Семейные ценности

Брок шёл босиком по белоснежному песку туда, где среди немногочисленных гостей стоял человек, ставший его судьбой, всем миром. Волны накатывали на берег, убегали прочь, пряча, смывая с каждым разом всё больше и больше одинокую цепочку следов. Вокруг не было ни души. Брок специально ушёл подальше ото всех, чтобы дать себе время вспомнить всё то, что их связывало с Баки, оживить в памяти многие моменты и влюбиться в него заново. В чёрном смокинге было жарко, но расстегиваться Брок не стал. Уже вдали показались развевающиеся белые полотнища, украшенные белоснежными лилиями столбы, гости, все как один одетые в белое, и Баки, в таком же как у Брока черном смокинге, невыразимо прекрасный, юный. Будто все, что сваливалось на него за последние семь десятков лет, вдруг стерлось, не оставив и следа во взгляде сияющих счастьем серых глаз. Брок видел, как он волнуется, как подрагивает в руках небольшой букетик из лилий. — Привет, — улыбнулся Брок, остановившись напротив него, вынул из петлицы лилию и вставил её Баки за ухо, изумляясь, почему не догадался соорудить целый венок. — Ты такой красивый. — А ты такой стильный, — сказал ему Баки. — Я тебя люблю. Джек стоял поодаль в белом смокинге, босой, как и все, и держал коробочку с кольцами. Специально приглашенная женщина из муниципалитета что-то долго говорила, а Брок не мог взгляда от Баки отвести, не слышал ничего, кроме его дыхания, и, когда дело дошло до клятв, опомнился только получив ощутимый тычок в спину от Роллинза. — Бак, сколько всего у нас уже было. Разного. Плохого, хорошего, лучшего. Но, что бы ни происходило, мы всегда были друг у друга, и впредь это не изменится. Мир может сколько угодно падать нам на голову — моя рука неизменно будет в твоей ладони. Люблю тебя, детка. — Брок. Ты был со мной в аду и вывел меня из ада. Ты в моем сердце. Сейчас и навсегда. Люблю тебя. Они обменялись кольцами и поцеловались. В толпе гостей Стив утирал слезы. Баки подхватил Брока и закружил, счастливо смеясь. В этот раз вырыватьcя не было совершенно никакого желания, а голова и так шла кругом от блеска любимых глаз. К ним подходили, поздравляли — искренне и не очень. Складывали подарки на специальный стол. И все, все с любопытством и недоумением смотрели на Джека. А Брок с Баки были настолько погружены в собственное счастье, что как только появилась возможность снова быть рядом с Джеком, закружили, обнимая, и его. Оба гладили, целовали, словно это был их общий праздник, только для троих. Над пляжем звенела музыка. Баки повел Брока в танце, а Джек смотрел. Он знал, что у него такого танца не будет, потому что эта свадьба — и его тоже, и все равно радовался, глядя на то, как мощный Зимний Солдат гнется в руках Брока. Время бежало в каком-то своём ритме, смазываясь, растягиваясь, словно не хотело отпускать этот день. Но солнце неумолимо клонилось к закату, раскрашивая небо во все возможные оттенки красного и оранжевого, отражаясь в глазах Баки и Джека. Брок снял пиджак, беззлобно выругался на обгадившую его плечо чайку и, плюнув, бросил его прямо на песок. Кто-то запалил огромный костёр чуть в отдалении, раскидал подушки. Музыка тоже неуловимо изменилась, стала тягучей, завораживающей. Натанцевавшийся, сытый и поддатый Джек повис на молодоженах и спросил: — Останемся здесь или пойдем в номер? — В номер, — переглянувшись, решили Брок с Баки, но, подхватив Джека под руки, потащили не в сторону гостиницы, а дальше по берегу, чтобы скрыться от любопытных глаз. — Парни, слишком холодно, чтобы трахаться на песке без смазки, — хихикал Джек, неуверенно перебирая ногами. — Для трахаться есть огромная кровать на вилле, а сейчас… — Брок щёлкнул пальцами, и пальма рядом, и ближайшие кусты вспыхнули миллиардами светящихся огоньков. — Ух