Семейные ценности

В зале гремела музыка, оглушая, перекрывая разговоры, нестройное пение самых нетрезвых бывших студентов. Преподаватели пили, пели и танцевали наравне со своими вчерашними подопечными. Джек пил пунш, переходил от группы к группе, танцевал, обсуждал все подряд — от стоимости аренды автомобилей до вымирания городских воробьев вследствие глобального потепления. Ему было весело. Кто-то радовался, кто-то сожалел об окончании учебы, кто-то делился планами на будущее. Саманта то появлялась в поле зрения Джека, то растворялась в толпе. — Ты представляешь, Андерсен назвал меня тут славной девочкой! — пьяно воскликнула она, чуть ли не полностью повиснув на Джеке. — Этот старый пердун столько времени выедал мне мозг, и тут «Вы славная девочка, Саманта»! — Ты и правда очень славная, — сказал Джек. — Не хочу про учебу. Каникулы впереди. Ты поедешь куда-то? — Замуж я поеду. За-муж, — протянула она и показала кольцо с приличным по размеру камнем. — Луизиана, болота, аллигаторы и родители Майка! Это же ужас! Я слишком юна… — она икнула и расплылась в улыбке. — Зато свой бизнес и отличные перспективы, — Джек похлопал ее по плечу. — И любимый человек рядом. — Ну да, кому я жалуюсь, — фыркнула Сэм и потащила Джека в толпу танцевать. К полуночи Джек решил, что с него довольно, вызвал такси и поехал домой. Выйти он решил за квартал от дома, чтобы немного проветриться. Ночной воздух освежал. Редкие прохожие спешили по своим делам, совершенно не обращая на Джека никакого внимания, давая ему возможность прогуляться. Он отправил Баки смску о том, что будет дома через пять минут. У самого дома из ближайшей подворотни выступили четверо, одетые во все чёрное, со сдвинутыми на лицо масками-балаклавами. Они молча окружили Джека, слишком профессионально и четко для уличного отребья. В руках самого крайнего блеснул нож. Нападающие не требовали денег, не обзывали пидором или ещё как-то, а наступали в полном молчании. Джек замер. Он был пьян, что не лучшим образом сказывалось на координации, безоружен и просто растерялся. — Парни, вы чего? — спросил он, отступая к стене. Ответа ему не было. Тот, с ножом, схватил Джека за горло и сильно толкнул, прижал к стене и замахнулся для удара, как откуда-то сверху свалилось что-то огромное в клетчатых пижамных штанах, придавливая собой одного из нападающих. Остальные трое не растерялись и тут же перегруппировались. Свет фонарей очертил поднимающуюся фигуру, выхватил из темноты холодный блеск металлической руки, отразился во взгляде. — Баки?.. — только и смог выговорить Джек. — Не убивай до смерти. Но, казалось, Баки его просто не слышал. Он с легкостью уворачивался от атак, выбил нож из руки напавшего слева, сломав его руку, третьему ударил в бедро, и человек в чёрном с воем рухнул на землю. Последний, явно не ожидавший такого отпора, выхватил пистолет. Грянул выстрел. Где-то в отдалении завыла сигнализация, вспыхнули светом окна соседних домов, хлопнула дверь подъезда, и на улицу выскочил Брок с зажатым в ладони глоком. Он кинулся к Баки, к ногам которого рухнул последний нападающий. — Нормально, — отмахнулся тот. — Глянь, как Джек. — Я в порядке, — пробормотал Джек. — Кто они? К-какого хрена? Даже кошелек не потребовали, сразу напали. Брок дёрнул его на себя, обнял, прижал крепко-крепко, уткнулся носом в макушку и почти сразу же отстранился, вынул из кармана телефон и нажал на кнопку автодозвона. Эти четверо не были похожи на бандитов. То, как они двигались, как вели себя и были экипированы, говорило лишь об одном — пришли они именно за жизнью Джека. Джек, еще не соображая толком, что произошло, прижался к Броку и огляделся: — А где Баки? Брок качнул головой в сторону ближайшего фонаря, где, зажав левой ладонью правое предплечье, стоял Баки. — С базы ребят ждёт, — ответил Брок. — Сейчас этих гавриков заберут, приведут в чувства и допросят как следует. Давай, малыш, я тебя домой отведу. — А что с его рукой? — спросил Джек. — Он ранен? Баки ранен? — Бак? — крикнул Брок, не выпуская из объятий Джека. — Прострелили? — Нет, царапина, — отозвался тот и замахал руками, привлекая внимание трех наглухо тонированных внедорожников. Две минуты — и на ночной улице были только Баки, Брок и Джек. — Домой, — приказал Баки. — А куда их? — спросил Джек. — Зачем? Почему не полиция? Хмель из него почти выветрился. — Их на базу отвезли, — вновь повторил Брок, развернул Джека к подъезду и повёл его домой. — Окажут первую помощь кому надо, проведут первые допросы и оставят до утра в камере. Баки кивнул в подтверждение и у самой двери дёрнул на себя Джека, сжал в объятиях до хруста, поцеловал жадно, немного зло прикусил нижнюю губу. — Как вы узнали? — уже дома спросил Джек. Его догнал запоздалый шок, и теперь Джек мерз и трясся, сидя на диване. — Баки ждал тебя, у окна стоял, — ответил Брок, накинув Джеку на плечи тёплый плед. — Чуть окно не вынес, когда этих четверых заметил. Брока и самого потряхивало. Одно дело