Будет исполнено

      

Много лет назад на Королевство Фей напал очень злой и могущественный эльф. Он громил и крушил всё на своём пути, но феи были бессильны против его магии. После долгих дней битвы, королеве всё-таки удалось одолеть злодея. Нарцисса заключила его в волшебную фарфоровую шкатулку и спрятала подальше от чужих глаз. Но перед заточением эльф успел наложить своё последнее заклятие. Любой, кто найдёт и откроет шкатулку, имеет право на три абсолютно любых желания. Но, как только маг исполнит их, нашедший этот проклятый предмет мгновенно поменяется с эльфом местами. Тогда настанет его очередь сидеть внутри тесной безделушки… Но есть лишь два способа вернуть всё на круги своя — заманить эльфа обратно в шкатулку или… Разрушить чары волшебной силой любви.

***

      Супер 4 шла в сторону замка по просторной и светлой тропе. Было видно, что и тут не обошлось без магии — по правой и левой стороне дорожки росли неописуемой красоты цветущие кустарники. Среди них были и роза, и кариоптерис, и ладанник, и даже кальмия! От изобилия красок и слегка дурманящего аромата у ребят чуть-чуть рябило в глазах. У всех, кроме Твинкл, конечно. Она уже давно привыкла к «этому разноцветному салату», как выразился Джин, поэтому она лишь порхала от куста к кусту, разговаривая почти с каждым цветочком. — О, кальмия, дорогая, ты выглядишь сегодня просто великолепно! А ты, розочка, видимо не получила сегодня нужной порции живой воды, верно? Не волнуйся, сейчас я это исправлю! — и фея взмахивала своей волшебной палочкой, и из неё начинала бить тонкая струйка кристально чистой воды. Руби наблюдала за всей этой душещипательной картиной. Пиратка, чья душа не любила подобных нежностей, начала вздыхать и закатывать глаза. — Твинкл, мать твоя каракатица, прекрати сейчас же! Ещё минута этих обнимашек, и я за себя не ручаюсь! — рыкнула она. Фея моментально одёрнула руку от очередного цветка, которому решила пожелать доброй и счастливой жизни, и перевела взгляд на недовольную подругу. Всё в пиратке показывало её стремление выглядеть сильной и независимой. Растрёпанные волосы, шляпа на боку, драные штаны и наполовину застёгнутый кафтан. Мятая рубаха, сабля в ножнах и потёртые сапоги. Сердитое лицо и руки, которые многозначительно уставлены в бока. Своим внешним видом она вселяла страх всем, кто видел её. Но лишь на первый взгляд. Твинкл прекрасно знала, что Руби — самая настоящая девушка. Как бы сильно пиратка не старалась выглядеть бойкой и дерзкой, ни одна частица её души не смогла скрыться от эмпатной волшебницы. Каждое утро синеволосая вставала ни свет ни заря, дабы привести себя в порядок, пока её никто не видит. Она причёсывается, умывается и даже какое-то время крутится перед зеркалом, пробуя у себя на голове разнообразные причёски. Но стоит взойти первым лучам солнца, как от милой красавицы не остаётся не следа. Девушка превращается в бывалую пиратку, которая не любит нежности и прочие «девчачьи штучки». Но только фея знает, что Руби не такая. И волшебница искренне верит, что когда-нибудь разбойница покажет миру свою настоящую сущность. — Твинкл, ты чего молчишь? — прервала мысли крылатой подруга. — Идём, а то мы на ваш дурацкий праздник опоздаем! И друзья двинулись дальше к дворцу фей.

