who are you?

На мосту было ветрено. Парни стояли, облокотившись на перила, и смотрели на медленно утопающее в реке солнце. Когда Марк предложил отметить его день рождения на природе, никто и не подумал, что он имел в виду ночевку в поле под открытым небом. Тем не менее, все охотно согласились и сейчас наслаждались последними теплыми лучами, кучкуясь у перил. Кто-то в тот день предложил сделать фото, когда позже они устраивались в высокой траве. Енджэ положил голову Джебому на плечо. Он тихо возмутился, что Чхве пачкает ему одежду. На том фото, что сейчас висит на стене в коридоре, они улыбаются. Счастливые, уставшие от бессонных ночей, проведенных за учебой, обсыпанные блестками и слегка пьяные, освещенные светом костра. Марк стоял на небольшом возвышении и командовал кому, что и куда отнести. Он улыбался на каждый ехидный комментарий со стороны друзей, и демонстрировал руку в гипсе, дуя губы. Они закончили только когда солнце полностью село, и вокруг все погрузилось в кромешную темноту. Парни сидели у костра, закутавшись в пледы и навалившись друг на друга. Они любовались усыпанным звездами небом, из колонок тихо играла музыка, они придумывали собственные созвездия и, затуманенное алкоголем сознание, давало им невероятно смешные, как им тогда казалось, названия. Джебом смотрел на свою маленькую семью и думал, как в таком огромном мире он смог их найти? Его прекрасных мальчиков, каждый из которых был по-своему странный, сломанный, но при этом неповторимый и уже такой родной. Он помнит, как впервые увидел Джексона в младшей школе и как сразу нашел с ним общий язык. Они оба любили кататься на велосипедах и читать комиксы. Вместе они прошли все школьные годы: вместе дрались с парочкой ребят, что их дразнили, вместе сочиняли истории и совершали целую кучу невероятно глупых и стыдных вещей. Они прошли сквозь страдания от первой влюбленности и разбитого сердца. Джексон был с ним, когда его родители разводились. Тогда Им жил у него по несколько дней, избегая родительских скандалов. Джебом был с ним, когда его брат погиб в аварии. Джексон практически каждый день оставался у него, чтобы не возвращаться в их с братом комнату, которая теперь была оскорбительно пустой и чужой. С Енджэ они познакомились в средней школе. Он был новеньким, тихим и скромным, но что-то тогда привлекло Джебома в нем. Его тянуло к этому странному мальчику в пушистых свитерах. Енджэ стал его первой невзаимной школьной любовью. И Джебом был безгранично благодарен ему за это. Чхве научил его любить себя и гордиться тем, кто он есть. Джебом был с ним во время каждой госпитализации, провожал на каждую терапию, бывало жил неделями с ним, лишь бы Енджэ чувствовал себя в безопасности. Им нашел его в тот день, когда парень выпил пачку снотворного, с тех пор Енджэ знал, что может рассказать ему обо всем на свете и доверял ему больше, чем себе. Джебом научил его любить свое тело и беречь его, есть три раза в день и баловать себя сладким время от времени. Когда Джебом начал помогать отцу в кризисном центре, он познакомился с Югемом. Тогда он отличался от нынешнего громкого и веселого парня. Ким был запуганным и молчаливым, он постоянно оглядывался и искал глазами кого-то в комнате, хотя прекрасно понимал, что был в ней один. Парень не подпускал никого из взрослых, прятался от них в ванной и отказывался от еды. Джебом мыл полы в зале для молитвы, когда встретил его. Югем сидел в углу с закрытыми глазами, прислонившись головой к холодному камню. Со стороны он казался спящим. Парень слегка подрагивал поэтому Им, не думая ни секунды, снял толстовку и накинул на тощего паренька. Тот резко подскочил и хотел было уйти, но почему-то остался. Только год спустя Джебом узнал, что он не убежал, потому что тот был с ним одного возраста. Ким не видел в нем угрозы. С того дня Им приходил к нему каждый день. Югем научил его играть на гитаре и плести браслеты, а Джебом помог ему найти себя. В тот же год он встретил Бэма. Парень подрабатывал в музыкальном магазине своего отца недалеко от школы. Джексон, Джебом и Енджэ любили приходить сюда пару раз в неделю, играть на музыкальных инструментах и просто отдыхать, слушая музыку, а иногда и помогать владельцу, который с удовольствием рассказывал истории из своей бурной юности. У Бэмбэма был хороший музыкальный вкус, им оказалось этого достаточно, чтобы подружиться. Однажды, он попросил Джебома передать диск Югему, о котором парень время от времени рассказывал друзьям. Потом он попросил отнести ему ещё один, и раз в месяц перерос в еженедельный ритуал. Им носил Югему новые диски, потом Бэм стал писать ему небольшие записки, а затем они стали обмениваться письмами, на что Джебом мог лишь закатывать глаза и соглашаться передать еще одно. Марка они встретили, когда поступили в университет. Он был на год старше и помогал