You're The Best

Чонгук на свидании. Прошло уже довольно-таки много времени с тех пор, как он встречался с кем-нибудь, поэтому парень был рад выбраться хоть куда-то. Но Чон, несмотря на то, что его спутник выглядит не так плохо и может поддержать беседу, все равно заскучал. По правде говоря, в какой-то момент он просто перестает слушать, о чем талдычит юноша, часто поглядывая на дверь и задаваясь вопросом «следует ли ему уйти?», ведь уже довольно поздно. Гук не знает, какие силы держат его здесь и почему он до сих пор не свалил под предлогом «моему другу срочно понадобилась помощь». Он думает, что это будет жестоко по отношению к парню, но все равно тщательно выискивает причину, чтобы уйти. Чон обращает внимание на своего кавалера только тогда, когда тот предлагает выпить. Юноша согласно кивает, предполагая, что, возможно, это прекрасный повод свалить домой, ссылаясь на сильное опьянение. — Хэй, а это не Ли Минхо? — говорит парень, чье имя Чонгук уже благополучно забыл, указывая куда-то позади него. Младший сразу оборачивается, ожидая увидеть названного, но не находит никого, хоть каплю похожего на Ли. — Не уверен, что девушка, разговаривающая по телефону, или девушка, почти без сознания валяющаяся на диване, или целующаяся парочка могут напомнить Минхо, — закатывает глаза Чон. Хуже всего, что он не может уехать домой самостоятельно, потому что его машины, знаете, не существует. К большому счастью, его лучший друг обещал забрать его, если свидание будет скучным и утомительным, что и происходит, поэтому Кук незамедлительно пишет Тэхену. Чон уже собирается отпить из бокала, как к их столику подходит бармен. — Прошу прощения, сэр, вы владелец синей Тойоты? — спрашивает парень, ненадолго прерывая недосвидание Чонгука. Если быть честным, то он выглядит намного лучше, чем его нынешний кавалер. — Да, что-то случилось? — Вы припарковались в запрещенной зоне. Пожалуйста, переставьте машину, — юноша говорит спокойно, но в его голосе можно услышать неприязнь. Парень встает и выходит на улицу, прося Чонгука немного подождать. Как только он пропадает из виду, бармен забирает у Чона бокал. — Что за дела? — спрашивает ничего не понимающий Гук. — Этот тип что-то подсыпал туда, когда ты отвернулся. — А? — округляет глаза Чонгук. — Я не хотел закатывать сцену, поэтому спровадил его, чтобы предупредить тебя, — вздыхает парень. — Чимин, так? — говорит Чон, замечая бейджик на рабочей жилетке бармена. — Спасибо, конечно, но я не могу в это поверить… Почему он сделал это? — Вероятно, чтобы накачать тебя таблетками и сделать то, что ты не позволишь ему сделать в нормальном состоянии, учитывая, каким «заинтересованным» ты выглядишь, — говорит Чимин, неприятно дергаясь от этой мысли. — Он покойник, — скрипит зубами Гук. — Подумать только, а я еще и милым с ним был! — Ох, я не могу допустить, чтобы в баре произошло такое тяжкое преступление, — хихикает парень. — Но, если ты отрежешь ему член и бросишь в канаву, я никому ничего не скажу. Бармен подмигивает, заставляя Чонгука почувствовать себя чуточку лучше. — Знаешь, у меня есть идея покруче. Почему бы тебе не угостить его собственным лекарством? — Что ты имеешь в виду? — Чон наклоняется ближе к старшему, желая узнать, что же тот скажет. — Переставь бокалы, быстрее, пока он не пришел, — Гук ничего не говорит, послушно выполняя просьбу бармена. Его «парень», наконец, возвращается, садясь на свое место и невинно улыбаясь. — Выпьем, — счастливо лепечет юноша, делая глоток. — Выглядишь невъебенно счастливым после того, как решил накачать меня наркотой, — говорит Чон. — Полагаю, нам никогда не понять настоящую сущность человека. — О чем ты говоришь? — парень нервно ерзает на стуле, начиная потеть под пристальным взглядом Чонгука, хотя прямо на них дует кондиционер. — Тебе бы пойти домой. Наркотики ведь скоро подействуют, не так ли? Предполагаю, что ты недостаточно терпелив, чтобы обхаживать меня, раз всего через несколько часов болтовни решил накачать наркотой и трахнуть, — фыркает младший, наблюдая, как парень позорно сбегает, скрываясь за дверью. — Гребаный извращенец, — вздыхает Чон. — Еще раз спасибо, что спас меня. — Без проблем, я рад, что смог помочь, — улыбается Чимин. — Это, возможно, прозвучит эгоистично, ведь я уверен, что буду отвлекать тебя от работы, — бормочет Гук, — но не мог бы ты поговорить со мной немного? Просто не хочу, чтобы вечер прошел впустую. Мой лучший друг сможет забрать меня только через час, потому что сейчас он якобы занят чем-то важным. — Почему бы тебе не вызвать такси? — ухмыляясь, спрашивает Чимин. — Я не пытаюсь избавиться от тебя или типа того, просто мысли вслух. — Я растрынькал все свои деньги на еду и выпивку, — признается Чон. — Думал, так будет лучше. — Все ошибаются, — издает тихий смешок бармен. Чонгук думает, что прекраснее звука он не слышал. — У меня не так уж и много работы, так что давай поговорим. Чимин делает небольшую паузу, а потом продолжает: «Скажи мне свое имя, хотя бы». — Ох, конечно, — говорит младший, наклоняясь ближе. — Чон Чонгук.

