Человек из зеркала

С человеческой формой пришло много нового, изменился взгляд на мир и его восприятие. Эмоции, чувства, все это чуждо ворону, но присуще людям, а Диаваль по воле госпожи застыл где-то посередине. Одним из самых странных чувств оказалось любопытство, пожалуй одно из немногих знакомых воронам. Все птицы в какой-то мере любопытны, птенцы в большей, старики в меньшей. Но люди, кажется, не знают меры в любопытстве, как впрочем и во многих других вещах. После превращения в человека Диаваль стал обращать внимание на то что раньше его не интересовало вовсе. К примеру отражение в воде. Диавалю-птице не было дела до двойника копирующего движения, а Диаваль-человек увлекся этим. В редкие минуты, когда ему не нужно было лететь с очередным поручением госпожи, мужчина проводил на берегу спокойного озера играя с отражением. -Как дитя малое! — закатывала глаза Малефисента, но оставалась неподалёку, наблюдала. Наблюдая за отражением Диаваль понял, что двойник только на первый взгляд повторяет все движения. На самом деле он делал иначе — мужчина поднимал правую руку, отражение — левую, Диаваль двигал головой в одну сторону, двойник — в противоположную. Своими открытиями ворон с упоением делиться с феей. Рассказывает быстро, сбивчиво, с воодушевлением. «Госпожа сегодня в прекрасном расположении духа. " промелькнуло в мыслях у ворона, когда фея, слушавшая весь рассказ ворона с лёгкой ухмылкой, с видом человека, рассказывающего очевидные вещи, произнесла: -Зеркально, Диаваль, отражение повторяет твои движения зеркально. «Зеркально» Диаваль слышал это слово когда-то, но не знал его значения, теперь знает. Не понятно зачем, но знает. Двойник в воде пошёл рябью из-за пролетевшей мимо водной феи. «Думаю игры с отражением — неплохое развлечение»

*** «Что-то совсем осмелели люди. Или поглупели» думал Диаваль с терновой стены наблюдая, как торговец с тележкой набитой товаром тащится по тропке у самой стены. Госпожа стояла немногим дальше прячась в тени. Фея внимательно следила за человеком, готовая к защите Топей, не нападала. Но человек все-же оказался глупцом. Останов лошадь, он слез с телеги и подошел к стене отделяющей Топи от леса и достав из сапога нож попытался отрезать кусок плюща. Глаз феи свернувшие зеленым в ночной мгле, ничуть не напугали, привыкшего к подобному ворона, чего не скажешь о заметившем её человеке. Мужчина окаменел от страха, а когда фея лёгким движением руки привела стену в движение, резко попятился назад, спотыкаясь о свои длинные ноги. Лошадь при виде магии заметалась, встала на дыбы. Подбежавший к ней мужчина дрожащей рукой разрезал веревку, соединяющую лошадь с телегой, и неуклюже вскарабкался животному на спину. Почувствовав наездника, лошадь попятилась назад, опрокинула телегу, а затем под крик мужчины бросилась прочь из леса. Из опрокинутой телеги по поляне рассыпались вещи. Взгляд ворона привлекло что-то небольшое, блестящее в свете звёзд. Приземлившись рядом с заинтересовавшим его предметом Диаваль замер. В идеально гладком и каком-то неправильном стекле он увидел свое отражение. Громко каркнув он привлёк к себе внимание госпожи. --Вроде не сорока, а тянет на все блестящее. — проворчала фея, приближаясь к ворону, ленивым движением обращая его в человека. -Госпожа, вы знаете что это? — Диаваль поднял заинтересовавший его предмет с земли. -Зеркало. — сухо ответила Малефисента. — Человеческая вещица, в которой можно увидеть свое отражение, как в воде. Диваль с еще большим интересом уставился на зеркало. Он был поражён. «Словно, водная гладь которую можно взять в руки. И отражение чётче.» Железная оправа приятно холодила руку, а с зеркальной глади с интересом смотрел на мужчину его же отражение. Малефисента