Зона 25 / редактируется

      Оглушающий рык разорвал пространство, с грохотом отражаясь от стен и сводов, сотрясая пол. Глаза волка налились зловещей тьмой - чернее адского омута. От неожиданности, Ибо выпустил из рук свою жертву. Тэхен воспользовался возможностью и торопливо отскочил в сторону.       Чонгук обуреваемый гневом с силой рванул вперёд, вырываясь из рук вампиров и обращаясь в прыжке. Впервые он так быстро превратился за все время появления в нем волчьей сущности, то, что сейчас здесь происходило, перевернуло внутри Чонгука все вверх дном, стимулируя перекидку. Оскалившаяся пасть, с длинными острыми клыками; вставшая дыбом, словно наэлектризованная густая шерсть топорщилась, увеличивая животное в размерах; выпущенные острые, как бритва когти ударом, которых можно вспороть живот или горло; горящие дьявольской силой глаза, с расширившимися угольно-черными зрачками, весь его вид был угрожающим и внушительным.       Волк оттолкнулся задними лапами, прыгая в сторону Вана и не сводя с него глаз. Ибо замешкался и из-за своей медлительности, чуть не лишился головы. Мужчине едва удалось увернуться от щелкнувших возле самого лица зубов, грудно рычащего Чонгука. Джин, пользуясь суматохой и растерянностью ближайших к нему недругов, быстрым приёмом повалил и откинул одного из удерживающих его врагов, а второму рывком сорвал голову. На это ушло слишком много сил, старший понимал, что вскоре к Вану прибудет подкрепление и от него не будет толку. Остаётся надеяться, что его люди успеют вовремя, иначе им конец. Тэхен метался взглядом и в нерешительности топтался, в попытке вмешаться и помочь Гуку, но вампир и оборотень сцепились в ком, борясь, каждый за свою правду.       Всё, о чем сейчас думал Чонгук - это Тэхен, который столько всего пережил из-за него. Глаза налились кровью и потемнели ещё больше. Волк видел свою жертву и не намеревался уступать. Он вновь и вновь бросался на врага. В волчьем обличии раны Гука затянулись мгновенно, оставляя лишь фантомное ощущение дискомфорта в тех местах, где они были. Ибо удалось увернуться от мощной лапы, которая все же задела его плечо, раздирая ткань и плоть. Запах крови врага пробудил в Гуке забытую жажду убивать. Здесь либо он, либо его, только инстинкты, только чутье. Нельзя терять концентрации, ни в коем случае! После череды атак, Чон смог повалить Ибо на пол и попытался вцепиться в горло, но Ван успел подставить согнутую руку, давя на горло Гука предплечьем, не позволяя капающей на него слюной пасти, дотянуться до жизненно важного места, старательно нанося удары свободной рукой, которые Гук попросту игнорировал, продолжая, не смотря на давление в шее, склоняться все ближе к заветной цели.       Тэхен, сцепив зубы, пытался подловить момент, чтобы помочь. Когда в морду Чона прилетел сильный удар и лопнувшая десна закровоточила, что-то в нем напряглось. Чёрные веера крыльев за его спиной преобразились. Из мягких и чувствительных, они превратились в практически стальные пластины, плотно прилегающие друг к другу. Боковым зрением Тэхен уловил движение одного из приспешников Вана, прибежавшего на шум. Взметнувшаяся вверх рука крепко сжимала пистолет необычной формы. Вампир прицелился и выстрелил, метясь Чонгуку в бок.       Мозг отключился и Тэхен бросился в сторону Чонгука, отчётливо осознавая, что не успевает ликвидировать стреляющего. Обнажённое тело врезалось в мягкий мохнатый бок, сбивая Гука с ног. Крылья, словно кокон обвили огромное волчье тело, защищая от пуль с транквилизатором, град которых посыпался, со звоном отскакивая от крылатой брони. Чонгук поднял морду, смотря на склонившегося над ним Тэ. Сейчас перед ним был демон, но в то же время - это все ещё был его ТэТэ, мягко улыбнувшийся ему, оголяя ровные клычки, показавшиеся из-под верхней губы. Чонгук испуганно смотрел на любимого, который отчаянно прикрывал его своим телом.       