Разучился жить

-Ну здравствуй, Йонне… - произнес Вало, глядя на парня в упор. Йонне лишь продолжал испуганно смотреть на мужчину, не зная, что нужно делать или говорить. -Ну-ка пойдем, поговорим… - продолжал Вилле, взял Йонне за локоть и буквально потащил в коридор, ведущий к пожарной лестнице. Там никого не было – идеальное место для убийства, - подумал про себя Йонне, все еще слабо соображая, что вообще происходит и происходит ли это все на самом деле. Завернув за угол, Вилле поставил блондина к стене и посмотрел на него: -А теперь потрудись объяснить. -Что?.. - все еще невкуривал Йонне. До него потихоньку доходил смысл всего происходящего и на смену растерянности приходил ужас. «Твою мать…» - внутренний Йонне сейчас прикрыл глаза руками. -Какого черта тебе надо здесь. Какого черта ты лезешь в мою жизнь? -Вилле… -Что Вилле?! Отвечай! Йонне сглотнул. -Чего ты молчишь? Я спрашиваю, какого хрена ты тут делаешь?! – вскрикнул Вало, глядя на вжимающегося в стену парня, который сейчас казался еще младше и меньше и еще больше напоминал девушку. -Я…я не мог просто уйти. Мне нужно было знать….Я хотел узнать, правда ли то, что ты мне сказал. Я хотел знать, что у тебя происходит, я не хотел оставаться в стороне…Я не хочу терять тебя… Вилле посмотрел на Йонне: -Ты до сих пор не успокоился? Я же сказал тебе, если ты умный, отвали от меня! -Я тупой! – вскрикнул Йонне и почти бесстрашно посмотрел на Вилле. -Оно и видно, - уже спокойно сказал Вало, - Что тебе неймётся? Ты что, думаешь, если будешь рядом, сильно мне поможешь? Все это время ты ходил по пятам за мной, постоянно был рядом. У тебя что, нет своей жизни, чтобы проживать её, а не стремиться стать частью моей? Ком образовавшийся в горле Йонне сильно заболел, требуя выхода в виде крика, рыка, ну или хотя бы бессильного стона. Он не мог стоять здесь, у больничной стены и спокойно смотреть на человека, даже упоминание о котором вызывало странное чувство ломоты в области сердца. Йонне кое-как держался, сжал зубы и отвел глаза. Он не хотел ничего говорить. Голос сто процентов бы дрожал и был еще более хриплым, чем обычно. А еще он чувствовал, что как только он расслабится, то сразу начнет плакать, а этого допустить уж точно никак нельзя было. -Я что, тебе противен?.. – кое-как выдавил из себя парень. -Нет, ты мне безразличен, - спокойно сказал Вилле, но в душе он и сам понимал, что соврал и соврал неправдоподобно. На самом деле: кого он обманывает? Йонне являлся к нему во сне, даже в пьяном бреду он думал о нем, и даже, возможно, в тайне даже от самого себя Вилле мечтал, чтобы все оказалось именно так, как происходит сейчас. Совесть торжествовала, сердце болело, а глаза не могли оторваться от силуэта человека, которого он так давно не видел, но хотел видеть..каждую минуту…секунду… Йонне опустил глаза: -Ну хорошо. Тогда думаю, нет смысла это продолжать. Я услышал то, что хотел. Не волнуйся, я больше не буду лезть в твою жизнь, - последние слова уже предательски хрипли и дрожали. Йонне пошел. Путь по коридорам больницы он помнил смутно: белые стены, на полу такая же белая плитка. Глаза режет от этой неестественной белизны: а может из-за слез. Потом холодная улица, Йонне продрог до дрожи: а может его трясло от истерики, потом квартира, полнейшая темнота, возможно, Йонне не включил свет, а может просто умер. *** Было уже за полночь, когда Йонне пришел в себя. Проснулся он у себя в гостиной на диване, и обнаружил себя яростно сжимающим подушку. Проснулся он от того, что кто-то настойчиво стучался в дверь, вернее уже просто долбился в нее ногой. Йонне испугался: кто это в такое время так хочет его увидеть. Все тело болело, чувствовалась усталость. Кое-как встав, Йонне пошел по коридору, водя рукой по стене, пытаясь найти выключатель. -Черт, - выругался блондин, не найдя нужной кнопки и дальше решил двигаться в темноте. Пройдя мимо зеркала, он в свете луны увидел смутный, растрепаный силуэт и предположил что скорей всего это он. Остановившись у двери, он задумался: стоит ли вообще открывать. Нормальные люди приходят утром, а ночью приходят только ненормальные, бухие, или Кристус. Но он бы, прежде чем пытаться проломить дверь, сообразил бы, что там есть звонок. А этот человек, скорей всего, был здесь впервые и звонка не заметил. *** «Ребенок…» - первое, что