***

      Руби призадумалась и не заметила, как наступила на какой-то камешек. Но этот случайный булыжник оказался тайной кнопкой, поэтому спустя несколько секунд пиратка уже катилась вниз по подземному туннелю. Приземлившись, Руби встала и потёрла ушибленное место. — Вот тебе и прокатилась, разрази меня гром… Пиратка отряхнулась и стала осматривать пещеру. Она оказалась совсем небольшой, даже тесной. Выкарабкаться отсюда не представлялось возможным — слишком крутой и скользкий склон у туннеля. А каких-либо потайных дверей или проходов там не оказалось. Руби присела. Что ж, видимо, она застряла тут надолго… Тут синеволосая увидела, что в центре пещеры что-то поблёскивает. Пиратка вскочила. — Это наверняка какое-нибудь затерянное сокровище! — прошептала она. Подбежав к неизведанному предмету, Руби обнаружила, что это была маленькая, но очень красивая фарфоровая шкатулка. Когда девушка открыла её, перед ней возник крошечный зелёный эльф, который хитро улыбнулся и ласково, почти нараспев, произнёс: — Приветствую тебя! Меня зовут Рики Риктус! — О… Э… О-очень приятно… Рики-тики… — заикаясь, ответила пиратка. — Эм… Я Руби… Руби Ред! — Руби — очень красивое имя! — синеволосая смутилась и немного порозовела. — Что же, за то, что ты дала мне вдохнуть свежий воздух, я дам тебе загадать три любых желания! — Три? Любых? То есть, Рики-тики, если я попрошу полные штаны золота, ты исполнишь это? — недоверчиво прищурилась Руби. — Хи-хи… А ты проверь! — эльф щёлкнул пальцами и тихо проговорил «будет исполнено». А пиратка тем временем уже вывернула все свои карманы, и из них рекой текли монеты. — Ого! — обрадовалась девушка. Тут она начала думать, что же ещё загадать. Оглянувшись, она поняла, что до сих пор не выкарабкалась из ямы. — Да уж… Из этой крысиной норы не просто так не выбраться… Рики-тики! Я желаю вылезти отсюда! — скомандовала синеволосая. — Будет исполнено! — эльф опять щёлкнул пальцами, и они вместе с пираткой оказались на той самой тропинке, где Руби и провалилась. Пиратка уже хотела было побежать к своим друзьям, как вдруг поняла, что кое-чего не хватает. — Эй! Тики… Рики! Где моё золото? — нахмурилась Руби. — А ты не просила взять его с собой! Но зато… Хи-хи… У тебя осталось последнее желание! — хитро улыбнулся эльф. — Да? Что ж… Тогда я хочу, чтобы все мои монеты прилетели из подземелья сюда! — Будет… Хи-хи-хи… Исполнено! — захохотал Рики Риктус. Сделав очередной щелчок пальцами, из карманов девушки вновь потекли реки сокровищ. Не успела Руби обрадоваться, как её и эльфа обволок тёмно-фиолетовый туман. Туман рассеялся. Пиратка протёрла глаза и огляделась вокруг. Что-то всё подозрительно большое… О нет! Теперь Руби заняла место эльфа, а злодей, злобно хихикая, склонился над шкатулкой. — Эй! Выпусти меня отсюда, ты, куст-переросток! — закричала пиратка. Провести оставшуюся жизнь в тесной и дурно пахнущей коробочке звучало не очень перспективно. — Ну уж не-е-ет! Я триста лет ждал этого момента! Теперь никто не сможет меня остановить! Прощай, Руби Ред! — загоготал эльф. Захлопнув злосчастную шкатулочку, он бросил её на траву. — Пришёл час сладкой мести! — напоследок воскликнул маг и поскакал в сторону Замка Фей. Пиратка осталась в темноте. Совсем одна, без друзей. Хорошо, что хоть её любимая сабля рядом. Хотя сейчас от неё никакого толку… Руби вытащила оружие из ножен и положила себе на колени. Недавно заточенный клинок, в нём прекрасно было видно отражение склонившейся над ним девушки. Тёмно-синие волосы окончательно растрепались, а из чёрных, словно ночь, глаз побежала крохотная слезинка. Пиратка поспешила утереть её рукавом. — Так, Руби, что это ты нюни распустила! Ты сильная и независимая, тебе нельзя плакать! — строго приказала сама себе девушка. Но это не очень-то помогло. Отбросив саблю куда подальше, синеволосая уткнулась в колени и горько зарыдала.

