От чего щиту меня не защитить...

— Какие же они живучие! Сквозь зубы проворчала я, разрезая катаной очередного монстра. — И не говори, сестрёнка, — ответила Фиро и пнула ходячий куст со всей своей силы. Наступила очередная волна, и нам, очевидно, приходится от неё защищаться. В этот раз все монстры так или иначе смахивают на разного рода растения. Возможно, поэтому они все такие непробиваемые да ещё и регенерируют быстро. — Фиро, Рафталию, сюда! Здесь, чёрт возьми, босс появился! — послышался в далее грубый голос. — Это Господин-сама! Сестрёнка, запры-ыгивай ко мне. — А? Да, сейчас! Я залезла на спину к Фиро, и мы побежали на голос, оставив нескольких монстров на рыцарей и авантюристов. За деревенскими домами мы увидели Наофуми-саму, отбивающего щитом щупальца огромного розового бутона. Это и есть босс волны? — Господин-сама, мы здесь! — Отлично, валите его, пока он споры свои не раскидал! — Есть! Хай Квик! — Ха-а! Фиро резко бросилась в бой, и меня сбросило с неё, но я приземлилась на ноги и побежала в след за ней. Мы постарались отрубить её щупальца, на нам преградили путь очередные монстры волны. Они были обвиты лозой, из-за которой удары не наносили никакого урона. — Эрст Шилд! Чейндж Шилд! — А?! — я обернулась на крик Наофуми-самы и увидела, как в бутон замахнулся щупальцем в мою сторону, но оно ударилось о какой-то странный щит, и его начало разъедать, а сам щит тут же разбился. — Ясно… Рафталия, лови! — Наофуми-сама бросил мне какой-то флакон с зелёной жижей. — Впитай этот яд катаной и воюй ею! Фиро, ты тоже лови и смажь ей свои когти. Я отскочила подальше от бутона, оставив на месте иллюзию, которую тут же пронзило большим шипом, и вылила содержимое флакона на камень в своей катане. Требования к Химической Катане II выполнены [Катана с Отравляющим Лезвием ---> Химическая Катана II (не освоено) Бонусы экипировки: Особые характеристики: Повышение Ловкости, повышение интеллекта, Алхимические навыки (ниже среднего). Модификаторы атаки: Химическое отравление (среднее)] Мне открылась болотно-зелёная катана, по лезвию которой стекало нечто явно кислое и, возможно, ядовитое. Сейчас, конечно, не время, но характеристики у неё ниже средних — было бы неплохо улучшить, но… — Наофуми-сама, что вообще для её усиления нужно? — А я откуда знаю? У меня тоже ничего о материалах нет. Тц! Взял себе и весь Змеиный Щит Химеры запорол тогда! Эй, Не спи! — Да! — ответила я и одним ударом разрезала лозу на монстре, после чего Фиро со всей силы пнула его, и он уже будучи мёртвым улетел неведомо куда. Пускай сама катана и была довольно слабой, но её яд просто на глазах растворял врагов. Должно быть, это потому что они все в той или иной мере растения… — Хейт Реакшн! Отстаньте от мелочи бейте уже босса! Это из-за него здесь повсюду лозы! — приказал нам Наофуми-сама. — Да твою мать! — и споткнулся об очередной вылезший из-под земли корень. — Фиро, ты более стойкая к ядовитым парам, чем я: разберись с бутоном, а я помогу Наофуми-саме. — Хо-орошо, но тогда сегодня Фиро будет с ним спа-ать. — Не время об этом спорить! Быстрый Клинок: Размытый Крест! Две ярких кислотно-зелёных волны полетели в сторону Наофуми-самы, вокруг которого скопилось множество монстров. Половину из них буквально разрубило пополам, а Наофуми-саму, стоящего к навыку спиной, отбросило в сторону, и он тем самым выбрался из окружения. Протыкая монстров одного за другим, я добралась до Наофуми-самы аккурат в тот момент, когда он встал на ноги. — Фух. Спасибо, Рафталия. — Позже поблагодарите. Мы с наофуми-самой прибежали на помощь к Фиро, которая уже смогла отсечь два щупальца. Завидев нас, бутон