***

— И это был первый раз, когда я напился, — заканчивает рассказывать Чонгук, немного смущенный воспоминанием, но это стоит того, ведь он видит, как старший заливисто смеется. — Это история такая дикая. Не думаю, что моя сможет превзойти её. — Это не соревнование, — уверяет парня Гук. — Но если бы было, я бы точно победил. — Любишь соперничать, да? — ерошит волосы младшего Чимин, любуясь тем, насколько мягкими они кажутся. Чонгук, видимо, совсем не против, ведь он чуть ли не мурлычет от действий бармена. Пак собирается убрать руку, чтобы не беспокоить юношу, но Гук возвращает её обратно. — Тебе нравится? — Приятно, когда люди играют с моими волосами. — Даже, если это незнакомец? — хихикает Чимин, слегка почесывая чужую макушку. — Ты не незнакомец, — говорит Чон, облизывая сухие губы. — Я ведь уже знаю твое имя. — Можно мне, пожалуйста, луковые колечки? — девушка, будто специально желая испортить приятный момент, плюхнулась на стул рядом с ними. — Конечно, — дружелюбно улыбается Пак. — Что ж, — скрещивает ноги барышня, многозначительно улыбаясь. — Я слышала, что красивые люди могут не платить. — Все верно, — Чимин ставит перед ней тарелку с едой. — С вас тринадцать долларов. Лицо девушки в тот момент надо было видеть. Бешено смотря на бармена, она достала бумажник и расплатилась. Чонгук же, поглядывая на еду, чуть ли не захлебывался слюнями. — Ты голоден? — нежно улыбаясь, спрашивает Чимин. Это улыбка отличается от той, которой он поприветствовал даму. — Есть такое, но мне придется подождать до дома, чтобы поесть, — хнычет Чон, пока его желудок издает звуки умирающих китов. — Хочешь чего-нибудь? Я могу принести. — Как я сказал ранее, у меня нет денег, — покусывает нижнюю губу парень. До приезда Тэхена оставалось подождать минут двадцать, по крайней мере, Гук надеялся на это. Ему все еще с трудом верится, что сорок минут в компании незнакомого парня пронеслись столь быстро. Чимин такой открытый и веселый. — Красивые люди могут не платить, не беспокойся, — девушка, шокировано посмотревшая на него, выбросила луковые колечки и, словно ураган, вылетела вон. — Окей, это было грубо. — Да еще и продукты перевели впустую, — Чонгук встает со стула и собирает упавшую еду, бросая ее в мусорку рядом с дверью. Когда он возвращается обратно, перед ним стоит тарелка с аппетитным гамбургером и картошкой фри. — Чимин… я не смогу заплатить за это. — Я ценю твою помощь, так что это просто небольшая благодарность.

