Дорог как скрипка.

"Какая же ты все-таки тварь!"

Удар в живот с ноги. Такой сильный, что хотелось кашлять кровью.

"Жалкая шавка!"

Смачная пощёчина, после которой остался красно-фиолетовый цвет. А на губе остался след.

"Мать проститутка и дочь-шалава недалеко от неё ушла"

Два удара сразу: в лицо и в бок. Каменный кулак прошёлся по лицу, из носа потекла кровавая дорожка. Толчок в бок повалил несчастную девушку на землю.

На миг она ещё скорчилась от нанесённой боли, но затем, она подняла беззащитный немой взгляд на толпу, которая столпилась вокруг неё и зловеще хихикала, глядя на неё.

"Ну ничего, сейчас мы охладим твой пыл, стерва!"

Спустя несколько мгновений, чувствовался лишь оцепеняющий холод, пробиравший до самых костей.

***

Прохладный холодок прошёлся по оголенным частям тела девушки, которые не были прикрыты одеялом. Вечер того же дня, а ветер не на шутку разбушевался, а за окном вновь небо затмил привычный бордовый цвет ночи. Молли лежала под несколькими одеялами и дремала. Она спала, но очень чутко. Ощущая холод в ногах, сон отошёл на второй план. Густые серые ресницы медленно распахнулись, открывая сонные глаза. Сначала девушка ничего не поняла. Незнакомые стены, обстановка и цвета. Но вспомнив все недавние события, она чуть расслабилась. Музыкантша оторвалась от подушки и села на кровать. Она крепко потянулась, тем самым, отгоняя сон в самый конец, который гложет её уже не первый месяц. Ей все время хочется как следует выспаться, но что-то мешает. Молли размяла шею и окончательно проснулась. Она оглядела комнату и тут же встала. Дотронувшись босыми ногами до холодного пола, она пошагала к балкону, попутно захватив с собой одну сигарету и зажигалку. Выйдя в адский свет, музыкантка без прелюдий закурила свою любимую сигарету. Её глаза устремились в даль. Конечно, она могла смотреть на оживленный Ад, но наблюдать за мерзкими демонами, которые, которые мягко говоря, были ей противны, так же как и простые люди, было не в её вкусе и принципах. Гораздо большее удовольствие ей предоставлял пейзаж, до которого так далеко и нельзя прикоснуться к нему. Он в какой то мере балансировал её эмоциональную стабильность. Конечно не так как музыка, но это тоже было "питанием" для неё. И этот далёкий вид немного напоминал ей о последних воспоминаний, незадолго до её кончины. Рандомные мысли пробирались в голову, а сигарета быстро пускает свои последние извлечения дыма. Молли отбрасывает окурок и возвращается внутрь. Проходя мимо стола, Молли увидела аккуратно сложенную одежду, которую она недавно отдала. - Надо же... - она взяла часть одежды и расправила её в своих руках, - Чистая. Постирали, что ли?.. После чего, девушка вышла из комнаты и привела себя порядок в ванной комнате. А после этого, Молли стала надевать свою уже чистую одежду. В организме сработали признаки истощения. Ладонь легла на живот. - Блин... - девушка посмотрела на входную дверь. Её брови машинально нахмурились, - Делать нечего. Если я не выпью чего нибудь, то точно сдохну, - Молли повесила скрипку на плече, - Пойдём, все равно я смогу постоять за себя. С напряжением во всем теле, дверь скрипнула и девушка вышла в коридор. Несколько минут грешница бродила по пустому отелю, пока не нашла кухню, откуда доносился чей то голос. Молли тихо прошла, пытаясь не вслушиваться в чужой разговор. Как оказалось, это был Энджел. Он расселся на диване и заряжено вёл беседу по телефону. - Да-да, хорошо мы с тобой развлекались, но не думай, что это что-то значит! Какая-то часовая забава, ничего особенного... Ты сам меня вызвал, я приехал, сделал своё дело и съебал, чего ты ещё от меня хочешь?!.. Да иди ты в!.. - на середине разговора, Энджел повернулся в сторону дверного проёма, где и молча стояла музыкантка. Энджел, не отрывая удивлённого взгляда от девушки, повесил трубку и отложил телефон. Его раскрытые настежь глаза выдавали всю его смутимость ситуации. Но для девушки это было как то по барабану, она даже не вникла в суть происходящего. - Ах, это ты. Ну