Зона 25 / редактируется

            - Не могу больше! - Чонгук отшвырнул в сторону пульт, которым минуту назад щёлкал каналы на огромной плазме.       Тэхён уставился на младшего, а Юнги выронил из рук очередную энциклопедию по медицине, которую нашёл у Тэхёна в небольшой библиотеке. Это издание эксклюзивное, таких экземпляров было всего несколько в мире. Они тщательно оберегались и никогда не выдавались читателям библиотек на руки. Даже на просторах интернета было невозможно найти этого издания. А у Тэ она пылилась на одной из полок, среди ещё множества уникальных произведений литературы.             - Что опять не так? Чем «Ваше Высочество» недовольно на этот раз? - поинтересовался Тэ.             - Я не могу больше сидеть в четырёх стенах, - заканючил Чонгук, заламывая руки. - Я хочу погулять, посмотреть город, сходить хоть куда-нибудь. У меня скоро мышцы атрофируются, и пятая точка станет плоской от постоянного просиживания штанов в этой квартире.             - У-у-у, - протянул в притворном испуге Тэ, - наш пёсик хочет на прогулку?             - Тэхён! - опережая злобно оскалившегося Чонгука, возмутился Юнги. - Мы, кажется, договорились по поводу ваших взаимных оскорблений! К тому же Чонгук прав, ему нужно осваиваться в современном мире. Он совершенно не приспособлен к реалиям этой жизни.             - Ладно, не гунди, - прервал Тэхён лекцию Мина и повернулся, обращаясь к сверкающему ненавистью Гуку, - собирайся, пойдём прогуляемся. Но говорю сразу. Мы идём туда, куда я скажу, и уходим тогда, когда я скажу. Ты со мной не споришь и не портишь мне настроение.       Тэхён замолчал, смотря на счастливого Гука, который был сейчас таким очаровательным, с этой детской, немного кроличьей улыбкой и блестящими интересом глазами. Тэхён ухмыльнулся про себя. И как у такого волка может быть такая добрая заячья улыбка? Сколько в этом парне духа и силы воли к жизни? Как жаль, что ему уготована такая тяжёлая судьба. Тэ стряхнул наваждение и, поднявшись, скрылся в своей комнате.       Распахнув двери шкафа, забитого вещами под завязку, он начал монотонно перебирать имеющийся в наличии гардероб. Почему-то сегодня хотелось выглядеть по-особенному. И, конечно же, это не потому, что с ним идёт Чонгук, и не потому, что Юнги наотрез отказался идти с ними. Нет, конечно, нет.       В результате через час из отражения в зеркале на Тэхёна смотрел французский мальчик из фильмов: в светло-серых прямых брюках, свободной шёлковой белой рубашке и пыльно-розовом берете, который скрыл чёлку, оголяя лоб. Тэ слегка подвёл глаза и, накинув на себя мягкий кардиган, вышел в гостиную. К счастью, у него и Гука был почти один размер, лишь с той разницей, что Тэхен был чуть более хрупким. Поэтому увиденное повергло брюнета в эстетический шок. Перед ним стоял совершенно другой Чонгук, это был роковой хулиган, пират и соблазнитель. Волосы, уложенные на косой пробор, подведённые чёрным глаза, губы, прихваченные прозрачным бальзамом. Широкие плечи обтягивала чёрная футболка Тэхёна, которую он надевал всего пару раз, по причине того, что она ему не подходила, он забросил ее, задаваясь вопросом, зачем вообще покупал, но которая безумно шла Чонгуку. И теперь Тэ был готов хвалить себя усердно и долго, ибо эта вещь явно была для этого парня.       Футболка была заправлена в узкие кожаные брюки, которые слишком провокационно обтягивали мощные бедра и накаченные икры. Тэхён медленно скользил взглядом по фигуре шатена, не замечая, как тот так же внимательно разглядывает стоящего перед ним юношу, напоминающего художника: безобидного, одухотворённого и возвышенного, со взглядом кроткой лани. Эдакой натурой в творческом поиске на рассвете карьеры.             - Налюбовался? - первым опомнился Тэхён. - А теперь пошли, время узнать, как нужно веселиться.

