To Aru Kagaku no Imagine Breaker.

***

Цучимикадо покинул больницу уже затемно, на улице моросил противный мелкий дождь, ни капли не способствующий моральному подъему. Он скорее напоминал извечную истину: нет покоя проклятым. Пусть основное действо и завершилось, но он не сомневался что короткая передышка долго не продлится, в частности из-за его собственных мыслей, которые жужжали в голове уже которую неделю. Временами он искренне задавался вопросом за каким-то чертом начал всем этим заниматься. Он не был один из этих адреналиновых наркоманов, которые жили лишь ради острых ощущений и вне подобного движа напоминали себе скорее призраков. О, он безусловно получал удовольствие от хождения по лезвию ножа, но не был фанатиком данного образа жизни. Когда индекс околосмертельных ситуаций перевалил за несколько десятков подобное бытие потеряло любой возможный кураж. Да и тот факт, что все эти аллюры не приносили ему практически ничего кроме головной боли вгонял в еще большую фрустрацию. — Тц, может напрячь Ками-яна, пусть мне организует тур куда-нибудь в Сеул или на Гавайи? — недовольно бормотал он, раскрывая зонт и шлепая по мокрому тротуару, — Какого черта он может позволить себе отдых где-нибудь в пятизвездочном отеле в Бангкоке, а я вынужден коротать вечера на диване, треская хлопья и смотря мультики?! Пока он продолжал гневную тираду на несправедливость бытия, возле него остановился черный седан, дверь которого открылась и оттуда показалась Кумокава Серия. — Залезай, лишенец, надо поговорить, — безапеляционно заявила она, призывно помахав рукой. — О, Серия-чан, какое внезапное… — Даже не начинай зубоскалить! — раздраженно бросила она, испепеляя его взглядом, — Залезай. Сейчас же. Цучимикадо, хоть и испытывал сильное искушение выместить на ней часть своего накопившегося разочарования, почел за лучшее не провоцировать девушку. Он ни секунды ее не боялся, не того она полета птица, но зачем лишний раз усложнять свою и без того загруженную жизнь? Молча сев и закрыв за собой дверь, блондин вопросительно повернулся к Кумокаве. — Ну и? Что такого важного заставило тебя снизойти до разговора со мной? — оскалился Мотохару, — Лицо такое, словно бы ты ящик лимонов съела на спор! — Что сейчас с Томой? — спросила она, не обращая внимания на его подколы. — Хах, подожди, ты хочешь сказать что я обязан приятностью нашей встречи вот этому? — покачал головой блондин, — Серия-чан, ты наверно не в курсе, но телефоны существуют уже более века, а мобильники лет эдак 30 точно… Нет, если для тебя это открытие, то я конечно буду только рад устроить тебе экскурс в… — Ты можешь не паясничать… хотя бы пять минут?! — Слушай, дорогуша… — тон Мотохару резко похолодел, — Во-первых, заруби себе на носу… ты мне не начальница! Так что если тебе действительно что-то нужно, то прояви хотя бы элементарные манеры. Во-вторых, это ты заставила меня сесть с тобой в одну машину и начала задавать пространные и малопонятные вопросы, а потому не удивляйся, что я не воспринимаю тебя всерьез! Кумокава несколько секунд буквально испепеляла того глазами, но видимо поняв, что таким образом ничего от него не добъется, тяжело вздохнула и отвела взгляд. — Ладно… — произнесла она с некоторым смирением в голосе, — Мне нужно знать как он себя чувствует, что у него в голове и каков дальнейший план. Вся эта свистопляска с террористами здорово попортила всем нервов. Ты даже представить не можешь какой аврал творился в последние 36 часов… — Я бы с тобой поспорил насчет оного факта, но так и быть промолчу… — фыркнул Цучимикадо, впрочем беззлобно, — Опуская тот момент, что ты по какой-то причине стесняешься позвонить Ками-яну и сама спросить у него «как дела»… Ничего нового и необычного для него. Откисает после того как в очередной раз был вынужден спасать наш славный сияющий город на холме, — последние слова были сказаны с нескрываемой иронией, — Через несколько дней его выпишут, но ничем серьезным он заниматься не планирует… — Вот так просто? — удивленно выгнула бровь Серия, — Сложно поверить что Тома способен просто ничего не делать… — Как знать, — пожал плечами Цучимикадо, — На самом деле, после всего что с ним периодически случается, я бы удивился, если бы он сразу же рвался в бой. Ему положен отдых, и, как ни странно, он, кажется, вполне им наслаждается. Может, наконец-то высыпается… — усмехнулся Цучимикадо, после чего смерил ее многозначительным взглядом, — Но что-то ты темнишь, Серия-чан, какая-то опущенная, и вряд ли дело лишь в последних событиях. Вместо ответа Кумокава молча достала из кармана униформы