оттолкнулся оставшимися шестью щупальцами от земли и покатился на нас. Он едва не раздавил нас, но мы едва-едва сумели отпрыгнуть в сторону, и Наофуми-сама бросил в бутон несколько ядовитых флаконов. Из вершинки бутона начали вылетать всевозможные пары и споры, на месте приземления которых вырастали непроходимые заросли из кустов и лозы, которые обвивались вокруг близстоящих монстров. — Может, к чёрту его? — Вы это о чём, Наофуми-сама? — Сожгу нахер его Гневным Щитом… За считанные секунды вокруг бутона появлялось всё больше и больше монстров и кустов, которые огораживали его, словно создавая собой непроходимую крепость. Если сейчас же со всем этим не разобраться, то они разрастутся на весь город. А единственное, что сможет нам сейчас помочь… Я положила руку на плечо Наофуми-самы: «Будьте осторожны…» Щит Наофуми-самы почернел и загорелся. Живот Фиро, которую бутон отбросил своими щупальцами, засиял фиолетовым цветом, а глаза её покраснели и налились гневом. — Ра-а-а! — наофуми-сама зарычал во всё горло и побежал напролом сквозь толпу монстров и кусты, сжигая их своим щитом. Разгневанная Фиро носилась во все стороны, пиная первого встречного. Всё поле боя захватил хаос, и всё что мне оставалось делать — это отбиваться от случайных монстров, которые подбегали ко мне. — Блад Сакрифайс! — послышался крик Наофуми-самы со стороны бутона. — Н-нет… Вдруг из земли вырвалась стальная челюсть и раскромсала бутон в клочья. Во все стороны из него разлетелись споры и шипы, один из которых попал прямо мне в живот. Кх… Больно! Чертовски больно! Я с трудом вытащила шип из живота, и из него начала обильно литься кровь в перемешку с ядом. Одной рукой мне пришлось прикрывать собственную рану, одновременно с этим отбиваясь от монстров. Ммм..... лишь бы добраться до Наофуми-самы… Ослепив сбежавшуюся ораву монстров, я оставила свою иллюзию на своём месте и отправилась к Наофуми-саме. Но когда я пришла, он уже обессиленный лежал у Фиро на спине. — А? Рафталия… Вижу, тебя тоже потрепало… Дритт Хилл… — меня обвил яркий свет, рана быстро зажила и боль утихомирилась. — Осталась, вроде, одна мелкота. Думаю, её можно и стражам поручить. — А вам не кажется, что монстры этой волны слишком сильные, чтобы их на кого-то оставлять? — Есть такое, но мы с Фиро сейчас уже не бойцы, да и ты пришла с дыркой в животе. Думаешь, от нас сейчас много пользы будут? — Ну… Но всё же… — Вот и порешили на этом. Телепорт Шилд.

***

— Что значит «Надо возвращать героев»? — То и значит. Если бы не Гневный щит, нас бы на волне всех положили. — Так расширь свою группу. Конечно, что, по-твоему, два с половиной человека сделают на волне? — Мел-тян, не серди-ись. Господин-сама и так очень старается. — Чёрта с два я начну себе кого попало в группу набирать, и я тебе об этом уже говорил. — Тогда не ной о том, что тебе сложно. После прошлой волны я попросила матушку связаться с другими героями в других странах, и у них всё было просто отлично. — Ммм… можете не кричать? Через несколько дней после волны нас навестила Мелти, чтобы обсудить что-то с Наофуми-самой. Не знаю, о чём они там говорили: весь диалог у меня боль в голове и животе стояла. Мх. ну что за чёрт?! Наофуми-сама столько ведь раз меня лечил, почему сейчас-то не работает? — Рафталия, всё нормально? — Что-то голова болит. — Опять? Заклинания, что ли, уже не помогают? Ладно, потерпи немножко, потом свожу тебя в медпункт, — утешил меня Наофуми-сама и погладил по голове. Не знаю почему, но мне стало немного легче. — В общем, ты вернёшь кого-нибудь из героев в Мелромарк, или же нет? Я уже о Священном не прошу — позовите какого-нибудь