Bubbles and Snuggles

Лидия чувствовала себя неважно. Она не была больна, но она не была своей замечательной, ненормальной личностью. И Битлджус был обеспокоен. Обычно он не боялся смерти, но мысль о смерти Лидии, о том, что её отправят туда, наполняла его страхом и тревогой, которых он раньше не знал. Каждый раз, когда она чувствовала себя плохо, он начинал волноваться, и это не было исключением. Чтобы успокоиться, Мейтландам потребовалось сесть и твердо поговорить с ним. И даже тогда, он летал вертолётом. Пока Лидия спала, Битлджус парил над ней, решив убедиться, что ничто не потревожит её покой, и даже вторгался в её сны, когда казалось, что ей снится кошмар. Когда с этой тенью страха было покончено, он вернулся в мир бодрствования и обнаружил, что она всё ещё дрожит и потеет, он начал волноваться ещё больше. И поэтому он клонировал себя так, чтобы один из них мог сбегать вниз и попросить у Барбары суп, или лекарство, или что-нибудь ещё, что могло бы помочь Лидии почувствовать себя лучше, а другой оставался рядом, чтобы ухаживать за ней. Он опустился на ноги и провёл по ней холодной рукой, смахивая скользкую от пота челку и успокаивая её, когда она тихо вздохнула и выгнулась навстречу ледяному прикосновению. Битлклон и Барбара вскоре вернулись. Более материнская из двух присутствующих матерей Лидии Барбара бросила один взгляд на это зрелище и мгновенно поняла что происходит. — У неё, наверное, жар, — предположила Барбара, — обычно я сама проверяю температуру, но… будучи мертвой и всё такое, — она пожала плечами, — судя по поту, красным щекам и тому факту, что она охотно прикасается к тебе, она, вероятно, не чувствует себя хорошо. — Что это значит, Бэбс? — спросил Битлджус, — она… она не собирается. — Нет, Битлджус, — вздохнула Барбара с терпением и раздражением Матроны, — С Лидией всё будет в порядке, пока мы присматриваем за ней и она может немного отдохнуть. Это, вероятно, от усталости, вы таскали её поздно ночью, не обращая внимания на погоду или потребности её тела в функционировании. Может быть, это научит вас быть более осторожными, когда вы вдвоём отправляетесь на прогулку, — даже когда она сказала это, Барбара покачала головой, зная, что это был несколько бесплодный совет. Лидия терпеть не могла, когда её баловали, а Битлджус в таком состоянии становился ещё более цепким. Мало того, Битлджус был слаб, когда Лидия просила его о чём-то. Так что это, вероятно, произойдет снова, просто потому, что такое сочетание черт личности было рецептом для повторной катастрофы. Барбара снова вздохнула, — Я спущусь вниз и посмотрю, если у нас ингредиенты, чтобы приготовить куриный суп. Может, у неё и нет простуды или гриппа, но куриный суп поможет ей почувствовать себя лучше. Если Лидия проснется, проследи, чтобы ей принесли воды, и сделай всё, что она попросит, чтобы она могла ещё немного отдохнуть. Если она захочет горячее полотенце, возьми его, если она захочет пакет со льдом, возьми его. Единственное, чего ей не следует делать, так это попадать в ещё большие неприятности, понял Битлджус? — Барбара спросила, когда она положила руки на её бёдра. — Но. — Я имею в виду… — добавила Барбара, зная, что единственный способ заставить его слушать — это сыграть на его привязанности к Лидии, — ты же не хочешь, чтобы ей стало хуже, правда? — Нет! — я имею в виду, нет, — поправил он, помня о своём объёме и спящей готке в постели, — я буду держать её подальше от неприятностей, пока она не поправится, Бэбс. Если нет ничего другого, кроме этого, то вы можете рассчитывать на меня. Барбара позволила себе слегка улыбнуться его честной искренности. Он был прав. Если бы это было ради Лидии, они всегда могли рассчитывать на него, — я знаю, Битлджус, — она кивнула и направилась обратно вниз. Битлджус отдернул руку прочь только для того, чтобы Лидия снова начала ворочаться с боку на бок. Она также начала скулить, как