привет! -он медленно, с растерянностью в теле, встал с дивана и с улыбкой поприветствовал девушку, - Как дела? Молли прямо посмотрела на него и изогнула бровь. - Не твоё дело. - в голосе уже не читалась та холодность как раньше. Голос слегка смягчился, - У вас зерна кофе есть? Голова паука склонилась на бок. - Зерна кофе? Можешь порыскать, я не знаю даже, - Молли кивнула и принялась за поиски. Открыла одну дверцу тумбы, вторую, третью, а на четвёртую она увидела упаковку с коричневыми зернами. Она взяла упаковку в руку и заглянула ещё раз в шкафчик. Там лежала корица, сахар, соль, и небольшая плитка чёрного шоколада. А в холодильнике были жирные сливки. Девушка взяла все продукты и начала колдовать над плитой. Энджел заинтересовался такой интересной картиной, так что он подошёл поближе и стал внимательно наблюдать за каждым движением музыкантки. Пока доваривалось кофе в турке, Молли добавила щепотку соли. - Соль? - удивился Энджел. - Она поможет добавить насыщенность и мягкую нотку ко вкусу, - кофе сварился, Молли переместила слегка кипящий напиток в прозрачный стакан. Белый сахар превратился в золотистую, густую, карамель, которая сразу же была отправлена в кофе. Сливки нужно было сбить, а после чего отправить в кофе. Белая пенка мгновенно всплыла на поверхность, что добавляло изысканности. Натёртый шоколад лёг на поверхность белой пенки из сливок, а за ним последовала и корица. - Готово. - напиток выглядел нереально красиво и аппетитно. Молли взяла стакан в руки и сделала глубокий глоток. Горячий кофе согрел горло, а другие ингредиенты разыгрались на языке, проявляя весь свой спектр вкусов. - О, дай попробую. - Молли спокойно отдала стакан грешнику. Тот тут же стал пробовать, приготовленный девушкой напиток. Когда он хлебнул кофе, то его выражение лица резко изменилась. С изумлением он пробовал ещё и ещё, до тех пор пока на дне не осталось ни капли. - Вау, так необычно, но так вкусно! - сам того не веря, выразился паук. - Никогда такого не пил! Как ты только научилась варить такой вкусный кофе? Молли слегка опешила, но не подала виду. - Меня научил один... Человек. - еле проговорила она. Энджел вопросительно посмотрел на неё. - Человек? То есть, когда ты была ещё жива? - вопросы у грешника до мерзости глупые, но перестать задавать он их не может, потому что Молли ему очень интересна и ему хочется узнать о ней чуть больше, - Он был для тебя дорог или что-то типа того? Просто, смотря на тебя, я думаю, что ты антисоциальна и ненавидишь всех людей на свете. Ещё твое поведение и неоднократный холодный взгляд... Это не может не удивлять. Девушку вновь передернуло. Стекловидные глаза слонялись из стороны в сторону, а в горле стоял горький ком. Кулаки крепко сжались, ногти пробивали плоть до мяса, брови в раздражении искривились. - Блять... - музыкантка сорвалась с места и стала искать по полкам хоть какую нибудь выпивку. Наконец открыв очередной отсек, показалась бутылка с крепким виски. Молли крепко ухватилась за горлышко бутылки, и открыв крышку, стала залпом отпивать обжигающий виски. Энджел стоял в стороне и с недоумением наблюдал за всем этим. Девушка же ни на миг не останавливались. Половина бутылки алкоголя было выпито, а губы ни раз не отпрянули от него. Вкус был невыносимым, но это нужно было сделать, чтобы хоть как то заглушить внутреннюю боль. - Эй, ты в порядке, милая?.. - Энджел хотел осторожно подойти к Молли и разъяснить всю суть ситуации, но та сразу же отдернулась и отшатнулась от него. Губы отпустили горлышко бутылки. - Харе мне в душу лезть! Достали! - голос вырвался из горла. Такой громкий и звонкий обычного. От такого паук даже немного насторожился. Молли же, через ком в горле, пыталась глубоко дышать. То ли остудить горящий язык и нёбы от виски, то ли успокоиться самой, не понятно. Не было понятно, что она сейчас чувствует, какие эмоции испытывает, даже из-за спадающей чёлки, не было видно выражение её лица в этот момент.

Но уже понятно, что что-то тут не так. Её точно что-то гложет.