они с Баки, привычные ждать подвох и удар в спину в любой момент. Но Джек, их Джек даже военным не был. Выглянувший из спальни Баки улыбнулся. — Малыш, ванна или какао? — Ванна. И какао, — ответил Джек. — Я не понимаю, чего они от меня хотели! — Твою жизнь, — со вздохом сказал Брок и воткнул в столешницу журнального столика нож, на лезвии которого тонкой гравировкой чернела расправившая крылья бабочка. Джек сразу ссутулился и поник. — Это отец, — сказал он. — Это он приказал. Значит, за мной придут еще. Отец никогда не отступается. Брок с Баки переглянулись. Вот ещё не хватало. Ещё утром Джек радостно приплясывал на кухне, варил кофе, рассказывая о том, куда бы хотел отправиться в отпуск и что увидеть. Хохотал на предложение Баки отправиться на вечеринку с вибратором в заднице, а сейчас на нем лица не было. Присев рядом, Брок затянул Джека себе на колени, обнял, поцеловал в висок. — Мы не дадим тебя в обиду. Никому. Даже Сайласу. — Не будете же вы все время ходить со мной, — тихо сказал Джек. — Мне проще устранить сам источник проблемы, — с кухни фыркнул Баки. Джек ничего на это не сказал. — Мы что-нибудь придумаем, — попытался успокоить его Брок, краем глаза заметив, как Баки что-то добавил в кружку с какао. Для них убийство не было проблемой — скорее уж, самым простым решением. Броку даже джет брать не нужно. Полетит обычными гражданскими авиалиниями и пристрелит королька на очередном обращении к народу. И Брок мог биться об заклад — этот самый народ только спасибо скажет. — Я не хочу возвращаться в Гильбоа, — тихо сказал Джек. То, что никто его и не отпустит, ни Брок, ни Баки говорить не стали. Джеку сунули в руки кружку с какао, обняли с двух сторон. — Все наладится, — прошептал Баки. — Я ненавижу бояться! — вырвалось у Джека. — А отец… Он непредсказуем! И прет как носорог: вижу цель — не вижу препятствий! Чем я ему не угодил? Я учусь, не лезу в политику, никто, кроме вас, даже не знает, что я имею какое-то отношение к королевской семье Гильбоа! — Боится, что ты вернёшься? — предположил Брок. — Что захочешь занять свое законное место? Что тебя поддержат и совет, и народ, и даже семья, которую он запугал до икоты? — Да не хочу я возвращаться, и корону не хочу! Мне все детство долбили, что я стану королем, что это высшая власть, что я рожден для нее! Да ну нафиг! Не хочу! — Пей какао, — велел Баки. Брок ссадил Джека с колен, сходил включил воду в ванной, накапав в воду лавандового масла. Мысли в голове крутились не самые радужные, но что с ними делать, Брок пока не знал. Пока набиралась вода, Джек проверил свою почту и обнаружил еще одно письмо от дяди. Тот намекал на какую-то опасность для Джека, но без всякой конкретики, и сетовал на упрямство Сайласа. А еще писал, что в августе принцессу Мишель выдают замуж за капитана Давида Шепарда. И что на свадьбе Сайлас обещал объявить зятя наследником престола. Джек перевел письмо Броку и Баки. — Сайлас непоследовательный, — вздохнул Брок. — Он псих, — огрызнулся Баки. — А бешеных собак усыпляют. Джек только вздохнул. — Я в ванну, — сказал он. — Может, там придумаю, что мне делать. Ему в четыре руки помогли раздеться, усадили в горячую ванну, под голову надувную подушечку положили и вышли, оставив наедине со своими мыслями. — Брок, — начал Баки, но Брок покачал головой. — Почему? Кто узнает? А Джеку так безопаснее будет. — Сайлас хоть и мандюк, но отец Джека, и пока малыш не даст добро, мы не сможем его убрать, — объяснил Брок. — А если в дурку? — спросил Баки. — И жив, и цел, и малыш в безопасности. — А вот над этим можно поразмыслить, детка. Только, боюсь, нас с тобой так близко не подпустят к королю, чтобы травануть получилось, — закурил Брок, открыл форточку. Баки только пренебрежительно фыркнул. — Можно подумать, это первый правитель, которого я в дурку отправлю, — сказал он. — Посмотрим, а пока надо Джека успокоить и спрятать, — Брок затянулся, прикидывая, получится ли Джека скинуть на Тони. У них как раз много общих тем для разговора, да и где может быть безопаснее всего, чем на самом виду? — Надо, — уныло согласился Баки. — Но я не хочу, чтобы мы расставались с ним надолго. Будто бы Броку хотелось, но безопасность Джека была важнее. Раздавив сигарету в пепельнице, Брок развернулся к Баки, обнял его. Произошедшее не пугало, скорее раздражало, что кто-то посмел сунуться на их территорию и попытаться причинить вред тому, кто очень важен. — Проверь, как там малыш, не уснул ли, а я пока Тони позвоню, — сказал Баки. Как и ожидалось, успокоительное сработало на ура. Брок улыбнулся, присел на край ванной, ласково погладил Джека по голове. Вот как можно его обидеть? Как можно приказать убить? Он же сын Сайласа. Заставил бы подписать отречение, но так кардинально… Брок со вздохом поднялся. Достав из шкафа махровую простыню, вынул Джека из ванны, аккуратно завернул и понёс в спальню. Оставалось надеяться, чтобы произошедшее сегодня в памяти принца осталось лишь дурным сном.