будто ей было очень неудобно. Открылся один глаз, стеклянный и далекий. — Жарко! — её голос был высоким, пронзительным, совсем не похожим на её чудесное ненормальное «я». Она казалась… нуждающейся. И помоги ему Сатана, Битлджус был простым демоном, ему нравилось быть желанным, нравилось быть нужным. Демоны не были известны своей способностью противостоять искушению, так как же можно было ожидать от него чего-то меньшего? Когда она сбросила с себя одеяло, Битлджус схватил её за руку. Лидия начала успокаиваться, но всё ещё жаловалась, что ей жарко. Всякий раз, когда Битлджус пытался пошевелиться и распространить свой смертельный холод, чтобы помочь ей, она всё равно жаловалась. В конце концов, каким-то образом получилось так, что он навис над ней, в то время как она цеплялась за его лацканы. Битлджус вздохнул, быстро пробормотал себе под нос: ” Черт побери! ” — и, щелкнув пальцами, оказался лежащим на кровати рядом с Лидией, свернувшейся калачиком. Она тут же успокоилась и, чтобы она не замерзнула слишком сильно, Битлджус натянул на них одеяло. Лидия дремала и спала, казалось, целую вечность, а Битлджус, конечно, мог бы остаться там навсегда. Свернувшись калачиком с Лидией, которая прижималась к нему, никаких забот, никаких проблем, нигде, кроме как здесь. Наверное, это была вторая близость к раю, которую он когда-либо испытывал. В первый, ну… это может подождать ещё один день. Тот, где Лидия не чувствовала себя так, как сейчас. Лидия в конце концов проснулась, с затуманенными глазами и всё ещё дерьмово, но гораздо лучше, чем раньше. Она вспомнила слабые обрывки того, что могло бы быть кошмаром, но быстро обернувшимся кошмаром, чувство, что она вот-вот сгорит, и прохладное чувство облегчения, которое возникло у неё на лбу и ушло оттуда. Она вспомнила голоса, один неистовый и обеспокоенный, а другой более спокойный и собранный. Потом она вспомнила, что тепло вернулось, и этот приятный холод двигался по ней, пока она не прижалась к нему вплотную. И вот так она проснулась, чувствуя себя холоднее, чем раньше, и уставившись в грязные полосы. Битлджус. Битлджус был той самой милой холодной штукой, которая помогла унять жар её лихорадки. И на самом деле сейчас у него была более комфортная температура, чем обычно. Он всегда становился таким, когда они обнимались. Лидия удовлетворенно вздохнула через нос и ещё глубже прижалась к нему. Правда, Битлджус не мылся, но на самом деле от него тоже ничем не пахло. Хотя он, возможно, он и выглядел отвратительно, но в основном это был его взгляд. — Ты не спишь, детка? — спросил Битлджус, глядя на неё сверху вниз. — Да, — её голос звучал слабо, — как давно ты здесь? — Достаточно долго, — рука Битлджайса опустилась, чтобы погладить её волосы, — как ты себя чувствуешь? — Как дерьмо, — честно ответила Лидия, её голос стал немного сильнее, но всё ещё слаб. Она услышала щелчок, а затем он предложил ей стакан воды. — Пей, — приказал он без всякого авторитета и злобы. Честно говоря, это звучало так, как будто ему было приказано сказать ей об этом. Вероятно, Барбара была единственной, кто знал, как лучше всего справляться с простудой. Но она сделала то, что, как она знала, хотела бы Барбара. Вода действительно помогла ей почувствовать себя немного лучше, успокаивая покраснение горла, пока она спускалась вниз по пищеводу, и она допила стакан с рекордной скоростью. Но она всё ещё чувствовала себя грязной и отвратительной от всего того пота, который был на ней ранее. И когда она осмотрела свои конечности, то поняла, что слишком слаба, чтобы идти. Она могла бы попросить Битлджуса позвать Барбару или Делию но… — Битлджус? — она посмотрела на него, когда он поставил стакан обратно на тумбочку, — ты не мог бы… — Боже, она казалась такой нуждающейся и цепкой, но это можно было простить, потому что она плохо себя чувствовала? — не мог бы ты помочь мне… принять ванну? — поняв, как