На кухне повисла гробовая тишина. Лишь иногда слышались нервные глотки Энджела и глубокие вздохи девушки. Рука с виски вновь поднялась и тихо поставила напиток на стол рядом с ней. - Мне нужен воздух... - глаза стыдливо были опущены вниз, когда Молли проходила рядом с Энджелом. Парень был немного в смятении, но что-то сказать ей в ответ он не осмелился, - Не ходи за мной. Поспешными шагами, девушка направилась к выходу, волоча за собой свой дорогой инструмент. Отель остался в нескольких метрах позади за спиной грешницы. Рука в который раз потянулась в карман за очередной сигаретой. Но пачка в этот раз оказалась пуста. Поняв это, музыкантка, смяла пустую картонную коробочку и, резко развернувшись, в порыве гнева швырнула её в кирпичную стену этого чертого отеля. - КАК ЖЕ ВСЕ НАДОЕЛО!!!- надрывный, истеричный крик с болью вырвался из горла. Уже ватные ноги приблизили девушку к стене отеля, а та, в свою очередь, плотно облокотилась об неё. Молли зажмурила глаза и обвила тело руками, словно делая купол, где её никто не видит и не слышит. Ноги согнулись к земле, на корточки. Лицо исказилось в свирепой гримасе, поджатые зубы были обнажёны, а горячие, глубокие вздохи напоминали злобный, тихий рык. Всё это выглядело так, как будто Молли очередной раз злится и сдерживает все свои скребущие эмоции. <

Но этот раз был особенным.

Буквально на секунду все затихло, а через мгновение Молли резко затряслась как осиновый лист. Руки медленно ослабили хватку и ладони мягко приникли мертвецкой коже. Молли поджала ноги к телу и лоб мягко лёг на твёрдые колени. Из уст грешницы был слышен не то сдавленный всхлип, не то простой воздух, который проскальзывал сквозь стиснутые зубы. Глаза были закрыты ладонями и узнать какие были эмоции, в этот момент, в глазах длинноволосой - было просто невозможно.

Остаётся лишь гадать и представлять, что она чувствовала и, что на самом деле творилось в её душе в этот момент.

Тело окончательно ослабло и потеряло ту твердую хватку, что была несколько минут назад. Ремешок чёрного чехла медленно сполз с хрупкого плеча. Скрипка тут же оказалась на земле, приподнеся с собой глухой стук при падении. Молли тут же среагировала и посмотрела на лежащую скрипку своими большими стеклянными глазами. Она мягко выдохнула и осторожно взяла её на руки, прислоняя как можно ближе в себе. Скрипка легла на коленки, музыкантка не спеша отряхивает ее от налипшей на неё пыль и мусор. При этом, во взгляде читается некая... Изюминка, и которой не было до этого.

Что это может значить?..

- Прости меня... - грешница всем телом ухватила скрипку и обняла её, - Но я безумно скучаю по тебе... Холодный ветер поднялся ввысь, уволакивая все, что было легче его, и что он мог унести с собой. Почему-то все вокруг резко затихло. Девушка была совсем одинока, наедине со своими гнусными мыслями. Она смотрела сквозь скрипку и в её глазах будто пролетали все скоротечные отрывки из прошлого. Моменты, которые она успела пережить, насладиться ими, и которые ей запомнились больше всего. Вдруг входная дверь отеля тихо скрипнула. Девушка резко подняла голову, а из-за двери робко выглянул Энджел. И когда он увидел её то резко вздрогнул, на лице пролетела взволнованность. Но все же паук собрался и ближе подошёл к музыкантке, которая продолжала сидеть на холодной земле. - Я же тебе сказала, не ходить за мной. Зачем припёрся? - фыркнув, грешница отвернулась от парня. - Просто подумал, что было бы неплохо поговорить с тобой на чистоту. Ты так не думаешь? - Энджел сел рядом и по доброму улыбнулся. - Мы с тобой не настолько близки, чтобы я изливала тебе свою душу и рассказывала о своих проблемах. А если включить мозги, то мы и друг другу то никем не являемся, даже друзьями... - холодно ответила Молли. Энджел внимательно посмотрел на неё и глубоко выдохнул. - И то верно. - грешник потянулся в карман и достал оттуда пачку свежих сигарет. Достав одну из них, он потянул остальные девушке, предлагая закурить за компанию. Она украдкой, исподлобья взглянула на его светлую, естественную улыбку. - Я хочу тебя подбодрить, но не навязывать свое, какое-то там, мнение. Но знаешь, мы можем быть просто близкими товарищами, которые живут в одном помещении, едят из одной посуды, видятся каждый день и желают друг другу хорошего времяпровождения, как бы это странно не звучало. А главное, которые попали в ту ещё задницу, из которой нет выхода. Как тебе, идет? - Энджел смог найти более менее нужные слова в такой ситуации. Но слова тут не главное, а главное - искренность, которую он, без капли стыда, предоставил Молли. Может быть чуть-чуть, но он смог найти к ней подход и стать немного ближе. Молли без сомнений приняла предложение Энджела в виде сигареты. Достав одну, она позволила Энджелу зажечь её. Она сделала глубокую затяжку и устремилась на ночное небо. - Близкими товарищами значит... Звучит неплохо. Но, понимаешь, принять этого я не могу, но и опровергнуть тоже... - Молли слегка покосилась на паука, - Но все же, попробовать можно. Энджел мягко улыбнулся. - Значит товарищи? - он энергично протянул согнутую ладонь в кулак, в знак дружелюбия. - Без прикосновений. И да, можно так сказать. - несмотря на ту же неприкосновенность и преступность, Энджелу такой расход событий удовлетворил и он широко улыбнулся грешнице, показывая свою радость. - Ну и славно, ну и прекрасно... - умиротворенно выразился парень. На миг Молли застыла, глядя на улыбающегося парня, но после, принялась спокойно докуривать никотин, который он ей дал.

