Вопросы доверия

Ритуал был тяжелым. Несмотря на поддержку Цзян Чэна и Лань Чжаня, Вэй Ин с трудом сумел усмирить огромное количество темной энергии, высвободившееся из Тигриной печати. Когда трели Чэньцин замолкли, Вэй Усянь едва успел поймать висящую перед ним Тигриную печать, которая теперь состояла из одной части и отдаленно напоминала клановый символ Цинхэ Нэ — голову быка. — Все, глава Не, можете забирать — он протянул получившийся артефакт Не Минцзюэ, при этом покачнувшись и едва не упав. Предотвратил падение Лань Чжань — он просто подхватил своего любимого на руки и, кивком попрощавшись со всеми, молча понес его в свою комнату. — Лань Чжань? — немного непонимающе посмотрел на спутника жизни Вэй Усянь, однако сопротивляться несущим его сильным рукам не собирался — он любил эту скрытую, но ощутимую мощь Лань Ванцзи. — Количество темной энергии было слишком большим, твой организм еще не восстановился после двух ранений, — тихим, но обеспокоенным голосом ответил Второй Нефрит клана Лань. — Прости, я сам не ожидал… — признал свою ошибку темный заклинатель. Он прижался щекой к груди Лань Чжаня и тихо прошептал: — Я опять заставил тебя волноваться… Плохой из меня муж будет… — Муж? — в неверии замер Ханьгуанцзюнь. Вэй Ин понял, что в усталом бреду проговорился о своей самой сокровенной мысли — он хотел свадьбу с Лань Чжанем. — Только если ты захочешь иметь в супругах такого, как я, — стараясь не смотреть ему в глаза, пробормотал Вэй Усянь. — Да! — это прозвучало неожиданно эмоционально для привыкшего скрывать чувства в себе Лань Ванцзи, но его это не смутило. Вэй Ин счастливо рассмеялся, слыша такую реакцию любимого и потянулся за поцелуем. — Тогда, чтобы все было по правилам, — уже оказавшись в комнате на кровати и с трудом оторвавшись от губ Лань Чжаня, начал Вэй Ин. — Лань Чжань, Лань Ванцзи, Ханьгуанцзюнь, Лань-гэгэ, я люблю тебя и хочу пройти свой жизненный путь с тобой. После этих слов Вэй Ин сел и твердо, словно прямо сейчас клялся перед Небесами, заговорил: — Сердце радуется при виде тебя, люблю тебя, хочу тебя, не могу без тебя, все-что-угодно тебя! Он крепко обнял сидящего рядом Лань Чжаня и продолжил, глядя в полные любви глаза: — Я хочу всю жизнь ходить с тобой на ночную охоту! Вэй Усянь сложил три пальца вместе, указал на небо, на землю, затем приложил к сердцу и, улыбнувшись лукаво, произнес: — И еще каждый день делить с тобой ложе! Не хочу никого, кроме тебя, никто не сможет заменить тебя. Можешь делать со мной все, что хочешь, как хочешь, мне все нравится, Лань-гэгэ… После этих слов уши Лань Чжаня покраснели, а сам он потянулся к Вэй Ину, затыкая его самым надежным и приятным способом — поцелуем. — Люблю тебя, хочу тебя, никто не сможет заменить тебя, — повторял слова Вэй Усяня Лань Ванцзи, между поцелуями. *** — Наконец-то мы дома! — радовался Вэй Усянь, оббегая все самые любимые места Пристани Лотоса, как только они прилетели в Юньмэн. Полет на Бичэне с Лань Чжанем привел Вэй Ина в возбужденное состояние, но до ночи было далеко, поэтому темный заклинатель, словно маленький ребенок, носился по резиденции своего ордена, проверяя, не изменилось ли чего за время их отсутствия. — Цзян Чэн, а мы скоро пойдем на ночную охоту? — подскочил темный заклинатель к брату, обняв его за плечи и повиснув всем весом. — Скоро, отстань! Не виси на мне — у тебя на это Лань Ванцзи есть! — отмахнулся Цзян Чэн, но рук Вэй Ина с плеч не скинул, исподволь проверяя — действительно ли брат восстановил нормальный вес. Цзян Ваньиню вдруг вспомнился тот момент, когда он впервые понял, что шисюн не имеет Золотого Ядра и стал физически слаб. Теперь же, при помощи новообразованного Ядра, а также заботе Цзян Янли и Лань Чжаня, здоровье темного заклинателя возвращалось в норму, чему Цзян Чэн был очень рад, но ни за что бы этого не показал. — Ох, как же я соскучился по нормальной Ночной охоте! — радостная улыбка Вэй