Течка

Нежный язычок кролика плавно очерчивал мышцы на шее, ключицах партнера. Так сладко и мягко, будто стараясь не разбудить своего избранника. Течка всегда делала с ним это. Туманила мозг, оставляя ясной лишь одно в нём — похоть. — Зак, прошу тебя… Проснись, прошу! Мне так жарко, Зак! — Шептал Винчестер на ухо парня, попутно теревшись о его пах своим, — Я хочу тебя, Зак. Сейчас. Умоляю. Тот же шершавый язычок прошёлся по груди альфы, чуть теребя гладкие ареолы и их соски. Омега просто сошёл с ума, решая, что проще будет, если начнёт он сам. Не дожидаясь своего избранного. — Ладно. Тогда мне придётся начать без тебя, — Дрожащие пальцы медленно обхватили плоть Альфы сквозь скользкую ткань боксеров, постепенно двигаясь, стараясь зажечь того. Честно говоря, Дюфардж не горел. Он просто пылал и колыхал, неистово, почти так же, как пламя самого солнца. Даже сейчас, когда глаза его были закрыты, а на лице не было ни капли смущения. — П-прости, но я больше не могу тер-рпеть, — Винчестер рывком стянул с того боксеры, по-кошачьи садясь на уровень его таза. Парень вновь обхватил плоть лапкой, осторожно и медленно, расставляя ноги в стороны. Мягко насаживаясь на любимый и, можно сказать, единственный здесь член альфы, он почувствовал руки на своей талии. — Аах! — Воскликнул Алексис, прикрыв рот. Он готов поклясться, что это был толчок со стороны дракона, но наслаждение сковало тело, не давая распахнуть глаз. — Я тебя прощаю, не волнуйся. — На лице гибрида была хищная улыбка, которую было слышно в его тоне. Он забродил руками по телу: от лопаток — до сочных ягодиц, крепко сжимая их руками. — Ты не спал! Я т-так и знал! Сволочь! Ублюдок! Ненавижу те-АХХ! — вскрикнул парень, не успевая закончить фразу. Дюфардж перебил его толчком. — А так говорить не стоит. Не забывай то, в чьих ты сейчас руках, глупый кролик! — Последовал ещё один толчок. За ним ещё один и ещё, — В чьих ты руках? — Только в т-тво- НХА! ЗАК! — Сладко растягивал между движениями Алекс, лишь подаваясь на встречу любимому. — Я не слышу тебя. Говори. Дюфардж осторожно уложил того на спину, начиная наращивать темп. Теперь на волю вышел и феромон альфы, окружая Винчестера со всех сторон, не давая даже вздохнуть. Эта ночь обещала быть долгой. — Весь твой! Т-только твой!