телефон, после чего молча протянула его блондину, от взгляда которого не укрылось как побелели костяшки ее пальцев при этом от напряжения. Взяв телефон из рук Серии, Цучимикадо посмотрел на открытое изображение на экране и не смог скрыть удивления на лице. На фотографии четко и крупным планом были изображена Гокусай Каиби целующая Камидзе в каком-то клубе и показывающая знак мира в камеру. Фото явно было сделано ей самой и носило откровенно провокационный характер, а надпись в сообщении под ним лишь подтвердила эту теорию. Несколько секунд Мотохару просто моргал, пытаясь как-то осмыслить увиденное, а его было сложно удивить. В следующее мгновение его начало слегка трясти, и приглядевшись, Серия увидела что тот едва сдерживает смех. — Смотрю тебя это забавляет? — прошипела Кумокава, — И почему я не удивлена? — Ха… ха-ха… — откашливаясь от смеха и фыркая блондин кое-как восстановил самообладание, — Извини просто… Знаешь, можешь говорить и думать о ней что хочешь, но признай, она умеет добиваться своего… Вопреки всему. — То есть ты знал? Даже после того что она сделала? — глаза девушки опасно сузились в две щелки. — Полегче, — тот поднял руки в успокаивающем жесте, — Да, я знал что она снова начала поползновения в его сторону, и даже дал ей понять что идти дальше чревато последствиями… Но, полагаю я забыл что личностные границы ее никогда особо не волновали. И все же. — Мотохару весело фыркнул, — Вот так засосать Ками-яна и отправить тебе фотку? А она знает как сделать эффектный камбэк… Девушка молчала, прожигая блондина взглядом, в котором намешалось разочарование и гнев. Тишина давила, и Мотохару, чувствуя, что перегнул палку, поспешил исправиться. — Слушай, я не оправдываю ее, ладно? Просто пытаюсь объяснить, как она мыслит. Гокусай всегда была… немного безбашенной. Но я никогда не думал, что она пойдет так далеко, особенно после всего, что произошло. — Ммм, как мило, может еще корзинку с поздравлениями в честь этого отправишь? — ядовито прошипела Серия, — Или вместе поаплодируем? Какого черта Тома в ней нашел?! — буквально рыкнула девушка, ударив кулаком по сиденью, — Вокруг поле непаханное девушек, которые ему на шею готовы броситься и все для него сделать! А он… как заговоренный! — Хо-хо, неужто это ревность? — оскалился шпион, глядя на нее из-за стекол очков с весельем во глазах, — Ну, посмотри на это с другой стороны… Она доказала, что её желание сильнее твоей «серьёзности». В жестоком мире любви выживает сильнейший, разве нет? — хохотнул Цучимикадо, — Вот почему я так люблю проводить время с Ками-яном, неиссякаемый источник развлечения… — Какого черта ты ее просто не пристрелил? — Ха, и потом оправдываться перед Ками, пока он держит меня подвешенным за ноги на 40 этаже и знать что любое мое слово выпишет мне билет вниз? — фыркнул он, качая головой, — Я не желаю расставаться с жизнью из-за чего-то подобного. — Отлично… мало мне было Секухо, теперь еще и она… — прорычала Серия, глядя как капли дождя стекают по оконному стеклу. — Ну, ты ведь знала на что подписывалась, с Ками-яном просто не бывает в принципе, а уж когда дело заходит об отношениях… — пожал он плечами, — Мой совет… выбросила ты бы из головы эту идею заграбастать его себе, Серия-чан. То что он зависал с тобой после разрыва с Каиби не значит, что у тебя на руках какие-то козыри. — Тебя спросить забыла… — огрызнулась та в ответ, — К слову о «заграбастать себе», что это за мелюзга из-за за границы которая ворвалась в весь этот переплет и спутала карты нашим заокеанским друзьям? — Ха-ха, ну, это долгая и отдельная история, которая наверняка закончится тем, что Ками-ян получит в свой гарем еще одну младшую сестренку, — фыркнул Мотохару с легким оттенком зависти в голосе, — Хоть бы раз удачей поделился, козел… — Тц, даже не знаю почему я вообще рассчитывала на внятный ответ? — закатила глаза Серия. — К слову о внятных ответах… И что теперь будет с этими клоунами из Штатов? — Сложно сказать, сенатора явно придется отпустить, погрозив пальчиком, все же ничего откровенно криминального пришить ему не выйдет. Ну говорили, ну что-то предлагали, накачали Тому снотворным, но ведь сам лично он ни черта этого не делал, а за погляд в глаз не дают как говорится… — вздохнула Кумокава, — Впрочем, сдается мне за такой прокол его в США по головке не погладят, засветиться он у нас успел, причем явно больше чем следовало… А вот это пугало, во всех смыслах этого слова, ждет очень интересная беседа, после которой его выменяют на что-нибудь с их стороны. — А насчет этой ИИГ? Удалось что-нибудь выяснить? — задумчиво