***

Прошло какое-то время, а Тэхена все еще не видно. Не то чтобы Гук жаловался на очаровательного бармена, болтающего с ним и подкармливающего вкусной едой. — Меня кинули, — разводит драму Чон, чья головушка покоится на барной стойке. — Ну-ну, не говори так, — пытается подбодрить расстроенного младшего Чимин. — Он, наверное, уже едет сюда. — Неа, этот говнюк развлекается и совсем забыл обо мне. — Не все так плохо. По крайней мере, у тебя есть я. Правда, моя смена заканчивается через пять минут, — говорит старший, смотря на большие настенные часы. — Просто замечательно. Я останусь один, — ворчит Чонгук. — Прости, я, эм, это прозвучало так раздражающе и по-детски. — Совсем нет, — заканчивает протирать бокалы Пак. — Хочешь, я подброшу тебя до дома? Как-то стремно оставлять тебя здесь. — Ехать с незнакомцем, это немного… — Незнакомцем? Ты же знаешь мое имя, поэтому все в порядке. — Полагаю, что так? — приподнимает брови Гук. — Тогда, было бы неплохо.

***

— Отличная тачка, — говорит парень, садясь на сидение рядом с Паком. — Где ты живешь? — задает вопрос Чимин, и Гук говорит ему. — Знаешь, я совсем забыл у тебя спросить. — О чем? — Откуда ты узнал, что это была машина моего «бойфренда»? — Чон чуть ли не упустил этот момент. — Я увидел его, когда приехал на работу, — говорит старший, не сводя глаз с дороги. — Он врезался в меня, поэтому я запомнил машину. — Хах, он неимоверно скучный, чуть не изнасиловал меня, так еще и водитель дерьмовый, — хохочет Чонгук. — Меня действительно пронесло. — Хорошо, что ты можешь посмеяться над этим, — останавливается у дома младшего бармен. Это была быстрая поездочка. — Мы на месте. — Ты, — перед тем, как выйти из машины поворачивается к юноше Чон, указывая на него пальцем. — Я? — Ты был очень добр ко мне, и я ценю это, — заявляет Гук. — Это потому, что ты хороший человек или потому, что у тебя есть какие-то скрытые мотивы? — Понимаю, что ситуация с тем парнем в баре заставила тебя сомневаться, но поверь мне, никаких мотивов нет и не было, — поглаживая младшенького по голове, говорит Чимин. — Но, я думаю, ты милаха и, кажется, нравишься мне. Это считается? — Никаких мотивов, да? — бормочет смущенный юноша. — Но, ты мне тоже нравишься. Ты скрасил мое мучительное пребывание там. — Что ж, если я правильно понял: я нравлюсь тебе, а ты мне, — наклоняется ближе Чимин. Чонгук мурчит, позволяя ему поцеловать себя этими невероятно пухлыми губами. Поцелуй выходит очень нежным, но коротким. — Давай, я дам тебе свой номер? — предлагает старший. — У меня есть идейка получше, — хватая Пака за галстук, прижимается ближе Гук. — Не хочешь зайти?