Вскоре выстрелы прекратились. Послышался топот множества ног, приближающихся к месту, где разворачивалась битва. Джин, покачнувшись, поднялся на ноги, быстрым взмахом убирая со лба упавшую чёлку и растягивая губы в сумасшедшей, но усталой улыбке. Ещё чуть-чуть и он упадёт без сил, но пока это чуть-чуть в нем есть, он будет сражаться. Потому что и так слишком много задолжал своему племяннику. Не поддержал, не был рядом тогда, когда мальчишка боролся за свою жизнь, не нашёл его сразу, отвлекаясь на свои обязанности руководителя клана. Он отдаст сполна все, что должен этому демоненку, а главное себе. И только после этого сможет спокойно существовать. Тэхен должен выжить, просто обязан это сделать, чтобы поквитаться со всеми предавшими его семью, чтобы установить нормальную работу клана, чтобы просто жить и любить, радоваться каждому дню, попробовать не бегать по миру пытаясь спастись, а свободно перемещаться везде, где захочет, без страха быть пойманным и порабощенным. Это по праву его должность, которую он не получил только из-за того, что тот, кому он верил - предал его.       Чонгук по возможности мягко отстранил от себя Тэхена, ткнув его мордой в плечо, вставая на четыре конечности и принимая оборонительную стойку. По его подсчётам за дверью топало как минимум 15 пар ног. Это явно не все кто сюда явятся, но времени бояться или оглядываться назад, нет. Теперь нужно выжить. Но главное уничтожить Вана, который отвык от открытых сражений и явно уставший, отполз к колонне, гадко кривя губы в зловещей ухмылке.       Чонгук закрыл собой Тэхена и встретился взглядом с Джином: уставшим, израненным, но с глазами, полными решительности. Стоило только створкам дверей распахнуться, а первым шавкам Ибо ворваться в зал, и Сокджин и Чонгук сорвались с места. Зверь и вампир бились бок о бок, прикрывали друг друга, вскрикивая, и то и дело оглядываясь в сторону Тэ, готовые в любую минуту броситься на выручку. Но зная отношение главы к Тэхену, парня обходили стороной.       Тэхен попытался подняться на ноги, но колени подкосились, и он неуклюже рухнул. В глазах помутилось от непереносимой режущей боли в пояснице. Тэ схватился за спину и почувствовал влагу. Поднеся ладонь к лицу, он удивлённо уставился на резко пахнущую железом кровавую руку. Как он не заметил, что его ранили, пока он защищал Гука? Видимо помешали перемешанные запахи пороха, чужой крови и Чонгука, а бьющий в груди адреналин скрыл под собой боль. Тэхен сцепил зубы и вновь попробовал подняться. Бесполезно. Тело не слушалось. Сквозь пелену жгущей боли, он смог рассмотреть то, что Чона и Джина оттеснили в угол, а Ибо сильно потрёпанный, но все ещё с гордо поднятой головой, приближался к ним.       Это какой-то кошмарный сон. В ушах раздаётся приказ Вана, произнесённый спокойным, ровным голосом - "УБИТЬ". И вся эта свора падальщиков устремилась выполнять приказ. Тэхен, собрав последние силы, поднялся. Что-то внутри него менялось. Он никогда не испытывал чего-то подобного. Словно все его тело наполнилось лёгкостью и мощью, которая струилась по венам золотыми нитями. В реальности все происходило мгновенно, но стоило Тэ представить, как время будто бы замедлилось, становясь вязким и тягучим, как карамель.       Тэхен выгнул спину, и через долю секунды раздался оглушительный взрыв и вспышка, заставившие всех замереть и повернуться в ту сторону. Сноп искр окутавших тело Тэ постепенно рассеялся, и перед всеми присутствующими предстал такой Тэхен, от которого стыла кровь в жилах. За спиной юноши распахнулись два огромных крыла увеличившихся в размерах и тревожно подрагивающих. Размах его крыльев достигал нескольких метров, каждое перо было сверкающим калёным лезвием, а на концах этих двух мощнейший орудий убийства и защиты, красовалось по загнутому острому когтю. Чонгук во все глаза смотрел, как едва шелохнулись тёмные, скрывающие прекрасное лицо кудри и на Ибо устремился полный ненависти взгляд чудовища из преисподней. Клыки стали длиннее, отчётливо выступая из-под контура верхней губы, вместо небесно-голубых, глаза превратились в два чёрных камня, а белки залило кровью.       