ты! — воскликнул Джек. — Баки, смотри, как красиво! Но Баки, как и Брок, смотрел только на Джека. — Неправильно будет вот так завершить этот день, просто сексом. — Брок сунул руку в карман и вытащил оттуда простенькое на вид кольцо, не чета тем, что он подарил Джеку на Рождество. — Малыш, мы очень любим тебя. Пусть и без официальной части, но ты станешь нашим навсегда? У Джека внезапно подкосились ноги, и он сел на песок. — Да! — энергично кивнул он и крикнул: — Да-а-а-а-а-а!.. Баки забрал у мужа кольцо и надел его Джеку на палец, а потом опустился рядом на песок, погладил по скулам, коснулся кончиками живых пальцев губ и поцеловал. С другого бока Джека обнял Брок. Джек быстро перетасовал кольца, чтобы обручальное оказалось на нужном пальце, и поцеловал сначала Баки, а потом Брока. — Теперь мы будем вместе навсегда, — уверенно сказал Джек. — Навсегда, — без тени сомнения повторил Брок. Баки же просто подхватил Джека на руки, закинул, как особо ценную добычу, себе на плечо и поскакал в сторону гостиницы. Броку ничего не осталось, кроме как последовать за ними. Самый волшебный день перешёл в вечер и обещал такую же сказочную ночь. *** В гостиничном номере для новобрачных их ждала бутылка шампанского в ведерке со льдом и блюдо с фруктами. Джек упал на кровать и раскинул руки. — Утомительное дело свадьба, — сказал он. — А вы видели, что у Наташи кольцо? — Ага, — подтвердил Баки, быстро скинул рубашку, оставшись в одних брюках. — Но свадьбы как таковой не будет. Наташка шашлыки устроить обещала, это как барбекю, но по-русски. — А в чем разница? — спросил Джек. — И почему они свадьбу не хотят? Это же здорово! — Стив не любит шумихи вокруг себя. Это мы с Броком, считай, никто, а если кто прознает про то, что Капитан Америка жениться собрался, — начнётся Апокалипсис, — ответил Баки, расстегнув на Джеке рубашку. — Ага, половина будет рыдать "Почему не я?", вторая потребует этот день сделать праздничным и так далее, — фыркнул Брок. — Бе-е-е-е-едный Стив, — протянул Джек. — Вот ему не свезло. А вы меня сейчас трахнете паровозиком? — Как пожелает наш супруг, — сверкнул улыбкой Баки, выпутывая Джека из одежды. Брок к мужьям не торопился. Он прошёл по спальне, зажигая расставленные тут и там свечи, а потом устроился в кресле напротив постели, забрав со столика бутылку шампанского. Очень уж ему хотелось посмотреть на Баки с Джеком вдвоём. — Брок, ты не с нами? Будешь смотреть, как грозный Зимний Солдат ебет юного принца? — спросил Джек, когда Баки вытянулся рядом с ним. — Возможно, — отсалютовал ему открытой бутылкой Брок. — Или ты его. Но, да, всегда хотел на вас посмотреть. Исполните мою мечту? — Непременно, — пообещал Джек. — Исполним же, Баки? Раздевайся. Кровь прилила к паху от одной только мысли о том, что сейчас будет происходить на постели. Брок горящим взглядом следил, как Баки по-кошачьи гибко прогнулся в спине, плавно поднялся, приблизился к креслу и поставил правую ступню на подлокотник. — Раз только смотришь, — он расстегнул пуговицы на брюках. — То смотри без рук. Отступив на пару шагов, Баки повёл бёдрами, и свободно сидящие брюки упали к его ногам. Белья на нем, как обычно, не было. — У Баки на заднице справа родинка, — хрипло сказал Джек. — Помнишь, Брок? А теперь медленно покрутись, Баки. Мы хотим полюбоваться на ямочки у тебя на пояснице. Пламя свечей вспыхнуло на отполированном металле левой руки. Баки крутанулся на месте, по-блядски прогнулся назад, почти вставая на мостик. У Брока поплыло перед глазами. Красивый, мощный и в то же время гибкий, с уверенно стоящим членом Баки производил неизгладимое впечатление. Слепо нашарив мобильный телефон, Брок, почти не глядя на экран, нашёл трек, чем-то похожий на восточные мотивы, и врубил погромче. Баки сверкнул улыбкой и