её чёрное пальто и пачка мальборо

      Помнит ли Ремус Кортни? Конечно, помнит. Она была его лучшей подругой. Самым близким человеком, даже ближе Джеймса или Сириуса. Сириус... Рем с ужасом вспоминает ту ночь, когда погибли Поттеры. Он не мог поверить, что тот, кто был верен до смерти, мог стать предателем.       Ремусу стыдно, очень стыдно и противно от самого себя, что после ареста Сириуса он ни разу не приехал, не спросил, нужна ли ей помощь. Люпин не может найти в себе ответ, почему он даже не вспомнил о малютке Касс тогда, ведь именно он является её крёстным отцом. Он должен был заботиться о ней, но даже ни разу не написал, и об этом оборотень сожалеет ещё больше.       Ремус сразу узнал её в толпе. Кассиопея похожа на неё, на Кортни. Да, она определенно похожа на свою мать. Та же смуглая кожа, те же прямые брови и острый нос. Но было в ней то, что делало её копией Сириуса - стальные, горящие глаза, кучерявые волосы и «блэковские» манеры были присущи только её отцу и перешли к ней. Даже походка Касси напоминала Ремусу его друга. Девочка определенно больше Блэк, чем Чиполон.       Теперь же эти глаза прожигают в нём дыру, а он даже не может пошевелиться , отвести взгляд. Она всего лишь смотрит, но внутри всё сжимается. Эта девочка будет доставлять ему боль только своим присутствием, это неоспоримо.       Воспоминания в голове Ремуса всплывали одно за другим.       Сентябрь 1975.       —В этом году школа Хогвартс участвует в проекте по обмену учеников. В проекте так же участвуют такие школы, как Шармбатон, Ильверморни и Дурмстранг. С минуты на минуту новые студенты войдут в этот зал и пройдут распределение. Надеюсь, вы окажете им тёплый приём, - сказал директор Дамблдор после привычной речи и загадочно улыбнулся, чем сильно заинтересовал учеников.       Через секунду массивные двери распахнулись, и под руководством своего директора в зал вошли студенты из Америки.       Небольшая толпа остановилась рядом с профессором МакГоннагл, а строгая на вид женщина начала свою речь.       —Вау, смотрите какие горячие девчонки в этой Америке,- обращался к своим друзьям Сириус и, облизнув тонкие губы, улыбнулся, - прямо как на журналах под твоей кроватью, да, Хвост?       —Замолчи, Сириус, - щеки пухлого паренька густо залились алой краской. Иногда шутки друга ставили Питера в неловкое положение, но парень старался не обращать на это внимания.       —Заткнитесь оба! Сейчас будет распределение! - сказала рыжеволосая Лили Эванс, хмуря брови, и вновь отвернулась в сторону прибывших ребят.       Из всех ребят из Америки, на гриффиндор попала лишь одна девушка, что имела необычную внешность для Англии, взять хотя бы смуглый оттенок кожи. Рем сначала не расслышал её имя, но почему-то оно на секунду показалось ему забавным. Юная леди подошла к столу львиного факультета и села напротив Лили.       —Привет, я Лили, - улыбнулась рыжая и указала на рядом сидящего с Кортни парня,- а это Ремус, мы старосты, так что если тебе будет что-то непонятно, можешь смело обращаться к нам за помощью.       —Меня зовут Кортни, спасибо, - блондинка искренне улыбнулась в ответ, обнажая ряд ровных зубов. Рем сразу отметил, что у девушки не было британского акцента, что делало её ещё более необычной, хотя она сказала всего одно предложение.       —А я Сириус, но ты, крошка, можешь называть меня папоч... - почти шепотом начал Сириус, подмигивая и кладя в рот канапе, но не договорил, так как получил слабый удар в бок и грозный взгляд Ремуса, - за что? Рем, я ведь просто шучу!       —Приятно познакомиться, Сириус,- Кортни загадочно улыбнулась и отвернулась от парня, отвечая на вопросы новых сокурсников.       Весна 1976. Больничное крыло.       —Я пойму, если ты перестанешь со мной общаться, но, прошу, не говори об этом никому, - парень опустил голову, сидя на больничной койке и сминая пальцами белую и жесткую от стирального порошка простынь. Он боялся поднять взгляд на подругу, сидящую напротив, боялся увидеть в её темных глазах неприязнь, боялся потерять её.       —Рем, милый, - она положила свою тёплую ладонь на плечо парня, отчего последний еле заметно вздрогнул, - как я могу бросить тебя? ты же мне как брат, и твоя маленькая особенность ничего не изменит. Я всё равно буду считать тебя своим лучшим другом.       Оборотень чувствовал, что из глаз подруги текут слёзы, и крепко обнял её, кладя свою голову на хрупкое плечо. Он действительно полюбил её. Не так, как парень любит девушку, а так, как брат любит сестру. Он слишком привязался к ней, и если бы она сейчас ушла, то он, наверное, не смог бы смириться с этим.       Март 1977. Дом Поттеров.       —Господи, я так рада за вас! - Лилс плакала и искренне радовалась за Сириуса и Кортни, что были помолвлены, а теперь ждали ребёнка, - но, Сириус, твои родители?       —Они не знают, - ответил парень, а счастливая улыбка вдруг сошла с его лица.       —А вы уже решили, кто будет крёстным? Чур если будет мальчик, то крёстным буду я! - Джим был невероятно рад новостям друзей, - я научу его летать и всяким разным штукам!       —Если будет девочка, то крёстным должен стат Рем. Девочка должна быть умной и иметь совесть, а ты, Джим, вряд ли научишь этому, - рыжая улыбнулась и поцеловала своего возлюбленного в щеку.       —Значит, так и будет, - Корт расплылась в улыбке и посмотрела на друзей и своего жениха.       4 ноября 1979. Дом Сириуса и Кортни.       Сегодня Касси исполнилось два годика. Эта малышка запала глубоко в сердце мародерам, а Сириус и Корт просто обожали своего ребёнка. Не смотря на юный возраст, они были хорошими родителями для маленькой волшебницы.       Сейчас малышка старательно задувает свечи на торте, а потом вдруг вспоминает, что забыла загадать желание. Эта картина заставила Рема искренне улыбнуться и умилиться. Сейчас друзья даже не подозревают, что уже через несколько лет всего это больше не будет.       Ремус долго думал, исписал десяток листов пергамента, но так и не понял, что можно написать близкому человеку после столь долгого отсутствия. Она, наверное, ненавидит его, и оборотень был готов получить в ответ на его письмо просьбу не писать и не появляться дальше, но сейчас он вновь перечитывает написанное для неё письмо. «Дорогая Кортни, Не думаю, что ты простишь меня, но очень этого хочу. Я видел её, она похожа на тебя. На тебя и него. Хочу лишь попросить тебя о встрече, хотя осознаю, что получу отказ. Надеюсь, ты в порядке. Искренно твой, Ремус Люпин».