пришло в голову Вилле, смотрящему вслед убегающему Йонне. Не быстро удаляющемуся, не уходящему, а именно убегающему. Он так торопился, что даже выронил телефон, который ранее использовал наподобие зеркала. Подняв его, Вилле задумчиво посмотрел в выключенный экран на свое отражение. «Что ж ты за сволочь, Вало…» - тут же выдал внутренний голос. Вилле слегка растерялся, глядя на себя. Действительно, сейчас он выглядел так цинично и жестоко, что самому стало не по себе. Йонне…Это имя отзывалось в душе непонятными, но очень яркими эмоциями. Его глаза, полные слез, от которых щемило сердце. Его дрожащий голос. Его по детски искренняя улыбка и такие же искренние, неудержимые слезы теперь стояли перед глазами Вилле одной картинкой, от которой холодела кровь. «Что ж ты за сволочь…» - опять пронеслось в голове. Вилле посмотрел на телефон: его определенно следовало вернуть. Как? Тоже подбросить в почтовый ящик? Нет, это бы было слишком глупо, слишком по-детски. Попросить кого-нибудь вернуть? Кого? Тут телефон на мгновение загорелся и завибрировал, оповещая о новом сообщении. «Хей, Йонне, ну как у тебя дела?» Номер абонента Вилле хорошо знал, и увидеть его здесь было ошеломляющим сюрпризом. Кроме этого сообщения , в телефоне Йонне, который явно был не из тех, кто чистит историю сообщений, была целая переписка с человеком, забитым в память телефона как «Юрки 69». Переписка была довольно долгая и состояла в основном из вопросов Йонне и ответов Юрки. Еще было полно сообщений вроде «У меня есть новости, приходи туда-то, во столько-то». Получалось так, что информацию Йонне добывал не только наведываясь в больницу но и выведывал новости у лучшего друга Вилле. -Ну Юрки…удружил бля…. – подумал про себя Вилле, но его очередной приступ ярости подавило несколько сообщений Йонне. В них он доверительно рассказывал их общему другу Юрки о чувствах к Вилле, о его желании помочь и о мыслях как все могло бы быть, если бы они были вместе. От этих сообщений совесть Вало совсем окрепла и дала своему хозяину подзатыльник и несколько раз ударила головой об стену. Внезапно он понял, какая он в действительности сволочь и как подло предал человека, который, узнав о его болезни, ни на секунду не задумался, хочет ли он остаться. Если бы Вилле его не выгнал… Появилось жгучее желание его найти, но где искать? Куда мог побежать ребенок, которого так больно ударил взрослый в самое сердце? В бар? К друзьям? На репетиционную базу? Домой… Это было самым вероятным, как Вилле показалось. Но он не знал адреса Йонне в Хельсинки, а звонить Юрки, чтобы узнать не хотелось. Благо в смсках адрес все же упоминался, при этом неоднократно – Юрки был забывчив. Не медля ни секунды, Вилле поехал к Йонне домой, на ходу придумывая, что скажет, как посмотрит. Приехав по адресу, Вилле постучал. Но ни через минуту, ни через десять никто не подошел. Тогда Вилле решил постучать к соседям, узнать, не видели ли они Йонне. Дверь открыл коренастый парень, явно накуренный, но он сказал, что Йонне приходил, так сильно хлопнул дверью, что это было слышно на весь подъезд, а дальше тишина. Вилле стало страшно. Что могло случиться с Йонне за этими дверями. Ужас холодной рукой сжал сердце, и Вилле принялся ожесточенно стучать в дверь, надеясь только, что Йонне ему откроет. В окнах не горел свет, шторы были задвинуты и в целом квартира казалась мертвой. Вилле уже собирался уйти и поехать к Юрки, как дверь медленно открылась. Тусклый подъездный свет освятил уставшее, даже немного болезненное лицо Йонне. -Йонне… - почти прошептал Вилле. -Вилле? – не понял Йонне, растерянно смотря на своего позднего гостя. -Йонне…я…мы…мы можем поговорить? С минуту Йонне размышлял, впускать Вилле или нет, но потом все же отошел в коридор, прохрипев «Проходи». *** Они проговорили почти до утра. Сначала говорил Вилле, потом говорил Йонне, потом они вместе пытались найти выход из сложившейся ситуации, но в конечном итоге поняли, что их разрыв был глупой игрой, которая не принесла никаких результатов для Вилле: по сути он так и остался не нужным и одиноким, а для Йонне этот разрыв обернулся неделями ада, которые он как ни старался, не мог забыть. Рассвет они встретили уже вместе, лежа на постели, и глядя, как солнце медленно просыпается, неся за собой новый день, новую жизнь. Новую попытку… Снова…