***

      Чёрный байк с высоким рулём и круглыми фарами, бьющих ксеноном в ночную мглу, заставляя её отступить, остановился на парковке возле клуба. Тэхён стянул шлем и, заглянув в одно из зеркал, поправил съехавший берет. Чонгук снял свой, украшенный языками пламени на гладких чёрных боках, перекинул ногу и расправил кожаную куртку с золотыми молниями, так же одолженную у Тэ.       На входе в здание двое охранников приветливо улыбнулись помахавшему им ещё издалека Тэхёну.             - Парни, привет, - ворковал Тэхён. - Это со мной, - Тэ положил руку на плечо Гука, подтягивая его ближе. - Вы же не против, если он повеселится здесь немного? Спасибооо, парниии, - пропел Тэхён, получив одобрительный кивок и проходя внутрь, ведя за собой Чонгука.       Музыка в зале гремела так, что у Чонгука чуть перепонки не лопнули. Чувствительный слух в таких местах скорее был недостатком, так же как и обоняние. Хотелось зажать уши и нос, и пока Гук решал, что же из этого сделать первым, в его руку легли небольшие беруши, предусмотрительно прихваченные Тэхёном из дома.             - Думаю, тебе это пригодится, - проговорил Тэ на самое ухо Чонгука.       - Спасибо, - Чонгук благодарно улыбнулся Тэхёну, запихивая спасительные заглушки в многострадальные уши.       Было приятно, что брюнет позаботился о Чонгуке, не забыв о его сверхинстинктах. Гук повернулся, чтобы сообщить Тэ о том, что стало намного легче, но не обнаружил его рядом. Быстро просканировав помещение, он нашёл голову с розовым безобразием на ней возле барной стойки. Запах алкоголя, духов и потных тел раздражал нюх до тошноты, и Чонгук постарался дышать ртом, чтобы немного смягчить резкие, не всегда приятные запахи. Шатен обошёл зал, отмахиваясь от девушек и парней, которые буквально лапали его, от чего Гуку хотелось взреветь и отшвырнуть их от себя. В результате Чонгук вернулся на исходную точку, вновь высматривая в толпе знакомую фигуру. Но то, что он увидел, ему не только не понравилось, это его вывело из себя в одно мгновение.             - О! Привет, мой леденечек! Рад тебя снова видеть.       Хосок материализовался рядом с Тэхёном, широко улыбаясь. Рука в неизменной перчатке, к слову, сегодня одной, бесцеремонно легла на талию Тэ, а вторая держала бутылку пива. Ким сегодня как никогда был рад видеть Хосока. Тэхёну хотелось поскорее выкинуть волка из головы, и Хосок со своей лобовой атакой флирта был самым подходящим вариантом.             - Взаимно, - обольстительно повёл плечами Тэхён, - я даже успел по тебе соскучиться.             - Правда, что ли? - обрадовался Хо. - Тогда позволь тебя угостить, - парень сделал знак бармену, который засуетился, наливая любимый Тэхёном бордовый напиток. - Ты сегодня такой очаровательный, - Хосок склонился ближе к Тэ, обдавая бледную кожу своим дыханием. - Тебе безумно идёт этот образ. Тэхён скрыл улыбку за бокалом, но сделал это так, чтобы Хосок успел увидеть. Рука на его талии слегка сжалась, прижимая парня ближе к её владельцу. Брюнет не сопротивлялся, с удовольствием принимая внимание. Только затылок горел, словно в него калёное тавро вдавливали. Тэхён знал, кто так сверлит его взглядом, но старательно игнорировал, словно весь мир сейчас сосредоточился на его разговоре с Чон Хосоком, который легонько скользнул выше, обхватывая шею Тэ и осторожно её разминая.       