***

- Мне нужно проверить пианино, так что я пойду в подвал, - герои все также стояли возле отеля, и каждый из них, собирался уходить по своим делам. - Хорошо, а мне нужно отлучиться по своим причинам. Может вернусь через часа два, а то и больше, - Энджел нервно провел рукой по волосам, не отрывая взгляда от героини, - Ну, я пошёл. Удачи там. - Ага. - Энджел помахал рукой на прощание и стал отдаляться, медленно растворяясь в темноте Ада. Молли ещё несколько секунд стояла на месте и смотрела в сторону куда ушёл Энджел. После чего, как ни в чем не бывало, накинула чехол на плечо и вошла обратно в отель, чтобы спуститься в подвал. Нашла она его, кстати говоря быстро, что не удивительно. Самая дальняя дверь отеля, ещё и в самом тёмном углу. Отворив скрипучую дверь, в нос в миг вдарил сильный запах глины и сырости. На секунду Молли замялась, но обещанная обязанность и совесть не покидали её ни на секунду и ей все же пришлось спуститься по грязной лестнице вниз. Сам подвал был небольшой, но достаточно уютный, даже не смотря на немалое количество пыли и других неприятных факторов. Большое количество коробок, с неизвестным содержимым, какая то одежда и прочее барахло, даже диван есть,кстати, не достаточно потрепанный, что бы находиться здесь. Ну а самое главное, ради чего Молли все таки решилась спуститься - это пианино, которое там тоже присутствовало. Красивое, чёрное, совсем как новенькое немалых размеров, клавишный инструмент. Девушка сразу же подошла его и осторожно прикоснулась к нему. Когда рука дотронулась до гладкой, деревянной поверхности, то в её глазах мимолетно что-то сверкнуло. - Не место тебе тут. Инструмент есть инструмент, чтобы играть на нем, а не держать в западне как заложников. - Молли нашла стул и придвинула его к себе что бы сесть за инструмент. Чехол отправился на верхушку пианино. Она распахнула клавиши. - Ну, проверим на что ты способен. Молли закатала рукава и уселась поудобнее. Выровнив осанку, она грациозно прикоснулась кончиками пальцев к новому для неё пианино. Началась спокойная музыка. Пальцы мягко, но очень уверенно шагали по клавишам. Мелодия медленно ускорялась. Грешница закрыла глаза, полностью полагаясь на свою чувствительность и такт, а так же на чуть и собственные эмоции. С перебором нот, она стала монотонно раскачиваться из стороны в сторону, полностью погружаясь в звук инструмента, который сама же и создаёт. Дойдя до эмоциональной части, она нахмурилась и стала играть ещё более раскрепощенней, распахивая все свои навыки на полную. Руки, как гремучая змея, бегали по нотам, заставляя звучать музыку все громче и душевней. Последние звучания стали утихать. И вот прозвучала тихая заключающая нотка. Молли открыла глаза и убрала руки от клавишей. Она глубоко вздохнула. - Неплохо для пианино. - тихо промолвила та. - Я бы сказал, что очень даже неплохо, моя дорогая. - за спиной прозвучал нежный, но одновременно мужественный голос. Грешница резко обернулась на голос. Буквально в трех метрах от неё, на диване, вальяжно расположился Радио-демон и, как бы, оценивающим взглядом сверлил её, а губы расплылись в длинной ухмылке. Лицо девушки выдало недовольную, но еле сдерживаемую гримасу. - Тебе что-то нужно здесь? - грубо спросила грешница. - Да нет, - игриво ответил Аластор, слегка наклонившись к ней, прожигая своим сверкающим взглядом и улыбкой, - Так сказать, проходил мимо. Молли отвела от него взгляд. А парня это только позабавило и он сильней завёлся от этой "игры" между ними. - Ты хорошо играешь, моя дорогая. - Музыкантка вновь мимолетно взглянула на демона, своим каменным взглядом, - Честно говоря, я тоже. - он встал и начал медленно снимать свой красный пиджак, вместе с бабочкой. Верхняя одежда небрежно легла на диван, и он остался лишь в белой рубашке, которая легко подчеркивала широкие плечи и невероятно красивый торс демона, который еле просвечивался через одежду.