первокурсникам познакомиться с новым местом, найти аудитории и преподавателей. В тот день Джексон сказал, что у него красивая улыбка, а вечером он подсел к ним в баре и с того дня они больше не прекращали общение. К всеобщему удивлению, быстрее всего с Марком сблизился Югем, который видел в нем старшего брата, а Туан казалось и рад был о ком-то заботиться. Марк был тем, кто нашел им квартиру и предложил съехаться. Тот кошмар, что творился ещё неделю с момента переезда все предпочли забыть. На второй неделе учебы Джебом встретил Джинена. Тот пропустил начало учебного года из-за болезни, а когда пришел, то попросил соседа слева одолжить ему лекции и помочь с домашним заданием. Джебом согласился, на что Джинен улыбнулся и Им готов поклясться, что в жизни не видел улыбки прекраснее. Они проводили все свободное время вдвоем, нагоняя материал и помогая друг другу с заданиями. Джебом не помнит, как влюбился в него, но помнит, как дрожали руки Джинена, когда он признавался ему в своих чувствах, когда он провожал его после пар в один из прохладных ноябрьских вечеров. Как Джинен избегал его взгляда и тараторил извинения, как он убежал в тот день и еще несколько дней игнорировал его звонки и сообщения. Джебом смог поймать его лишь через неделю, во дворе университета после пар, он не стал слушать очередные глупые извинения и неловкое бормотание, а притянул его за руку и мягко поцеловал. Джинен уткнулся холодным носом Джебому в шею. Тот, скорее на автопилоте, чем осознано, обнял его крепче. Марк рассказывал одну из своих бесконечных историй о «детстве на колесах», а Джексон тихо смеялся, крепче обнимая Енджэ, который устроился на его груди. Югем укутался в плед и лежал на бедре своего парня, пока Бэм перебирал его выбеленные пряди. Джебому неожиданно стало трудно дышать. Эти люди вокруг были его домом, и он не хотел даже думать о том, кем бы он был без них. Без них у него не было жизни. . . . — Как дела? — доктор Пак подарила ему свою фирменную вопросительную улыбку и открыла блокнот. — Лучше. — Лучше по сравнению с чем? — Лучше по сравнению с тем, что было, когда я лежал в больнице. — Джебом улыбнулся ей в ответ и уловил удивление в ее взгляде. — Объясни. Разве там в большом страшном мире не труднее? — Намного, но там я относительно свободен. Здесь день и ночь за мной смотрели, окружали вниманием, спрашивали как я, что помню. Мама ночевала у моей кровати и рыдала каждый день, отец пропускал работу ради меня. Мне лучше дома, в своей комнате. Парни иногда спрашивают как у меня дела, но.. — Джебом на секунду замолчал, подбирая слова. Он думал о тех неделях, что провел дома в окружении друзей. Об их совместных завтраках и ужинах, вечерах кино по субботам и долгих прогулках по парку недалеко от дома. — но с ними я чувствую себя нормальным. Они не обращают внимания на мою амнезию, не спрашивают о прошлом, не заставляют вспомнить. Мы просто живем, будто ничего не было. — И однако что-то было, и это событие было ужасным. — Я не помню, вам лучше знать. — Ты вспомнил Джинена? В прошлые разы ты не раз упоминал, что тебя это сильно беспокоит. — И да, и нет. Я не помню его, но словно знаю, что мы были близки. И в последнее время он действительно пытается больше времени проводить со мной, помогает с учебой например. Ещё мы стали часто гулять вдвоем, у него всегда есть целая куча интересных историй для меня. — О вас? — О нем, я узнаю его практически с нуля. Можно скажу кое-что странное? — Конечно, я здесь, чтобы слушать, так что говори все что хочешь. Джебом подтянул ноги и спрятал руки в рукава водолазки. Он бегал взглядом по знакомому кабинету, пытаясь понять, хочет ли он говорить с ней об это сейчас или стоит подождать. Ему не хотелось тратить время сеанса на свои теории и догадки, но и не поделиться этим он тоже не мог. — Это нормально, что мне с ним хорошо? — Что ты под этим подразумеваешь? — Я же совсем его не помню, он по-сути для меня никто, но я чувствую себя с ним правильно, хорошо. Когда мы разговариваем часами, или подолгу гуляем в тишине, вместе делаем задания и готовим еду, всё это кажется знакомым и мне становится так спокойно. Порой, я забываю обо всем, о своей памяти, как бы смешно это не было, о том времени, что провалялся здесь. — Что в этом странного? Разве это не замечательно, что такой человек у тебя есть? — Да, но я боюсь, что это значит, что я забыл что-то невероятно важное. Значит, он был мне очень дорог, так? — Допустим, но что это меняет? Ты перестанешь с ним сближаться из-за этого? Не хочешь больше общаться с ним? — Наоборот, меня к нему безумно тянет. — Тогда что тебя беспокоит, Джебом? — Я боюсь, что затащу его обратно в этот кошмар, когда он только-только собрал свою жизнь по кусочкам. Через час Джебом вышел из кабинета Джихе, поблагодарив за прием. Его ждали родители, которые согласились