взглянула на замеревшего ворона, окликнула его: -Диаваль, идем. — мужчина не отреагировал. — Что замер, будто дерево зимой? Неужто человеческая вещица приглянулась? Так бери её и пойдём. Диаваль пораженно поднял взгляд на госпожу. Но сжав зеркало в руках, направился следом за феей. Дойдя почти до самого сердца Топей, Малефисента присела на корни огромного дерева, Диаваль устало разместился на траве неподалёку. Не привык он так много ходить в человеческой форме. Всю дорогу он любовался своей находкой, аккуратно, крепко держа в руках. Мужчина успел детально рассмотреть оправу с выгравированными узорами и выпирающими завитками часть которых проходила по краю зеркальной поверхности. Зеркало явно новое, метал ещё не почернел. Подняв диковинку, Диаваль взглянул на отражение, понял что отражение в воде и в зеркале совершенно разное. Двойник смотрящий из водной глади, казался ему дружелюбным, зеркальный двойник выглядит холодным, но от этого не менее интересным. Дивалю любопытно. Любопытно было и фее, наблюдающей за мужчиной издалека. Вот он медленно и настороженно посмотрел в зеркало, вот чуть сдвинул брови, сощурил глаза, а вот расслабился, стал спокойным. Диваль отвел зеркало в сторону, увидел свое лицо сбоку. «Поразительно! Будто магия!» пронеслось у него в голове. «Поразительно! Поразительно, что я еще не прекратила этот цирк. " фыркнула фея, с интересом следя за комедий «ворон и зеркало». На ее губах расцвела слабая улыбка. Между тем Диаваль продолжал экспериментировать с зеркалом. Он отводил его вправо и влево, поднимал над головой и отпускал на траву, подносил ближе и отводил дальше, даже перевернул ручкой наверх, никак не мог успокоиться. Для мужчины перестало существовать все кроме зеркала и отражения, он отдался своему занятию с головой. Как вдруг Диаваль услышал смеющийся голос госпожи, которая, однако, пыталась придать ему строгости: --Ты оказывается нарцисс, Диаваль! — усмехнулась колдунья. Ворон резко обернулся: -Госпожа? — Зеркало скользнуло в его руке, но мужчина сильнее сжал ручку, удержал. -Осторожнее, не разбей, не то бед не оберешься. Семь лет будут тебя несчастья преследовать. — поучающим тоном произнесла фея, а в глазах её блеснуло что-то ещё плохо знакомое Диавалю, но тут же потухло. — Так люди говорят. Мужчина покосился на предмет в своих руках и тут же положил зеркало на траву. «Семь лет страданий из-за разбитого зеркала? Небезопасное развлечение.»

*** -Красавчик! — произнёс светловолосый ангел гладя чёрного как ночь ворона с умными глазами. «Красавчик?» думал Диаваль, разглядывая себя в оставленное с позволения госпожи зеркало. Он в форме ворона кружился около приставленного к камню зеркала. Вопреки обвинению госпожи в нарциссизме — самовлюбленности, как она соблаговолила объяснить позже, Диаваль не считает себя, как выразилась малышка Аврора «Красавчиком». -И чем это ты тут занимаешься, красавчик? — протянула последнее слово госпожа, хитро улыбаясь. Ворон-Диаваль застыл, пораженный ее улыбкой. Сообразив, что он стоит разинув клюв, ворон встрепенулся, коря себя за недостойное птицы его возраста поведение. -Что-то в последнее время ты перестал им пользоваться. Наскучило? — спросила фея, подойдя к ворону и указав в сторону зеркальца рукой. Она поднесла ладонь близко-близко к железной оправе, но не коснулась её, та накалилась до красна, готовая в любой момент обжечь фею. Только заметив направление движения руки Малефисенты, Диаваль начал возмущенно каркать, щелкать клювом, всячески выказывать недовольство действиями госпожи. Поняв, что его протест оставили без внимания, ворон поднялся в воздух на уровень головы феи, и начал кружить, почти задевая черные рога. Не отреагировать на подобное Малефисента не