***

Мало того, что Чимин чертовски сексуальный, так он еще и целуется как бог, так думает Чонгук, которого впечатывают в дверь спальни. — Какой нетерпеливый, — бормочет Пак, когда младший хватается за край его рубашки, пытаясь стянуть. Бармен отстраняется, снимает с себя ненужную вещь, показывая стальной пресс. Гук следует его примеру, скидывая ненужную ткань с плеч. — А ты не такой уж и хрупкий, — облизывает губы Чимин. — Кто бы мог подумать, что кто-то с такой миленькой моськой, как у тебя, может иметь такое отличное тело? — Как грубо, — открывает дверь спальни Чон, ведя старшего к кровати. — Но, я сочту это за комплимент, потому что ты назвал меня милашкой. — Хмм, — мычит Пак, толкая парня на кровать и нависая сверху. — А ты не такой застенчивый, каким кажешься. — На самом деле, я очень стеснительный, — окольцовывая шею юноши руками, игриво улыбается младший. — Но только не с правильными людьми. — Откуда ты знаешь, что я такой человек? — задает вопрос бармен, проводя рукой по животу Гука и выцеловывая привлекательную шею. Тихий скулеж, издаваемый младшим, Чимину кажется очаровательным. — Мы ведь встретились только сегодня. — Просто что-то щелкнуло, — бормочет Чон, прикрывая глаза, когда Пак потирает свой член. — Ты так не думаешь? Чонгук расстегивает джинсы старшего, смотря прямо на него. — Если бы не думал, не накинулся бы на тебя вот так, — уверяет бармен, избавляя юношу от штанов и оставляя его в одном нижнем белье. Эм, Чимин ожидал увидеть боксеры, а не… — Надел счастливые кружевные трусики, хах? — дразнится старший, схватив чоновские ноги и посасывая внутреннюю сторону бедра, совсем рядом с его стояком. Гук смущается. Он совсем забыл об этом. — Я уж подумал, что все будет потрачено впустую после того, как провел время с тем парнем… — Чонгук ахает, когда бармен целует его член, головка которого проглядывает сквозь маленький кусочек ткани, практически ничего не оставляя воображению. — Они тебе нравятся? — робко спрашивает младший, пока Чимин стаскивает с него трусики, но не полностью. — Ты просто так пялишься. Хочешь забрать их себе или что? — Знаешь, не думаю, что на мне они будут смотреться также хорошо, как на тебе, — смеется Пак, собственнически хватаясь за мягкое бедро Гука. — Но, я хотел бы заставить тебя кончить прямо на них и сохранить, как ценную память. — Это так грязно, — дуется Чон, но не может отрицать, что идея очень горячая. Чимин трется своим членом о член младшего через ткань трусиков, заставляя его излиться прямо на них. — Ты представляешь это, ведь так? — прищуривает глаза парень, вмиг становясь серьезным, когда окончательно избавляется от белья младшего, оставляя его полностью голым. — Я действительно никогда в жизни не видел кого-то столь прекрасного, как ты. Чимин делает комплимент, нависая над Гуком, который не может удержаться, чтобы не прогнуться от похвалы. Старший начинает покрывать шею парня поцелуями, оставляя засосы. Чонгук закидывает руки за голову, пока бармен спускается ниже, выцеловывая бусинки сосков. Когда он прикусывает один, Чон стонет, резко дернувшись вперед. — Оу, — смотрит на младшего Пак, хитро ухмыляясь. — Ты такой чувствительный. Он не дает юноше и шанса возразить, зажимая темный сосок между пальцев и заставляя его снова застонать. Чимин ведет дорожку из поцелуев ниже, погружая свой язык в пупок парня. Гук аж подпрыгивает от этого. — Я просто дразнился, но твое тело и вправду очень чувствительное. — Э-это не так, — хнычет Чон, чувствуя, как бармен ведет языком по тазобедренным косточкам, по-кошачьи облизывая головку члена. Юноша извивается, пытаясь собраться с мыслями, чтобы подобрать нужные слова. — Это просто потому, что я-я давно ни с кем не спа- Чимин заглатывает член целиком, вынуждая Чонгука прерваться. — Блять, — рычит младший, с силой сжимая чужие волосы, выгибая спину и ощущая влажный, теплый рот вокруг своего члена. Бармен умело двигает головой, позволяя толкнуться ему в самую глотку. — Ч-Чимин, — выкрикивает имя старшего Гук. Несмотря на довольно-таки