who are you?

— Может переедешь на этот чертов мост? — в голосе Пака звучала насмешка. Джебом обернулся и широко улыбнулся. Джинен присоединился к нему у перил, их плечи соприкоснулись в неряшливом жесте и Им опустил правую руку, сплетая их пальцы. Если бы он мог, то непременно остался в этом мгновении навсегда. Здесь, в вечернем теплом солнце, с рукой Джинена в своей, он чувствовал себя по-настоящему счастливым. Они какое-то время стояли молча, пока Пак не зевнул и не положил голову ему на плечо. — Ты сильно похудел, как закончатся экзамены, я начну тебя откармливать. — Джебом закинул руку ему на плечо, прижимая чуть ближе. С каждой минутой воздух становился холоднее, а вечер уступал место спокойной ночи. Им слегка подтолкнул парня плечом и, не убирая руки, развернулся чтобы уйти, утягивая Джинена за собой. — Погоди. — парень остановил его, выпрямляясь и теперь они стояли лицом к лицу. В тот момент, когда мир вокруг засыпал, их сердца бешено бились от чувств, переполняющих и не объемлющих. Джебом, не думая и секунды, подался вперед и поцеловал его, тут же запуская пальцы в волосы. Джинен никогда не привыкнет к его резкости и некой грубости, кого-то это пугало, его же адски заводило. Они были разными, такими противоположными и неподходящими друг другу, что сами порой сомневались в своих чувствах. Но что бы ни было, как бы они не ругались, как бы не кричали и сколько не дрались, как бы их вкусы не отличались, в одном они были схожи — они любили друг друга до головокружения и боли в сердце. Когда Джебом открыл глаза, он несколько секунд не мог вздохнуть. Лёгкие горели, а внутри все стянуло как от спазма. Резко сев на кровати, он скинул одеяло и уставился на свои тощие ноги. Мысли, как сумасшедшие, роились в голове и заполняли всё пространство внутри и снаружи. Всё, о чём Джебом мог думать это губы Джинена на его и улыбка. Та самая, мягкая, родная, что столько месяцев сводила его с ума, вырывала из кошмаров и дарила самые сладкие сны. Когда он смотрел на Пака в жизни, то не обращал внимание или не хотел замечать. Ведь не замечать было правильно, так было легче, потому что владелец улыбки не был просто кем-то, он был самым важным человеком в его жизни. Джебом встал и неуверенно шагнул в темноту коридора, он скорее по памяти, чем осознано шёл в нужную комнату и понял, что происходит, только когда потянулся к ручке двери. Он отдернул руку и отошёл на шаг назад. Что он хотел ему сказать? Зачем вообще сюда пришёл? Неужели больной рассудок совсем не хотел подумать и секунды, прежде чем совершать глупую ошибку? Джебом вернулся в комнату и сел на кровать. Что он мог спросить у Джинена? Теперь, когда он знал эту деталь, многие другие стали превращаться из мутных мазков в полноценные картины. Сны становились воспоминаниями, приобретая более конкретную форму и вызывая ноющее чувство в груди. Джебом неожиданно подумал о тех ночах, что они провели вместе, то, как Джинен буднично притягивал его в объятия и не задавал вопросов, когда тот заваливался к нему в кровать. Он подумал о том, что только Джинен знает, как заваривать его кофе, знает его мелкие привычки и даже понимает настроение по позе за столом. Он подумал, что только Пак проявлял к нему настолько нездоровый интерес и таскал его гулять, постоянно помогал с учёбой и рассказывал бесконечные истории, но никогда о них. Об университете, о себе, о ребятах, о совместных поездках, но никогда о них двоих. Словно их не существовало за пределами группы. Вдруг, Джебом вспомнил слова Марка: «Просто прислушайся к себе и своим чувствам, а когда будешь уверен, расскажи ему.» Уверен в чем? Уверен в том, что влюблен. А влюблён ли? Джебом пытался думать логически, но о какой логике может идти речь, когда его всего разрывает от эмоций. С одной стороны, он умирал от желания поговорить с Джиненом, сказать, что начал вспоминать их, и теперь вместе они могут вернуть прежнего Има. С другой стороны, он думал, что Джинен даже не пытался вернуть его всё это время. Возможно, в прошлом все было не так гладко и, может, он хотел двигаться дальше. Джебом не хотел тянуть его назад и приковывать к себе. Эти противоречивые мысли довели его до острой мигрени. — Сукин ты сын, Пак Джинен. — шёпотом выругавшись себе под нос, парень завалился на кровать в надежде заснуть, но сон не шел, зато мысли лезли всех цветов и пород. Утро встретило Джебома головной болью и жужжанием будильника. Он медленно поднялся, оценивая своё состояние и тут же набрал доктору Пак. Из-за мигрени перед глазами вспыхивали