это можно истолковать, Лидия быстро добавила: — не сексуальная ванна, просто… я чувствую себя отвратительно и не могу сейчас ходить. — Детка, я понял, — сказал Битлджус, отодвигаясь от неё только для того, чтобы поднять её на руки, — в любом случае, мне не очень нравится идея больного секса. Нет ничего менее сексуального, чем смотреть, как кто-то рубит лёгкое, хотя я уверен, что ты сможешь изменить моё мнение, — его улыбка была менее вкрадчивой и более веселой и дразнящей, — кроме того, Бэбс строго приказала мне делать всё, что тебе нужно, чтобы ты смогла чувствовать себя лучше и я не хочу навлекать на тебя неприятности. Давай, пугало, залезай в ванну. Он отнес её в ванную комнату, усадил на стойку и принялся возиться с ручками. Так как он был мертв, трудно было определить температуру, но Лидия сказала, что обычно она предпочитала горячую. Он смотрел, как ванна наполняется водой, и вспоминал что-то о том, что пузырьки успокаивают, так что со щелчком они тоже появились. Он обернулся и увидел, что Лидия тщетно теребит одну из пуговиц на своём платье. Она чувствовала себя такой слабой, что не могла даже расстегнуть их. Лидия взглянула на него и покраснела, опустив руки. Вопрос остался невысказанным. «Вы можете мне помочь?». Щелкнув пальцами, она приготовилась к ванне. Битлджус подхватил её на руки и опустил в воду. Его рукава были закатаны, и он потянулся за мылом, чего Лидия никогда не думала, что когда-нибудь увидит его за этим занятием. — Что ты делаешь? — спросила она, даже когда начала расслабляться в воде, расслабляя напряжение в своём теле. — Тебе нужно… привести себя в порядок, — сказал Битлджус, не вполне сопротивляясь желанию заткнуться при слове «чисто», — но учитывая, что ты слишком слаба, чтобы ходить, и слишком слаба, чтобы раздеться, я предполагаю, что ты слишком слаба, чтобы привести себя в порядок. — И ты планируешь сделать это… снаружи ванны? — Лидия выгнула бровь. — Не очень-то мне нравится идея помыться, и ты это знаешь, — ответил Битлджус. — Достаточно справедливо, — пожала плечами Лидия, — но, — добавила она, — я была бы не против компании, вода всё ещё немного… слишком тёплая. — Я могу сделать её холодной одним щелчком, — проворчал Битлджус, беря её за руку и начиная намыливать её. — Это было не совсем то, что я имела в виду, Битлджус, — настаивала Лидия, — пойдём, прими ванну со мной. — Почему же? — спросил он её. — Может, сейчас я и больна, но со временем мне станет лучше. И я могу быть склонна вознаградить кого-то, кто согласился со всем, что я просила, чтобы помочь мне чувствовать себя лучше, ты понимаешь? — Лидия снова подняла бровь. Битлджус выпустил мыло в воду и с очередным щелчком оказался рядом с ней в ванне. Слава богу, Делия уговорила отца купить большую ванну. Там было достаточно места для них двоих. И всё же Лидия подтянула колени к груди и положила на них подбородок. Битлджус всё ещё выглядел немного неуютно, пребывание в чистой воде не было его любимым занятием, но с Лидией было всё гораздо лучше. Битлджус поджал ноги и оперся подбородком на руку, оперевшись на край ванны. Прошло совсем немного времени, прежде чем он понял, что смотрит на неё, и она сделала то же самое, с той же, как он надеялся, глупой улыбкой на лице. — Пенни за твои мысли? — спросила Лидия, приподняв бровь, — ты ведь не боишься, что я умру из-за небольшой лихорадки? — Нет, — покачал он головой, — во всяком случае, не сейчас. — А что потом? — Не знаю, — пожал он плечами, — просто мне нравится смотреть на тебя. Лидия издала тихий смешок, — ты грязный, разлагающийся флирт. — А я думал, что я жуткий старикан, — парировал Битлджус, и в его голосе не было ни капли злобы. — Да, — призналась Лидия, подавшись вперёд, чтобы прижаться к нему и поцеловать в щёку, — но ты мой жуткий старикан. Спасибо, что ты здесь, ради меня, БиДжей. — В любое время, детка, — ответил он, — в любое время.