спросил Цучимикадо. — Не особо, за пределами города мои возможности, мягко говоря, невелики. Это скорее даже не организация а конгломерат различных корп, научных сообществ и политических групп. Официально они действуют под эгидой ООН, но по факту это сборище циников, корпоратов, политиканов и нечистых на руку ученых, которые понимают что в стае держаться вместе всяко лучше, — ответила Серия, поправляя волосы, — Монополия Академия-Сити на научные достижения давно не дает многим покоя, а все попытки конкуренции с нами провалились, вот они и перешли к более… грубым методам. И похоже внутри города у них есть сообщники. — Никак они блин не научатся… — Именно. Они хотят получить доступ к нашим исследованиям, нашим открытиям, нашим… ну, ты понял, к нашей гениальности, в общем. И ведь эти бедняги не понимают, что у нас все настолько совершенно, что даже украсть ничего нельзя — просто не разберутся! — криво улыбнулась Серия, — Вот они и пытались сначала выкрасть того ученого, которого вы накрыли вместе с компанией Мугино… Потом и вовсе решили вывезти Тому словно жвачку из магазина стырили… — Чтобы такое провернуть нужны связи на самом верху. — Ох, Цучимикадо, ну что за пессимизм? Ну не может же быть, чтобы кто-то из наших пал до такого банального предательства! - театрально закатила она глаза, прижимая ладонь к груди в притворном вздохе, — Хотя, с другой стороны… чем глубже падение, тем интереснее наблюдать, как этот «кто-то» будет потом оправдываться. В любом случае, нынешняя позиция такова, что панику поднимать не будем. Продолжим делать вид, что все под контролем. В конце концов, это так весело — притворяться всезнающими…

***

Лейвиния мерно вышагивала вдоль окон в выделенном им пентхаусе, глядя на утопающий в дожде город внизу. Сам номер был роскошным, особенно учитывая их нелегальный статус здесь, но Бердвэй прекрасно знала как обманчива эта видимость. Пентхаус наверняка был напичкан скрытыми камерами, прослушкой и прочими прелестями золоченной клетки. — Ах, как любезно с их стороны, — подумала Лейвиния, с показным восхищением оглядывая хрустальные люстры. Конечно, они ведь просто не могли позволить себе поселить таких важных гостей в каком-нибудь обшарпанном мотеле. Это было бы просто неприлично! Она остановилась у панорамного окна, с утонченной гримасой рассматривая серые очертания небоскребов. Интересно, сколько именно специально обученных снайперов сейчас мирно дремлет на крышах соседних зданий, ожидая, пока ей взбредет в голову совершить побег и у них появится законный повод превратить это в тир-аттракцион? — Не хочу показаться злорадным, но я ведь предупреждал о рисках, верно? — подал голос Марк Спейс, сидящий в одном из кресел и небрежно тасующий колоду карт одной рукой. — Ах да, наступил момент, когда мы должны начать обсуждать наши грандиозные стратегические планы на потеху их прослушке, — фыркнула девушка. Марк пожал плечами, изящно разложив карты веером. — Почему же «на потеху»? Уверен, они искренне заинтересованы в наших планах, и обязательно воспользуются ими, чтобы сделать мир лучше. Или, по крайней мере, богаче. Для себя, разумеется… — Хватит уже умничать, Марк, ты не помогаешь, — закатила глаза Бердвей. — Я не совсем понимаю какого рода помощи вы ожидаете, — ответил он все тем же размеренным тоном, — Вы лучше меня должны понимать что эта партия проиграна, все наши карты биты, а все козыри на руках у них. Лейвиния стиснула зубы, но ничего не сказала. Хоть ее и безмерно раздражала его риторика, она не была настолько узколобой, чтобы не понимать что истина его стороне. Они потерпели неудачу… Лейвиния не была самонадеянной дурой, вся эта операция изначально была чистой авантюрой с ее стороны, она прекрасно отдавала себе отчет что выкрасть видного ученого из крайне хорошо охраняющего свою собственность города, задача, мягко говоря, не из простых. Но она никогда не отступала перед трудностями, иначе бы не стала лидером кабала. Откровенно говоря для нее возможность упустить потенциальную возможность была хуже, чем провалиться. Не говоря о том, что перспективы были не такими уж туманными. Да и начиналось все неплохо, весь этот городской фестиваль заставил город напрячься, а потом просочиться сюда оказалось проще, чем она думала. А потом ее цель и вовсе оказалась в самом центре паутины интриг, о масштабе которых ей еще предстояло узнать. Однако это взаимное столкновение интересов породило хаос, которым она не преминула воспользоваться! Но когда этот Том уже был в ее руках… все посыпалось. Это была не ее цель, а какой-то ряженый шут, и мало ей было этого, она