Звёздного дурачка, и того хватит. — Нет — и это мой окончательный ответ. Ты сам хоть понимаешь, насколько нашей стране непозволительно просить помощь для священного героя? Мы всего два месяца назад отправили Рена, Мотоясу и Ицуки по другим странам, оставив тебя одного. И что о нас подумают, если мы скажем, что ты уже не можешь справиться с волнами? — Полную херню они скажут, если мозгов нет. Я, между прочим, не дачу королеве строю, а мир пытаюсь спасти. Почему это я вдруг не могу попросить помощи? — Сам ведь только что сказал, что не собираешься группу расширять, как ты при этом можешь о помощи просить? — Я не собираюсь расширять именно свою группу, но у других Героев ведь тоже есть союзники. Вот двумя группами мы и будем от волн защищаться. Я уже давно понял, что у вас весь мир из мудаков состоит, вот пусть эти мудаки в свои группы и собираются, а я их к своим девочкам и на пушечный выстрел не пущу. — Как же ты уже бесишь… Да какая тебе разница, с кем вместе сражаться, если вы видеться будете только на волне?! — По тише, пожалуйста… — Вот, видишь? Из-за нашего спора, порожденного твоей упрямостью, у Рафталии-сан голова уже трещит. Наофуми-сама резко встал, со всей силы ударив рукой по столу. Мы с Мелти и Фиро даже подскочили на стульях от испуга. — А вот Рафталию сюда не приплетай… Её головные боли задолго от нашего крика начались, и я всех рабов в деревне гоняю с утра до ночи, чтобы они сделали лекарство. Так что не говори, что из-за меня может быть плохо человеку, который для меня дороже, чем вся эта страна. — Наофуми-сама… Спасибо, мне даже легче стало. — Уж я-то тебе обещаю, вторая принцесса — когда я свалю в свой мир после окончания волн, у Рафталии здесь будет жизнь роскошнее, чем у тебя и королевы вместе взятых. — Кхе. кхе… — к-кажется, я чем-то подавилась… А я всё же думала, что Наофуми-сама заберёт меня в свой мир… Мелти и Наофуми-сама ещё долго ссорились, но ни к чему прийти не смогли, поэтому Наофуми-сама просто ушёл, поведя меня в медпункт. — Даже отказать нормально не может — ей обязательно надо начинать скандалы. Принцесса-принцесса, а всё ещё малолетняя дура ей богу. — В её возрасте на неё столько всего навалили, что это… Пхе. нормально. — Может быть…

***

Осмотр в медпункте ничего не выявил, поэтому Наофуми-сама просто отправил меня отлёживаться в постели. Пускай на улице и светило солнце, меня очень клонило в сон, которому мешал нескончаемый кашель. Я не могла уснуть из-за кашля, но откашляться не могла из-за сонливости — замкнутый круг, от которого голова начинала болеть ещё сильнее. — У-уфф… Да что это такое?! В горле совсем пересохло, а из глаз пошли слёзы… А? Что?! Когда я наконец прокашлялась, то в моей руке оказались… лепестки? Почему я кашляю… лепестками? Очередные приступы кашля, и изо рта у меня вылетело ещё больше красным цветочных лепестков. Горло будто располосовало и иссушило. Лепестки были, безусловно, красивыми, но это не стоит того, чтобы я ими кашляла… — Ха?! — все лепестки унесло в окно, хотя в комнате не было никакого ветра. — Рафталия, у тебя всё в порядке? — Наофуми-сама? Я… кхе… кхе… — кашляю лепестками… Кашель словно специально начался тогда, когда я попыталась рассказать о своей болезни. Да что это за чертовщина?! Неужели, тот шип, который попал в меня на волне? — Тц! опять кашель… Что ж с тобой делать? — озадачился Наофуми-сама и похлопал меня по спине. Кажется, утихомирилось. — Не знаешь, чем тебя так заразить могло? — я лишь развела плечами в ответ: не хочется опять закашляться до слёз. — Хреново. Ладно, попрошу Мелти, чтобы она вызвала к тебе лекаря из столицы. Может, хотя бы он что-нибудь может