Обнажённый, стройный, угрожающе опасный Тэхен шагнул вперёд. Легко оттолкнувшись от пола, он взмыл под самый потолок и оказался возле Чонгука и Джина, плавно опустившись чуть впереди них. Демонические глаза вперились в Ибо, смотрящего в ответ ошалевшим взглядом. Он и не подозревал, что в Тэхене есть такая мощь. Вокруг него словно уплотнилась аура, сбивая с ног. Эта невидимая преграда угнетала и прибивала к полу, стоило кому-то приблизиться.             - Ты думаешь, я просто безвредный человечишка?! - низким рокочущим голосом произнёс Тэ. - Упиваешься своим всевластием, не принимая меня всерьёз?! Думаешь, что все обо мне знаешь?! - крылья за его спиной с громким шелестом раскрылись, откидывая в сторону вампиров стоящих слишком близко к брюнету. - Тогда я должен кое-что тебе рассказать, - оскалился Тэ, демонстрируя сверкнувшие белоснежные клыки. - Моя мать не была одним из низших демонов, как думали все. Она являлась одной из высших представителей демонического мира. Её мощь в сто крат сильнее, чем сила любого из вампиров. Тягаться с ней мог разве что наш древний. Поэтому, - зловещая улыбка на красивом бледном лице расползлась ещё шире, - тебе конец Ван Ибо. Тебе и всем твоим прихвостням. Ты посмел желать то, что тебе не принадлежит; решил, что можешь забрать у меня того, кто мне дорог. Это была самая большая твоя ошибка. Второй раз я не дам тебе лишить меня тех, кто для меня дороже всего.       Вдалеке раздался тревожный звук сирены, а это значит, что теперь все жители клана знают о том, что случилось нечто чрезвычайное. Но никто из присутствующих даже не шелохнулся. Тэхен глубоко вздохнул, медленно закрыв веки и слегка повернувшись к Гуку, прошептал:             - Ничего не бойся, Гуки. Теперь моя очередь защищать тебя, - а затем распахнул глаза и тихо... запел.       Чонгук впервые слышал этот язык. Тихий бас разносился по помещению, а Тэхен, согнув руки в локтях, сложил пальцы и щёлкнул ими. Щелчки раздавались в такт, странному мотиву, стелющемуся вокруг тонким покрывалом, сотканным из хрипотцы, глубины и ширины чужого удивительного голоса. Оторопевшие от страха перед демоном вампиры, боялись даже пошевелиться. Каждое движение пальцев сопровождалось подрагиванием крыльев и скручиванием когтей на них, словно два этих опахала являлись продолжением. А Тэ, не переставая пел, медленно переводя взгляд с одного на другого. Он знал, кем была его мама, но не думал, что ему передалось что-то помимо, так сказать, базовых умений демона. Тем не менее, сейчас он чувствовал себя настолько наполненным мощью, что это пугало его самого. Ему словно кто-то нашёптывал в самое ухо то, что следует делать или говорить. Тэхен полностью отключил сознание, позволяя инстинктам делать все за него. Он даже мысленно окутал Чонгука и Джина коконом своей ауры, отгораживая от того, что творилось вокруг.       