еще и угодила в капкан, расставленный для этих американцев, которые не пойми что тут забыли… Лейвиния жила достаточно в этом суровом мире чтобы понимать — у каждой проблемы есть имя, а чаще всего и фамилия. И у ее проблем их было несколько, но пожалуй ни одно имя не сравнится с архитектором всего это цирка. Алистер Кроули… Будучи лидером кабала, который являлся одним из осколков легендарной Золотой Зари, она конечно же знала об этом человеке, если понятия кто вообще было к нему применимо. Слухи о том, что он на самом деле жив после своей официальной смерти а 1947 году также не были для нее секретом. Находились и отдельные личности, кто утверждал, что рождение Научной стороны и появление Академия-Сити вместе с эсперами это все его его махинации, но их чаще всего просто поднимали на смех. Ирония заключалась в том, что в этих безумных теориях крылось зерно правды, пусть и приправленное изрядной долей паранойи. Алистер Кроули был не просто человеком, а скорее концепцией, архетипом, вечно ускользающим и преображающимся. Его влияние на мир, особенно на оккультные круги, было неоспоримо, и отрицать его причастность к созданию Академия-Сити, по крайней мере косвенную, было бы глупо. Конечно, никто не станет утверждать, что Кроули лично сидел за чертежами и подбирал гениальных ученых. Его роль была тоньше, глубже — он был катализатором, идейным вдохновителем, искрой, из которой возгорелось пламя Научной стороны. Его учение о воле, о преодолении границ и о достижении сверхчеловеческих возможностей нашло отклик в умах тех, кто строил Академия-Сити. И этот… человек? Чудовище? Дьявол? Кем бы он ни был, буквально припер Бердвэй к стенке. У него было на руках все, все козыри для торга и рычаги влияния: ее пребывание здесь, попытка похищения одного из ученых города (и судя по всему личного подчиненного Кроули) и… ее сестра. Лейвиния не в первый раз пожалела, что позволила сестре приехать сюда, никакие данные и рассказы не стоили вероятности того, что Патриция станет разменной монетой в ее споре с кем-то, но в итоге это же и произошло. Второй раз за жизнь Лейвиния ощутило это омерзительное, липкое словно паутина, чувство собственной беспомощности… Первый был после гибели их с Патрицией родителей, теперь вот это… Лейвиния даже не заметила как непроизвольно сжала кулаки от воспоминаний. То как оно улыбалось, эта грязная, мерзкая, чудовищная улыбка, она чувствовала как от нее в животе завязался тугой узел страха. Его требования были просты: Патриция остается здесь, Лейвиния прекращает любые попытки вмешаться в дела Академия-Сити как внутри, так и за его пределами, предоставляет кое-какую информацию о делах в Британии и еще несколько малозначимых мелочей. В целом, относительно мягкие условия от того, перед кем трепетали маги всего мира полвека назад… Впрочем кое-что ей все-таки удалось выторговать, мелочь, но… почему-то ей казалось это маленькой, но победой.

Камидзе Тома

Имя этого самого призрака, который заставил ее пережить столько неприятных минут. Это было просто имя, она даже не сомневалась что любая попытка найти хоть что-то связанное с ним будет обречена на провал, еще меньше удивилась бы узнав, что такого человека просто не существует в этом мире. И все же… — Редко можно увидеть на твоем лице такое смирение, — голос Марка вывел ее из транса, редкий момент когда они переходили на «ты», все же вопреки всему, этот человек был ей ближе всех после ее несносной сестрички. — Дело не в смирении, Марк, — пренебрежительно махнула она ладошкой, — Я не дуреха чтобы продолжать пытаться пробить лбом стену. Надо уметь смотреть в лицо фактам, а ты все верно разложил… — И что теперь? — Ничего, — пожала плечами Бердвэй, — Сейчас нам просто нечего здесь делать. Как ты и сказал, партия проиграна, наши карты биты, глупо продолжать барахтаться и усугублять свое положение сверх меры. — И каков дальнейший план? Зная тебя, ты не успокоишься на этом, теперь это стало личным, верно? — он говорил без малейшего стеснения или внимания к тому факту, что каждое их слово было услышано другими. В конце концов эти люди не дурачье и сами бы додумались до всего сказанного ими сейчас, в притворстве и полутонах не было никакого смысла. — Вернемся в Англию, дел нам хватит с лихвой и без этого вертепа… — вздохнула Лейвиния, наконец падая в мягкое кресло, что было вдвое больше ее миниатюрной фигурки, — К тому же, у нас еще будет возможность отыграться… — Вот как? — Марк сузил глаза, молчаливо вопрошая о причинах подобной уверенности. — Интуиция, Марк, интуиция… — ответила та с мрачной улыбкой на губах.

