***
Еще пара минут, и наездники приподнялись в стременах, готовые в любую секунду сорваться с места. Вот раздался долгожданный сигнал и, повинуясь единому порыву, лошади покинули стартовый створ, уходя на дорожку. Грязь летела из-под копыт и вот уже часть жокеев, среди которых и Тено, вырвалась вперед. Прищурив глаза, Харука смотрел прямо перед собой. За время участия в скачках Тено научился выбрасывать из головы все лишнее, сосредотачиваясь исключительно на дистанции. Вот и сейчас Харука видел только крупы впереди идущих лошадей, спины их наездников и жидкую грязь, щедро покрывающую дорожки. Краем глаза блондин отметил, как один из соперников сдал свои позиции, отставая. Зато он практически достал всадника, что шел впереди. Еще немного и вот она - тройка лидеров. ***
Сжав кулаки, Мичиру подалась вперед, чтобы лучше видеть своего любимого спортсмена. Она была так увлечена скачками, что совершенно не замечала взгляда графа Тено, которым тот наблюдал за ней. Казалось, что эта девушка по-настоящему влюблена в Харуку. Конечно, она была не первой, с кем встречалась его дочь, но редко кто из пассий Харуки удостаивался знакомства с отцом. С того самого дня, как Харука призналась отцу, что она не такая, как все «нормальные» девочки, он подсознательно знал, что свою жизнь дочь свяжет с женщиной. Долгое время он все же надеялся, что встретив достойного мужчину, Харука одумается и выйдет замуж. Но время шло, а с каждым годом дочь все больше становилась похожа на парня. Вскоре Уильям сдался и уже много лет видел в Харуке больше сына, чем дочь. Иногда он жалел, что Харука не родилась мальчиком, ведь учитывая ее характер, это был бы прекрасный наследник и продолжатель рода Тено. И вот сейчас рядом с ним сидела девушка, которой Харука отдала свое сердце и которая, хотелось так думать, отдала свое сердце его дочери. Уильяма тяготило, что он так и не решился рассказать Харуке о том, что случилось несколько лет назад по вине отца Мичиру. После разговора с герцогом Норфолком он не мог отделаться от мысли, что обязан рассказать правду. Но он боялся сделать это, боялся разрушить призрачное счастье любимого ребенка. «Ах, Тори, Тори! Если бы ты была рядом!», - в очередной раз подумал он, тяжело вздыхая. ***
Треть скачки осталась позади, выявив явных лидеров, среди которых был и Тено. Приблизив к глазам небольшой театральный бинокль, Виктория Тено жадно смотрела на Харуку. Сердце громко стучало, на губах застыла нежная улыбка, а в голове вертелась только мысли о том, как же она соскучилась по Харуке. За те семнадцать лет, что она скрывалась в тени, она лишь впервые увидела свою дочь вживую, а не на фотографиях или в репортажах по телевидению. Женщина не замечала, как по щекам текут слезы. Слезы счастья, горя и боли. - Тетя, что с Вами? – озабоченно склонился к ней Томас Фицалан-Говард, видя, что плечи Виктории едва заметно трясутся. – Вам нехорошо? - О, нет! Простите, Томас. Все хорошо, хорошо. Я лишь очень счастлива видеть Харуку. Молодой человек кивнул и снова посмотрел на поле ипподрома. ***
До финишного створа оставалось все меньше времени, как вдруг лошадь Харуки оступилась и сбилась с шага. Выругавшись про себя, жокей резко приподнялся в стременах, чтобы облегчить вес на спине животного. Воспользовавшись секундным замешательством Тено, два соперника попытались нагнать его, но Харука снова пришпорил лошадь, устремляясь к заветной линии. Он подбадривал лошадь словами, а сам старался склониться как можно ниже к крупу лошади, чтобы уменьшить сопротивление воздуха. Закусив удила, лошадь снова вырвалась вперед. За спиной лидирующей группы пара лошадей не поделила относительно сухой участок дорожки, и произошел завал, в результате которого два жокея оказались на земле, не успев соскочить с седел, а один – перелетел через голову лошади и едва не был затоптан идущими следом. Трибуны воскликнули в едином порыве, переживая за наездников и животных. Однако несколько человек, казалось, даже не заметили этого, пристально наблюдая за одним единственным спортсменом. Комментатор неистово кричал, оповещая о ходе скачек из своей кабинки, и все чаще произносил имя Тено. Последовав примеру большинства зрителей, Мичиру поднялась со своего места. Ее руки сжимали ограду ложи, а глаза неотрывно следили за Харукой. Граф Уильям Тено невольно улыбнулся, видя, как девушка болеет за Харуку. Она нравилась ему. Нравилось то, как Кайо относится к его ребенку. Он верил, что та не преследует своей целью положение и богатство Харуки. ***
Шедшая справа и чуть позади Тено лошадь вдруг оступилась и, не удержавшийся в седле жокей, отпустил поводья, начав заваливаться. В доли секунды Харука успел подумать о том, что если соперник упадет, то вполне может попасть под копыта его лошади и пострадать. Удар копыта вполне мог прийтись в область лица и повредить кости лица, что в большинстве случаев приводит к потере сознания, ведь сила удара копытом лошади может достигать 500 кг. Нередки среди жокеев и переломы костей свода черепа. Если же удар копытом придется в область груди, это может быть чревато переломом ребер, ушибом сердца и легких. Удар в область живота вполне мог повлечь разрыв внутренних органов. Эти данные пронеслись в голове Тено, и он резко выставил в сторону руку, ловя за воротник всадника, начавшего свое падение. Под тяжестью соперника его самого повело в сторону, и Харука левой рукой сильнее ухватился за повод, одновременно наклоняясь влево. Воспользовавшись заминкой, впереди идущий соперник оторвался от блондина, пока тот пытался помочь человеку. Харука понимал, что он потеряет скачку, если немедленно не бросится в погоню, но и оставить человека в беде он не мог. Жокей, которого держал Харука, смог вытащить ногу из стремени и освободившаяся лошадь, оставшись без седока, умчалась в сторону с дорожки, попутно чуть не сбив другого седока. Мужчина коснулся ногами земли и Тено отпустил его, одновременно пришпоривая лошадь вдогонку. Судьи так и не успели поднять желтый флаг, который бы означал, что наездники должны остановить лошадей из-за аварийной ситуации на дорожке. Поднятие флага означало бы приостановку скачек на неопределенное время. И потому у Харуки еще был шанс спасти скачку, и он собирался воспользоваться им полностью.