могла. Взмахнув свободной рукой, фея потоком воздуха оттолкнула надоедливую птицу, Взмахнув рукой ещё раз, обратила его в человека. -Госпожа, стойте, вы обожжетесь! — едва обретя человеческую форму воскликнул Диаваль. -Тише ты, не каркай. — отмахнулась фея, но руку остановила. Малефисента не отводила взгляда от зеркала. — Вот ты часами на пролёт в зеркало глядишь, а я не могу. Даже не узнать, правда ли я стала так ужасна как говорят? — с некоторой грустью произнесла фея всматриваясь в кусочек её лица видимый в таком положении. Диаваль молча шагнул вперёд. Подойдя к камню он взял зеркало в руки. Разместил его в руках напротив лица Малефисенты. -Вы не ужасны. — себе под нос буркнул мужчина, он не мог промолчать. Малефисента сдержанно улыбнулась. «В последнее время она стала чаще улыбаться.» заметил Диаваль «Или стала реже скрывать улыбку. " Фея с интересом разглядывала свое отражение. Наклонила голову, коснулась скул и сняла повязку, прячущую густую копну каштановых волос. Фея медленно провела рукой по волосам, будто расчесывая. Диаваль ощутил в пальцах какое-то странное покалывание, руки и зеркало в них мелко дрогнули. Малефисента подняла на него вопросительный взгляд. Но мужчина лишь отрицательно покачал головой. Смотреть как госпожа разглядывает себя в зеркале, оказалось занимательно и странно. Фея поворачивалась к зеркалу то одним боком, то другим, просила поднять, опустить. И в конце концов! с легкой тенью сожаления отвернувшись, Малефисента бросила через плечо: -Ума не приложу, что ты нашёл в этом зеркальце, красавчик? — и не дожидаясь ответа, покинула поляну, оставив Диаваля в одиночестве. -А что это, собственно, только что было? — уставился мужчина на свое отражение. Оно молчало. «Красавчик, уж скорее она Красавица… "

*** Смотреть, как Аврора забавляется играми в грязи было весело. И Диаваль не хотел сдерживать улыбку. Выражения лица госпожи, перемазанного грязью, оказалась настолько уморительным, что Диаваль не смог сдержать рвущийся на волю хохот. Вот и поплатился. Теперь вооружившись зеркалом, мужчина уселся у реки и пытается отмыть, кажется, въевшуюся грязь. Сама липкая субстанция сошла довольно быстро, но кожа, на месте, где она была, окрасилась чёрным и не хочет светлеть. Диаваль откладывает зеркальце и снова зачерпывает воду, умывает лицо, трет его ладонями. Взгляд в зеркало. Никаких результатов. Он бы вспылил, если бы не понимал всю комичность ситуации Он бы швырнул это зеркало куда подальше, но ворон помнит предостережение госпожи. Фея, как обычно, расположилась неподалёку, в корнях могучего дерева. Вот кто получал наслаждение от данной ситуации. Она смотрела на мужчину таким же взглядом, каким следила за теми глупыми феями которые «растят» Аврору, когда в очередной раз хотела над ними подшутить. Диваль не сомневается, что к новому цвету его лица приложила руку госпожа. Дважды. Он готов поклясться что тут без магии не обошлось. Как иначе объяснить то, что над отмыванием лица он бьётся с того момента, как ушла Аврора. Вечность. А колдунье смешно. -Может быть вы поможете мне, госпожа? — раздраженно обернулся к фее Диаваль. -И лишить себя такого развлечения? Нет, Диваль, давай как-нибудь сам. — улыбнулась рогатая. Диаваль стремительно отвернулся от неё, схватил зеркало и начал усиленно тереть щеки, лоб, нос, пытаясь отмыть хоть что-нибудь. Проведя столько времени с Малефисентой, ворон привык к её магии. Поэтому он скорее почувствовал, как искорки, скорее всего золотые, коснулись его лица. Диаваль поднял взгляд на отражение, ожидая очередной шутки. «Хорошее настроение у госпожи, а страдаю я!» Но в из зеркала на мужчину смотрел абсолютно чистое лицо, без малейшего следа черной грязи. «И правда, хорошее настроение.»