Тэхён наслаждался разговором, позволяя чужой руке переместиться на поясницу, а затем чуть ниже, практически укладывая на упругую ягодицу. Тэ в свою очередь перебирал в руках подвеску, висящую на шее Хосока, и, слегка склонив голову набок, поглядывал на него с улыбкой из-под пушистых ресниц. Чон всё чаще склонялся ближе к лицу Тэхёна, пару раз словно бы случайно касаясь губами шеи и щеки, и всё наглее лапал Тэ, не встречая особого сопротивления. Наглая рука всё ниже спускалась к мягкостям брюнета, слегка поглаживая. Хосок поймал взгляд брюнета и, не отпуская, медленно приблизился к его губам. Тэхён приготовился к последующему дальше поцелую, но именно в это мгновение его с силой рванули за плечо, отрывая от липнущего к нему падшего ангела.       Ким удивлённо повернулся назад, натыкаясь на перекошенное злостью лицо Чонгука. Парень явно был в бешенстве, он повторно дёрнул Тэ к себе, уже сам окольцовывая чужую талию и прижимая спиной к своей груди.             - Я хочу домой, - наклонившись, процедил Чонгук.       Тэхён, отмерев, дёрнулся вперёд, высвобождаясь от медвежьей хватки и поправляя рубашку.             - Не ты ли хотел прогуляться? - задал логичный вопрос Тэ. - Так гуляй! Я найду тебя позже, - брюнет демонстративно повернулся к Хосоку, с любопытством следящему за всем происходящим, но его вновь схватили за локоть и повернули к себе.             - Я сказал, что мы идём домой! Достаточно, я нагулялся, - прорычал Гук, раздувая ноздри.             - Позвольте, молодой человек, - вмешался Хосок, - но Вам же сказали, что не желают возвращаться. С Вашей сторо...             - Заткнись! - огрызнулся Чонгук, испепеляя Хо взглядом. - Я не с тобой разговариваю.       Хосок в удивлении расширил глаза, и причиной тому была не грубость со стороны этого молокососа и не то, что Тэхён с неподдельным восхищением смотрит на эту гору мышц, хоть и старается выглядеть возмущённым. Хосока поразила аура вокруг шатена. Точнее, её цвет. Огненно-рыжие отблески с бледно-зелёными пробивающимися лучами по краю затемнялись к середине, переплетаясь с золотым и ало-красным, создавая эффект пожара, окружившего одного единственного человека. Много лет Хосок не видел ничего подобного, точнее сказать, никогда не видел. Такая аура принадлежала оборотням, которые считались вымершим видом, но бледно-зелёные лучи являлись отголосками человеческой сущности.             - Кто он? - посерьёзневший Хосок повернулся к Тэхёну, который не сразу отреагировал на его вопрос.             - Ты же видишь его ауру, - спокойно ответил брюнет. - Значит, сам знаешь ответ на свой вопрос.             - Но... Это невозможно! - ахнул Чон Хосок. - Они же... Их же... Я думал, что они все погибли! Где ты его нашёл?             - Хватит болтать. Мы уходим, - Чонгук потащил Тэхёна к выходу, не дав даже попрощаться.       Когда он увидел, как Тэхёна нагло лапают на глазах у всех, да ещё этот напыщенный индюк разряженный, как мечта извращенца, что-то в нём щёлкнуло. В груди всё взбунтовалось, зверь в его душе грозно зарычал и оскалился, требуя забрать у чужака Тэхёна. Чонгук успел как раз вовремя, ещё бы мгновение, и этот наглец поцеловал бы Тэ, который, впрочем, явно был не против подобного развития событий, и от этого раздражение достигло масштабов трагедии. Гуку с трудом удалось удержать себя в руках и не порвать глотку чужаку прямо при всех.       Вытащив брюнета на парковку, Гук зло всунул в руки Тэхёна шлем и, обшарив его карманы, достал ключи. Надел свой шлем и, закинув Тэ на мотоцикл, завёл послушно заурчавшую технику и рванул в сторону дома. Он никак не мог успокоиться, несмотря на то, что Ким сидел сзади и теперь точно был вне досягаемости того парня.       Прохладные руки мягко обвили его поперёк живота, сцепляя пальцы в замок, прижимая ладони к накаченному прессу, а к спине прижалась чужая грудь. Голова в шлеме склонилась к плечу, и Гука резко отпустило. Злость рассеялась, как туман на рассвете, а шум в голове утих. Тэхён молчал, лишь обнимая Гука сильнее, время от времени поглаживая втягивающийся от этих прикосновений живот, а шатен улыбался, как дурак, радуясь тому, что сидящий позади парень этого видеть не может.       