Ибо замер, как загнанное в угол травоядное, коим себя никогда не считал. Сознание на миг исказилось и вместо поля битвы перед ним предстала его спальня. Ван стоял у стены, а к нему приближалось непонятное существо. То ли мужчина, то ли женщина с неестественно вытянутым лицом и глазами. Тонкой фигурой, облачённой в нечто мешковатое и полупрозрачное. Существо, склонив голову в бок, тихо бормотало что-то, ступая тяжело и как-то угрожающе. Ван попытался ускользнуть, но ноги словно приросли к полу, а язык не слушался. Мужчине было не по себе от происходящего, и одновременно любопытно, что это нечто будет делать дальше. Костлявые пальцы, обтянутые тонкой синеватой кожей, потянулись к его лицу, а затем сместились на горло. Воздух перекрыло и Ибо задрожал всем своим нутром, бессильно дёргая руками вдоль тела. Существо сверкнуло глазами и из тонкой линии рта вырвался длинный узкий язык, раздвоенный на конце, скользнув по щеке Вана. Ибо зажмурился бы, если б мог. Он не мог точно определить, ощущает ли он этот скользкий зловонный язык на своей коже или нет, но чувство омерзения и липкого ужаса, скользящего по спине, были совершенно натуральными.       Картинка вновь рассыпалась и вместо ужасного существа, перед ним предстала комната родителей. В окно лилось солнце, а на постели сидела... мама? Мама, точно она! Живая, улыбающаяся, раскладывая тонкую рубашку, бережно разглаживая пальцами образовавшиеся складки, уложила рядом сложенные вдвое серые в тонкую клетку брюки и улыбнулась.             - Мама! - попытался крикнуть Ибо, но снова не смог произнести ни звука.       Дверь открылась, и в комнату вошёл отец. Как всегда серьёзный и строгий. Густые брови нахмурены, а губы поджаты. Но стоило ему увидеть сияющее лицо матери, как и в его взгляде, появилась нежность и теплота. Мужчина обнял жену и заговорил о будущем, о том, что их сын будет иметь в этой жизни гораздо больше, чем они сами, что он делает все для этого и готов к любым последствиям.       Где-то вдалеке раздался тихий щелчок, и картинка, расплывшись, сменилась. Зарево костра поднимающегося на несколько метров ввысь, а его отец бился с несколькими вампирами клана, близкими к главе Киму. Ван попытался закричать, надеясь на чудо, но его не произошло. Он беззвучно открывал рот, кривил дрожащие губы, напрягал все тело, чтобы попытаться сделать хоть что-то, но на его глазах отца разорвали на части и бросили в жерло вечно голодного пламени. Ибо задыхался от бессилия и бесполезных попыток броситься туда, горло драло от не пролитых слез. Снова тихий щелчок, а потом до его ушей донёсся душераздирающий крик матери. Теперь Ван видел перед собой самую любимую женщину, которая с отчаянием львицы бросалась на господина Кима, но одним едва уловимым движением, жена бывшего главы снесла с плеч голову обезумевшей от горя женщины.       Из глаза Вана налившихся кровью, текли огромные капли слез, в груди все сдавило нестерпимой душащей горечью и безысходностью. Всё, чего больше всего боялся, Ибо и то, что все эти годы глодало его изнутри, оголяя самые неприглядные стороны его характера, сейчас вновь и вновь ходило по кругу, доводя до безумия. Всё это было настолько правдиво, что Вана снова и снова выкручивало болью, выворачивая наизнанку. Он снова и снова ничего не мог сделать, лишь наблюдая со стороны, как его лишают самого дорогого в жизни, а он ничего не может изменить.       Чонгук и Сокджин наблюдали за тем, как все противники словно парализованные выпучив глаза, дёргаются на одном месте. Стеклянные зрачки не двигались, будто они находились в трансе. Каждый пытался сделать хоть одно движение, но их словно держал кто-то невидимый, не позволяя шевельнуться. Гук перевёл взгляд на Тэ, который поочерёдно сверлил взглядом каждого, продолжая тихо напевать. Любой, на кого падал его взгляд, опускался на колени, хватая ртом воздух и так же продолжая с ужасом пялиться перед собой пустыми глазами.       По спине Джина пробежал холодок. Помимо Кима старшего и его жены, секрет демонессы был известен только ему. Когда супруга его брата была изгнана из ада, что являлось само по себе беспрецедентным случаем, то ещё одним её наказанием - было лишение сил демона. Однако у Тэхена отобрать их не смогли, поскольку он получил их при зачатии. Мать никогда не пыталась развивать в Тэхене умения своего вида, но рассказывала, что являлась одной из самых влиятельных представителей демонического мира. Джин впервые видел, на что на самом деле способны высшие демоны, каким от рождения являлся Тэхен, и это было зрелище не для слабонервных.       