — Ау! Ты меня слышишь? — он провёл этой печенькой возле моего лица, вправо и влево, после чего разломал на две части: — Хочешь? — спросил он и протянул мне вторую половинку. — Они очень вкусные, — продолжил он, и ту половинку, что он сначала протянул мне, начал водить напротив моего лица, туда-сюда. Ммм, она так вкусно пахнет, что у меня потекли слюнки. Теперь я понимаю собак, точнее, что они чувствуют, когда видят их.  — Ладно, давай! — не удержалась я. Как только я захотела взять её, он резко убрал косточку. Я недовольно покосилась на него.  — Сначала расскажи мне шутку, и я дам тебе её. Но только, чтоб шутка смешная была! — он улыбнулся и встал в нормальное положение. О боже, он чо, все время так стоял? Я ведь даже не заметила. Да фиг с этим… Как я, Петросян в квадрате, могу сказать что-нибудь смешное? Тупее моих шуток ничего на свете нет. Мне один раз сказали: «У тебя такие не смешные шутки, что самой смешно». Весело, правда? Ох, ладно, надо вспомнить какой-нибудь анекдот. После 5 минут напряжения на мой несчастный мозг, я всё же сдалась.  — Я не умею шутить! — на полном серьезе сказала я, но он почему-то начал дико угорать. Причём это было так громко, что у меня уши заложило.  — Ахах, а ты забавная! — ему реально понравилось?! Это же даже не шутка. Думаю, он над всем так угорает. — Держи, заслужила! — сказал он и протянул мне печенье. Спасибо, блин.  — Спасибо, — я взяла у него из рук половину печенюшки и засунула её в рот. И правда вкусная.  — Не за что. Кстати, а что ты делаешь посередине улицы в пижаме? — он удивлённо на меня посмотрел. По крайней мере я так поняла, ведь из-за чёлки ничего не видно.  — Да ладно, это всего лишь мой сон. Мне из-за этого ничего не будет! — я махнула рукой и улыбнулась. Это наверное мой первый нормальный сон. Хотя утром я всё равно его забуду.  — Не хочу тебя огорчать, но это не сон! — как-то осторожно сказал он. Потихоньку улыбка начала сползать с моего лица. Как не сон? Я ведь в пижаме даже. Он наверно пошутил, да? Он ведь шутник покруче меня будет. Чувак из сна говорит мне, что это не сон. Для него-то может это и не сон, но я то знаю что реальность, а что нет… наверное.  — Эй, ты опять ушла в себя! Я тебе говорю это не сон, и ты не спишь! — всё продолжал настаивать он.