Чонгук зарулил на подземную парковку и под указания Тэ припарковал мотоцикл, спешившись, стянул с себя надоевший шлем. Тэхён последовал его примеру, всё это время не произнося ни слова.             - Это же был не человек? - прервал молчание Гук. - Там, в клубе, этот парень, он же не просто человек? Я прав?             - Прав, - кивнул Тэхён. - Он падший ангел.             - Что-то вы там про ауру трепали? - как обычно грубо поинтересовался шатен.             - Он видит цвет ауры существ и людей, - объяснил Тэхён, - это помогает падшим избегать ненужных связей.             - У нас теперь проблемы? - напрягся Чонгук.             - Не думаю, - отрицательно покачал головой Тэхён. - Падшие не вмешиваются в проблемы других, им хватает своих. Они изгнанники, которые никем не защищены, никто из них не станет соваться в междоусобицу других видов, потому что, встав на сторону одного, они оказываются под ударом других.             - Ты уверен?             - Никогда нельзя быть уверенным на 100%, - хмыкнул Тэ, - но у него ко мне личный интерес, так что тебя это не коснётся.       Тэ посчитал разговор оконченным и устремился в сторону лифтов. Но вопрос, заданный Гуком дальше, заставил его остановиться.             - А у тебя есть к нему личный интерес?       Брюнет не повернулся, стоя всё так же с идеально ровной спиной.             - Я, кажется, уже говорил тебе, - тихо произнёс Тэ, зная точно, что Гук слышит каждое слово, - что тебя не касается моя личная жизнь. Даже если и так, тебе-то что?       Чонгуку словно пощёчину влепили. Ну как этому голубоглазому дьяволу объяснить, что ему есть дело, хотя он и сам не знает почему. Его неимоверно раздражало, если кто-то находится слишком близко к Тэ, даже если это Юнги — единственный, кому доверяет оборотень. Сегодня впервые в нем возникло отчётливо желание убить падшего, который смел прикасаться к Тэхёну, получая в ответ одобрительные улыбки. Но он же не может вот так признаться в этом Тэ? Тот же просто высмеет его.             - Ничего. Ты прав, меня это не касается, - Чонгук прошёл мимо, едва не задевая все так же стоящего изваянием Тэхёна.       Как же бесит! Просто раздражает уже эта беготня друг за другом, пока второй убегает. Тэхён бы с радостью сегодня предался греху с Хосоком, тот был более чем соблазнителен и красив, но, несмотря на все его притязания, единственный, кого Тэхён на самом деле желал, был Чонгук. Когда тот возник рядом, Тэ понял, что младший ревнует. Звереет от накрывшего его чувства собственности, и поэтому так груб и зол.       Тэ в секунду оказался рядом с Чонгуком, разворачивая его к себе лицом и толкая в тёмный, плохо освещаемый угол парковки. Удивление на лице Чона тут же сменяется огнём страсти, охватившим его с головы до пят.             - Как же ты меня бесишь, - обречённо процедил Тэхён, впиваясь в мягкие податливые губы, с наслаждением прижимаясь ближе, когда широкие ладони легли на его талию.       Разум отключился, и он с остервенением терзал чужие губы, ловя задушенные вздохи Чонгука, втискивая ногу между его бёдер и чувствуя, как наливается в кожаных штанах желанием член. Губы сминают чужой рот, язык скользит по краю, заставляя уста разомкнуться, и Тэхён скользит своим языком глубже во влажный жар, вылизывает, ищет чужой язык, обхватывает его губами, посасывая, а затем прикусывает. Гук стонет, обхватывая одной рукой затылок Тэ, сбивая набок берет, который вскоре и вовсе летит на грязный бетонный пол, загребает чёрные волосы на затылке, тянет ближе и глухо рычит.       