***

Зал собраний был окутан атмосферой торжественности и тайны, дышащей веками власти и влияния. В центре зала возвышался огромный круглый стол из темного дерева, вокруг которого разместились кресла, обитые бархатом глубокого алого цвета. За окнами можно было бы увидеть контуры облаков, что висели далеко внизу, создавая видимость, будто зал расположен на высоте тысяч метров. Впрочем, знающий человек бы прекрасно понял, что это не более чем видимость. Набор битов и байтов. Сплетенная из света и тени иллюзия, призванная одурачить непосвященных и поддерживать миф о всемогуществе. — Значит, все по-прежнему? — спросила голографическая фигура с размытым лицом и искаженным голосом. — Наши американские друзья сослужили свою службу, иллюзия дала огромную трещину, теперь нам нужно лишь вывести ее на свет… — ответил ему искаженный голос собеседницы слева, — Почти… — Что значит «почти»? — недовольно буркнул третий мужской голос напротив нее. — Был разговор с ученицей пса, как только потребуется — они будут с нами. Дайте неделю-другую, пока они проведут свое сборище и ответ будет точным. — А что с Токивадай и Третьей? — спросил четвертый подключившийся голос. — Мы держим их за одно место… они сделают все, что от них требуют… — едко ответила обладательница женского голоса. — Меня беспокоит бездействие Алистера, да и его палач ведет себя подозрительно беспечно… Да и наши ряды поредели, раз уж Вэларта пришлось убрать руками Кихар. Я думаю не стоит напоминать вам о том, как близко мы подошли к точке невозврата два года назад. Самоволка Шиокиси нам дорого обошлась, — с беспокойством заявил четвертый говоривший. — Настроения среди прочих членов Совета меняются, возможно если дать им время… — поддержал эту идею первый голос. — Мы не можем, выводя Камидзе на свет и делая его альтер-эго Кихару публичной персоной он вынуждает нас действовать! — раздраженно прошипел третий голос. — Мир не изменится в одночасье только потому что так захотели Алистер и его пес, не говоря уже о том, что Материя пока не дал своего согласия, — успокаивающе произнесла девушка. — Я думал он у вас в кармане! — Добиться согласия одного из сильнейших людей в городе, не раскрывая своих мотивов при этом, не самая простая задача. Его сопротивление сложнее, чем предполагалось. Особенно учитывая неясный статус Акселератора, впрочем, благодаря Камидзе, я знаю где копать… — с ноткой самодовольства ответила та. — Вы шутите, да? Мне вообще стоит нам напоминать вам о том, как сильно мы сбились с курса?! Инцидент двухлетней давности и провал миссии Гокусай заставили нас менять планы буквально на ходу! — яростно прошипел первый голос, — Если Алистер решит избавиться от еще нескольких эсперов пятого уровня, то… — Никто здесь не спорит с вами, но оставьте вопрос с Камидзе мне, у меня появились подходы к нему… — Да, Гокусай думала так же, и после вмешательство со стороны пустило все планы под откос… — насмешливо фыркнул первый голос, — Мне сложно не увидеть иронию… — Ирония судьбы, что вы об этом упомянули, — парировала собеседница, в ее голосе прозвучала сталь. — Но я не Гокусай. И мой «подход» к Камидзе предполагает более… деликатное воздействие. Гокусай действовала напролом, полагаясь на дешевые уловки. Я же предпочитаю обходные пути, использование его собственной психологии против него самого. В конце концов, даже сильнейшие имеют свои слабости, свои «ахиллесовы пяты». Моя задача — их найти и использовать. — Ладно, у тебя есть карт-бланш, но думаю ты прекрасно понимаешь риски… — подвел итог четвертый говоривший. — О, не волнуйтесь, как и вы я верю что все риски… — она выдержала тягучую зловещую паузу, — …окупятся с лихвой.