сделать, — Наофуми-сама снова погладил меня по голове. — Не волнуйся, моя дочь точно будет здорова. Когда Наофуми-сама это сказал, меня вновь чуть не поразил кашель, и я чудом сумела его удержать. — Ладно, пойду я… Не буду тебя тревожить: Спокойной ночи. — Да… Кххм… спокойной ночи. Как только Наофуми-сама закрыл дверь в дом, я сразу же начала откашливаться большими цветочными лепестками, но на этот раз у меня вдруг разболелся живот. Сняв с себя одеяния жрицы я подошла к зеркалу и увидела, как из живота просачиваются цветочные шипы. — Да что это за чертовщина?! Я дотронулась до одного из шипов, и боль стала ещё сильнее. Ноги невольно подкосились, и я упала на колени. Кх… Почему я тогда только не пошла с Наофуми-самой? Не было сейчас ничего такого… — Кха-а-а, да чтоб! — как только я подумала о Наофуми-саме, боль стала ещё сильнее, а шипы начали расти даже на руке. Да что это всё значит? — Н-Наофуми-сама, что же мне уже делать? Кха-а! Раньше Наофуми-сама всегда меня защищал, но теперь, стоит о нём подумать, и это приносит только боль… странную боль… За что мне это?! Вся залитая слезами, я уснула, нет, я просто потеряла сознание и упала на пол, пролежав до утра с окровавленным животом и рукой…

***

— Тц! Когда там уже Мелти лекаря пришлет? Я даже специально извинился перед ней, а она за два дня ни слова ещё не сказала. — На знаю. Может, она просто не может найти достаточно хорошего? — предположила я и сделала очередной глоток воды. Кх. В горле ещё першит. — Пфф… Может… М. Госпожа, возьмёте две пары серёжек — кольцо достанется бесплатно. — Уу… Тогда, можно, пожалуйста, эти и эти, Герой-сама. — Ко-онечно. С вас 65 серебряных. — Мм. давайте тогда ещё вот этот набор заколок, чтобы до 70-ти добрать. — Да, пожалуйста. Спасибо за покупку. — Это вам спасибо, Герой-сама. Из всего, что я смогла понять об этой странной болезни — это то, что мне становится легче, когда я нахожусь рядом с Наофуми-самой, потому я напросилась вместе с ним торговать в город. Только я и Наофуми-сама… Весь этот день — как же приятно. Он весь день ухаживал за мной, даже не использовал меня, чтобы лучше продавать товар, и от болезни словно ни следа осталось. — Как же здесь хорошо… — Ага, и не говори. Торговать всегда приятно. — Мм… Я имела ввиду, что здесь очень хорошо с вами, Наофуми-сама. — А-а… Ну, не знаю, я ничего такого вроде не делал. — Почему это вы должны что-то делать, чтобы с вами было приятно проводить время? — Человек я такой… — Тц… Вы просто неисправимый… Но этим вы мне, пожалуй, и нравитесь — вас всегда можно понять.  — Что-то ты даже не кашляешь. — Потому что вы рядом, — ответила я, облокотясь на плечо Наофуми-самы. — Ну-у, нашла причину счастья. — Кхх… — в горле снова запершило. Боже, ну почему я не могу сказать ему всё напрямую? И когда же он прекратит такое говорить? Голова от этого раскалывается! У-уфф… просто не думать об этом, просто не думать об этом и… Да, просто наслаждаться закатом вместе с Наофуми-самой, просто наслаждаться закатом… Стараясь не обращать внимания на боли в горле, животе и голове, я прикрыла глаза и глубоко вздохнула на плече Наофуми-самы. На момент мне показалось, словно я вижу мир также, как Атла, и у меня на душе стало теплее. Теплее от того, что сейчас я сижу одна вместе любимым и дорогим для меня человеком. Может, это и есть способ излечиться от этой странной болезни? Если да, то я готова лечиться так хоть всю жизнь… — В сон, что ли, потянуло? Подожди-ка чуть-чуть, в повозке вроде должна быть подушка с одеялом. Я сейчас посмотрю, — прервал мои мысли Наофуми-сама и полез в повозку. Когда он убрал своё плечо, я чуть не упала на