задвигался, перетекая из одной позы в другую. Джек позади него встал на кровати на колени, расставив ноги для устойчивости, и принялся ласкать себя: шею, соски, бедра, неторопливо подбираясь к стоящему члену. — Ебануться, — выдохнул Брок, не зная, за кем из супругов следить. Красиво изогнувшись, Баки дотянулся до Джека, погладил его по груди, ущипнул левый сосок. Джек ахнул и выгнулся, его член дернулся, с него сорвалась капля. Одним прыжком Баки оказался на постели, оплел всем собой Джека, притерся к его груди, поцеловал упрямый подбородок и вдруг оказался за спиной. Обнял, провел ладонями по его бокам, прессу, бедрам. Джек потерся задницей о твердый горячий член Баки, закинул руки назад и обнял его за шею. — Нет, — ухмыльнулся Баки, заметив, как к ним дернулся Брок, лизнул мочку уха Джека. — Сиди и смотри. — Да-а-а… — протянул Джек. — Ты хотел шоу. Баки коснулся губами за ухом Джека, лёгкими поцелуями спустился по шее к плечу. Тем временем его ладони жили своей жизнью, они гладили, мяли грудные мышцы, ласкали горошинки сосков, пощипывая, перекатывая между пальцев, гладили живот, намеренно обходя покачивающийся, напряжённый член. Джек прижимался к Баки спиной, терся об него задницей, поворачивал голову, чтобы поцеловать. С его члена уже не то что капало, а просто текло. У Брока мутилось перед глазами, он хотел сорваться с места, бухнуться на колени перед постелью и хотя бы губами дотянуться до Джека, собрать языком пряные, блестящие в свете свечей капли. Но он сам начал эту игру, принял правила и должен теперь следовать им до конца. Единственное, что он мог — это сидеть, сжимая ладонями подлокотники кресла и следить за тем, как Баки обхватил член Джека ладонью, как собрал капли предэякулята и размазал их по губам любовника. Джек старательно облизывался, обводил губы кончиком розового языка, постанывал и гнулся. — Ба-а-а-а-аки… — простонал он. — Сладкий, — прошептал Баки, лизнул его губы и уронил Джека на постель, погладил по спине, укусил под правой лопаткой и хлопнул по упругой ягодице. Джек, стоя на четвереньках, повертел задницей, а потом развернулся, чтобы покрасоваться ею перед Броком. — Пиздец, — сквозь зубы рыкнул Брок, сходя с ума. Джек и Баки были такими похожими и, в то же время, абсолютно разными. Один сильный, мощный, хищный. Второй тонкий, пластичный, невероятно притягательный. А вместе так и вовсе что-то опасное для жизни, слишком красивые. — Бак, вылижи его, растяни языком, — сипло велел Брок. Джек немедленно припал грудью к кровати, выставляя задницу, чтобы Баки было удобнее. Он вскрикнул от первого прикосновения горячего влажного языка. Происходящее отдавало сумасшествием. Брок зажмурился, но даже сладких просительных стонов Джека и пошлых хлюпающих звуков было достаточно, чтобы гореть от желания присоединиться или, хотя бы, сунуть руку в штаны, сжать собственный член и кончить. К языку добавился один палец, потом второй, третий. Баки вылизывал растянутые мышцы входа, резко трахал Джека, загоняя по костяшки. Джек вскрикивал и подставлялся. — Баки, — выдохнул он. — Выеби меня, наконец! Баки приподнял Джека под живот, сел на край постели и медленно насадил любовника на свой член. Помедлил совсем немного, едва-едва давая ему привыкнуть, подхватил под колени, развернул лицом к Броку, чтобы тому было видно, как член таранит тугую задницу, как растягиваются края дырки, плотно обхватывая ствол. — Держись за шею, малыш. Джек обхватил его шею обеими руками и качнулся, насаживаясь на член по самые яйца. Выдержка отказала Броку. Он сам не понял, как оказался на коленях перед супругами, но тронуть кого-то из них не решился, жадно вдохнул запах секса, сглотнул ставшую вязкой слюну. Баки с Джеком сводили с ума. — Нравимся? — мурлыкнул Баки, качнув Джека в руках, насадил на член