крупное телосложение, членом младший похвастаться не может, но зато это значительно упрощает задачу Паку. Он лижет головку, собирая предэякулят в рот и проводя языком по стволу, пока он полностью не становится твердым. Бармен резко отстраняется, с улыбкой наблюдая за смущенным Чонгуком, что смотрит на него своими большими оленьими глазами. — Когда ты делаешь такое невинное личико после того, как тебе отсосали, — Пак садится, зажимая подбородок младшего между большим и указательным пальцем, — я еще больше хочу выебать тебя. Чонгук не колеблется, хватает руку старшего, умело посасывая пальцы и смотря ему прямо в глаза. Он лижет тщательно, вынимает изо рта один, наклоняется ближе, обмениваясь со старшим взглядами, и снова прижимает его к губам. Им не нужно сражаться за доминирующую позицию, ведь Чон совсем не против подчиниться, и Чимин прекрасно знает это, сплетая их языки в жарком танце. Чонгук отстраняется первым, чтобы вдохнуть немного воздуха. Мордашка младшего краснеет, когда Пак толкает его обратно на кровать. Он на автомате раздвигает ноги, обхватывая плечи бармена руками. — Не знаю, с чего ты решил, что выебать меня это что-то плохое, — Чон просто смотрит старшему в глаза, а у того уже тормоза слетают. Гук протягивает руку, чтобы потереть член юноши через грубую ткань джинсов. — Где ты хранишь смазку? — Чонгук молча указывает на ящик рядом с ними. Чимин открывает его и достает небольшую бутылочку, замечая несколько секс-игрушек внутри. Он решает не комментировать это. Старший смазывает свою правую руку, поглаживая чонов член и наблюдая, как предэякулят сочится из покрасневшей головки. Гук дрожит, впиваясь зубами в предплечье бармена, чтобы не закричать слишком громко. Недолго думая, Пак вставляет в младшего палец. Он удивляется, когда тот проскальзывает внутрь так легко. — Часто играешь с собой? — небрежно спрашивает Чимин. Чонгук краснеет от макушки до пят от столь смущающего вопроса, но все же кивает в знак согласия. — Мой милый маленький мальчик, — самодовольно говорит Пак, двигая пальцем внутри парня, целуя его грудную клетку и особое внимание уделяя соскам. — Тебе, должно быть, было так одиноко, раз ты занимался подобным. — Скажи мне, ты фантазировал о том, как кто-то трахает тебя прямо сзади, пока ты стонешь как самая настоящая шлюха? — утыкается в щеку Чонгука старший, нетерпеливо покусывая его губы. Гук не знает, с каких пор у него появился кинк на грязные разговорчики, но каждый раз Чимин заставляет его возбуждаться все больше. Младший просто хочет, чтобы им, наконец, овладели. — Сможешь воплотить эту фантазию в реальность? — спрашивает Чон, закусывая нижнюю губу. — Для тебя — все, что угодно, — неожиданно низко говорит парень, добавляя еще один палец и раздвигая их на манер ножниц. Совсем скоро Пак добавляет третий, а потом и четвертый пальцы, в умеренном темпе растягивая Гука, постепенно ускоряясь и попадая прямо по простате. Он стимулирует его достаточно, чтобы заставить кончить только от этого. — Такой узкий, — рычит бармен, нависая над младшим и не целуя, а просто дыша в его губы. С каждым ударом по простате Чонгук сжимается все сильнее. Он всхлипывает, впиваясь ногтями в затылок Чимина, и приглушает стоны, уткнувшись ему в плечо. — Пожалуйста, просто, — почти бессвязно бормочет юноша, умоляя старшего взять его прямо сейчас. — Трахни меня уже. — Ох, разве я могу сказать «нет», когда ты так очаровательно просишь? — нахально говорит бармен, вытаскивая пальцы и снимая джинсы вместе с нижним бельем. Он хорошо смазывает собственный член, трется головкой о вход, упиваясь тем, как колечко младшего пытается засосать его. Чимин медленно толкается внутрь, чувствуя, как Чонгук сжимает его. — Блять, — шипит Пак, входя глубже, пока не вставляет по самое основание, погружаясь в теплоту младшего. — Внутри тебя так хорошо. Крепко зажмурившись, Гук тихо стонет. — Д-двигайся, — заикается младший, прося Чимина сделать хоть что-нибудь. Прошло уже так много времени с тех пор, как он чувствовал себя таким заполненным, с