разноцветные пятна, а в ушах тихо звенело. Он встал с кровати и решил как можно быстрее добраться до кухни, чтобы закинуть чего-нибудь в пустой желудок и выпить спасительное обезболивающее. Войдя к комнату, он увидел Джинена, и если это была не насмешка судьбы, то Им отказывался воспринимать это неожиданное совпадение. — Доброе утро, — Джинен сказал, не поворачивая головы, а когда всё-таки посмотрел на Джебома, то так и подвис с открытым ртом. — Ты выглядишь просто ужасно. — Рад слышать. — Всё в порядке? — Тяжёлая ночь, у меня болит голова, давай поболтаем после того, как я выпью таблетки. Джебом открыл один шкафчик и достал пачку лекарств, во втором он нашёл кофе и какое-то печенье, а из третьего достал кружку. Смотря на это, Джинен до сих пор стоял в легком удивлении. Придя в себя, он подошёл к Иму и забрал из его рук все предметы. — Садись, я сделаю. — он включил чайник и начал разводить кофе. Джебом молча жевал печенье, наблюдая за этой картиной. Пак налил стакан воды и поставил на стол, а потом поставил кружку с горячим кофе. — Сначала поешь, а то будет плохо. Сильно болит? — он сел напротив и поставил вторую кружку перед собой. От искренней тревоги в его взгляде Джебому стало не по себе. Он так и не решил, как вести себя с парнем. Между ними образовалось натянутое молчание, и если вы спросите Джебома, он бы сказал, что тишина лучше, чем: — Я вспомнил наш поцелуй на мосту. — он сказал раньше, чем подумал, раньше, чем даже сам понял, что собирается что-то сказать. Джинен замер с кружкой в руке, и воспользовавшись его замешательством, Им выпил таблетки и проложил: — Я много чего вспомнил ночью. Если я делаю неправильные выводы, поправь меня, но мы были вместе? Джинен продолжал рассматривать пол и нервно дёргал рукава своей кофты. Он прикусил губу, прежде чем неуверенно кивнуть. В ответ Джебом облегчённо выдохнул, хотя бы с одной загадкой в его жизни было покончено. — Почему ты не рассказал мне? — Как я мог? Ты ничего не помнил, меня предупредили, что я твой триггер. Любое упоминание нашего прошлого может сорвать платину. — Это не значит, что ты должен был врать мне всё это время. Джинен, послушай, я не настолько хрупкий, что тут же развалюсь от правды. Расскажи мне. — Нет. — голос Пака был отстранённым и тихим, было видно, как его разрывали противоречивые желания: рассказать всё и послушать совета врача. — Ты всё ещё чувствуешь ко мне что-то? — Джебом не осмелился посмотреть на него, когда задал этот вопрос. Он до ужаса боялся увидеть на лице Джинена безразличие и услышать глухое 'нет', но Пак кажется решил нанести удар посильнее. — Не знаю, я не знаю. Не могу сказать. — Не можешь? Издеваешься? — Джинен удивлено смотрел на разозлившегося парня. Джебом сам не до конца понимал почему злится, но чувствовал, что такой ответ его не устраивает. Он резко встал и вышел из комнаты. Джинен подорвался следом, догнав Има в его комнате. Джебом натягивал толстовку и следом кроссовки, закинул в карман жвачку, наушники и телефон. В другой положил ключи и какую-то карточку. Он пошёл к двери, но наткнулся на Пака. — Куда ты? — Уйди. — Джебом, я не пропущу тебя. Просто скажи куда ты. — В больницу, потом в парк. В отличие от тебя, у меня не было времени обдумать свои чувства. — Я не мог тебе сказать. — Херня, не надо мне вешать лапшу про мою защиту, заботу о психике и прочее дерьмо. У тебя было достаточно времени, да просто охуеть сколько, чтобы бы понять свои чувства. Простой вопрос Джинен: ты все ещё любишь меня? Джинен молчал, его взгляд бегал по лицу человека, которому раньше он говорил о своей любви каждый день, и впервые за долгое время он увидел в них отголоски старого Джебома. Его сердце билось как сумасшедшее, но одно дело решить всё для себя и мечтать об отношениях, другое столкнуться с реальностью, в которой его отец чуть не убил Джебома. В которой он был слишком слабым, чтобы защитить его хоть от чего-то, слишком мягким, чтобы противостоять отцу, матери, миру. Всё время за них боролся Джебом, придавал ему сил и смелости принимать сложные решения, но сейчас была очередь Пака. Сейчас парень перед ним был разбитый на кусочки человек, который цеплялся за каждое воспоминание и собирал утраченную жизнь сначала. Человек, который когда-то собрал их вместе и вытащил их из самых темных времен, сейчас тонул в самом ужасающем кошмаре, и никто даже не пытается протянуть руку. — Нет. Джинен забрал у утопающего спасательный круг и, гордо подняв голову, смотрел, как он медленно уходил на дно, задыхаясь ледяной водой.