Брюки жмут, а вторая рука сама спускается ниже, сжимая аппетитную половинку. Тэхён откидывает голову и трётся возбуждением о туго натянутую ширинку, сходя с ума от перевозбуждения, пока жадные губы выцеловывают его шею, прикусывают мочку уха, а рука скользит вперёд, расстёгивая пуговицу его брюк, проскальзывая внутрь, ныряя под бельё и окольцовывая сильными пальцами каменный стояк.       Тэхён задыхается от ощущений, когда сжатая в кулак на его члене ладонь скользит ниже, сдвигая кожу и оголяя чувствительную головку. Тэ, забыв о том, где он и кто, вторит Чонгуку, расстёгивая его брюки и запуская туда ладонь. На мгновение он успевает удивиться тому, что на младшем нет белья, но быстро забывает об этом, когда пальцы касаются влажной от смазки головки. Чонгук вцепляется в его плечо зубами, почти прокусывая. Да, сам он это делал и не раз. Но когда его возбуждения касается Тэхён, ощущения в тысячу раз острее. Чонгук отпускает себя, вновь выпуская на свободу уши, а глаза становятся чёрными с волнующимся в нём жидким золотом.       И снова жадный поцелуй, сопровождаемый движением рук в брюках. Прохлада ночи щекочет влажную кожу, создавая удивительный контраст, от которого впечатление ещё ярче. Тэ ускоряется, сам, находясь уже на краю, готовый вот-вот упасть в пучину оргазма, и приближает к этому Гука, который беспорядочно целует его, поскуливая и ахая, когда рука Тэ сжимается вокруг уздечки, массируя её круговыми движениями.       Близко, они очень близко, ноги окаменели, в паху всё загорелось, а пружина, сжавшаяся в солнечном сплетении, была готова лопнуть от сильнейшего потока приближающегося оргазма. Тэхён прижался к губам Гука и в момент, когда первый толчок выплёскиваемой спермы достиг свободы, несильно прикусил её, с трудом удержав своё истинное я. Голубые глаза помутились, и Тэ не сразу понял, что Чонгук с гортанным вскриком тоже кончил в его кулак.       Ноги тряслись, стоять было тяжело, и Тэхён уткнулся в плечо Гука, облизывая пересохшие губы и приводя дыхание в норму. Волосы на его макушке шевелило сбитое дыхание Чонгука, и это казалось таким естественным, что Тэ не мог не жалеть, что не имеет способности останавливать время. Потому что чувство вины уже пробиралось из недр, чтобы маленькой воспалённой занозой тревожить его сердце.       Минуты шли, а парни так и не произнесли ни слова. Молча Тэхён отошёл, отворачиваясь и стараясь привести себя в порядок. Нашёл глазами бесформенную кучку, которая являлась его беретом. Поднял его в попытке отряхнуть, но это не помогло. Только химчистка спасёт несчастный головной убор. Судя по звуку застёгиваемой молнии, Чонгук тоже был готов идти.       Сказать обоим было нечего. Точнее, на самом деле слов было много, но все они теперь были бессмысленны. Чонгук понимал, что ему хочется чего-то большего, что всё как-то неправильно. Что такое их поведение не то, каким должно быть, но молчал. Следуя за Тэ сначала в лифт, а потом в свою комнату, в которой сбросил с себя всё и обнажённым лёг в постель, закрыв глаза, вспоминая всё произошедшее. То, каким откровенным был Тэхён, как ласкал его, как стонал низко, гулко и глубоко. Член вновь дёрнулся, и Гук, перевернувшись на живот, зло рыкнул.       Всё было так прекрасно, хотелось ещё, прямо сейчас. Просто прийти в его комнату и взять, вылизать всего, искусать, огладить каждый изгиб. Но страх нарваться на привычную насмешливо-презрительную мину был сильнее. Гук должен был признать, что Тэхён прав. Гук всего лишь пёс, которому никогда не достанется дьявольски соблазнительный брюнет с небесными глазами-топазами.