Усяня против воли заставляла Цзян Ваньиня улыбнуться. — Ты главное Суйбянь не забудь! — проворчал он, пытаясь скрыть свое счастье. — Ни за что теперь с ним не расстанусь! — клятвенно пообещал Вэй Ин и, отпустив наконец Цзян Чэна, кинулся к следующей «жертве» — не вовремя появившемуся в поле зрения чересчур активного заклинателя Вэнь Нину. — Вэнь Нин! Ты пойдешь с нами на ночную охоту? — спросил скромного целителя Вэй Ин. — Но, молодой господин Вэй, я же… — попытался возразить Вэнь Цюнлинь, однако Вэй Усянь, задумавший все же помочь этой паре сойтись, не собирался слушать возражения. Прошептав несколько слов отчего-то смутившемуся Вэнь Нину, он громко провозгласил: — Ну вот и отлично! Пойду обрадую Лань Чжаня, — и быстро скрылся за углом дома. *** Ночь, освещаемая полной луной и россыпью звезд на безоблачном бархате неба, лес, полный шуршания листвы и далекий вой какой-то твари — романтика Ночной охоты во всей красе! Вэй Усянь шел по тропинке, размахивая Суйбянем и насвистывая очередной прилипчивый мотивчик. Чэньцин была заткнута за пояс, на котором покачивался небольшой колокольчик с изображением лотоса, не издававший ни звука при легких шагах мужчины. Иногда Вэй Ин подбегал то к Цзян Чэну, то к Вэнь Нину, заставляя Лань Чжаня волноваться, так как пропадал из его поля зрения. — Вэй Ин, не бегай, — попросил темного заклинателя Ханьгуанцзюнь, когда тот в очередной раз вернулся из темноты леса. — Лань Чжань, ты не понимаешь! — обняв своего Нефрита, протянул Вэй Усянь ему на ухо. — Чего не понимаю? — посмотрел в ответ Лань Ванцзи. Вэй Ин прижался еще крепче к своему любимому и зашептал: — Я хочу свести этих двоих, но Вэнь Нин слишком стеснительный, а А-Чэн никогда не умел выражать эмоции, только и может, что ругаться, — фыркнул брат главы Цзян. — И как ты хочешь помочь? Ты поэтому уговорил Цзян Ваньиня взять Вэнь Цюнлиня на Ночную охоту? — заинтересовался очередным планом своей пары Лань Чжань. — Именно! Ты посмотри вокруг — ночь, луна, звезды — сплошная романтика! — пропел Вэй Ин и поцеловал Лань Чжаня. — Но, как я вижу — все равно дело не продвигается, — с досадой продолжил жаловаться на брата и целителя Вэй Усянь. — Придется действовать более серьезными методами… Старейшина Илин на время замолчал, раздумывая над новым планом, а затем зафыркал, стараясь заглушить смех одеждами избранника. — А-Чжань, мне нужно поговорить с Вэнь Нином, отвлеки, пожалуйста, А-Чэна, а? — отсмеявшись, попросил он и скорчил умоляющую гримасу. Лань Ванцзи никогда не мог отказать Вэй Ину в чем-либо, поэтому кивнул и попросил любимого быть осторожнее и помнить, что они все-таки не на прогулке, а на Ночной охоте, ушел в сторону, где виднелись изредка всполохи Цзыдяня. Вэй Ин тем временем нашел Вэнь Цюнлиня, который старался держаться поближе к Цзян Чэну и отвел его в сторонку. — Вэнь Нин, пойдем, мне нужно кое-что тебе рассказать! — возбужденно сверкая глазами, тихо проговорил он, таща целителя подальше от главы ордена Цзян. — Молодой господин Вэй, что случилось? — немного испуганно пролепетал Вэнь Нин. — Тебе же нравится А-Чэн? — убедившись, что их никто не услышит, задал прямой вопрос Вэй Усянь. — От-ткуда вы знаете? — заливаясь краской так, что это было видно даже при блеклом лунном свете, тихо спросил Вэнь Цюнлинь. От смущения к нему даже вернулось изжитое за время обитания в Юньмэне заикание. — Твои взгляды в сторону моего братца сложно не заметить, — с легкой улыбкой ответил Вэй Ин. Он смотрел на друга, всем видом показывая, что не имеет ничего против, затем, пожалев вконец засмущавшегося целителя, продолжил: — Да успокойся, ты тоже ему нравишься! — Молодой господин Вэй! Не стыдно вам смеяться надо мной? — не поверив, укоризненно посмотрел на него Вэнь Нин. — Клянусь Суйбянем! Он сам сказал, что ты милый, — сдал брата с потрохами Вэй Усянь. — Не веришь мне — спроси Лань Чжаня — он тоже слышал. — Все равно не верится, что