***

— Руби! Ру-у-у-уби! Где ты? Отзови-и-ись! Друзья пиратки бегали по поляне и пытались найти пропавшую подругу. Джин даже предположил, что она специально сбежала к «Хамелеону», чтобы пропустить очередное торжество фей. — Нет, Джин, ты чего! Она бы так не поступила. С ней точно что-то случилось! — причитала фея. — Твинкл, не волнуйся, мы обязательно найдём её! — успокаивал крылатую Алекс. Тут к ребятам подбежал Пришелец, крича и размахивая ушками. В лапах у него была небольшая розовая шкатулочка, сделанная из фарфора. Крышку этой безделушки украшал красивый белый цветок, переливавшийся на солнце разнообразными красками. Зверёк буквально впихнул этот предмет в руки агента и продолжил скакать вокруг недоумевавших друзей, всеми силами давая понять, что вещицу нужно открыть. — Пришелец, это нелогично! Руби не могла поместиться в столь крохотную шкатулку. Это просто невозможно, — покачал головой учёный. Тут вмешалась волшебница. — Нет, Джин, это очень даже логично. Ведь это шкатулка самого Рики Риктуса! — в панике схватилась за голову Твинкл. — Рики Риктуса? Эльфа из твоей легенды? — фея кивнула. — То есть ты думаешь, что Руби не удержалась перед соблазном загадать три желания? — уточнил рыцарь. — Это на неё похоже… — недовольно пробурчал Джин. Тут он открыл шкатулку. Перед ним возникла крохотная пиратка. Она подняла голову и лишь прошептала: — Ребята, это вы?.. Не успели друзья ничего ответить, как из Замка Фей донёсся пронзительный визг. — Помогиииитеееее!!! — О нет! Им нужна наша помощь! — закричала Твинкл и стремглав полетела в сторону дворца. — Подожди! Ты одна не справишься! — крикнул ей вслед Алекс. Тут он повернулся к Джину. — Попробуй как-нибудь вытащить Руби, а мы попытаемся одолеть Рики Риктуса, — и принц побежал вслед за удаляющейся феей. Ребята убежали, оставив агента и пиратку наедине.       Джин взглянул в заплаканные глаза синеволосой. Она сейчас такая беспомощная, такая хрупкая! Кажется, дунешь, и от неё и следа не останется… Такая женственная, даже непривычно… Обычно, вечно огрызаясь, разбойница никогда не сидит на месте, ведь пиратская душа жаждет приключений и опасностей. Сейчас же от прежней бойкости не осталось и следа… Немного подтирая глаза рукавом, девушка тихонько всхлипывала, продолжая смотреть на агента. Уж слишком долго она держала все эмоции в себе, и сейчас они рекой рвались наружу. Джин вздохнул. Сейчас придёт его черёд сидеть в этой жуткой вещице. Но ради неё, он готов пожертвовать даже собственной свободой. — Руби, во-первых, я хочу, чтобы впредь ты была осмотрительней, когда куда-то идёшь, — строго взглянув на пиратку, произнёс Джин. Девушка на это лишь недовольно закатила глаза. Прежнее самодовольство стало потихоньку возвращаться к его хозяйке. — Во-вторых, я хочу, чтобы ты не отходила от нас ни на шаг, когда мы куда-нибудь идём! — продолжал учёный, всё ещё вглядываясь в глаза синеволосой. — И в-третьих… Третьих… — Джин запнулся. Сказать или не сказать… Загадать или не загадать? Ну, один раз живём… — И в-третьих… Руби… Я хочу… Ч-чтобы ты… — вдох-выдох, — Знала, что я люблю тебя! — выпалил агент. «Боже, зачем я это сказал…» — пронеслось в голове у парня. Учёный смутно помнил, что было дальше. Помнил лишь звук разбивающегося фарфора, тёплые руки, нежно обвившие шею, и шёпот, который навсегда изменил его жизнь. — Будет исполнено…