- Я бы хотел сыграть с тобой в четыре руки, моя дорогая. - Молли удивлённо посмотрела на него, а Аластор уже подходил к пианино, и на ходу заплел волосы в маленький хвостик, с помощью своей магии. Когда Радио-демон сел рядом, справа, от Молли на соседний стул, та отдернулась от него, а он, в свою очередь, не потерял бдительность, наоборот, только зарядился. - Зачем тебе это? - даже не посмотрев на демона, спросила та. Аластор улыбнулся глазами. Он облокотился локтем об твердую поверхность и приложил голову к приоткрытый кулак, не отрывая взгляда от длинноволосой. - А разве не очевидно? Я хочу сблизиться с тобой. - бархатно промолвил демон. Молли мимолетно посмотрела на него, с более раскрытыми ресницами и приоткрытым, от неожиданного ответа, ртом. - Ну что? Сыграем? - он посмотрел на нее с вызовом и азартом в глазах. Девушке не хотелось принимать его "вызов". Губы согнулись в тонкую нить, глаза поникли. Сила так и вырывалась из нее наружу. Руки уже хотели полыхать от огня. Но Молли только с треском сжала их в кулаки и, скребя сердцем, невольно напряглась. Что-то щелкнуло в ней, и поэтому она выдала такой ответ: - Ну ладно. Давай сыграем... - ее бездонный взгляд выдал еле заметную эмоцию печали или скорби. На ее ответ, Аластор сразу же размяк, - Но если ты не будешь поспевать за мной, то это будет не моя проблема. Уяснил? - Идет! - на ответ Аластора, Молли слегка кивнула. Потом она пристально уставилась на клавиши. Глубоко вдыхая и выдыхая полусухой воздух, та наконец приподняла кисти рук и снова положила подушечки пальцев на уже изученные, клавиши. Грешница сразу же начала с громких, грубых нот и выбрала весьма быстрый такт. Ноты и само звучание она брала сразу из головы, что чувствовала, то и играла, но даже этот факт не помешал созданию новой, незапланированной мелодии. К большому удивлению Молли, Аластор в миг уловил суть, которую задала девушка и стал так же импровизировать. И это удалось! Он подбирал идеальные ноты, которые сочитались с нотами Молли, и вместе они смотрелись просто потрясающе. Но девушка не сдавалась. Она делала выдуманные витражи, резкие повороты и сюжеты в музыке, но демон тут же ловил её задумку и подхватывал. Молли удивилась, но продолжила играть, но уже более расслабленнее, без нагнетающей атмосферы в музыке и душе. Она просто доверилась парню и своим, на тот момент, ощущениям. Ощущениям лёгкости. За всю пьесу, которую сыграли герои, они ни раз не запнулись и не соврали. Работа была выполнена так, как будто они репетировали месяцами и уж точно работали сообща. В принципе, это так, но не совсем... Мелодия потухла. Тишина. Все запыхавшееся и немного уставшие от такой катки. Им еле удаётся перевести дух. - Да уж... Не ожидала от тебя такого... - посмотрев на способности Радио - демона, Молли едва удаётся подбирать нужные слова. Аластор на это улыбнулся. - Ты тоже ничего. - он немного придвинулся, развернулся к девушки и мило улыбнулся, - Ты молодец, Молли! Услышав последние слова парня, грешница резко осела и ушла в себя. Перед её глазами резко всплыла картинка женщины: с длинными рыжими волосами, пряди которых уже успели посидеть от возраста, мешковатой одежде, еле заметным морщинами и милой улыбкой, которая изучается добротой и лаской. А вокруг тот самой родной класс, с пианино, за которым она сидит и учит, и другими инструментами, там всегда пахло выпечкой и молоком. Всегда говорила : "Молли, давай покушаем? ". Всегда улыбалась и гладила по головке, даже когда Молли что-то не удавалось, она все равно продолжала говорить ей :

"Всё хорошо, милая. Не переживай, я с тобой..."