глава Цзян мог такое сказать… — все еще не очень-то веря в слова известного шутника, протянул Вэнь Цюнлинь. — Ну сам бы он такое точно не сказал, но вот с заклятием истины… — многозначительно подмигнул Вэй Ин и кратко рассказал о талисмане и результате его испытания на Цзян Чэне. Вэнь Нин серьезно задумался, в его душе, несмотря ни на что уже зацвела надежда. Но поразмышлять долго ему не удалось — в кустах раздалось шуршание и прямо перед заклинателями появилась ночная тварь — та самая, на которую они охотились. Это оказалась дикая собака-оборотень — тварь ростом под метр в холке с красными глазами и оскаленной пастью. Громкий рык вывел Вэнь Нина из оцепенения, а последовавший за этим лай заставил Вэй Усяня на полной скорости рвануть как можно дальше от нечисти, забыв о Суйбяне и Чэньцин. — Лань Чжаааань! Спасиии! — не замечая текущие из глаз слезы, отчаянно звал насмерть перепуганный Вэй Ин. Он не смотрел под ноги и вообще мало что видел — перед глазами потемнело, а в ушах стоял лишь озверелый лай собаки. Это и было причиной того, что очередной корень, коварно торчащий из земли, неудачно подвернулся под ногу темного заклинателя и тот упал. Не в силах подняться, он свернулся в клубок и прижался спиной к дереву, страх парализовал его, лишая способности двигаться, думать и даже дышать. Вэнь Нин с удивлением наблюдал, как тот, кого так боятся мертвецы, да и многие из живых, замер, неспособный пошевелиться и защитить себя. Он внезапно вспомнил, в каком состоянии нашел Вэй Усяня тогда, в камере Вэнь Чао во время «перевоспитания» в Цишане. Поняв, что пришло время отплатить за доброту своему другу, Вэнь Нин решительно вытащил меч и не колеблясь вышел вперед, когда тварь появилась в поле его зрения. Собака-оборотень явно не принимала целителя всерьез, поэтому Вэнь Цюнлиню удалось ее ранить, однако и сам он не остался невредимым — острые когти распороли ханьфу на груди, к счастью, лишь легко оцарапав кожу. Отскочившая тварь готовилась ко второму прыжку, когда из леса вылетели две вспышки: льдисто-голубая — Бичэнь, и фиолетово-алая — Саньду. Удар Цзыдяня сковал собаку, а Бичэнь ловко срубил нечисти голову. — Вэй Ин! — подбежал к все еще лежащему на земле заклинателю Лань Чжань. Вышедший следом Цзян Чэн сочувственно посмотрел на брата, но оставил его заботам Лань Ванцзи, направился к Вэнь Нину. — Вэнь Цюнлинь, с тобой все в порядке? — спросил он, пытаясь замаскировать беспокойство раздражением, а затем, увидев разорванную одежду целителя, не смог удержать маску. — Ты ранен? — подойдя ближе, Цзян Ваньинь хотел осмотреть Вэнь Нина, но тот, залившись краской, пробормотал, что с ним все в порядке, а вот молодой господин Вэй… — Вэй Ин, что с тобой? Ты ранен? Где болит? — Лань Чжань не понимал, почему его любимый в таком состоянии, поэтому позвал: — Глава Цзян, вы знаете, что с ним? — подняв все еще пребывающего в шоке мужчину на руки, спросил Лань Ванцзи. — Он боится собак. С детства, даже самый маленький щенок был способен довести его до паники и потери мыслей, — объяснил Цзян Чэн и подойдя к Лань Ванцзи, мягко потрепал Вэй Ина по голове, как делал когда-то в детстве. — Эй, вернись, все закончилось, их больше нет… Всхлипы вцепившегося в Лань Чжаня Вэй Усяня стихали постепенно. Когда темный заклинатель осознал, что снова оказался в роли спасаемого, то мысленно выругался — приятно конечно, что Лань Чжань его защищает и на руках носит, но Цзян Чэн ему это еще припомнит не раз… — Да я уже в порядке, лучше присмотри за Вэнь Нином — ему пришлось в одиночку с этой тварью драться, — проворчал Вэй Ин, не торопясь покидать уютных объятий любимого. Цзян Чэн, поняв, что там он точно больше не нужен, действительно обратил все свое внимание на целителя. Глядя, как А-Чэн хмурится, осматривая царапины на груди Вэнь Нина, а тот готов сквозь землю провалиться от смущения, Вэй Усянь мысленно похвалил себя с удачно выполненной миссией.