до основания и снова приподнял, почти полностью снимая, оставляя в нем только головку. Сочащийся член Джека покачивался прямо перед лицом Брока. — Смотри, но не трогай, — выдавил Джек. — Ты хотел смотреть. — Блядь, — прохрипел Брок, сел на пятки. — Охуенные. — Знаю, сладкий, — проворковал Баки и, перехватив Джека покрепче, ускорился, загоняя член все быстрее и резче. Джек вскрикивал от каждого толчка. По его груди стекал пот, золотясь в свете свечей. Член напрягся так, что прижался к животу. — Давай, Баки! — умолял Джек. — Еще! Брок, словно заворожённый, следил за капельками пота, за движениями блестящего от естественной смазки члена и, в какой-то момент, просто не смог сдержаться, подался вперёд и широко, со смаком лизнул от покрасневших мышц входа до головки члена Джека. Джек взвыл, выгнулся. Сперма брызнула вверх, пачкая живот и грудь. Он судорожно сжимался на члене Баки в выматывающем оргазме. Следом за ним сорвало и Баки. Он зашипел сквозь стиснутые зубы, боясь до крови грызануть плечо любовника, и в пару движений сорвался в пучину, крепко сжал Джека, хаотично загоняя в него член. Обоюдное удовольствие любовников стало последней каплей, Брок вжался лицом в испачканный спермой живот Джека и завыл, кончая, даже ни разу не прикоснувшись к себе. Джек безвольно повис на Баки, не в силах пошевелиться. Баки аккуратно снял его с и не думавшего опадать члена, устроил среди подушек и только тогда обратил внимания на такого же прихуевшего Брока, словно сломанная марионетка, сидящего на ковре перед постелью. — Ванну набрать для малыша просить тебя бесполезно? — беззлобно усмехнулся Баки, стек на пол, обнял Брока. — Понравилось? — Вы великолепны, — прошептал Брок в губы супруга и поцеловал его. — Ванну! — взмолился Джек. — С пенкой! И я тоже хочу посмотреть, как вы ебетесь. — Минута, малыш, и все будет, — пообещал Брок, даже не представляя, где брать силы. Оргазм его выжал досуха, словно это он трахался тут с полной выкладкой. — А то трахаться час-полтора… — Возраст? — участливо уточнил Баки и подскочил на ноги, уворачиваясь от подзатыльника. — Вот раз Баки самый резвый, пусть он и делает ванну, — предложил Джек. Ванна налилась за считанные минуты. Бак влез во все баночки, стройным рядом стоящие на полочке, выбрал понравившиеся масла, щедро ливанул в воду и добавил туда же пену для ванны, взбил высокую белую шапку. — Кто хотел в пенку? — с гиканьем он влетел обратно в спальню, подхватил чуть придремавшего Джека на руки, вернулся обратно и усадил его в огромную мраморную чашу. Пена едва не скрыла Джека с головой. — Уф-ф-ф, хорошо! — сказал тот, отфыркавшись. — Давайте ко мне, ванна огромная. Брок сам доковылял до ванной, раздеваясь по дороге, сбрасывал одежду прямо на пол. — Жаль, к нам в ванную такая не поместится, — вздохнул Брок, устроив Джека на своей груди. К правому боку привалился Баки. — А квартира в Кембридже у вас своя или съемная? — спросил Джек. — И почему вы выбрали именно Кембридж? — Съёмная, своя у нас в Бруклине, а почему… Предложили на экспериментальную базу перевестись, я и ухватился за эту возможность, чтобы подальше от Мстителей и Роджерса быть, — признался Брок. — И видишь, как удачно, — Баки коснулся губами виска Джека. — «Радужный» квартал специально выбирали? — улыбнулся Джек. — Мы же геи, — расплылся в улыбке Баки — А на самом деле Баки деревья вдоль улицы понравились и радужные пешеходные переходы, — сдал супруга со всеми потрохами Брок. Джек рассмеялся и зевнул. — Длинный был день, — сказал он. — Сейчас усну прямо в ванне. — Засыпай, малыш. — Брок ласково погладил его по спине. Баки улыбнулся и прижался плотнее. Они лежали в огромной чаше близко-близко друг к другу, тихо переговаривались, слушали тихое сопение Джека. Хорошее окончание просто отличного дня.