свозить его в больницу и обратно, чтобы провести время с сыном. — Джебом, подожди минутку, мы хотели поговорить с доктор Пак. — Хорошо. Джебом сел на диванчик в холле и достал телефон. . . . — Вы хотели о чем-то поговорить? — Да, честно говоря, — начала миссис Им, садясь с мужем на небольшой диван напротив Джихе. — я обеспокоена прогрессом Джебома. Я помню, что вы просили не торопиться, я понимаю что процесс очень долгий, но у меня ощущение что он совсем ничего не вспоминает. — Напротив, — доктор Пак открыла блокнот и поправила очки. — я бы сказала, ваш сын восстанавливается намного быстрее, чем мы ожидали. Почему вы решили, что он ничего не вспомнил? — О чем бы мы не говорили, Джебом говорит, что не знает или не помнит, ни школьные годы, ни детство. — его отец старался говорить спокойно, но было заметно, что он сильно нервничал, не то из-за пропуска работы, не то из-за сына. — К тому же, он до сих пор не вспомнил ничего нового о том дне. — Послушайте меня внимательно. То, что с случилось в Джебомом травмировало не только его тело, но и разум. Его сознание отрезало все воспоминания, которые так или иначе связаны с травмой, чтобы защитить себя. Он восстанавливается, медленно вспоминает вещи и события, но это не просто временная амнезия из-за травмы головы, тут по щелчку ничего не вернется. Его потеря памяти это защитный механизм, который сейчас помогает ему, во-первых, остаться в здравом уме и вести полноценную жизнь, а во-вторых, не покончить с собой и не сойти с ума. — Можем ли мы рассказать ему что знаем? Разве так не будет лучше? — Вы расскажете ему свою правду, это не будут его воспоминания. — Хорошо, тогда хотя бы попросите его вернуться домой. — миссис Им встала со своего места и обошла диван, опираясь на его спинку руками. — Он сейчас в лучшем месте для его памяти. У себя дома он окружен людьми и вещами, которые на ежедневной основе провоцируют его воспоминания, но не травмируют сознание сильнее. Как его лечащий врач хочу дать один совет. — Джихе сделала глубокий вдох и посмотрела миссис Им прямо в глаза — Попрощайтесь с тем человеком, которого вы пытаетесь вернуть. Тот Джебом уже не вернется, сейчас он совсем другой и чем больше о себе он будет узнавать, тем сильнее будет меняться. . . . — Марк, ты сильно занят? — спросил Джебом, заглядывая в комнату. Парень лежал на кровати с ноутбуком и что-то печатал. Когда Им позвал его, Марк вытащил наушники и кивнул головой, приглашая войти. — Ты что-то хотел? — Могу я попросить у тебя совета как у старшего товарища? — Джебом сел на кровать, откидываясь на спинку. Он дождался, пока Марк повторит его действия и теперь они смотрели друг на друга. Туан протянул руку и положил её на голень парня, слегка сжимая. — Тебя что-то беспокоит? Ты выглядишь нервным. — Что мне делать, если мне кажется, что у меня появляются чувства кое к кому? Марк заметно насторожился и чуть усилил хватку на его ноге. Он внимательно смотрел на друга, нахмурившись, а потом откинулся обратно на спинку. — О ком речь? — Блять, какой бред я несу. — Джебом взъерошил волосы, а потом закрыл лицо руками. Он сидел какое-то время молча, но понимал, сколько бы он так не просидел, Марк будет ждать ответа. — Джебом, — парень напротив позвал его совсем тихо, прежде чем добавить таким же успокаивающе нежным голосом. — расскажи мне, сам же знаешь, будет легче. Не бойся. — Я просто, я не знаю, но, кажется, мне нравится Джинен. — В романтическом плане? — А ты думаешь, я бы неделю сходил с ума, если бы он мне нравился как друг? — Не язви, я пытаюсь понять ситуацию. Как ты пришел к этому выводу? Я заметил, что вы стали много времени проводить вместе, может тебе кажется и это просто дружеские чувства? — Когда я общаюсь с вами у меня не дрожат руки, не сжимается все внутри от любого прикосновения и насколько я помню, я не хочу кого-то из вас поцеловать. Допускаю, что это все-таки романтическая штука. Марк вдруг отвел взгляд и убрал руку с его ноги. Он выглядел растерянным и даже грустным, как будто слова Джебома его сильно обидели. Им, в свою очередь, разрывался между злостью, что закипала внутри, и удивлением. Он ожидал любой реакции от друга, но то, что он просто будет молча изучать ковер было далеко от любых его предположений. Какое-то время в комнате висела неприятная тяжелая тишина, а потом Марк сел ближе, беря руки парня в свои. — Джебом, прошу тебя, прислушайся к своим чувствам. Какое-то время подумай об этом, прежде чем говорить ему, хорошо? Подумай о своих ощущениях рядом с ним и когда его нет. Убедись, что это не отчаянные попытки твоего мозга выплеснуть эмоции или что-то еще. Убедись, что это по-настоящему, что ты влюблен и поговори с ним об этом. — Ты что-то мне не договариваешь. — Ты просил не подсказывать тебе. Просто прислушайся к себе и своим чувствам, а когда будешь уверен, расскажи ему.