Звуки драки, пробились до слуха Чонгука сквозь плотную вату голоса Тэ. Он повернулся к нему, невольно пробега глазами по линии обнажённого позвоночника, обласкав плечи, спускаясь ниже. Когда взгляд добрался до изгиба поясницы, Чонгук с ужасом задохнулся. Округлая ягодица была залита кровью, сочившейся из ужасной огнестрельной раны на уровне талии, стекая по бедру и капая на пол. Чон уже сделал шаг вперёд, чтобы прижать простреленное место, но был остановлен Сокджином, больно схватившим его за холку. Джин, отрицательно покачав головой, прошептал одними губами:             - Сейчас не стоит его трогать. Это опасно для вас обоих. Это не тот Тэхен, к которому ты привык.       И снова Джин был прав. Гук гипнотизировал взглядом рану, мучаясь от невозможности исцелить его. Ему оставалось только надеяться, что его вампиро-демоническая сущность не позволит случиться непоправимому. Отвлёк его только очередной грохот распахиваемой двери, на этот раз не выдержавшей напора и разлетевшейся в щепки. В зал ворвалось больше двух сотен мужчин с горящими глазами и явными следами борьбы.       - Глава! - Киган подлетел к Джину, взметнувшему вверх в останавливающем жесте руку, без слов приказывая всем, остановиться. К счастью Тэхен пропустил этот вскрик, продолжая создавать иллюзию, в которую все глубже погружались попавшие под её влияние вампиры.       - Не смотрите на него, отвернитесь! Быстро! - скомандовал Джин Кигану, остановившемуся в паре шагов от него. Мужчина с трудом оторвал взгляд от Тэхена и бросился к своим людям, мелькая между ними и передавая приказ. Сокджин был внимательным главой, который уделял много времени тренировкам в своём клане, зная, что рано или поздно битва состоится. Возле каждого из врагов остановилось по паре подчинённых Ким Сокджина. Тэхен же не смотря на все, с ним происходящее, уловил появление помощи и, напрягая все силы, сфокусировался исключительно на врагах. Память вампира и острое зрение, были сейчас чем-то схожим с природными инстинктами животного. Он чётко запомнил каждого, кто нёс угрозу его любимому человеку и дяде. Никто из людей Джина не попал под его иллюзию, пока не смотрел в его глаза.       Джин потянул Гука за ухо, привлекая его внимание. Когда волк, недовольно фыркнув, повернулся, мужчина кивнул в сторону Тэхена и прошептал:             - Давай, только осторожно.       Чон тряхнул мордой и мягкой поступью приблизился к Тэхену, заходя с боку. Парень стал ещё бледнее, чем был до этого. Видимо транквилизаторы на него не действовали, так как на Гука, но потеря крови все же забирала много сил в купе с иллюзией и явным недоеданием. Гук медленно прижался мохнатым боком к бедру Тэ и нежно лизнул того в живот. Тэхен словно очнулся, замолкая. Чернота медленно отступала от его глаз, руки опустились, одна из которых легла на шею оборотня. Колени ослабли, и Чонгук едва успел подставить спину, на которую рухнуло обезвоженное, вымотанное и раненное тело.       В то же мгновение, конечности каждого из клана Вана были заломлены назад. Ибо не только держали за руки, но и Киган лично заложил руки за его шею, удушая и готовый в любой момент её свернуть.             - Что прикажете делать глава? - поднял Киган глаза, на возвышающегося над ним и его жертвой Сокджина.             - Всех в подземный грот на цепи. А этого, заковать и взять с собой, - бросил он презрительный взгляд на Ибо. - И глаз с него не спускать. Лично отвечаешь.             - Понял, - кивнул Киган, - выполнять приказ главы! - рявкнул он на все помещение, приводя вампиров в движение.       