*** Огромное ростовое зеркало в деревянной оправе сиротливо стоит придвинутым к стволу мощного дерева. Подарок Авроры, узнавшей о «любви» Диаваля к зеркалам. Но мужчина еще ни разу не подошел к нему, не коснулся холодной зеркальной поверхности. Он знал, что там увидит. Шрамы. Не то чтобы Диаваль не видел их до этого, шрамы были у него сколько мужчина себя помнит. Помнит человеком. Шрамы на лице, шее, руках, груди — его неотъемлемые атрибуты, часть него. Но новые шрамы. Новые шрамы пугали Диаваля. Всякий раз замечая еще свежие рубцы на человеческих руках, мужчина возвращался в тот день. Пламя, железо, боль. Боль физическая, душевная. Его боль, боль госпожи. И страх. Много страха, не за себя, но за неё. Страх от осознания своей беспомощности. Он оказался беспомощен даже в теле дракона. Огромного черного дракона. Скованного дракона. И Диаваль представить себе не может, что было-бы если бы не Аврора. Если бы тот король двигался чуть быстрее. Диаваль не хочет представлять. Но к зеркалу он все-же подойдет. Ведь ничего не случится. Даиваль просто взглянет на свое отражение, просто смирится, просто примет, отпустит. Он должен. Должен побороть себя. «В конце концов, бояться отражения — это глупо. Что оно мне сделает?» Но Диаваль медлит. Просто сидит на траве перед деревом и смотрит куда угодно, но не на зеркало. Диаваль смотрит на мягкую зелёную траву, покрывающую поляну ковром, вглядывается в изумрудную листву могучего дерева. Его взгляд цепляется за маленькую летящую фею. И Диаваль смотрит на небо, на невероятно голубое небо и как никогда, наверное, жалеет, что он сейчас не птица, что не может расправить крылья и взлететь. Улететь. Как сделала госпожа. Она улетела следом за Авророй, оставив Диаваля человеком. Шумно вздохнув, мужчина резко встал. Встал и уверенными шагами направился к зеркалу. Как-же подарок Авроры отличается от его старенького зеркальца. От испачканного, испещренного множеством мелких царапин зеркальца. Это зеркало новое, чистое и абсолютно гладко, но какое-то непривычное, чужое. «Но оно все-же лучше» пролетает у мужчины в голове и он морщится от обжигающих воспоминаний. Диаваль наконец бросает взгляд на свое отражение. Высокий мужчина в чёрной одежде, неловко ерошит волосы, они падают черными прядями на острый нос, скрывают угольные глаза, топорщатся. Диаваль фыркает, смахивает волосы с лица, расправляет плечи. «Почти не заметно» он бросает взгляд на показавшийся из-под рукава белеющий шрам. Но рукав одергивает. Вдруг Диаваль почувствовал, как в спину ударил мягкий поток ветра. Он поднимает взгляд на зеркальную поверхность и всего на секунду ему кажется будто у него за спиной раскрываются огромные крылья, ровно секунда уходит на осознание того чьи они. -Госпожа. — шепчет ворон, не отводя взгляда от зеркала. -День добрый, — раздаётся у него из-за спины — любуешься? -Любуюсь. — произнёс Диаваль не отводя взгляда от огромных крыльев отражающихся в зеркале, солнечные блики, играющие в блестящих перьях, очаровывают его. Мужчина до сих пор не привык к новой части феи. — Восхитительно. --Не знала, что тебя так впечатлил подарок Авроры-улыбается Малефисента, тесня мужчину в сторону, так чтобы они оба отражались в зеркальной поверхности. Диаваль резко вздыхает и будто давится воздухом. «Да она издевается!» негодует ворон. Но все его возмущение сходит на нет при виде этой улыбки, искренней, без капли фальши, счастливой. Если цена счастья феи его гордость, то Диваль не возражает. В конце концов оно того стоит. Её легкое, невесомое прикосновение к его плечу, расслабленные крылья и спокойный взгляд, это стоит всего. Но больше стоит доверие феи. Доверие, которым лучатся каре-зелёные глаза, которое не исказить ни одному зеркалу. -Все-же, — тянет колдунья вглядываясь в зеркало, — не понимаю твоей заинтересованности ими. -Я тоже, госпожа, — шепчет ворон, смотря в её глаза через отражение, — честно сказать, я тоже не понимаю. Малефисента игриво улыбается. --Полетаем, красавчик? — спрашивает она, чтобы резко взмыть в небо, не забыв перед этим окутать Диаваля золотистой пыльцой. «Все-же странная она по птичьим меркам» — бросает взгляд в зеркало Диаваль-ворон «Но госпожа не совсем птица, как впрочем и я» Ворон с кромки карканьем срывается за феей…