Влечение

А чего ты ждал?

Джебом молчит в трубку. - Ты можешь просто вернуться и закончить?! - Джексон зол и это понемногу приводит его в себя. П@ц , о чем он просит вообще?! - Я за презервативами, - раздаётся в трубке, и член Джексона предательски вздрагивает. Хочет сказать, чтоб не возвращался, но: - давай быстрей. - Бегу, принцесса. - и этот наглец кладёт трубку. Слишком горячо в груди. В голове вата. Он не готов. Черт возьми, он совершенно к такому не готов! Еле переступая непослушными ногами, возвращается в ванную. Садится на холодный кафель. Его только что горящий зад чувствует холод пола и Джексона пробирает до мурашек. Мелкой дрожью начитает трясти. Возбуждение не проходит даже от этого. В голове куча картинок. Он не рад ни одной из них, но понимает, что не сможет сказать нет. Какого хрена ещё и парни уехали все! Почему Джебом остался?! Можно одеться и уйти самому, но... Но Бом ушёл за презервативами... Это действительно происходит с ним? Он ни разу не задумывался о том, каково это - быть снизу. Единственное, что его волновало, это чтобы Джебом кончал. Джексон сходил с ума от плеч, рук, ног лидера, ему нравилось, как тот, выгнув спину, насаживался на него. Он никогда не задумывался о том, что боль - это боль. Да, порой он намеренно входил без смазки и сразу на всю длину. Ему нравился процесс обладания. Как этот горделивый, статный и умопомрачительно красивый лидер стонет и плачет под ним. Как он кончает, выстанывая его имя. Джексону это всё настолько нравилось, что он даже не думал прекращать. Но то, как оборачивается всё сейчас... Поток мыслей, воспоминаний, фантазий прервал щелчок замка. Член окреп, анус напрягся сильнее. Все тело стало одной пружиной, сгустком энергии. Джебом, разувая кеды, кричит: - Выходи давай! Выходи, трахать буду. Сердце у Вана застучало с бешеной скоростью. Перед глазами все поплыло, он негнущимися ногами пошёл к двери, поднимая высоко голову. Как отказаться?! На нем из одежды было только ничего. - Кто ещё кого потрахает, сейчас разберёмся, - уверенно говорит он. Но тут же от неожиданности теряет дар речи. Перед ним стоит голый Джебом, прям лицом к лицу, так что не успевает он среагировать, как его разворачивают и прижимают к стене. Холодные пальцы уже в смазке гладят заветное отверстие. Джексон замер. Он наверное бы смог вырваться, уж не особо-то его и держал Джебом. Мог бы, но стоял молча. Когда первый палец зашёл внутрь, его начало трясти. Тысячи эмоций нахлынули. Было странно, стыдно и хорошо. Он пытался пошевелиться, но из-за движения и палец внутри задвигался. От этого полетели искры из глаз Вана. Таких ощущений он никак не ожидал - все существо его теперь было сосредоточено на том где и что делает палец Джебома. Смазка стекала со стены, к которой его прижимали. Джексон, тихо застонав, невыдержан этого бездействия снова сам пошевелился, закусил губу и замер. Боль и эйфория? Именно это испытывал Джебом? Тем временем Джебом потихоньку приходил в себя. В тот самый момент, когда его палец вошёл в Джексона, он чуть не кончил от переполнивших его эмоций. Всего было слишком: не вырывающийся вначале Ван, та теплота, куда ему предстояло проникнуть, стоны, а потом ещё это движение... Его накрыло волной возбуждения и нежности. Он любит этого горделивого засранца, не хочет причинить ему боль. Но хочет кончить в него. Это он представлял себе множество раз, то так и не хватало чего-то, чтобы претворить мечты в жизнь, до этого момента... Джебом вытаскивает палец, надо бы растягивать постепенно, но выдержки не хватает, и он вставляет три. Джексон заметно напрягается и уже не постанывает. Но Джебом начинает движение, сперва плавно, потом более уверенно. Он готов заменить пальцы своим агрегатом, но судя по напряженной спине Джексона, тот не готов. - Расслабься, - шепчет Бом и начинает ласкать ушную раковину, целовать щеки и шею. Джексона накрывает новой волной возбуждения. Он не готов к нежности. Совершенно не готов. Это ошеломляет даже сильнее, чем пальцы в его заднем проходе. - Просто сделай это уже, - выдавливает Ван. И тянется рукой к своему члену. Но Джебом перехватывает его руку и заводит за спину, наклоняя его, ноги Джексона не слушаются, но Джебом настойчив. Он наливает на руку смазку проводит по всей длине, пристраивается и входит. Сразу на всю длину. Джексон утробно стонет и кончает. Такого он от себя не ожидал. Его трясёт, а Джебом придерживает за бёдра, чтобы не соскочил. Чуть подождал и начал двигаться. Размашисто. Вышел. Хлопок. Вошёл. В глазах потемнело от удовольствия, он пытается растянуть момент оргазма как можно дольше. Ему так кайфово внутри Вана, что он непроизвольно начинает стонать от удовольствия. Джексон не успел отойти от оргазма, как давление на простату сделало своё дело, он взял член и начал в ритм онанировать, боль он уже почти не чувствовал, только зарождающийся подобный цунами оргазм. Джебом почувствовал это - возбуждение Вана, и ту самую точку, попадая на которую, он начинал стонать громче. Чувство эйфории затопило Бома и он, балансируя на грани, сорвался - кажется волна дрожи прошла через него в пол, он с громким стоном, поднимая Джексона и прижимая к себе, кончил. Они замерли вместе. Джексон второй раз дойти до пика не успел. Но то, что было с Бомом... он прекрасно понимал, потому что сам переживал это будучи на его месте. Рука поглаживала член, но уже не так интенсивно. У них ещё есть время до приезда ребят. Они успеют закончить начатое. Джексон, не слезая с Джебома, чуть повернулся: - Поцелуешь свою принцессу?