Ибо же безразлично висел в руках соратников Сокджина, словно тряпичная кукла. Его и без того неустойчивая психика дала огромную трещину, и молодой мужчина до сих пор не мог избавиться от увиденного, продолжая оставаться в мире ужаса и скорби созданного для него Тэхеном.       - Тэхен~и, ТэТэ, - Чонгук, вернувшийся в обличье человека и совершенно обнажённый, сжимал в руках такого же голого Тэхена, бросая злые взгляды, стоило кому-то посмотреть в их сторону. Глаза парня были закрыты, дыхание едва уловимым, губы бледными и сухими. В тот момент, когда Тэхен потерял сознание, крылья исчезли, и его любимый вновь стал прежним Тэ - красивым и трогательно очаровательным.             - Нам нужно уходить, - Сокджин положил руку на тёплое Гуково плечо, - Чонгук, - с нажимом вновь позвал Джин, - нужно спешить, иначе Тэхен умрёт.             - Ему нужна кровь, - бормотал Чонгук, - найди кровь для него. Найди эту гребаную кровь!       - Сейчас, - Джин подозвал одного из своих людей и отдал приказ. Вампир кивнул и что-то сказал Джину, кивнувшему в ответ. Гук не слушал, что говорят вокруг. Он судорожно гладил лицо Тэ, крепко обнимая.       Найденные запасы были минимальны. Видимо, Ибо в основном питался вне дома, как и его люди. Единственный пакет крови, Гук разорвал зубами и трясущейся рукой нажал на щеки Тэ вынуждая открыть рот. Холодная жидкость потекла в горло. Тэхен закашлялся и приоткрыл веки, тихо застонав. Чонгук улыбнулся и, приняв из рук одного из союзников одежду, с трудом натянул её на Тэ, зажимая и перетягивая, так же принесённым бинтом поясницу и торопливо оделся сам.             - Пошли, здесь справятся без нас, - поторопил его Джин, - нам срочно нужно попасть к Юнги. Он сможет помочь.             - Да, - согласился Гук, поднимаясь и беря на руки Тэхена, - но где он сейчас?             - Мне сказали, что он в своём убежище. Не вдавайся в детали, - дёрнул Джин рукой, - просто следуй за мной. Выпитого Тэ недостаточно, нужно немедленно вынуть пулю, - продолжил он говорить, когда они уже неслись в дорогом автомобиле Ибо по трассе, - транквилизатор не убьёт Тэхена, но эти пули подвижные, и если она доберётся до жизненно важных органов, то мы уже ничем не сможем ему помочь. К тому же он потерял слишком много крови.       Чонгук молчал, сидя на заднем сидении и держа на коленях голову, все больше бледнеющего Тэхена, который сквозь боль улыбался ему, лёжа на боку и то, и дело, утыкаясь лицом в живот Чона.             - Не волнуйся Гуки, - с трудом разлепив пересохшие губы, прошептал Тэ, - меня не так просто убить.             - Молчи Тэхен, - попытался угомонить его Чонгук, - тебе нельзя разговаривать!       Тэхен вновь с трудом улыбнулся, шумно сглотнул и продолжил:             - Ты знаешь, я давно хотел, но не решался тебе сказать, - брюнет закрыл на мгновение глаза, словно собирая остатки сил, вновь открыл голубые хрустали глаз, поднял слабую руку, коснувшись костяшками тёплой щеки волка. - Я очень люблю тебя, Чонгук.       Мир вокруг на мгновение погрузился в полное молчание. Джин упорно делал вид, что ничего не слышит, а Чонгук задержавший дыхание, во все глаза смотрел на Тэхена.             - Я... Я тоже люблю тебя, ТэТэ, - Гук склонился, соприкасаясь с Тэхеном кончиками носов, а затем, целуя туда же, - но прошу тебя, побереги силы. Я хочу, чтобы ты ещё много раз сказал мне об этом.             - Ребята, держитесь, - встрял Джин, - мы почти на месте. Всё-таки некоторые люди умеют делать достойную технику, - попытался он разрядить обстановку, хлопнув ладонью по рулю.       А Чон, обхватив ладонь Тэхена, переплёл их пальцы, поднёс к губам и прижался к тыльной стороне, согревая кожу Тэ своим дыханием. Вся надежда на Мин Юнги и видит бог, лучше ему спасти Тэхена, иначе Чонгук лично порвёт каждого, из-за кого он пострадал. Если Тэхен умрёт, Чону будет уже нечего терять.