пульсирующим членом в заднице, будучи в объятиях того, кто ему действительно нравится. Пак без проблем выполняет его просьбу, в определенном темпе толкаясь в узкую дырочку Чонгука, растягивая её. Член у бармена толстый и длинный, лучшее сочетание. Он опускается на колени, подхватывает ноги младшего, размещая их у себя на груди, и ускоряется, каждый раз попадая прямо по простате. — Ты так хорошо принимаешь меня, — хвалит юношу Чимин, думая, что с таким, как Чон, похвала просто обязательна. И он прав. Почти сразу же Гук сильнее сжимается вокруг его члена, заставляя утробно зарычать. Быстро набирая скорость, бармен вбивается глубже и жестче, поражая каждую клеточку молодого тела. Он прижимается ближе, целуя шею Чонгука и сжимая один сосок. Гук сокрушен. Он водит руками по спине старшего, царапая и издавая стоны и всхлипы, эхом раздающиеся по всей комнате. — Х-хен, Чимини хен, — кричит парень, чувствуя, как член Пака бьет по простате, а его собственный истекает смазкой. — Т-так хорошо. — Правильно, малыш, — кусает Гука за мочку старший, обводя языком его пирсинг прежде, чем прижаться поцелуем к линии подбородка. — Мне нравится доставлять тебе удовольствие. Парень ухмыляется, резко толкаясь в сладкий комок нервов, вынуждая Чона надрачивать себе. — Такой нежный и узкий для меня, — он оставляет невесомые поцелуи на щеках младшего, переходя на губы и глотая все его громкие стоны. Чимин такой охуенно горячий. То, как он обращается с Чонгуком в постели, доводит до дрожи в коленях. Гук чувствует, как бармен просовывает руку между их телами, дотрагиваясь до пульсирующего стояка. Он хнычет, глаза слезятся от переполняющих его ощущений, а задница активно сжимается вокруг чужого члена. — Я скоро, — всхлипывает юноша, ощущая, как Пак ускоряется, почти вколачивая его в кровать. — Блять! Чонгук наполовину кричит, до крови впиваясь ногтями в спину старшего. Он извивается на простынях, его тело дрожит, глаза и рот широко открыты, когда он кончает на себя, попадая на руку и живот бармена и пачкая все белой вязкой жидкостью. Чимин не расслабляется, ведь судорожно сжимающий его юноша заставляет двигаться дальше, пока он сам не кончает прямо в Чонгука, заполняя его задницу спермой. Удовлетворенно выдохнув, он выходит из обмякшего тела. Пак отпускает ноги младшего, с наслаждением наблюдая, как его семя медленно вытекает из растраханной дырочки. — Так возбуждающе, — бормочет себе под нос Чимин, мысленно запечатляя эту картину. — Э-это… это было хорошо, — говорит Гук, тяжело дыша. Он устал. — Ага, — прижимается ближе Пак. — Мне понравилось, как ты стонал во время оргазма. — Можешь перестать быть таким озабоченным и принести салфетки? — смущается младший, закрывая лицо руками. — Надеюсь, ты не против, если я останусь на ночь? — посмеиваясь, говорит бармен, вытирая их обоих. — Чимин, если бы ты сейчас свалил, я бы вышвырнул твою тушку за дверь, — устало бурчит парень, утягивая старшего обратно в постель и заключая его в объятия.

***

Вообще-то, Чонгук далеко не жаворонок, но все же просыпается раньше бармена. Первое, что он делает, так это целует мило похрапывающего Чимина, стараясь не разбудить его. Гук берет свой телефон и видит пять новых сообщений и три пропущенных звонка. Все от Тэхена. — Чувак, где ты? Я волнуюсь! Пожалуйста, возьми трубку! — это было последнее, что написал ему Ким. — Тебя не было слишком долго, поэтому горячий бармен предложил подбросить меня до дома, а еще мы невъебенно круто потрахались, — и отправить. — Ох, рад слышать, что ты так лестно отзываешься обо мне и моих навыках в постели своему другу, — слышит бормотание Пака младший, поворачиваясь к нему. — Эй, — улыбается Гук, обнимая сонного парня. — Ты все это время не спал? — Я проснулся, когда ты поцеловал меня, — говорит старший, осыпая поцелуями шею Чонгука. — Правда? — довольно вздыхает Чон. — Прости. — Не извиняйся, это лучший способ проснуться, — игриво говорит Чимин. — Так, могу я получить твой номер? — Ты можешь получить гораздо больше, чем просто номер.