Вынужденные меры

Впервые Орубе чувствует его, когда бредет сквозь леса Базилиада в деревню - грязь налипла на ноги почти до колена, а кейкоги совсем вымокло от дождя. Оно жрет ее силу - и от этого едва различимо колет под сердцем и тянет живот. Плохо - так от нее, от Орубе, может совсем ничего не остаться. Его надо выскоблить. Оно ненужно опасно, оно - не её племени. Орубе трогает пальцами живот - оно ещё не движется, не может, но Орубе кажется, она чувствует, как оно колет ее чешуей изнутри. В деревне её поят горячей водой с травами, потом сакэ. На ней белые одежды Кандракара - ей не смеют перечить, даже если те все забрызганны грязью. - Кандракару нужны новые ученики? - Орубе не успевает покачать головой, а перед ней уже струной цитры вытянулась девчонка - застыла, только нетерпеливо подрагивают острые уши. - Разрешите проводить вас в Сады Двух Солнц? - Я не иду в Сады, - Орубе не улыбается. *** Старуха тянет пальцы к её животу, и Орубе едва пересиливает себя, чтобы не схватить ту за руку. "Ты не пытаешься его сберечь" - говорит Орубе себе, - "Ты воин - и это всего лишь рефлексы" Старуха задирает на ней кейкоги, давит и щупает. Орубе кажется, еще немного и та почувствует чешую и змеиные кольца сквозь кожу. - Мне нужно избавиться от этого, - говорит Орубе. - И поскорее. Старуха усмехается - гнилые зубы: - Говорят, в Кандракаре оживляют мертвецов, начинают и прекращают войны между мирами. Умельцы Белой Цитадели не способны вытравить плод? - Я покинула Цитадель, - выдыхает Орубе. - И больше туда не вернусь. "Даже если и захочу" - Она не из этого мира. "Она" - выцепляет Орубе. - "Оно девочка" - И я ее не трону. Убить нага - накликать беду. Орубе отбрасывает ее руку, одергивает кейкоги и поднимается: - Найду другого. - Не найдешь, - шепчет старуха. - Своя жизнь дороже. *** Своя жизнь дороже всякому - сначала она не находит желающего прикончить жрущего ее нага, после - никого, кто взялся бы сохранить Орубе жизнь после процедуры. Пар из бадьи поднимается вверх, к деревянному потолку. Орубе сидит, поджав ноги к груди, насколько может. Это, конечно, едва ли сработает - но она надеется, что оно перестает ворочаться внутри хотя бы на час. Ей слишком хочется спать. Кожа натянутая, с багровыми вертикальными полосами - Орубе трогает ее рукой, тут же под пальцы поставляется узкий тонкий бок. Орубе хочется его придушить. Она почти чувствует чешую. "Придушишь" - обещает себе Орубе. *** Когда оно лезет наружу, придушить Орубе хочет только себя. Ей кажется, оно не хочет рождаться, как нормальный ребенок, оно хочет прогрызть себе путь напрямую. - Не кричи, - говорит старуха. Орубе скулит: - Оно убьет меня... А потом и остальных. *** Старуха отдает его... её в руки не сразу. Орубе на грани сознания слышит полузнакомые заклинания, и плеск воды. У нее светлый пух на макушке и две розовых ноги. И нет ни одной змеиной чешуйки. Орубе всхлипывает. Потом плачет. Впервые после Кандракара. Дочь разевает рот (ни одного острого клыка) и вторит ей. *** Чем старше она становится, тем сильнее похожа на отца. Светлые волосы падают на плечи, в голубых глазах сверкают вертикальные зрачки, а лицо каждый час мнется как пластилин. Орубе кривится - и на её лице проступают знакомые черты. Орубе понимает, что смотрится в зеркало. - Убери, - и она снова меняется - Орубе узнает соседского мальчишку - и показывает язык. *** Орубе кажется, её почти можно полюбить. Орубе гладит её по коротким светлым волосам - никогда не умела плести косы и так и не смогла научиться - и думает о Седрике. Она бы ему понравилась. А, может быть, он сожрал бы ее после рождения. Говорят, наги так поступают со своими детьми. Орубе кажется, было бы даже жаль. Немного. *** Она впервые оборачивается в шесть. Её ломает пополам, когти скребут пол, а кожу рвет чешуей. Она свивается кольцами и лезет к Орубе играть. После игры у Орубе раны не заживают неделю. *** В восемь она впервые убивает. К двери тянется дорожка крови, дома уже умирает бродячая псина. Она ест, по уши измазавшись в крови. Орубе помогает добить собаку. Из жалости. *** В одиннадцать Орубе находит в комнате руку. Под ногтями земля. К обрубку прилип оборванный красный рукав Садов Двух Солнц. Орубе ждет, пока дочь уснет. Старый меч рыцаря Цитадели ждет Орубе.