землю, но еле смогла удержаться на ящике, на котором сидела. Горло снова пошла неимоверная боль, и у меня начался жуткий сухой кашель. Изо рта десятками вылетали маленькие жутко-чёрные лепестки и улетали куда-то, пропадая из виду. — Тц! Опять кашель… Хреново, что я рабов с собой не взял: сейчас бы тебя отвезли домой, а я бы потом сам пришёл. Наофуми-сама помог мне залезть в повозку и укрыл меня одеялом, но я продолжала кашлять и кашлять, пока всё не дошло до слёз. — ТЦ! Да что ж за чертовщина с тобой творится?! — Наофуми-сама резко выпрыгнул из повозки. — Где эта чёртова Мелти со своим столичным лекарем?! Рафталия, жди меня здесь, я сейчас пойду и проведаю эту мелкую дуру. — Наоф.уми… Изо рта вместо лепестков начали вылетать целые бутоны, а все руки покрылись шипами, из-за которых я залила своей кровью всю повозку. Я лежала на спине, не способная даже пошевелиться, чтобы не почувствовать неимоверную боль во всём теле. Из-за слёз я уже ничего не могла разглядеть, а шкала моего здоровья медленно, но верно начала снижаться до нуля. Неужели я, пережив столько всего, погибну от какой-то цветочной болезни? — Н-Нао… — у меня в горле застрял большой цветочный бутон, и я начала задыхаться. — Рафталия, у тебя здоровье начало снижаться. Что-то случи… Что это за херня?! — вскрикнул Наофуми-сама, когда залез в повозку. Он ударил меня по груди, и бутон вылетел из моего горла. — Это что, ханахаки? Да нет, херня. Быть того не может, тебя ведь любовь никогда не интересо… — не успел договорить Наофуми-сама, как мою грудь разорвало на части от его слов, а я даже не могла закричать из-за нескончаемого потока лепестков. — Не-ет, Рафталия… Ну не могут же у тебя быть такие низменные мечты… — из моего живота вырвался огромный цветок, и я прямо сквозь кашель завопила от боли. — Н-нао… — Как же… Я ведь не так тебя воспитывал… И в кого же ты влюбилась? Только не говори, что… — из моего живота вырвался ещё один цветок… — в меня… — а за ним и третий. Наофуми-сама упал на колени и приложил руку ко лбу. Едва-едва мне хватило сил повернуть в его голову сторону, как скопившийся слёзы стекли с глаз, и я увидела его лицо. Оно было таким потерянным и не хотевшим ничего признавать. Точно такое же, как тогда в саду… — Твою ты мать… Но как так-то? Я ведь люблю тебя, Рафталия. Слышишь? Люблю тебя. Ты — самый дорогой мне человек в этом мире, самая лучшая из всех, кого я встречал. Да каждый на моём месте хотел бы иметь такую дочь. — Кха-а! — вторую мою руку, которой я тянулась к Наофуми-саме, разорвало в клочья большим розовым кустом, за которым мне ничего не было видно. — Дритт Хилл! Да что здесь не так-то?! Неужели, этой любви не достаточно? Н-ну-у… Я не знаю, что мне тогда делать… Наофуми-сама подполз ко мне, сильно зажмурился и поцеловал меня в губы. Поцелуй длился долго, наверное. Я уже не могу определить, сколько времени прошло, но мне, кажется, начало легчать. Тепло его губ было таким приятным… — Ну, всё хорошо, так ведь? Но цветы продолжали расти из моего тела, несмотря ни на что. — Ч-чего? Да как так-то… Дритт Хилл. Кх… Похоже, я просто не могу полюбить тебя так, как ты меня… Прости Рафталия… Прости меня! — Наофуми-сама вновь поцеловал меня и зачитал лечебное заклинание, но никакого эффекта этого не дало. — Кх… Да что это за херня такая… Сучий ханахаки… — П-похоже… я вас под…двела, Нао-фуми-сам…ма… Хм… Папочка… — А… Рафталия… Я не успела услышать ответ Наофуми-самы: перед глазами всё смерклось, и я перестала чувствовать ту адскую боль от прорастающих цветов… Вообще всё перестала чувствовать. Неужто я умерла? Да, я умерла чего здесь скрывать… Прощайте, мой Герой Щита-сама…